Свет луны в глазах мертвой кошки Часть третья. Aurora borealis

Дагнир Перо Феникса
Аэнтари Салтерил Дыхание Рассвета
Фандор

---------------------------------------------------------

Фандор стоял перед башней магистра Дагнира Перо Феникса и задумчиво разглядывал магического стража, держась от него на некотором расстоянии. Аэнтари в таверне не оказалось, хотя она и сказала, что пойдет туда. Все оказалось довольно просто, этот самый магистр, не далее как вчера, будучи в состоянии судя по всему сильно, нетрезвом, утащил её из таверны. Куда, тоже тайной не было. Все это пахло тем, что жрец ненавидел больше всего. Пахло все это беспорядком. Причем, очень большим.
Жрец вздохнул и направился в башню, рассудив, что калечить сразу его все же не будут.
Огромное механическое создание, наделенное какими-то зачатками разума с помощью тайной магии, немедленно преградило ему путь.
— Предупреждение: это частные владения магистра Кирин-Тора, Дагнира Перо Феникса. Пожалуйста, назовите ваше имя и цель визита.
— Фандор, жрец Серебряного Авангарда, — вздохнул эльф, на всякий случай крепче стиснув трость, хотя понимал, что в данном случае толку от нее мало. — Мне нужно видеть Аэнтари Салтерил.
Страж замер, тихонько пощелкивая чем-то внутри. По его фигуре пробегали едва заметные искорки, и он иногда сдвигался на пару сантиметров, как будто дышал.
— Информация отсутствует, — наконец скрипуче произнес механический голос, и страж снова впал в молчание, не спеша, однако, уходить.
— Замечательно... Прекрасно. Ну, и что мне теперь делать? — вопросил в пространство жрец, задумчиво разглядывая стража. Нет, сдвинуть эту махину с места даже пробовать не стоит, бессмысленно. И как теперь прикажете попасть внутрь?
Тем временем дверь неуверенно приоткрылась. В образовавшуюся щель выглянула Аэни собственной персоной.
Пребывала она в виде, несколько неподобающем для того, чтобы встречать гостей. Тем более — гостей Дагнира. Из одежды на девушке имелась только коротенькая белая туника без рукавов. В сочетании с этой символической одеждой тяжелые сапоги с латными пластинами, в которые Аэни была обута, смотрелись донельзя глупо. Но, видимо, другой обуви у нее не водилось...
— Фандор? — удивилась Аэни.
Вот уж кого она ожидала увидеть в последнюю очередь!
— Ты извини, я просто всю одежду постирала...
В дом она эльфа не пригласила. Зато сама вышла и встала на пороге, прикрыв за собой дверь. Видимо, чтобы не разговаривать через порог.
— Ну, и как это называется? — риторически спросил жрец, после недолгого молчания, во время которого он успел осмотреть Аэни с ног до головы. — А называется это — бардак. Который начался, не успел я переступить порог этой башни. Этот вот, с позволения сказать, сторож, меня вообще впустит?
— Дагнира дома нет, — сообщила Аэни. — А ты зачем к нему?
Объяснить, что она не виновата и все случайно так получилось, она сможет потом. Сперва надо узнать, с чем же явился к Дагниру хромой зануда.
Не то чтоб Аэни не любила Фандора. Просто она хорошо себе представляла, что именно сейчас начнется, и сколько времени будет продолжаться.
Мимо в это время проходили несколько молодых эльфиек, одетых в мантии с гербом Кирин-Тора. Прогуливались, а может, высматривали кого-то. Когда стайка учениц неспешно проплыла мимо Аэнтари, стража и эльфа, до их ушей донеслось хихиканье. На эльфийку, одетую таким неподобающим образом, тут же устремились взгляды с плохо скрываемым осуждением.
— Вообще-то, я к тебе, — хмыкнул Фандор, обернувшись в сторону эльфиек и смерив их взглядом, который можно было безошибочно растолковать как: "Идите куда шли, пока уши не пообрывал, которые греете, где не надо". — Ты должна была быть в таверне, а я прихожу туда, и благополучно выясняется, что тебя утащил оттуда этот магистр, в состоянии, мягко говоря, неадекватном. Что, опять же, называется бардак. И безответственность.
Жрец стукнул тростью о мостовую и бросил еще один грозный взгляд на эльфиек.
Мда. Раз к ней — то хороших новостей точно не жди. Отправить куда-то хотят, значит! Хотя, может, и рано напрягаться.
Дагнир... ох, Дагнир. Его же нельзя сейчас оставлять!
Что он выкинет, когда узнает, Аэни даже не представляла.
— Я просто еще не успела предупредить, что... — девушка смутилась, поискала что-то взглядом у себя под ногами, — ...что сменила место жительства. Завтра утром собиралась с докладом, я же не ждала, что так скоро понадоблюсь.
