Исповедь

Эллеанора Мэйдэй
Генри Балтимор

Солнце делило горизонт на алые и синие тона, скрываясь за высокими стенами крепости. Женщина в одеянии священнослужителя, сложив руки за спиной, шагала в сторону небольшой часовни. Постовые на стене как всегда бездельничали собравшись в кучку и болтая о праздном. Конец дня наполнил двор крепости тенями, в которых то туда то сюда юркали грызуны.
Каждый в этой крепости звал ее сестрою Элли Мэйс и лишь немногие, имеющие с ней общее прошлое помнят ее как Эллеанору Мэйдей, одного из старших дознавателей Нового Дольнего Очага.
Генри сидел на бочке, молча наблюдая, как крыса, пойманная в клетку, пытается перегрызть прутья. Мусор, вытащенный из захламленной кузницы, медленно разгорался, не предвещая паразиту ничего хорошего.
Лицо разведчика было сосредоточенным, как будто он пытался увидеть в панике крысы какой-то ответ. Иногда мужчина подносил ко рту еле тлеющий окурок самокрутки и глубоко затягивался.
Женщина, проходящая вдалеке по направлению к часовне, привлекла внимание. Помедлив, Балтимор спрыгнул с бочки и, забросив окурок в костер, быстрым шагом двинулся наперерез.
Догнал он её уже непосредственно у ступеней в часовню. Генри поклонился, пробормотав просьбу о благословении.
Жрица заметила приближающегося не сразу, и вздрогнула от неожиданного голоса разведчика.
Оглядев мужчину, Эллеанора нахмурила брови и вздохнула.

- Конечно, быть может вы хотите поговорить? Кажется, вас гнетет что-то?

Эллеанора указала рукой на вход, всматриваясь в глаза разведчика.
Генри был несколько смущен - раньше он не так часто обращался с душевными терзаниями к жрецам... да к кому бы то ни было.
Отведя взгляд, Балтимор зашел в часовню и остановился, пропуская вперед жрицу и, мысленно, подбирая слова для начала разговора.
Эллеанора прошла вперед оглядывая пустое пространство часовни и глубоко вдохнула запах ладана и свечей. Заходящее солнце, проходя через витражи, окрашивало стены и потолок.

- Я люблю бывать здесь в одиночестве и размышлять о прошлом, и о настоящем. Здесь как нигде ощущаешь свою близость со Светом, - проговорила жрица в пространство. Затем повернулась к Генри, складывая руки перед собой.
- Но храня тревоги и неуверенность, мы отдаляемся от него. Освобождая место в душе для тьмы.
- Неуверенность, говорите. Это есть, - Балтимор задумчиво изучил игру пыли на солнце, а потом перевел взгляд на Мэйдей, - Почему вы ушли тогда, сестра Элли... Эллеанора? Почему вы покинули Орден?

Эллеанора грустно ухмыльнулась и покачала головой. Посмотрела в глаза Генри тяжело вздыхая и выдыхая.

- Я была молода когда все начиналось. Все мы оказались там не от хорошей жизни. Пламя давало надежду на спасение, возмездие, очищение. Защиту всех тех, кто был бы следующим после Лордерона. Каждый из нас не понаслышке знает о потерях, Генри. - Эллеанора подошла ближе.
- А потом пламя разрасталось, но не в том направлении, не то пламя. Скверна укрепилась в наших рядах и поглощала все те устои и постулаты, на которых мы существовали.

Годы наваливались с каждым словом, и сейчас особенно сильно был заметен не малый возраст и усталость этой женщины.

- Я помню алое пламя ордена и помню то что вкладывалось в него. Помню то, что мы прошли, неся его. Но тот бастион в Нордсколе, который стал новым домом для нас - уже не был Тем пламенем.
- Вы же знаете, что делает Магистр, - Генри отошел к двери и выглянул на улицу, проверяя наличие лишних ушей, а потом закрыл дверь, - Он хочет возродить Орден! То, о чем я невольно думал целых три года на той проклятой земле.

Балтимор махнул рукой на север и замолчал на некоторое время. Поднял руку, показывая, что не закончил.

