Свой путь

Майри Андерфелс

-----------------------------------------
В порту, как всегда, было многолюдно. Правда, захаживали в местную таверну в основном работяги и матросы, поэтому девушке, которая в сей холодный, промозглый вечер решила посетить таверну, было не слишком уютно. Закутавшись в плащ и набросив капюшон, промокший от резкого дождя, что разразился по дороге из города в порт, ее маленькая фигурка проскользнула в двери и прижалась к стене, боязливо оглядываясь.

Трактирщик не обратил на нее никакого внимания, как, впрочем, и посетители — они были слишком заняты выпивкой и горячим рыбным супом, что подавали сегодня в таверне. Девушка осторожно огляделась. И как, интересно, она собиралась здесь хоть что-нибудь найти? Она не представляла себе даже, будут ли местные хотя бы отвечать на ее вопросы. Да и вся решимость как-то выветрилась по дороге в порт. Сейчас Майри хотелось только одного — спрятаться.

В дальнем углу таверны сидел мужчина. Несмотря на то, что в таверне было довольно тепло, он не расстался с длинным потрепанным плащом, который скрывал его тело. Загорелое лицо со спокойными серыми глазами, недельная щетина и свежий шрам на левой щеке. Он молча ел свой суп, глядя в тарелку. Ему не было дела до того, что происходило вокруг, а так как он часто бывал в этой таверне, то все ее обитатели знали, что надоедать ему — себе дороже. Трактирщик не был против этого угрюмого бродяги, платил тот исправно, неприятностей не приносил, а значит мог наслаждаться одиночеством, сколько ему влезет.

Девушка, наконец, набралась смелости и села за соседний пустой столик. Тихонько попросив трактирщика принести ей горячего чая, она осторожно оглянулась и медленно и как бы неохотно стащила капюшон. Под ним обнаружилось довольно миловидное, хотя и немного грустное лицо, растрепанные светлые волосы до плеч и светло-голубые глаза. Вздохнув, она принялась ковырять ногтем столешницу. Вряд ли ей удастся найти здесь хоть что-нибудь, а самой заговорить со здешними людьми ей было страшно. Наверное, она все-таки зря пришла...

Эдвин бросил быстрый взгляд на незнакомую ему девушку. Видимо, она пришла сюда первый раз, вот только зачем? Местечко это было явно не для таких, как она. Он осторожно взял свою чашку с водой и сделал небольшой глоток, после чего вернулся к супу. Аверланд ел неторопливо, тщательно смакуя каждую ложку горячего супа. Изредка его глаза поднимались и смотрели на Майри, но он ничего не говорил, просто привычка была, смотреть на тех, кто явно не в своей тарелке.

А девушка тем временем медленно отхлебывала из кружки горячий чай. Она заметила, что сидящий за соседним столиком человек иногда смотрит на нее, и вроде бы даже без особой враждебности. Может быть, стоит спросить его? Она собиралась с духом несколько минут, изредка бросая взгляд на Эдвина, когда думала, что он не смотрит. Но все еще боялась. Выглядел он довольно грозно.

А наемник продолжал есть свой суп. Девушка напоминала ему кого-то из его прошлой жизни, из жизни капрала Аверланда... Да, давно это было, Альтерак еще не прогнил, веселое было время. Бродяга хмыкнул и сделал очередной глоток из чашки. Она подойдет с вопросом, он был уверен. Такие заходят сюда только в поисках чего-то, и никак иначе.

— Здравствуйте... — раздался ее тихий и неуверенный голос. Девушка подошла к столику и присела напротив, задумчиво глядя на наемника и сложив руки на коленях, словно прилежная ученица. Она явно не принадлежала этому месту, даже этому городу — ее пугала толпа, привыкшую к тихой жизни где-нибудь на отшибе, подальше от шума и грязи столицы.

— Добрый день, — его голос был спокойным и усталым, прямо как выражение лица. Мужчина уже доел свой суп, поэтому отодвинул тарелку, которую забрала подошедшая официантка. Грубые руки держали деревянную чашку, а серые глаза смотрели на Майри, ожидая ее вопроса.

— Я надеюсь, что вам не помешала? — Майри попыталась было улыбнуться, но вышло не очень убедительно. Руки ее на коленях сжимали ткань плаща. Смотреть в глаза она избегала, только изредка бросая взгляд на человека и пытаясь понять, стоит ли его опасаться или нет.

— Нет, вы мне не помешали, — Эдвин сделал небольшой глоток и поставил чашку на стол. Он внимательно оглядывал свою собеседницу, нисколько не смущаясь этого. Впрочем, это тоже была привычка — запоминай любого, с кем тебя свела судьба, и однажды это пригодиться тебе.

