Великий Камень Дождя, Исцеляющий Жизнь

Майри Андерфелс

Оракул засмеялся своим специфическим смехом и аккуратно положил браслет обратно в кучку золота.

— Человек хотеть помощь Великий Камень Дождя? Тогда человек должен дать жертву. — Он внимательно осмотрел Эдвина и недовольно надулся. — У человека есть блестяшки?

— Деньги? Тебе нужны деньги? О Боги... — Эдвин засунул руку в карман и порылся там, а потом восхвалил небо за то, что не потерял последние деньги в дороге, — На, держи, — он подкинул монетку Оракулу.
Шаман ловко поймал монетку на лету и несколько секунд крутил ее в лапках, видимо, любуясь тем, как ровный тусклый свет, едва пробивающийся сквозь кроны деревьев, играет на золотом кругляшке. Удовлетворившись результатом, он осторожно положил монетку в кучку таких же золотых кругляшков у Камня и уже гораздо более благосклонно повернулся к Эдвину.

— Какая помощь нужна от Великий Камень Дождя?

— Мне нужно спасти мою спутницу, — Эдвин почесал грязную щеку, разглядывая Оракула, — Дракон сказал, что вы сможете помочь мне.

— Человек нести свой друг сюда, — кивнул Оракул, повернувшись к камню и глядя на него, задрав голову. Он о чем-то размышлял. Видимо, упоминание о драконе ничего не дало, и О'кри нужно было самому посмотреть, в чем дело.

Эдвин лишь кивнул и быстро зашагал обратно, чтобы так же быстро вернуться, только на этот раз — неся Майри на руках. Он мягко опустил ее на землю:
— Вот, смотри.

Шаман подпрыгнул к девушке и склонился над ней, внимательно разглядывая ее и чуть ли не облизывая ее лицо. Наконец он устало квакнул и выпрямился (если при шарообразной фигуре вообще можно выпрямиться).

— Твой друг мертв, — заявил О'кри. Помолчав, он добавил: — Почти.

Затем он взял Майри за руку и облизнул ее своим длиннющим шершавым языком, словно пытаясь что-то определить. Снова последовала почти минутная пауза.

— Ждать здесь, — вскоре коротко бросил шаман и снова закопался в кучи сокровищ у подножия Камня.

Аверланд без особого удовольствия следил за действиями шамана, особенно за теми, которые были связаны с его языком, но не вмешивался. Он устало присел на землю, вытянув свои ноги вперед, сонно наблюдая за Оракулом.

Прошло полчаса. Затем еще полчаса, и еще... Эдвин уже почти уснул, когда Оракул неожиданно выбрался из воды, тяжело дыша и облизываясь. Глаза у него потускнели.

— Моя попросить Камень Дождя, чтобы он вылечил твой друг, — пояснил он, почему-то глядя наверх. — Мы узнать, сработало или нет.

Молчание продлилось недолго на этот раз — скоро мелкие капли дождя застучали по земле и поверхности воды, стекая по блестящей чешуе шамана и окончательно намочив и без того уже промокшего Эдвина. Оракул радостно издал переливистую трель и подпрыгнул на месте.

Откашлявшись и окончательно выйдя из состояния недосна, наемник уже даже не хотел возмущаться тому, что Оракул прошлялся непонятно где столько времени. Он просто сидел и ждал, глядя пустыми глазами на радость шамана.

Внезапно ему показалось, что Майри пошевелилась. Она даже как будто стала чуть теплее, хотя холодный дождь заставил ее кожу покрыться мурашками. Оракул приблизился к девушке и принялся теребить ее одежду, словно пытаясь разбудить. При этом он что-то бормотал на своем языке, а дождь все усиливался. Радости Оракулов не было предела — они весело бегали и перебрасывались странными звуками по всей деревне, иногда вылавливая из земли червей, выползающих на поверхность от дождя.

— Готово, — вынес вердикт Оракул-шаман и улыбнулся. Улыбка была больше похожа на оскал, да и зубы выглядели устрашающе. — Он вернулся.

В этот же момент девушка открыла глаза.

Эдвин издал тихий, протяжный стон, когда глаза Майри открылись. Он быстро подполз к ней и осторожно заглянул в ее глаза:

— Майри, как ты? — в серых глазах плескалась очевидная тревога и едва заметная надежда, что все наконец-то закончилось, что все в порядке...

