Старый Город Принципы

Якоб Джеймс Томпсон
Джим Конвей

Продолжение эпопеи джентельменов с большой дороги. На этот раз молодой констебль Якоб вынужден просить помощи у Джима Конвея - молодого вора и лучшего друга.

Весь Старый Город был на ушах эту неделю. Всего за несколько дней в этом районе произошло множество вещей, которые буквально перевернули все с ног на голову - разрушение целой мануфактуры под натиском «синих накидок», весть о смерти крупного криминального авторитета и дальнейший хаос в преступных слоях города, повышение активности преступников в тюрьме Штормграда…

<…>

Якоб шел по Соборной площади, четким ритмом чеканя по каменной мостовой каблуками черных туфель. Взгляд юноши-констебля был устремлен вниз, на эти самые туфли, которые при каждом шаге тонким слоем снега, что, собственно, немного его раздражало; после каждого шага он делал более сильный шаг, чтобы стряхнуть снег с обуви.

Подойдя к фонтану, он с трудом поднял взгляд на каменную скамью, покрытую инеем, который, видимо, успел упасть с ближайших деревьев.

Стряхнув единственной на данный момент рабочей рукой снег, Якоб аккуратно уселся на скамью и повертел головой, осматриваясь в поисках кого-то. От столь резких движений голова вновь заболела, из-за чего молодой констебль машинально схватился за перебинтованную голову.

Якоб заметил, что со стороны Собора медленно, но верно приближалась фигура, укутанная в тёмный плащ и время от времени поддерживающий капюшон от сильного ветра, который в этот день разозлился не на шутку. На какое-то время констебль мог засомневаться в том, что незнакомая фигура действительно приближается к нему, но когда она сначала остановилась, глянула в его сторону и зашагала ещё быстрее - сомнений не осталось, это был именно он.

- Зачем ты меня позвал? - приглушенно донесся из капюшона знакомый для Якоба голос Джима Конвея, который уже в плотную подошёл к нему и присел рядом, важно скрестив руки на груди.
- Ох... Привет, Джим, - Якоб аккуратно повернул голову. - Я слышал о Джеффри... он был плохим, но... мне жаль.

Джим отстраненно кивнул и повторил свой вопрос.

- Так это... теперь в Старом Городе должен быть новый... ну, то, что делал Джеффри. На нас тут свалилась куча разных дел - мануфактуру штурмовали вон, слышал? Ещё какой-то маньяк, говорят, бродит... или это волк какой... неважно. В общем, Джим. Что ты сейчас делаешь?
- Что я делаю? - Джим хмыкнул себе под нос и тут же ответил, - Похоже, совершаю самый глупый и опрометчивый поступок в своей жизни.
- А точнее?
- Вопросы... они требуют ответов, а таких у меня нет. - вновь немногословно ответил вор и посильнее укутался в тёплый плащ.
- Джим, ну я ведь не поверю, что ты вот так в городе и лишь сидишь без дела. В Старом Городе хаос...
- Я не буду возвращаться в Старый Город, пока всё не уложится и, тебе не советую, там могут застрелить любого, кто им покажется подозрительным и с одной и с другой стороны.
- Спасибо, уже заметил, - Якоб шевельнул забинтованной левой рукой, мимолетно указывая на перебинтованную голову. Взгляд наполнился некой иронией, но через секунду юноша продолжил, - Так вот, Джим. Ты можешь помочь?
- В чём?
- Насчет всей этой заварушки. Ты ведь друг Джеффри, у тебя должны были быть связи...

Джим повернулся и внимательно вгляделся другу в лицо, сурово нахмурившись. Он кивнул, чтобы Якоб продолжил.

- Так вот... нам нужен тот, кто ответственен за беспорядки в Старом Городе... точнее не нам, а Ставке. Джим, ты ведь знаешь, кто это? Некто Лоренцо... говорят слухи.
Вор на какое-то время задумался:
- Да, я знаком с ним. Но если ты хочешь с моей помощью его засадить, - он нервно сглотнул и продолжил, - То никто, ты слышишь? Никто не должен знать, что я помогаю вам.
- Это будет лично между нами, Джим. Я получил роль помощника у одного следователя, и теперь хочу, чтобы ты мне помог. Но... почему ты та быстро согласился?
- Я согласился не из-за того, чтобы помочь Ставке, а из-за того, что этот ублюдок нагло подсидел место у Джеффри и потому что просишь меня ты, мой друг. Свет мне свидетель, после этого я никогда не буду иметь дела с синими, - мрачно произнёс он и склонил голову вниз.
- Ты не меняешься...
- Мне нельзя меняться, Якоб. - не менее загробно продолжил вор, - Я встал на тот путь, с которого меня может свернуть только смерть. И, возможно, где-то в душе я ненавижу себя за это и за свои принципы, которые, как бы я не старался, не смог преодолеть.
Он чуть дрогнул и скрестил руки на груди.
- Джим... Свет прощает тех, кто осознает свои поступки. И ведь нельзя же так все время жить вопреки законам... делать зло... - далее Якоб снизил тон. - Джеффри вот уже поплатился...
- Джеффри поплатился не за это, - поднял голос Джим, грозно приподнимая взгляд на своего друга, - Неужели сами законы, написанные дешёвыми и надутыми аристократами, могут нести добро? Нет. Добро могут нести только люди.
- Какими бы не были законы, она написаны тоже людьми. Даже аристократ понимает, что воровать и убивать - против всякой морали. И Джеффри поплатился за то, что делал. - надавил констебль.
- Ты можешь меня принять за упёртого кобольда, но я никогда не поверю в то, что говоришь ты. Почему они должны каждый вечер проводить в балах и пирах, а крестьяне выживать? И забудь про Джеффри, он связался с психами, которые обязательно поплатятся. - в глазах Конвея на секунду загорелся недобрый огонёк, который тут же сменился всё тем же опустошенным взглядом.
- Но ведь мир не делится на дворян и крестьян, Джим!
- Чего ты добиваешься, Якоб? Хочешь показать мне, насколько все эти стражники и верхушка хороша? А не эта ли верхушка отдала приказ стрелять на поражение в тех людей на мануфактуре? Не эти ли люди этот приказ исполнили? А ведь там были дети, невооруженные работники, Якоб. По-твоему это правильно? - Джим уже приподнялся с холодной скамьи и тяжко вздохнул.
- Суров закон, но это закон, Джим. Те люди были виновны, а дети и работники... - на секунду Якоб замолчал. - Они... мало ли что могли сделать те бандиты на мануфактуре. Тем более, что лучше пострадает десяток сегодня, чем тысячи завтра, Джим. Пойми - мир не делится на угнетателей и угнетенных, есть всякий закон, и его надо выполнять.
- Мне так не кажется, - неугомонно продолжал Джим, резко отдёрнув Якоба, - И позволь мне, если это всё, уйти. Сегодня я согласился на то, что на пару шагов приближает меня к кончине.
- Ты не меняешься, Джим. Ну, и на этом спасибо. Я тоже пойду... голова болит.
- Зато ты меняешься, Як, - качнул головой вор, поддерживая рукой капюшон, - Ты становишься всё более похожим на них и, если ты и действительно так думаешь - мне тебя жаль.

Он резко развернулся и поспешил уйти, делая размеренные и уверенные шаги в сторону Торгового Квартала.

ID: 8348 | Автор: EatMyDust
Изменено: 6 января 2012 — 17:56