Баронесса и граф

Вирджиния Винтерс
Граф Драйлин Крайтен

С недавних пор жизнь графа Крайтена, подобно бурной реке, круто изменила своё русло. Старый Лорд-распорядитель Почтеннейшего Совета Эрли Бегшот вплотную приблизился к своему девяностому дню рождения. Герцог Бегшот с каждым днем становился все более дряхлым, рассеянным и уставшим человеком, однако жизнь все не покидала его тело. Его Высокопревосходительству и самому казалось, что он способен дожить и до столетнего юбилея. Но одной жизни старику Бегшоту было мало. Он был из тех людей, которые, единожды вкусив власть, не мыслили дальнейшей жизни без её горького привкуса во рту. Вот лорд Эрли и погружался в волнения, он боялся, что кто-то сумеет сместить его с должности Лорда-распорядителя. В таких ситуациях ближайшие союзники становятся смертельными врагами, или, по крайней мере, таковыми кажутся. Протеже могущественного герцога не стал исключением: с каждым новым днем Эрли смотрел на графа Крайтена, как на врага, который более всего на свете желает занять кресло Бегшота при его жизни или после смерти. Он мог в одночасье лишить графа должности Распорядителя канцелярии Почтеннейшего Совета, однако чин тайного советника остался бы при графе, и старый лорд Бегшот нажил бы опасного врага. Но нет, Лорд-распорядитель был умелым интриганом, он знал, как упрочнить своё положение, не нажив при этом врагов. И хотя многие пытались доказать Эрли Бегшоту, что граф Крайтен безгранично предан и благодарен своему учителю, он все сделал все так, как считал правильным. Тем более, что подходящий случай сам нашел старого герцога. Совершенно недавно дух Лорда-прокурора при Почтеннейшем Совете покинул своё тело, а тело оставило место вакантным. Бэгшот не упустил своей возможности, и уже через два дня после похорон старого прокурора Их Величество вызвали графа Крайтена и предложили ему стать глазами государевыми. Драйлин понимал, что откажись он от этого предложения, и навек попадет в немилость к монарху. Предложение было принято, а через день Король подписал соответствующий указ, который гласил о том, что граф Драйлин Крайтен получает должность Лорда-прокурора Его Величества при Почтеннейшем Тайном Совете и чин королевского советника юстиции. Этим же указом Король освобождал графа от должности Распорядителя канцелярии Почтеннейшего Совета. Планам Бегшота суждено было сбыться: фактически Крайтен утратил место непосредственно в Совете, а значит, не мог конкурировать с герцогом. Отныне Драйлину быть глазами государя: осуществлять надзор за соблюдением законов королевства, выдавать санкции на арест, опротестовывать решения Совета и представлять королевское обвинение в особо важных слушаньях. Что и говорить, граф Крайтен горевал, его съедала бессильная ярость. Он стал плохо спать, все чаще отказывался еды и даже пить перестал. Так продолжалось неделю, за которую граф стал постепенно понимать, что честь, которую он никогда не хотел, ему начинает нравиться. И пускай он более не является членом Почтеннейшего Совета, зато перед ним открываются новые перспективы и новые горизонты. Некоторые советники тихо посмеивались, приговаривая, что Бегшот избавился от соперника, назначив его палачом. Однако Драйлин не знал об интриге против него, и всю эту неделю плакал учителю в жилетку. Плакал до тех пор, пока не понял, что сбылась его детская мечта. Ему более не нужно было производить бурную деятельность или её имитацию, теперь он был надзирателем за такими деятелями. Однако, ему все ещё было необходимо рекомендовать Лорду-распорядителю себе замену, как того требовала традиций. Граф сидел за столом своего кабинета, его одолевали сомнения. Особенно если принять во внимание, что один (а вернее — одна) из претенденток на его старое место должна была явиться с минуты на минуту.