Вновь взглянув на жреца, она навострила уши.
— А что? Что-то срочное?
— Место жительства она сменила... Ладно, к этому я еще вернусь. — пригрозил Фандор. — Меня отправляют в Сумеречное Нагорье. И тебя тоже. Так что да, что-то срочное. Ты меня впустишь внутрь, или так и будем здесь стоять?
Аэни моргнула.
Приоткрыла губы. Закрыла.
Опять моргнула.
— Так... скоро? — только и сказала она.
Она рассчитывала, что это будет не очень надолго. И где-то в Нордсколе.
Потом спохватилась и добавила:
— Это не мой дом, сам понимаешь. Но ты заходи... тем более — раз такие новости.
И посторонилась, открыв дверь и покосившись на стража. Пропустит или нет?
Страж, видимо, уловил одно ключевое слово во всем монологе эльфийки — "заходи". И, поскольку она его произнесла, это означало однозначный приказ пропустить неизвестного эльфа в дом.
Громко щелкнув, страж посторонился, сверкая фонариками глаз сверху вниз, глядя на эльфа. Как будто предупреждал — не причиняй проблем, иначе все кончится очень плохо.
Фандор несколько нервно покосился на стража, но все же похромал внутрь, постукивая по мостовой тростью. Звук выходил каким-то раздраженным, впрочем, почти как и всегда.
За массивной двустворчатой дверью оказался просторный холл, в котором почти не было мебели, что придавало ему вид зала. В дальней стене был разожжен камин, что, впрочем, не сильно помогало от царящего здесь холода и сырости. У камина небрежно на пол была брошена звериная шкура, на которой, мирно свернувшись в клубок, спал котенок.
В нескольких шагах от огня стояло старое кресло в золотисто-алых тонах, резко контрастирующее с общим серым фоном стен и потолка. Здесь недавно прибрались, но все равно было видно, что повсюду царит запустение. Темные бронзовые канделябры на стенах ничуть не скрашивали этого фона, а наоборот, придавали ему еще более унылый вид. Длинная винтовая лестница у стены уходила наверх, и казалось, что она исчезает в темноте. Откуда-то сверху доносился едва уловимый гул — ветер гулял в открытых окнах комнат.
— Я схожу что-нибудь надену, — сказала Аэни и убежала вверх по лестнице, топая латными сапогами.
Вернулась она очень скоро, отыскав где-то сапфирового цвета мантию со светло-серой отделкой. Мантия была ей велика, и девушка, чтобы не путаться , придерживала ее пальцами, приподнимая впереди. Неумелый и потому какой-то нарочитый, этот жест совершенно не вязался с тем, что Фандор знал об Аэни.
— Я же только вчера вечером приехала, — грустно и как-то укоризненно сказала Аэни. — Садись, не стой.
Она указала жрецу на кресло и подошла к камину. Вообще-то отправка в Нагорье была честью для такой, как Аэни. Еще позавчера она прыгала бы от радости, узнав о таком назначении. Но это было ы позавчера. Или вчера утром.
Тогда еще не было Дагнира. Вернее, он был — но в прошлом...
— Подождем Дагнира... хотя я даже предполагаю, что он скажет.
Фандор остановился, с интересом оглядев помещение. Покачал головой и поежился, садясь в кресло и протягивая руки к огню. Трость он аккуратно прислонил к креслу, усмехнувшись непонятно чему.
— Холодно тут... — проворчал он, ежась. — Тебе прекрасно известно, что от меня это не зависит, от тебя тем более. Думаешь, я сам загодя узнал?
— Узнал о чем? — раздался за их спинами спокойный голос. Двери были открыты, и страж молча пропустил своего хозяина, однако эльф сразу заметил, что со стражем что-то не так. Он почему-то стоял снаружи, хотя обычно оставался за дверьми.
Дагнир прошел к камину и приподнял бровь, вопросительно глядя то на жреца, то на Аэнтари, как будто спрашивая: "Ну и что тут происходит?"
Магистр оказался высоким и тощим эльфом — даже слишком тощим, на взгляд синдорай. А еще он выглядел каким-то болезненным, и оттого большие зеленые глаза на его лице мерцали как-то жестко и нездорово. Длинные светлые волосы были заплетены в высокий конский хвост, и, пожалуй, это было единственное, что в эльфе выглядело ухоженным и здоровым.
Аэни метнула на Дагнира быстрый взгляд и прикусила губу. Она вдруг стала ужасно виноватой, как будто что-то непоправимое собралась сделать, а может быть, уже сделала.
Помялась, помедлила. И сказала наконец:
— Это Фандор. Из Серебряного Авангарда...
— Из Авангарда? — эльф сложил руки на груди и чуть склонил голову, рассматривая жреца, словно новый и неизвестный доселе вид насекомого. — Полагаю, в Авангарде не учат хорошим манерам? Или у него язык отвалился? — насмешливый и жесткий тон магистра не сулил ничего хорошего.