— Тогда позвольте я задам вам вопрос, — она вздохнула, собралась с духом и быстро проговорила: — Вам что-нибудь известно о человеке по имени Освальд Андерфелс? А еще, слышали ли вы что-нибудь о том, что произошло несколько месяцев назад в порту Штормграда? — она посмотрела на Эдвина, как будто извиняясь за свой столь дерзкий тон, но не могла придумать другого способа получить нужные ей ответы.

— Может быть, слышал, — Эдвин едва кивнул, — С какой целью интересуетесь?

Понятно, значит, девчонка и правда пришла сюда за какой-то определенной целью, но как-то не верилось, что она из стражи или еще откуда-то из тех, кто мог интересоваться теми событиями, что произошли в порту Штормграда несколькими месяцами ранее.

— Я хочу его найти, — осторожно ответила девушка, закусив губу. Она не хотела говорить лишнее, потому что... мало ли как к ней отнесутся, узнав, что тот маньяк из Штормграда, которого тут недавно застрелили — ее отец? Поэтому она предпочитала уходить от ответа. — Это... личное, — поспешно добавила она, неуверенно улыбнувшись.

— Родственник? — Аверланд продолжал смотреть ей прямо в глаза. Он знал, что она не будет ему врать, опыт военного позволял знать такое, о чем гражданские могли лишь догадываться. Тем не менее, он явно не собирался ей улыбаться, впрочем, не то, чтобы конкретно ей, просто последние несколько лет наемник почти не улыбался, на это тоже были свои причины, которые он не открывал никому, кроме, может, самых близких людей.

— Я... не... — она отвела взгляд, решительно не желая отвечать на этот вопрос. Проклятие! Да ведь она и подошла к нему только для того, чтобы он ответил на ее вопросы, а теперь получается так, что допрашивают ее саму. Майри мысленно отругала себя за глупость. Не нужно было сюда приходить, лучше бы она осталась в городе и вообще забыла бы об этом случае. Но что-то внутри нее не позволяло вот так просто забыть. Может быть, чувство долга, а может, тайное желание все-таки найти свою настоящую семью.

— Ладно, не важно, — бродяга покачал головой и опять принялся пить свою воду, — Значит, вы хотите его найти?

Он помнил рассказ про этого человека, правда, осознанно никогда не интересовался теми событиями. Говорят, что этот челове… нет, это существо причастно к гибели "Последней надежды", на которой плавал один знакомый Эдвина. Впрочем, вроде бы этот Андерфелс мертв, то ли утопили, то ли застрелили, а сейчас эта девушка приходит в эту задницу, то есть в таверну, и начинает расспрашивать первого попавшегося на эту тему... Любопытство не порок, так считал Аверланд, поэтому он и заговорил с ней, в другом случае просто ушел бы.

— Да, хочу, — кивнула Майри, глядя на Эдвина и гадая, о чем же он сейчас думает. И знает ли он вообще хоть что-нибудь, что могло бы ей помочь в поисках. Впрочем, надежду она уже почти потеряла, но ее природное упрямство не позволяло просто так сдаться. Если даже она не найдет следа пропавшего отца, то отправиться дальше. Да хоть в Нордскол. Этот человек был единственным, кто остался у Майри, единственным после гибели учителя.

— Так вы что-нибудь знаете о нем? — продолжала она, испытующе глядя на Эдвина.

— Знаю, — кивнул Эдвин. Наемник едва слышно вздохнул. Наверняка это кто-то из ее родственников, либо кто-то из ее друзей. Не хотелось расстраивать ее, говоря, что тот мертв, но и утаивать ничего не хотелось. Некоторое время он молча смотрел на нее, а потом произнес:

— Ходили слухи, что кто-то очень похожий на твоего Андерфелса устроил в порту веселое зрелище, — бродяга почесал щетинистую щеку и продолжил, — В общем его пристрелили и сбросили в воду, но я не уверен, что он мертв, — он замолчал и посмотрел на Майри, ожидая ее реакции.

— Он жив, — упрямо прошептала девушка, откидывая с лица прядь упавших на глаза волос. — Я знаю... он жив.

В ее голосе вдруг прозвучало нечто, отдаленно похожее на одержимость. Она просто не восприняла бы весть о том, что ее отец мертв. Не поверила бы. Только лишь с помощью Индариона и своих друзей она смогла в свое время поверить в смерть своего учителя, несмотря на то, что видела своими глазами, как тот рассыпался в пыль. Но теперь она не хотела верить, что ее отец тоже ушел в небытие. Это было бы слишком. Слишком много для девочки, которой не исполнилось еще и двадцати — и ее удерживало от падения в бездну только то, что она продолжала верить.

