Внимание: материал сексуального характера!
Опубликованный на этой странице текст содержит описание сексуальных отношений.
Не читайте его, если вы младше 18 лет или сторонитесь подобного.

Свет луны в глазах мертвой кошки Часть вторая. Пепел прошлого

Дагнир Перо Феникса
Аэнтари Салтерил Дыхание Рассвета

-------------------------------------
...Аэни проснулась с первыми лучами солнца. Дагнир спал, свернувшись в клубок и наполовину прикрыв лицо руками — будто усталый, загнанный зверь. Даже во сне было заметно, как он сильно сдал, словно от тяжелой болезни.
Впрочем, количество пустых бутылок в комнате недвусмысленно указывало, что это была за болезнь. Вполне возможно даже, что до своего безумия он попросту допился.
Осторожно, чтобы не разбудить его, Аэни спустила с постели ноги. Выйти из комнаты босиком было той еще задачкой — повсюду валялось битое стекло. Но девушка добралась до выхода, поранившись только один раз, и направилась в ванную за одеждой.
Прежде, чем Дагнир проснется, она собиралась кое-что сделать. Хорошо, хоть деньги у нее как раз были, и не так уж мало. Оставалось надеяться, что страж у входа впустит ее после этого обратно в дом.
Перед тем, как уйти, эльфийка вновь прокралась в комнату. Осколки стекла немедленно хрустнули под сапогами, сведя на нет все ее усилия не шуметь — но Дагнир по-прежнему спал, только напряженно нахмурился во сне.
На столе отыскался чистый листок бумаги, чернильница и стило. "Я скоро вернусь" — быстро написала Аэни, и пририсовала с краю листа улыбающуюся рожицу, какие рисуют в тетрадях дети. Рожица хитро прищурила один глаз, будто подмигивала.
Эльфийке не хотелось бы, чтобы Дагнир подумал, будто она опять пропала... Ему вообще вредно волноваться, в нынешнем его состоянии.
Стоймя прислонив записку к чернильнице и придвинув к ней для верности пресс-папье, чтобы не сдуло сквозняком, Аэни поспешила из башни в город.
Вернулась она где-то через час, нагруженная почище вьючной лошади. Тащить на себе каминные дрова, пусть даже и в скромном количестве, было довольно глупо, но она во что бы то ни стало собиралась почистить и затопить камин. И купить эти самые дрова было проще, чем начинать искать их в доме Дагнира, в котором он и сам, похоже, уже давно забыл, что где лежит. Насчет завтрака она тоже решила не морочить голову. Готовить все равно негде и не на чем, в кухне — Аэни была абсолютно в этом уверена, хотя и не заглядывала туда, — прежде чем готовить, археологические раскопки понадобится проводить. Значит, обойдемся тем, что готовить не надо. Молоком, например, или соком снежевики. И свежими булочками с шоколадной начинкой.
Кроме вышеперечисленного, девушка принесла с собой и еще кое-что. Вернее, кое-кого. Этот кое-кто беспокойно шевелился у нее за пазухой, время от времени высовывая из-под полурасстегнутой курточки любопытные уши и круглые от волнения глаза.
Аэни очень удивилась, когда страж пропустил ее в дом. Просто взял и пропустил. Как будто так и должно быть. Наверное, Дагнир вчера ему приказал... Забавно. Эльфийка скорее ожидала бы обратного — в смысле, что он прикажет волшебному стражу не выпускать ее.
В холле, сгрузив будущий завтрак на журнальный столик, а дрова свалив рядом с камином, Аэни выпустила из-за пазухи котенка. Маленький клубочек черного пушистого меха принялся пугливо озираться по сторонам. Ничего, пускай осваивается.
— Иди, иди, осматривайся, никто тут не кусается, — улыбнулась котенку Аэни. — Все свои. За завтраком молока получишь...
И снова взялась за каминную лопатку. На сей раз она не церемонилась с костями, затянутыми старой слежавшейся золой.
— Демон бы вас побрал! — донеслось до нее сверху, из спальни. За этим гневным выкриком тут же последовал грохот, как будто что-то изо всех сил швырнули о стену, а затем поток ругательств на талассийском вперемешку с калимагом. Звон стекла перекрыл высокий и раздраженный голос магистра — видимо, несчастное окно не выдержало приступа ужасного похмелья своего хозяина и разлетелось на осколки.