- Но мороз, голод, гибель товарищей и убийство бывших соратников заставляют думать. Думать так, как не думал никогда в Ордене. Кто знает, сколько ложного нам говорили за все эти года! И на чем все строилось? На безоговорочной вере в Свет и лидеров! А теперь посмотрите, что происходит здесь, - Балтимор подошел и плюхнулся на скамью, - Сестра, я боюсь, что мы возвращаемся на тот же круг.

Жрица стоя рядом со скамьей покачала головой.

- Антодиас верен Свету, всем своим естеством. Расскажи, как ты попал в Орден?

Генри попытался сесть поудобней, но, чувствуя себя неуютно от стоящей жрицы, тоже встал.

- Меня спасли из подо льда разведчики Алого ордена, хотя тогда он еще кое-кем назывался Орден Алых Крестоносцев. Это случилось... Если мне сейчас тридцать два, то пять, нет с этого года, шесть лет назад.

Генри потер шрам, пересекавший его лицо.

- Я не помню ничего до этого. Меня вылечили и выходили жрецы. Идти мне было некуда, а этим людям я был обязан жизнью. Они дали мне цель и инструменты, дабы её добиться.

Генри облизал губы, в привычном бессознательном жесте, который указывал на то, что что-то скрывается.

- И ты решил посвятить свою жизнь Свету и Ордену? Вот так отрекаясь от жизни ради самого себя? Иметь возможность пойти туда куда желаешь и делать то, что считаешь нужным? Почему же?
- А куда мне идти? - Генри усмехнулся, - Вспомните те года, вспомните, шло нашествие Плети двадцать пятого года, когда все то, что сохранилось после гражданской войны в Лордероне, вновь горело, мерло и воскресало. И тут я, без памяти, без друзей, без цели. Куда мне идти? Мне предлагали кров, еду, мне нравились люди, которые горели, так сказать, целью. Читали ли вы "Знамя борьбы"? "Он шел вперед, неся свое знамя, я сделал шаг, чтобы идти за ним".

Балтимор посмотрел в глаза жрице и осклабился.

- Да и получалось у меня, чего таить. Не знаю, как я попал под лед, но до этого я точно был не хлебопашцем.
- Идти за ближним, который следует за идеей. А вы сами загорелись этой идеей? Приняли ее как свою? Похоже, что нет. Вашей целью был кров, еда и люди рядом. Живые, горящие жаждой что-то изменить, добиться и выжить. И вам нравилась ваша работа, так Генри? Вы жили ей, но не Светом.

Эллеанора скрестила руки и холодно глядела на мужчину, ожидая.
Генри нахмурился.

- Зря вы так говорите... Ой зря. Трудно не принять цели, когда на руках кровь человека, который погиб за них. Это может быть некоторые, - мужчина сдержался, чтобы не перейти на личности, - приходили в Орден ради того, чтобы отомстить за бабушку, дедушку, и любимую собачку. Я попал в Орден случайно, но через дело, через кровь и пот познал цели. И вот чего-чего, а их я придерживаюсь до сих пор. И я мщу не за случайных жертв, а за них.

Генри расстегнул верхние пуговицы безрукавки и достал из кармана небольшую замусоленную книжку.

- Вот люди, за которых я мщу. И живы они остались только в этой маленькой книжке благодаря тому, что я их сюда вписал, - разведчик покраснел, шрамы же побагровели и походили на багровые реки, пересекающие лицо, - Я жил работой? О да, я жил этой чертовой работой. А руководили мной те, кто говорил от имени Света! Такие же люди, как вы, Штерн или же Судья, который приговорил Доминика к смерти!

Балтимор стоял напротив жрицы и обвиняюще тыкал поминальником в сторону женщины.

- Я пришел сюда высказать все свои сомнения и я, черт подери, выскажу! Я перестал верить в Свет, хоть и молюсь ему до сих пор. Я перестал верить в Свет, когда те, кто говорит от его имени, оказались суками и предателями идей. Если Свет дарует силы лишь праведным, то как, объясните мне, ушедшие с демоном и убийцей Верховного генерала, продолжали его использовать? Как умершие и восставшие братья в Стратхольме продолжали поклоняться ему!?