Его интуиция не подвела — через несколько минут, опоздав ровно настолько, насколько позволялось опоздать даме, в кабинет графа вошла сама баронесса. Она не так давно появилась в Элвине, до этого, согласно ее биографии, жила где-то в Сумеречном Лесу. В ее истории было достаточно белых пятен, но штормградцы признавали за ней отличные способности и, кроме того, чистоту ее крови, что порой было куда важнее.

Женщина, вошедшая в кабинет графа, была не похожа на придворных дам Штормграда. Никаких высоких причесок, избытка драгоценностей или чересчур вычурных нарядов — черноволосая красавица выглядела достаточно строгой, и только маленькая бархотка на шее с бриллиантом придавала ей некий шарм. Длинные кудрявые волосы цвета воронова крыла рассыпались по плечам, а в одежде преобладали синие и фиолетовые тона, в цвет ее глаз. На лице у баронессы была вечная легкая полуулыбка, но глаза ее были холодны.

— Добрый день, ваша милость, — раздался ее спокойный голос, и баронесса чуть поклонилась.

— Добрый, — поприветствовал даму граф, приподнимаясь со своего кресла и указывая на стул, который стоял напротив его рабочего стола. — Пожалуйста, присаживайтесь.

Граф отметил про себя сдержанный внешний вид дамы, который, по его мнению, был к лицу вдове, которой надлежит грустить о своей потере до скончания отпущенных ей лет.

— Что заставило вас перебраться в Элвинн, — непонятно почему государево око решило начать разговор именно с этого отрезка жизни юной леди. — И чем вы занимались до того, как, — следующие слова дались ему с трудом, можно было заметить, что он все ещё грустит, — возжелали занять мою должность.

Винтерс кивнула и неспешно прошла к указанному стулу, сев на него и сложив руки в длинных перчатках на коленях. Она не опускала головы и смотрела на графа прямо и уверенно, хотя и не в глаза. Ничто в ней не выказывало ни малейшего признака страха или волнения, и в то же время она не вела себя слишком вызывающе.

— Поместье Дома Винтерс, к большому несчастью, несколько лет назад сгорело дотла, — ответила баронесса, едва заметно пожав плечами. — Мой покойный муж, прислушавшийся к моей просьбе, построил новое поместье в Элвиннском лесу. Здесь чище воздух, светлее, ближе к столице, и к тому же, местные земли тогда продавались по очень выгодной цене.

Она ответила исчерпывающе и лаконично, и цепкий взгляд ее выхватил из полумрака комнаты лицо Драйлина.

— Прекрасно, — кажется, он был удовлетворен ответом баронессы. — Однако, все ещё остаётся непонятным, почему леди возжелала поступить на королевскую службу, и что подвигло её на это решение. Ведь жизнь вашу, следуя из вашей биографии, — советник юстиции указал на кожаную папку на его столе, — сладкой вряд ли можно назвать.

— Это правда, — она легко кивнула, улыбка не сходила с ее лица, но выглядела она немного наигранной. Глаза у этой женщины были словно от другого человека, и в них невозможно было прочесть ни скорби, ни радости, ни каких-либо других эмоций. Словно у рыцаря смерти. — Но разве эти факты как-то связаны? На королевскую службу поступают лишь те, кто живет безоблачной и счастливой судьбой? — она немного прищурилась, и в ее зрачках на секунду скользнула легкая насмешка.

— Вопрос остаётся в силе, — видимо, он не был настроен на игру. — Уже второй. Я хочу быть откровенным, леди. Меня попросили вас принять люди, которым не принято отказывать в их просьбах. Думаю вам, как мне, хочется как можно скорее завершить эту беседу, а потому мне все же хотелось бы получать максимально честные ответы на поставленные вопросы.

Он на мгновение замолчал, проведя взглядом по рукаву черного френча, чтобы затем на краткий миг соприкоснуться взглядом с собеседницей. Лорд-прокурор производил вид весьма уставшего человека, которого уже все порядком достало.