Девушка несколько секунд тупо лежала с открытыми глазами, словно ничего не видела перед собой, словно та же самая кукла, только теперь не спящая. Но внезапно она резко выгнула спину и принялась бить ногами и руками, извиваясь, как змея. Тяжелый липкий болотный воздух прорезал ее истошный крик.

Оракул, который тоже подошел к девушке и теперь беспокойно заглядывал ей в лицо, понимающе кивнул.

— Он голодный, — сказал шаман, — На, съесть этот жук! — с этими словами ловкая маленькая лапка запихнула в открытый рот Майри толстого большого живого жука. Девушка закашлялась и выплюнула отвратительное угощение, ошарашенно вращая глазами. Ее била крупная дрожь.

— Еда! Конечно! Сейчас! — наемник внезапно понял, что все эти дни Майри ничего не ела. Он бросился обратно к мешку, дрожащими руками развязывая веревки и доставая оттуда флягу с водой и половину буханки хлеба, после чего бросился обратно к волшебнице, протягивая ей еду:

— На, поешь, Майри...

Она посмотрела на него, словно на умалишенного. Затем на Оракула, который дружелюбно запихивал ей в рот отвратительного жука. Закрыв лицо руками, Майри вдруг тихо заплакала. Сначала ее плечи просто подрагивали, а потом она заплакала навзрыд, как напуганное дитя.

— Эд... Эдвин... — прошептала она в перерыве между рыданиями.

Аверланд осторожно обнял ее, ласково гладя по спине:

— Тише-тише, маленькая, все хорошо, все позади... я с тобой, — дрожащим, хриплым голосом шептал он, прижимая ее к себе, — Успокойся, ты жива...

— Мне снился сон, — тихо, хрипло от долговременной жажды сказала девушка, с отчаянием глядя на Эдвина. — Сон, в котором все умерли... Я осталась совсем одна...

Оракул тем временем решил, что его миссия выполнена, и снова закопался в свои сокровища, на ходу ловя и жуя мелких водомерок, которые в изобилии водились в этой части Шолазара.

— Ты не одна, слышишь? Я с тобой, — наемник еще крепче сжал ее в своих объятиях, но вовремя опомнился и чуть отпустил ее, — Тебе нужно попить и поесть, Майри.

С трудом успокоившись, она шмыгнула носом и кивнула. Ее все еще била дрожь, хотя дождь уже закончился и снова стало невыносимо жарко. Взяв из рук Эдвина кусок хлеба и флягу с водой, Майри с трудом, давясь, принялась за еду. Ей казалось, что все ее внутренности буквально выворачивает наизнанку. Несколько дней просто выпали из ее реальности, она помнила только удар в спину, охватившую ее слабость, боль и тоску, а потом... а что было потом? Она уснула? Нет, все было слишком правдоподобно. Она, кажется, видела Сефиростраза, но не помнила, что говорила с ним. Майри блуждала в какой-то ужасной, давящей темной пустоте, звала Эдвина, Индариона, Сефиростраза — хоть кого-нибудь, но ответа ей не было. Бесконечность, вечность, серость и тупое отчаяние почти поглотили ее.

Наемник сидел рядом с ней и устало наблюдал, как девушка ела. Он уже забыл о холоде, жаре, голоде и жажде, что мучили его. Ему было все равно, главное, что вот она, Майри, живая и невредимая. На бледном, изможденном лице Эдвина играла самая настоящая улыбка, хотя изредка он чувствовал, что по всему телу проходить странная дрожь, но он не задумывался над этим, списывая все на усталость.

Закончив есть, Майри уже не выглядела, как бледная тень самой себя — на щеках еле-еле виден румянец, а кожа уже не такая ледяная. Животный ужас ушел из ее глаз, оставив после себя лишь какую-то оглушенность. Девушка смотрела на Эдвина, словно не веря, что все это не новый сон, призванный довести ее до сумасшествия, а реальность.

— Эдвин... что произошло? — тихо спросила она, чувствуя, что ее грудь сдавливает плотная повязка из бинтов.

— Моя ошибка... — тихо отозвался наемник, который выглядел чуть лучше, чем та Майри, которая лежала без движения, — Я тебя подвел... он напал, и... — Эдвин не смог продолжить, он отвернулся от взгляда Майри, не найдя в себе силы взглянуть на нее.