Жрица глядела бесстрастно на исходящего желчью разведчика, скрестив руки. Дождавшись пока поток эмоций и обид иссякнет, Эллеанора выдержала паузу и проговорила, не изменив тона:

- Только еретик позволяет себе искренне считать, что то что извергают из себя умертвия и прислужники скверны - есть Свет. Вы уже взрослый мальчик, Генри и далеко не новичок в разведке. И я уверена, что вы как знаток своего дела в состоянии отличить фокусы, черный обман скверны и магию от истинного Света. - Эллеанора испытывающе посмотрела на Балтимора.

Генри замер, злобно глядя на жрицу. Создавалось ощущение, что мужчина сейчас ударит её, но спустя несколько мгновений Балтимор справился с собой и загнал гнев опять внутрь себя, став каким-то серым и заморенным.

- Не называйте меня еретиком, это начинает приедаться. В моей нынешней жизни это слово очень уж в ходу, - убрав поминальник во внутренний карман, разведчик медленно застегнул пуговицы, - Вы верно говорите, я должен распознать фокусы от истины. Но как это сделать, если те, кто учил тебя мертвы, а те, кто являлся примером, поддались демонам? Когда ты видишь то же лицо, слышишь тот же голос и видишь, как он использует Свет для своих целей. Я держался за вашу идею: "Это все ложь, это все тьма...", но я не видел различий. Их попросту нет, хуже того - человек, который, по моему мнению, предал Орден, считает предателем меня! Он не видит то, что вижу я!

Генри отвернулся от жрицы и посмотрел на витражи, на которые падали последние лучи света.

- Вы никогда не думали над приказом? Я - никогда. Говорят - делай, это было основой основ, Послушанием. Но вы не думали, что, может быть, со стороны, все эти приказы о вычищении Чумы вместе со всеми жителями деревни, походили на те бесовские пляски, которые нынче в ходу у изменников? Вы не думали, что мы можем заблуждаться настолько, что, оказывается, не в состоянии "отличить фокусы, черный обман скверны и магию от истинного Света"?

Очередной усталый вдох и на этот раз жрица глядела печально.

- Все мы были обмануты. Тем не менее наша сила в Вере, которую не сломили ни демоны захватившие наших лидеров, ни испытания силы духа. Вы выстояли и сейчас в вас говорит отчаяние. Страх перед новым предательством. Но все зависит от вас Генри.

Эллеанора подошла ближе и сжала руками плечи разведчика, вглядываясь в глаза.

- Вы в отчаянии, страх захватывает вас. Но вы видели Артефакт, вы видели те испытания, через которые нас провел Свет! И Свет вновь привел вас к верным, хранящим истинный огонь. Вас спасли разведчики Алого ордена из под льда. И через много лет отчаяния и предательства. Потерь близких. Верные истинному огню спасли вас из холодной пасти Нордскола. Свет ведет вас Генри, - жрица отпустила и отступила назад, - Но побойтесь впредь говорить о умертвиях взывающих и направляющих Свет. Это то зло, которое мы поклялись искоренить, и обет в силе!

Балтимор глядел в глаза жрицы и что-то медленно менялось в нем. Он слушал слова, видел связь между двумя такими похожими событиями, которую выявила Мэйдей. Впервые за довольно долгое время ему захотелось поверить в то, что ему говорили. Не слушать, пропуская мимо ушей, не подчиняться приказам, а просто верить в Дело. Верить в Цель. Как когда-то давно, Генри смутно, но увидел дорогу, по которой мог бы идти вперед вслед за знаменем.
Женщина сложила руки на груди.