Через пять минут с лестницы спустился и сам обладатель раздраженного голоса. По его виду можно было предположить, что он не слишком хорошо себя чувствовал — нахмуренный, бледный, морщащийся от каждого звука, как будто у него ужасно болела голова. Впрочем, скорее всего так оно и было. Не говоря ни слова, Дагнир прошел в кухню и принялся чем-то звенеть. Вытащив из буфета потертую, наполовину пустую бутыль бурбона, он откупорил крышку и, запрокинув голову, сделал несколько больших глотков, а потом поставил ее на стол и вытер губы рукавом. Волосы были запутаны безнадежно, а колдовать в таком состоянии Дагниру абсолютно не хотелось — можно было и лысым остаться. Про присутствие Аэнтари он, похоже, совсем забыл.
Аэни проводила его взглядом, чуть приподняв брови. В таком виде — куда хуже, чем вчера, и уж подавно хуже, чем во сне — ей еще не приходилось его видеть. Зрелище оказалось забавным и жалким одновременно.
Котенок мигом метнулся под кресло, еще когда Дагнир спускался по лестнице. Теперь оттуда блестели два круглых настороженных глаза.
Тут эльфийка поймала себя на том, что у нее самой глаза сейчас, вероятно, абсолютно такие же — и улыбнулась.
Зола из камина уже была убрана и завязана в старый мешок не понять из-под чего, отыскавшийся у входа в кухню. Теперь в нем были аккуратно сложены сосновые дрова, и осталось только зажечь огонь.
— Дагнир, — позвала она, высунувшись в коридорчик, ведущий на кухню. — Завтракать пойдем? И лечиться... — уже тише добавила Аэни, сообразив, что голова у мага, по идее, должна сейчас болеть ужасно.
Почувствовать эту боль ей было трудно — злость больше ощущалась в нем, чем боль. Злость и раздражение. Да и вообще он, видимо, воспринимал боль как нечто привычное, почти нормальное. И это тоже мешало эльфийке ее "почуять".
Самого мага ей видно не было, только слышно, как он возится на кухне, что-то там ищет.
Со стороны кухни поначалу не было никаких звуков, видимо, Дагнир несколько секунд просто переваривал ее слова, доходящие до него в это утро с большим трудом. Да и само ее присутствие — казалось, вчера она приходила, но было это сном или реальностью, сказать было трудно. Видимо, все-таки она была настоящей. Во сне обычно все заканчивалось совсем по-другому. Та, кошмарная Аэнтари, приходила к нему с усмешкой, и исчезала прежде, чем он успевал дотянуться до нее. Сжав зубы, эльф закрыл глаза, сосчитал до десяти и вышел в холл.
Кажется, основной мусор куда-то исчез. По крайней мере, он не спотыкался о пустые бутылки и обломки мебели, пока шел к своему креслу. Устало опустившись в него, эльф потер виски и посмотрел в камин.
— Так это был не сон… — задумчиво произнес он, переводя взгляд на Аэнтари. — Ты действительно вернулась. А что случилось с комнатой?
Он обвел рукой окружающее помещение, намекая на отсутствие мусора.
Аэни настороженно навострила уши. Она не успела особенно убрать — только наспех стерла пыль там, куда дотянулась, сняла паутину и подмела пол.
— Тебе не нравится? — спросила она, подходя к столику рядом с креслом.
Мало ли, вдруг он воспримет ее попытки враждебно, как вторжение?
— Вот, посмотри, что мы у тебя под креслом нашли.
В руках у Аэни была трубка. Небольшая курительная трубка, с которой явно наспех стерли слой пыли, выточенная из зелено-белого камня, похожего на нефрит.
— Вернее, кошка нашла. А ты ее напугал...
Усевшись на подлокотник кресла, девушка протянула трубку Дагниру.
Эльф молча взял трубку и поднес ее к губам, да так и замер, услышав слова Аэнтари.
— Кошка? — эхом отозвался он, и его взгляд приобрел жесткость, а черты лица заострились, когда он сжал зубы. — Какая кошка?
— Маленькая, — как-то виновато и поспешно сказала Аэни.
Наклонилась под кресло:
— Эй, ты где там? Кс-кс-кс... — и, выглянув, добавила: — Я подумала, что ты не будешь против...
Котенок настороженно выглянул из-под кресла. Навострив ушки, он с опаской разглядывал сердитого шумного эльфа блестящими бусинками глаз, готовый чуть что юркнуть обратно в укрытие.
Взгляд Аэни, тоже выглядывающей, только не из-под кресла, а из-за собственного плеча, тоже был настороженно-вопросительным.