— Кто эти существа и... где мы? — снова задала вопрос волшебница, оглядываясь вокруг и с удивлением замечая, что они уже далеко не в Борейской Тундре. Для нее было трудно определить, сколько времени прошло после того, как она попала в пустоту. Может быть, здесь прошло лишь несколько часов, но там для нее прошли столетия. Она до сих пор не могла поверить, что вернулась. Прошлая жизнь там казалась ей блеклой, она начинала забывать все, что произошло с ней, и всех, кто был ей другом. С ужасом Майри осознала, что еще немного, и она бы все забыла, растворившись в этой темноте навсегда, и не смогла бы вернуться.

— Мы в Шолазаре, а это... Оракулы, если не ошибаюсь, — Эдвин все же взглянул на нее, — Ты не хочешь поспать? Я могу покараулить, чтобы тебе никто не мешал...

— Я спала достаточно, — ответила волшебница, взглянув в глаза Эдвина. Кажется, он уже совсем забыл о том, что перед тем происшествием они почти не разговаривали. — Как же мы оказались так далеко от Тундры?

— Когда это случилось... Появился дракон... Сефиро... Я не запомнил его имя, — Эдвин тяжело вздохнул, — Он сказал, что я должен найти шамана Оракулов, которые могут спасти тебя... Я вернулся к друидам, взял у них эту... птицу... Гиппогриф, кажется, и полетел сюда, потом пришел в эту деревню, и вот я здесь.

— Ты сделал это все... для меня? — она, казалось, не могла поверить в это и только округленными глазами, в эту секунду так похожими на глаза Оракулов, смотрела на наемника. А ей казалось, что между ними все кончено.

— Конечно, — едва кивнул наемник, который уже с трудом мог держать глаза открытыми, — Я не могу тебя потерять, Майри...

— Эдвин? — с беспокойством спросила девушка, наклоняясь к нему и внимательно вглядываясь в его лицо. — Ты в порядке?..

— Да, я в порядке, конечно, — перед глазами все поплыло, но Эдвин все еще держал себя в этой реальности, — Я тебя так люблю, маленькая моя...

— Эдвин... — только и смогла тихонько выдохнул Майри, с удивлением и шоком глядя на наемника. Все это было так не похоже на то, что он говорил до этого. Словно тот и этот Эдвин были двумя разными людьми, которые как-то странно уживались в одном теле. — Ты же сейчас сознание потеряешь.

— Я не... Майри, — Эдвин было потянул к ней руку, но она дрогнула и он рухнул на землю, мгновенно проваливаясь в тяжелый, кошмарный сон. На теле выступила испарина, да и температура у него ощутимо скакнула вверх.

Девушка тихо вскрикнула, всплеснув руками, и в ужасе уставилась на Эдвина. Выглядел он плохо, что и говорить, да к тому же весь промок. Растерянно оглядевшись, девушка подозвала одного из Оракулов, и вместе они смогли перетащить наемника в тень на вершину холма, где от дождя немного защищал небрежно сооруженный навес.

Наемник спал, беспокойно нашептывая что-то в бреду. Ему явно не помешает хотя бы день, чтобы отойти от всех ужасов, которые свалились на него за последнее время. Тем не менее, сейчас он выглядел немного лучше, чем минуту назад.

Волшебница некоторое время сидела рядом с ним, пока не удостоверилась, что наемник просто спит. Облегченно вздохнув, она решила немного побродить по округе и познакомиться со смешными и неказистыми на вид ящерами поближе, тем более, что выглядели они дружелюбными. Она и не подозревала, что они окажутся настолько открытыми для общения. Но они также были и довольно слабыми, поэтому жили в отшельничестве от остального мира, чтобы алчные люди не убивали их из-за золота, которое они приносят Камню Дождя. Несколько часов для Майри, которая уже набралась сил после долгой летаргии, пролетели незаметно, и когда на Шолазар опустилась ночь, она совершенно без ног приплелась к Эдвину и свернулась калачиком рядом. Хоть и не прижимаясь к нему — было жарко, да и она не была уверена, что стоит это делать. Все же Эдвину и так было плохо.

ID: 9697 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 23 июня 2012 — 21:06