- Те юнцы, что прошли через испытания, все еще слабы как духом, так и телом. Лишь немногие осознают, ради чего они примкнули к церкви. Вырастить из них Орден заново будет очень непросто. Но наша цель блага, пусть и прошлое у очернено. Но кто если не мы. Тьма все ближе. Только мы сможем выступить на защиту человечества от приближающегося ужаса. Всегда тяжело принимать решения и брать ответственность за судьбы людей. Но такие решения необходимы перед угрозой всему живому.
- Но почему нужно начинать с предательства? С убийств, пусть даже ради цели? Почему мы должны вновь начинать все строить на крови невинных и заблуждающихся, но не злых и не развращенных?
- Не позволяй обманывать себя невинной внешностью и красивыми речами. Чаще всего зло скрывается под личиной добра, что бы запутать нас и сбить с пути. Лишь истинный Свет рассеивает ложь и скверну. Наказание за грехи не убийство, а возмездие. Свет не станет карать невиновных перед ним.

- Отчего вы так говорите? Неужели те, кто прошел вместе с нами все испытания, достоин смерти лишь из-за того, что придерживается доктрин церкви Штормграда, а не Лордерона?, - Балтимор сжал губы, - Я бы понял, если бы их изгнали, но смерть? Не слишком ли сурово наказание за непонимание и непринятие?
- Брат мой. Бремя принятых решений лежит на нас. Жизнь Антодиаса, моя, твоя и всех наших братьев, жизни всех тех людей, что погибнут под натиском скверны, если никто не остановит ее. Не отдаст свои жизни, не встанет на пути у зла, что бы уничтожить его. Ты видел на что способен Альянс. Как бравые воины продолжают грызню с ордой на чужой земле за пустые идеалы, вместо того что бы освобождать земли человечества в которые вгрызаются умертвия Сильваны. Давно ли ты видел Южнобережье и Хилсбрад? Плеть хозяйничает на землях наших отцов, пусть и зовется теперь иначе. А теперь представь, во что превратит зарождающийся Орден один человек церкви Штормграда. Они погрязли в коррупции и жажде власти. Ты был в нынешней столице и все видел. Их не заботит истинный враг, у них в голове лишь призраки прошлого и туманные образы лживых сокровищ далекой земли. Нас растопчут, детей, что следовали за нами, навсегда сочтут преступниками. А тебя, меня и наших братьев повесят как еретиков. Смерть - это не просто. Отбирающий жизнь кладет на свои плечи тяжелый груз. Смерть это страшно и мы обязаны сделать так, чтобы смертей было как можно меньше!
- Вы правы, сестра. Я верю вам. Я не видел многого, что творится в Штормграде, но те фрагменты, которые попались мне на глаза, подтверждают ваши слова. Их слабые дети, которые волею Света попали в этот Орден, забили себе голову байками и не знают ужасов другой стороны жизни. Я верю вам, думал об этом и раньше - церковь Штормграда... люди, не хотят не то, что отвоевывать свои исконные земли и вершить месть над тварями, но и боятся признать наши дела. Чего там - наверняка они бросили на произвол все то, что сделал Алый Орден в дни своего величия.

Генри медленно ходил кругами, рассуждая и то вскидывая руки в негодовании, то хмурясь. Прекратив свое блуждание, Балтимор подошел к жрице и встал перед ней на колено.

- Я благодарю вас, что вы напомнили одну прописную истину: смерть некоторых может спасти жизни всех. Моя душа еще не очистилась от смятения и вопросов, но мне легче. Благословите, сестра, я должен начать готовиться к завтрашнему дню.

Глубокий вдох, Эллеанора кивнула серьезно и закрыла глаза, поднимая руки над головой, нараспев читая молитву о благословении. Завершая ее словами:

- Благословлен будь твой путь брат Генри Балтимор в тяжких для души, но верных для Света делах.

Жрица коснулась пальцами головы разведчика осеняя того золотистым свечением разносящим по всему существу тепло Света.

- Помни брат мой, что наше дело благое и Свет ведет нас.

ID: 15163 | Автор: Zenov
Изменено: 29 января 2014 — 23:59

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
29 января 2014 — 22:43 Рыжая dzejd

обожемой...

30 января 2014 — 0:17 Magister Антодиас

Кажется мы стали забывать, какой должна быть настоящая исповедь. *кликабельно*
secqfyinvj0.jpg
Я рад, что Эллеанора заставила намотать Генри сопли на кулак. Нет, ну реально ведь глупость! Какой заговор можно построить без жестокого убийства в начале?