Несколько секунд эльф молча разглядывал обоих, а затем запрокинул голову к потолку и расхохотался. Он смеялся долго и от души, почти истерически — было видно, что он очень давно не выражал никаких признаков радости. И теперь, впервые за последние полгода, его разобрал такой смех, что он никак не мог остановиться. Отсмеявшись, он вытер с глаз подступившие слезы и перевел дыхание.
— Котенок, значит? — сдавленно произнес он, стараясь принять серьезный вид. — Ну что ж, раз уж ты его сюда притащила, значит, придется ему остаться здесь.
С этими словами он, хихикнув, притянул Аэнтари к себе так, что она шлепнулась к эльфу на колени, и обнял, прижав к себе.
Котенок такого громкого веселья явно не понял, и немедленно спрятался обратно под кресло. А Аэни взяла голову Дагнира в ладони и поцеловала его в нос. Прислонилась лбом к его лбу, улыбчиво прищурилась, в упор заглядывая в глаза, смешно наморщила носик — баловалась. Просто радовалась ему и тому, что он смеется.
А пальцы ее в это время гладили его голову, перебирали волосы, массируя, лаская — виски, затылок... от затылка вверх, к темени... Легкие, нежные касания прогоняли прочь тяжесть и боль, казалось бы, сами по себе. Магу ведь не было видно бледных золотистых ореолов, окруживших ладони целительницы.
— Ай, — Дагнир почувствовал, как кто-то дернул его за волосы, и нахмурился. — Слушай, я тут… хм, нечаянно уронил расческу. В окно. Вместе с окном. — Он пожал плечами, словно признавая свою глупость, и неуверенно улыбнулся эльфийке. — Ты меня не расчешешь? — С этими словами он взял эльфийку за руку, с трудом выпутав из ее из волос, и поцеловал тыльную сторону запястья.
Котенок же, тем временем, по каким-то непонятным причинам перестав бояться, выскользнул из-под кресла и прыгнул, уцепившись когтями за спинку, забрался наверх, усевшись над головой Дагнира, и с интересом ткнулся носиком в волосы. До ушей эльфов донеслось тихое, тонкое мурлыкание.
Аэни хихикнула. Видимо, представила себе, как это произошло.
— Что ты в нем вообще забыл, в окне? — спросила она, доставая из сумки собственную расческу и вновь усаживаясь на подлокотник. И добавила:
— Наверное, сперва надо было сходить за чашками, чтобы ты пока завтракал... И малявке вот этой молока налить.
Она сложила волосы эльфа к себе на колени и начала потихоньку расчесывать — аккуратно, начиная с концов. Их непомерная длина, конечно, была чудачеством, непрактичным и забавным, но ей нравилось. В этом был весь Дагнир.
Эльф закрыл глаза, наслаждаясь тем, как эльфийка расчесывала его, аккуратно и ласково. На вопрос об окне он предпочел не отвечать, да и так все было понятно.
Внезапно со стороны двери раздался негромкий шорох. Сначала можно было подумать, что это котенок исследует новую территорию, но шорох повторился, и на этот раз настойчивей. Кто-то тихонько скребся в дверь, не решаясь постучать громче. Видимо, все прекрасно знали, что беспокоить магистра по утрам — занятие неблагодарное и чреватое нешуточной опасностью.
— По-моему, кто-то пришел, — сказала Аэни, не поднимая головы.
Волосы Дагнира, целый ворох золотого прохладного шелка, струились с ее колен и уже коснулись кончиками пола — она расчесала чуть больше половины. А свои волосы она сегодня не стала заплетать в косу, как делала только в походной обстановке. Они были распущены по плечам и убраны с лица серебряным ободком с синей эмалью — все тем же, старым, который Дагнир мог помнить. Отросшая за последнее время челка падала на брови.
Котенок сполз со спинки кресла ему на колени и свернулся клубочком. Похоже, прежние хозяева покормили его с утра, и он был вовсе не голоден.
Когда подозрительный шорох со стороны двери повторился, Аэни подняла голову и прислушалась.
— Да, кажется, стучатся. Только как-то тихо. Будто у тебя дверь кусается.
— Пусть катятся к бесам, — невозмутимо ответил эльф, не открывая глаз.
Тем временем в дверь стучали уже намного настойчивей, и из-за тяжелых дубовых створок донесся высокий голосок.
— Магистр! Магистр Перо Феникса... Это очень срочно! Пожалуйста, откройте!
Тяжело вздохнув и поняв, что в покое его сегодня не оставят, Дагнир поднялся с кресла и не спеша подошел к двери. Отворив ее, он увидел перед собой вчерашнюю эльфийку с черными волосами и огромными испуганными глазами. Смерив ее взглядом с головы до ног, Дагнир нахмурился.