Эльф не спеша поднялся с кресла, придерживаясь одной рукой за спинку, и внимательно осмотрел Дагнира, отмечая про себя и худобу, и болезненный вид, вместе с общей помятостью. Усмехнулся, еще раз обежав магистра взглядом с головы до ног.
— Если вы закончили язвить, — с достоинством ответил он, — магистр Перо Феникса, то, вы наверное хотите знать, зачем я здесь?
Дагнир сел в кресло, как ни в чем не бывало, вынул из кармана трубку и принялся ее набивать какой-то голубовато-зеленой травой из мешочка, извлеченного из другого кармана. Закончив, он придирчиво осмотрел трубку, примял траву кончиком пальца и поджег маленькой искоркой, сорвавшейся с руки. Через несколько секунд от труби потянуло манаполохом, комнату начал наполнять легкий дым. Магистр затянулся, выпустил в потолок большое колечко и только затем ответил:
— Ошибаетесь. Мне это совершенно неинтересно. Куда больше меня интересует, почему страж вас впустил? Я четко дал инструкции никого не пускать без приглашения. А если вас пригласила она, — он небрежно махнул рукой в сторону Аэнтари. — То мне тем более интересно, с какой стати?
— Чтобы ты узнал, зачем он здесь, — подала голос Аэни.
Она стояла в сторонке, и в мантии Дагнира казалась еще меньше и тоньше, чем была. В ней девушка походила на подростка, из озорства напялившего одежду старшего брата.
Впрочем, спокойные и твердые интонации голоса резко контрастировали с этим впечатлением.
— Тем более, что он только что вошел.
Фандор брезгливо отмахнулся от дыма и, взяв свою трость, отошел к Аэнтари, заметно хромая. Как жрец и как доктор он на дух не выносил алкоголь, наркотики или табак. Тех, кто все это употребляет, он тоже недолюбливал. Хромота его могла показаться Аэни странной, какой-то демонстративной, обычно жрец только слегка прихрамывал.
— Я здесь потому, что меня и Аэнтари Салтерил отправляют в Сумеречное нагорье. Узнал я об этом буквально вчера, почему и пришел в таверну, откуда вы её бесцеремонно утащили, будучи, между прочим, пьяным.
Сохраняя на лице обычное для себя выражение безмятежного спокойствия, твердо говорил жрец. Он даже не рассказывал, не пытался объяснить, а информировал, словно это был вопрос, давно решенный и не подлежавший обсуждению. Впрочем, именно так и было.
— Аэни, дорогая, — необычно мягким и оттого не менее пугающим голосом произнес Дагнир, аккуратно вытряхивая прогоревший пепел из трубки прямо на пол. — Будь добра, научи своего друга хорошим манерам. Или надень на него намордник, пока я не испепелил его на месте.
Резко встав, он в два шага оказался возле Аэнтари. Это напугало котенка, который до этого мирно дремал, приоткрыв один глаз, а теперь вскочил со своего места и юркнул куда-то в темный угол. Взяв Аэнтари за руку, Дагнир притянул ее к себе, не отрывая взгляда от жреца.
— А что касается вашего дела, — промурлыкал магистр, однако выражение его лица было таким, словно он вот-вот был готов перегрызть нахальному Авангардовцу горло. — То вы пришли зря. Она никуда не поедет, а останется здесь. Это все?
— Отпустите Аэнтари, пока мне не пришлось применить силу. Она все еще является паладином Серебряного Авангарда и от службы её никто не освобождал. Это приказ, а приказы не обсуждаются. Вам известно, что такое дисциплина, Дагнир? Хотя... Судя по всему нет. И не пытайтесь меня напугать, вам это право будет дано еще очень нескоро. Если вообще будет.
Аэни посмотрела на жреца молча, но с таким отчаянием, что ее взгляд можно было ощутить кожей.
— А может, ты возьмешь кого-то вместо меня? — очень тихо спросила она, прежде чем отвернуться и уткнуться носом Дагниру в плечо.
Она знала, что ее можно заменить. И что в этом выборе Фандор сравнительно свободен. А уж такого добра, как она, в Серебряном Авангарде полно...
Ну, не то чтобы полно. Но хватает.
Проблема была в том, что если Фандор станет настаивать, — а после того, как повел себя Дагнир, он непременно станет, — то у Аэни не останется выбора.
И это будет ужасно.
— Потрудитесь умерить свой пыл, — Дагнир разом потерял всю свою напускную мягкость, и теперь выглядел откровенно угрожающе, будто кошка, шипящая на незнакомого человека. — Пока вы еще можете уйти отсюда на своих двоих, а не ногами вперед. Вы слышали мой ответ. Полагаю, вы сами найдете выход или вас проводит страж?