— Не уверен, что жив, но не думаю, что мертв, — наемник нахмурился. Ему явно не понравилось то, что девчонка так переживает, еще пойдет топиться или вешаться.

— После этого пропал корабль... На нем плавал один мой знакомый, — Эдвин хмыкнул и подозвал официантку, заказав у нее две порции грога, один простой, другой с медом.

— Так вот, корабль — пропал, а незадолго до этого они взяли на борт человека, который плыл себе по морю и никого не трогал, — бродяга по-прежнему смотрел прямо в глаза Майри, надеясь, что она не упадет в обморок или не сбежит отсюда. Она напоминала Аверланду дочь и тем самым могла получить от него информацию бесплатно. Пожалуй, это единственное, что могло разговорить хмурого наемника.

— А куда плыл корабль? — спросила девушка, кладя руки на стол и наклоняясь вперед, с надеждой глядя на наемника. — И где он сейчас?

Когда она вытянула шею, стало видно, что сбоку, почти на том месте, где проходила сонная артерия, у девушки был едва заметный шрам. Так, царапина, но ей кто-то явно хотел перерезать горло. Причем профессионально, но ему что-то помешало.

Официантка принесла поднос с двумя чашами, из одной призывно пахло медом и чем-то алкогольным, из другой пахло... просто алкоголем.

— Возьмите, — наемник отдал официантке несколько монет и подвинул чашку с медом Майри, себе взяв вторую. Он редко пил, еще реже пил за свои деньги, но сейчас самым главным было успокоить девочку, а лучшего средства, чем медовый грог, наемник не знал. Эдвин неспешно отпил из своей чашки, на миг прикрыв глаза, позволяя теплу медленно перетекать изо рта в живот.

— А это алкоголь? — девушка осторожно попробовала напиток. Он был вкусным, но она-то прекрасно знала, как ее развозило даже с одной кружки вина. — Индарион говорит, пить вредно. Но раз уж вы угощаете... спасибо, — она улыбнулась, несколько расслабившись. Мокрые волосы уже почти высохли и теперь тускло блестели в свете ламп. Откуда-то справа донесся взрыв хохота — матросы проводили вечер в компании огромного количества эля и местных девиц. Майри чуть дернулась, но потом снова успокоилась.

— А вас как зовут? — поинтересовалась девушка, отпивая еще один глоток. На ее щеках медленно, но верно появлялся румянец.

— Не сильно крепкий, только, чтобы ты успокоилась, — тихо произнес наемник, попивая свой напиток. Он бросил быстрый взгляд на шумную компанию. Буквально несколько секунд он смотрел на них с явным неодобрением, но потом вернулся к Майри:

— Эдвин, — коротко представился бродяга. Серые глаза скользнули по шраму на ее шее, и машинально он отметил профессионализм того, кто его оставил, видно, только чудо спасло девчонку.

— А я Майри, — улыбнулась девушка. Она выпила уже половину кружки, и действительно — напиток подействовал, постепенно напряжение отпустило ее, и она блестящими глазами смотрела на человека перед ней. — Вы здесь живете? — поинтересовалась она. Ее природное любопытство сейчас ясно просматривалось в ее заинтересованном взгляде и в том, как она разглядывала Эдвина. Такие люди очень часто с лихвой расплачивались за то, что совали нос всюду, куда не следует, но ей, видимо, пока повезло.

— Нет, я здесь не живу, — покачал головой наемник, — Мой дом в Элвиннском лесу, оттуда ближе до...работы, — в принципе в этом была часть правды, ведь лагерь Волков был именно в лесу. Майри была любопытной, и это было плохо, особенно, если судить по шраму на шее. Такие долго не живут, если, конечно, у них нет нужных знакомых или друзей, и как раз у нее они явно были, коли интересуется этим Андерфелсом. Так что Аверланд считал, что рассказывать о себе все не стоит, но и не было нужды откровенно врать.

— А я с друзьями живу в Штормграде, — сказала Майри, откидываясь на стуле и допивая медовуху. — Но вообще-то родилась я не здесь. Я из... — она щелкнула пальцами, будто бы забыла название. — Из монастыря, что в Нортшире. Бывали там когда-нибудь? Там совершенно бесподобные виноградные сады.

— Нет, не был, не довелось, — негромко ответил наемник, — Слышал, что виноградники не раз сжигали, но это все, что я знаю об этом месте.