— Магистр, я... — эльфийка договорить не успела — дверь с грохотом захлопнулась у нее прямо перед носом. Эльф повернулся к Аэни и пожал плечами.
— Проблема решена.
— А вдруг правда срочно? — укоризненно спросила Аэни.
Она сидела на подлокотнике кресла, сложив на коленях руки с расческой, и смотрела на Дагнира. Котенок, которого эльф, вставая, согнал с колен, устроился на ее бедре и тоже смотрел на него. Чем-то они друг друга напоминали, эльфийка и кошка. Наверное, настороженной внимательностью, с которой обе наблюдали за Дагниром.
Уж конечно, он запустил все свои дела, и теперь ему надоедают с тем, что совсем уж не терпит! Нельзя же так.
Впрочем, она даже не думала на чем-то настаивать.
Однако Дагнир зря надеялся — стук повторился, и на этот раз это был настоящий грохот, как будто тот, кто стучал, был в полном отчаянии.
— Откройте, прошу вас! — взывала эльфийка по ту сторону двери, не переставая колотить кулачками в дверь, но войти самостоятельно опасаясь. Видимо, те, кто уже пытался войти без приглашения, испытали на себе надежность магических стражей.
Эльф явно пытался игнорировать этот шум, болезненно морщась. Голос эльфийки и правда был довольно-таки раздражающим.
— Солнце, ну когда же это закончится? — простонал Дагнир, закрывая уши руками.
Котенок, навострив уши, смотрел то на него, то на дверь.
Аэни делала то же самое.
— Может быть, если ты все-таки поговоришь с ней, то тебя оставят в покое быстрее? — спросила наконец она. — Наверное, это действительно срочно. А раз так, то она не отстанет.
Эльфийке не нравилось, что Дагнира нервируют. Она очень сожалела, что не может просто открыть дверь и сказать этой женщине, что он не может сейчас заниматься никакими делами, даже срочными. Что он заболел, и пусть она так всем и передаст.
Эльф разразился потоком ругательств, но в конце концов сдался. Что ж, раз это так необходимо, то пусть заползает. Но больше пяти минут в своем доме он не намерен был ее терпеть.
Двери наконец открылись, и черноволосая эльфийка во второй раз удостоилась чести наблюдать хмурое и бледное лицо магистра.
— Что такое? — спросил эльф, стараясь сохранять спокойный тон голоса.
— Доброе утро, магистр, — запыхавшись, ответила эльфийка, потирая отбитые о дверь руки. — Вы, наверное, забыли, что вас сегодня вечером ждут в Академии. Меня прислали напомнить.
— Академия... проклятье, — эльф посмотрел вверх, как будто ища там ответы, но только вздохнул. — Ладно, передай, что я буду. Это все?
— Нет, — эльфийка покраснела и принялась мять в руках подол платья. — Я вчера забыла здесь свою...
— Доброго дня, — Дагнир захлопнул дверь, не дослушав до конца, и дал себе слово больше ее не открывать. Впрочем, у порога он заметил ящик с пометкой от "Приюта фокусника" и напомнил себе забрать его попозже, когда надоедливая эльфийка уйдет.
Аэни только плечами пожала, а потом чуть слышно вздохнула.
— Ты что, совсем там не показываешься? — она имела в виду академию. — Раз за тобой уже посылают?..
На самом деле она не отказалась бы узнать, что эта девица тут забыла. Причем вчера. И почему сказала об этом с таким видом, будто это было как минимум ее нижнее белье.
Если бы именно так и оказалось, Аэни вовсе не удивилась бы. Но все равно было как-то... то ли обидно, то ли досадно, то ли просто грустно. Хотя Дагниру вовсе не обязательно об этом знать.
— Это совершенно не важно в данный момент, — наставительно произнес Дагнир, пытаясь погладить котенка. Однако тот ловко избегал его руки. — Важно другое. Мы собираемся завтракать или нет?
С этими словами эльф прошествовал на кухню, повозился там с чем-то, а через минуту вернулся обратно, держа в руке утреннюю бутылку бурбона. Рухнув в кресло, он сделал небольшой глоток и протянул Аэнтари, вопросительно приподняв бровь.
Аэни взяла бутылку и поставила у стола на пол, так далеко, как только могла поставить, не вставая с подлокотника.
— Ты с ума сошел, — сказала она. — Зачем же с самого утра-то начинать?

ID: 7721 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 15 ноября 2012 — 20:11