— Вы должны понимать, что мне надлежать принять непросто решение, и рекомендовать человеку, который мне как второй отец, достойную кандидатуру, которая могла бы заменить меня подле него, — Крайтен говорил чистую правду, он любил Эрли Бегшота, как отца.

— Я понимаю вас, — она снова кивнула, и ее глаза погасли. — Я хочу служить короне, и полагаю, что у меня есть все данные, необходимые для того, чтобы эта служба была максимально плодотворной и полезной. А что касается моей биографии, то в ней, как вы могли заметить, многое отсутствует. И я бы хотела, чтобы все осталось так, как есть. На мои качества как служащего государства это никак не повлияет, будьте покойны.

— Да, — он согласился. — Не повлияет ровно до того дня, пока где-нибудь не всплывет, что вы — агент преступной организации, демонопоклонник или просто хозяйка борделя. Тогда нам снова придётся встретиться, вот только в этот раз я буду не рекомендовать вас кому-то, а попросту арестовывать. Согласитесь, это крайне неприятное событие для нас обоих.

Он впервые за встречу позволил себе мимолетную кроткую улыбку, слегка приподняв уголки губ. Значит, не закостенелый чурбан, возможно.

— Даю вам свое слово, что этого никогда не случится, — она вернула графу улыбку, но улыбка эта была немного хищной. — Да и к чему мне быть хозяйкою борделя, когда у меня есть собственная лесопилка, доходы с которой куда как превышают доходы из любого дома утешения, вы не находите?

— Нахожу, — граф несколько раз кивнул, демонстрируя ужасные мешки под глазами. — Скажите, вы сами ведете дела или же наняли управляющего?

— Мой управляющий — мистер Берроуз, если вам знакома эта фамилия. Правда, в последние несколько дней ему нездоровится, — она невинно улыбнулась, будто бы совсем и не знала, отчего мистеру Берроузу плохо. — Но я полностью доверяю ему в ведении моих финансовых дел. Иногда приходится самой контролировать доходы и расходы, но в общем и целом мои дела идут неплохо.

— Вы собираетесь снова выйти замуж? — поинтересовался граф. — Ведь Жан-Поль де Лакруа действительно ваш жених?

— Полагаю, что он уже давно потерял ко мне интерес, — она усмехнулась и немного повела рукой в воздухе, будто отмахиваясь от назойливой мухи. — К тому же после двух моих замужеств статус моего жениха он давно потерял. А почему вы интересуетесь?

— Замужняя женщина, вероятнее всего, подарит своему супругу наследников, уход за которыми отвлечет её от государственных дел на несколько лет, — пояснил граф. — Ведь согласитесь, если женщина не желает воспитывать своих сыновей — грош ей цена. Такую жену нужно гнать в одной юбке из дома.

— Вы как нельзя более правы, ваша милость, — горячо подтвердила Винтерс, но улыбка ее стала немного шире. — Но я не собираюсь в ближайшее время выходить замуж, не стоит беспокоиться. Да и ни к чему мне это. Мои дела и так идут слишком хорошо, чтобы обременять их еще одним браком.

— Так значит, брак — бремя для женщины? — на сей раз улыбнулся и Крайтен. — Вы так полагаете?

— Не для женщины, — спокойно поправила его баронесса, — Для меня. К тому же еще не окончился траур по моему покойному второму супругу. А я не люблю нарушать традиций. Но какое это имеет отношение к моей будущей должности, позвольте спросить?

— Эта должность, а не женитьба — вот настоящее бремя для любого человека, на плечи которого оно ляжет, — граф оставался максимально корректным и сдержанным, демонстрируя непредвзятость. — Вы должны понимать, что любой, занявший ее, должен проявлять не только абсолютную компетентность и исполнительность, но и быть образцом для каждого подданного Их Королевского Величества, демонстрируя безупречную репутацию. Даже минутное опоздание на утреннюю службу в Соборе может стать веской причиной для крушения карьеры, не говоря уже о связях, которые способны вызвать хотя бы йоту сомнения. Вы понимаете?