Грог медленно, но верно расходился по всему телу — это было понятным, потому что по всему телу разливалось тепло, заставляющее чувствовать себя немного уставшим, но довольным.

Внезапно из-за дверей таверны донеслось пронзительное ржание, а сразу вслед за ним — чья-то ругань. Девушка вскочила из-за стола, мгновенно побледнев и каким-то чудом не опрокинув пустую кружку.

— Кэльпи! — крикнула она, неизвестно что имея в виду, и быстро, чуть ли не спотыкаясь, побежала к выходу.

Эдвин среагировал едва ли не быстрее самой Майри. Наемник вскочил со стула так быстро, что плащ на миг разошелся, демонстрируя всем, кто смотрел на бродягу, что у того на поясе висит пистоль, причем явно не из дешевых моделей, а так же кинжал и что-то отдаленно напоминающее мачете, только меньших размеров, в общем это явно не снаряжение лесника, которым тут считали Аверланда.

Он поспешил вслед за Майри, прокручивая в голове варианты дальнейшего развития событий. Почему-то ему казалось, что ничего хорошего из всего этого не выйдет.

Выскочив на улицу, под проливной дождь и хлещущий по щекам холодный ветер, Майри увидела в свете раскачивающегося фонаря огромный силуэт своего боевого коня. Несколько темных фигур пытались увести лошадь под уздцы, отвязав ее от коновязи у входа в таверну. Конь сопротивлялся, но медленно шел за своими похитителями, то и дело стуча копытом по брусчатке и протестующе ржа.

— Отпустите мою лошадь, вы! — девушка не раздумывая кинулась вперед. При ней никакого видимого оружия не было, плащ развевался за ней, похожий на гигантское крыло.

Следом за девушкой на улице появился наемник. Буквально через мгновение он уже понял, что ситуация, как и ожидалось, была не самая позитивная. А самое печальное было то, что безбашенная девчонка уже рванула к конокрадам.

— Куда?! А ну назад! — крикнул бродяга, бросаясь вслед за Майри, на ходу выхватывая пистоль, а другой рукой хватаясь за рукоять кинжала.

— Отвали, коза, — прошипел один из конокрадов, и в темноте сверкнул нож, который он выхватил. У второго тут же в руках оказался взведенный арбалет, а третий поспешно заряжал пистоль.

Майри, ничуть не смущенная таким обилием оружия, ухватила первого конокрада за рукав и требовательно крикнула:

— А ну бросьте! Это моя лошадь, слышите? — она упрямо сжала губы, глядя на своего противника, который, похоже, немного растерялся от такого напора и бесстрашия. — Бросьте немедленно!

Позади девчонки раздался выстрел. Пуля со свистом впилась в руку того, кто целился из арбалета.

— Я бы посоветовал вам оставить коня и убираться отсюда, — Эдвин хмуро смотрел на конокрадов, быстро убрав пистоль и достав вместо него кинжал и мачете. Выглядел он не особо грозно, какой-то бродяга, в старом плаще, не особо большой, но вот взгляд, взгляд был опытного воина, и в нем читалась суровая решимость.

— Ах ты сволочь! — вопил тот, кому Эдвин выстрелил в руку. Арбалет он выронил и отступил, пытаясь скрыться в темном переулке. Остальные несколько стушевались, человек с пистолем дрожащими руками прицелился в наемника. Видно было, что они не опытные грабители, а всего лишь жалкие бродяги, что воровали у напившихся вусмерть матросов их нехитрые пожитки да иногда лошадей, оставленных без присмотра.

— Спасибо, — Майри удивленно оглянулась, как будто не поверила, что Эдвин вступился за нее. Ее лицо осветилось улыбкой, но ненадолго — парень, которого она крепко держала за рукав, ткнул ножом куда-то вслепую и, отпихнув девушку от себя, быстро схватил своего приятеля за руку, и они побежали туда, где скрылся раненный в руку человек.

Майри тихонько вскрикнула и упала на брусчатку. На лице ее проступило удивление — она словно не верила, что кто-то вот так просто мог причинить ей боль.

Эдвин хотел было догнать негодяев, но взгляд зацепился за упавшую Майри, и он выругался себе под нос. Подбежал к девушке и опустился перед ней, заранее убрав оружие в ножны, и запахнув плащ:

— Куда ты рванула то, жить надоело? — недовольно поинтересовался он, отвыкший от того, что его не слушаются, — Ранил? Ну-ка, покажи.

ID: 8810 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 23 июня 2012 — 21:04

Комментарии (1)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
4 февраля 2012 — 12:15 Elkon

Прекрасно, мне очень понравилось :)