Говорил он отрывисто и жестко, как, бывало, разговаривал с досаждающими ему студентами или магами Кирин-Тора, мнящими себя бог весть кем. Аэни могла почувствовать, как дрожат его руки. Дагнир с трудом сдерживал себя и бурлящую в нем энергию — виной тому было не только вызывающее поведение эльфа-жреца, но и выпитая накануне чужая мана, которая искала выхода, как вспышка адреналина. Магистр очень хотел что-нибудь разрушить, и теперь подвернулся такой повод... но он не хотел расстраивать Аэнтари. А ведь она непременно расстроится, если он сейчас превратит этого назойливого Авангардовца в овцу. Или во что похуже.
— Не вам приказывать мне, магистр, — тихо, с убийственным презрением в голосе заговорил Фандор, твердо глядя магу прямо в глаза. — Если вы считаете, что вам позволено напасть на жреца Серебряного Авангарда, то глубоко ошибаетесь. Аэнтари Салтерил идет со мной. И это зависит не от меня и тем более, не от нее. Еще раз повторяю, это приказ. Который я намерен выполнить. Надеюсь, смысл слова "приказ", вам обьяснять не нужно?
Фандор вполне мог не настаивать на своем и уйти. Но теперь ему просто гордость не позволяла это сделать и жрец, что называется, пошел на принцип.
Аэни аккуратно высвободилась из объятий мага.
— Пожалуйста, давайте обойдемся без ссор. Тем более, что от этого ничего не изменится. Меня призывает орден, а не Фандор...
Попытавшись встать между жрецом и Дагниром, она наступила на край мантии и забавно споткнулась. Выпуталась, но оставшихся нескольких шагов так и не сделала. Посмотрела в глаза жреца, и от нее вновь потянуло металлическим, латным холодком, ощущением доспехов, которых на ней не было.
— Когда я должна прибыть в ваше распоряжение? — переход на "вы" усилил ощущение до невозможности. — Сейчас я не могу никуда идти. Мне попросту нечего надеть.
— Не позднее, чем послезавтра. — отрешенное спокойствие жреца, казалось ничто не могло поколебать. Затем вдруг выражение его лица и взгляд смягчились, на мгновение показав того, кем он был на самом деле, уставшим служителем Света и никем больше. Но только на мгновение, что бы снова скрыться за маской полного бесстрастия. Несмотря на все нотации, которые жрец читал Аэнтари, больше для проформы, чем действительно в воспитательных целях, он неплохо к ней относился, считая её весьма одаренной и подававшей большие надежды.
— Мне жаль, что так вышло. Но приказ есть приказ.
Фандор принюхался и брезгливо поморщился, переведя взгляд на Дагнира.
— А вам я советую прекратить курить всякую дрянь, если вы хотите прожить еще хотя бы лет пятьдесят.
— Не ваше дело, — жестко ответил Дагнир, однако попыток снова подойти к Аэнтари не сделал. Вместо этого он сел, почти упал в свое кресло и посмотрел в огонь. Котенок, напуганный всем происходящим, легко вспрыгнул к нему на колени и прижался к эльфу, как будто ища защиты. Тонкая рука эльфа медленно и ласково погладила котенка, и раздалось мурлыкание, прорезавшее вдруг воцарившуюся тишину.
— Что ж, — наконец сказал Дагнир уже гораздо более спокойным тоном. — Раз вы решили, то действуйте. Однако я попрошу вас покинуть мой дом. Незамедлительно. Оба. — Аэнтари видела, как дрожат его руки. Спокойный тон был только маской. На самом деле Дагнир был вне себя — только вот непонятно, от обиды или от злости.
Аэни застыла, будто ей к спине приставили нож. А потом очень медленно повернулась, чтобы взглянуть на Дагнира.
— Я что-то решила? Я, кажется, всего лишь задала вопрос, а вовсе не принимала решения... — и закончила, обращаясь уже к жрецу: — Фандор, на сегодня это все, я надеюсь?
— А теперь послушайте меня, Дагнир Перо Феникса. Вы сейчас успокоитесь, иначе я не даю вам никакой гарантии, что вас не хватит удар прямо здесь и сейчас. А когда успокоитесь, то поймете, что Аэнтари не принимала никаких решений, а только подчинялась приказу, как и я. Выгнать её за это я вам не позволю.
Фандор при всей своей дерзости и принципиальности, просто не мог позволить себе подставить Аэни под удар последствий его действий и уж тем более, допустить хоть какой — то вред для нее.
Глаза Аэни немедленно сузились.
— Вы с ума сошли, — сказала она, и холод в ее голоса был напряженно-звонким, хрупким, как острая-острая льдинка. — Подчинюсь я приказу или нет, видно будет послезавтра. А уж в наших отношениях мы, с вашего позволения, разберемся без вас.