— Абсолютно, — кивнула Винтерс снова, уже в который раз. — Но это бремя я готова вынести. Конечно, из своей безграничной преданности короне, — она подняла взгляд своих удивительных фиалковых глаз, качнув плечом. — Что касается связей... не могли бы вы пояснить?

— Члены Почтеннейшего Совета — женатые, замужние либо помолвленные люди, верность и авторитет которых не вызывает сомнение даже у Матиаса Шоу, — Драйлин был слегка удивлен вопросом своей собеседницы, но виду не подал. — Если кто-либо может усомниться в душевной или телесной чистоте — это может стать причиной грандиозного скандала, самым безобидным разрешением которого может стать отставка и изгнание из столицы. Меня, по правде говоря, удивляет ваше настойчивое стремление. Вам либо нечего скрывать, либо вы настолько честная вдова, с которой ничего подобного не произойдет.

— Поверьте мне, я честна с вами, насколько это возможно, — она ничуть не обратила внимания на его удивление и вела себя совершенно естественно, ничем не выдавая своих эмоций, если они вообще были. — И если я сказала, что ничего подобного не произойдет, то так и будет. Я держу свое слово... ваша милость.

— Что же. Считаю возможным сообщить, что я нахожу вашу кандидатуру приемлемой для рекомендации Лорду-распорядителю Эрли Бегшоту. И главным здесь является рекомендация людей, которые о вас просили. Думаю, они знают вас куда лучше меня. Однако и сегодняшний наш разговор меня удовлетворил. Не знаю, как проявятся все навыки на практике, однако, возможно, скоро мы все узнаем это, — Лорд-прокурор говорил монотонно, он скорее тянул звуки, которые сливались в слова. — В любом случае, на риск идете вы, а не я. Не говорите потом, что граф Крайтен не предупреждал вас.

— Благодарю вас, — баронесса поправила волосы, которые никак не хотели лежать ровно и то и дело норовили упасть на лоб. — Когда мне стоит ожидать окончательного решения Лорда-распорядителя?

— Не могу знать, — машинально ответил граф с нотками раздражения. — Лорда-распорядителя зовут Эрли Бегшот, а не Драйлин Крайтен. Другое дело, если бы вас интересовал аппарат Лорда-прокурора, — попытался свести в шутку он мимолетное проявление агрессии.

— Меня интересует и это, — ничуть не подав виду, что она заметила эту вспышку, ответствовала баронесса. — Но у меня сложилось впечатление, что я отнимаю у вас драгоценное время.

— Вовсе нет, не отнимаете, дорогая леди, — улыбка стала немного шире. — Вы позволите мне вас так называть?

— Если вам так будет угодно, — кивнула Вирджиния, немного сменив позу, сев более свободно и не так официально. От этого движения свет из окна сверкнул на бриллианте на ее тонкой шее, а ее сапфировые серьги легонько качнулись.

— Что же, дорогая леди, у меня более нет вопросов. Я сообщу Лорду-распорядителю о результатах нашей беседы. И нам всем останется ждать лишь его решения и утверждения его Их Величеством, — граф снова вернулся к монотонному бормочущему тону.

— Что ж, в таком случае, мне пора идти, — она поднялась со стула и мимолетным движением поправила свое платье. — Еще раз благодарю вас за то, что нашли время на этот разговор. Возможно, мы еще увидимся. Желаю всего наилучшего.

— Всего доброго, леди, — Крайтен поднялся с кресло, чтобы проводить девушку к двери своего кабинета.

Ещё некоторое время граф стоял у закрытой двери, одолеваемый раздумьями и сомнениями, а через неделю стало известно, что леди Винтерс прошла собеседование с Лордом-распорядителем, который выдвинул её на должность Распорядителя канцелярии Почтеннейшего Совета. Через пару дней решение Эрли Бегшота было утверждено королем, а госпоже Винтерс был присвоен чин тайного советника.

ID: 9873 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 9 июня 2012 — 3:14