ID: 9376 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 15 ноября 2012 — 20:12

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
23 марта 2012 — 14:57 Pentala

Вы вернулись!

25 марта 2012 — 6:11 WerewolfCarrie

Как ни странно, подходит, хоть и не люблю попсу. Но текст зачетный.

25 марта 2012 — 6:42 Pentala

Ничего странного, это я специально.
С прошлого лога терпела, ждала, когда следующий выложите!

26 марта 2012 — 2:16 WerewolfCarrie

Это... так приятно. Я правда польщен, что у нас есть такой читатель, как вы. Значит, есть для кого стараться.
Надеюсь только, что "...пропуская абзацы и главы...", это не про вас :)

ЗЫ, если уж брать попсу, то Дагни больше всего подходит вот это ;))

Смешно, но правда! )

23 марта 2012 — 15:09 WerewolfCarrie

Ага, вернулись :) Я наконец дома. В своем любимом персонаже.

25 марта 2012 — 3:54 Waterbird

Легко, как взмах острого соколиного крыла. Изящно, как ивовые ветви, нависающие над водой. Точно, как удар кинжала в руках истинного мастера. Естественно, как сон или движение. И красиво... какой-то тихой красотой. Тихой не самой по себе, а задушенной, привыкшей молчать красотой.

26 марта 2012 — 12:54 Toorkin Tyr

ты это о картинке?..