Сердце полуночи Глава 8. Вместе мы будем жить вечно...

Индарион Крыло Ворона
Майри Андерфелс
Ниобэ
Корвин Джекоби
Лигрим
Эльза Ориэлл Ливлетт фон Дум
Наоми "Железная Дева"
Каэтана Ре Альби
Освальд "Потрошитель" Андерфелс


Помните нас, ибо мы тоже жили, любили, и смеялись. (Неизвестные)
-------------------------------------------
В гильдии путешественников было тихо. На улице выдался тёплый и солнечный день — проблеск в серой веренице дождей. Ночной эльф сидел, скрестив ноги, на шкуре медведя и всматривался в своих собеседниц.
— Пришла пора нам с вами научиться исполнять наше предназначение. Многое вы умеете, со многим уже сталкивались, но не будет вреда, если вы будете знать больше, чем раньше, и видеть больше чем, раньше. Не всё, что мне нужно, я могу отследить и не во всё могу проникнуть, даже когда знаю, как это делается. И здесь вы могли бы оказать мне услугу.
Майри сидела на полу перед эльфом, серьезно и внимательно глядя на него. В больших голубых глазах отражался свет солнца, проникающий сквозь занавески и пляшущий в ее волосах.
— О чем ты говоришь? — непонимающе спросила она. — Я не очень понимаю. Пожалуйста, не мог бы ты выражаться яснее?
Дренейская девочка-подросток покачивалась на стуле, с блокнотом и карандашом в руках. На первой странице были аккуратно выведены разные замысловатые символы и фигуры наару, некоторые, впрочем, незакончены.
— Сейчас будет ритуал? Медитация, проникновение в память? — с интересом спросила Ниобэ. На лице её появилась легкая улыбка.
— Верно, Ниобэ. Я говорю о путях памяти. Вы должны помнить об этом эпизоде во время Лунного Фестиваля. Сейчас я готов поделиться с вами тем, чем раньше не делился. Воспоминания играют важную роль в нашем мире. Фактически это то, что делает возможным существование инерции в событиях, которые происходят с нами. Это то, что влияет на наше представление, чувства, осознание. Это то, чем является для нас окружающее, в котором мы существуем изо дня в день, и то, что определяет нас самих. Самое главное — это след, по которому мы можем пройти в поисках истоков и понимания, и в котором можем черпать силы, восстанавливающие как нас самих, так и мир вокруг нас. Долгое время я изучал возможности проникновения в память мира, путешествия по этим путям, открытия потаённых врат и возможность черпать в истории силу, которая могла бы противостоять разрушительным и катастрофическим изменениям. Оговорюсь сразу, что подобными вещами злоупотреблять нельзя. Но можно использовать их, чтобы лучше понимать то, что нас окружает. Венцом моих изысканий стал эликсир, который позволяет любому разумному существу расширить своё восприятие и прикоснуться к живой истории, что сокрыта в самой материи нашего мира. Это лишь первый шаг на этом пути, для лучшего и более конкретного проникновения необходимы тренировки. Я хочу, чтобы вы научились этому. Сейчас, на первых порах, вы сможете воспользоваться этим эликсиром, я направлю вас, если вы позволите, и вам нужно будет привыкнуть к этому состоянию. Когда вы привыкнете, можно будет двигаться дальше.
Ночной эльф поднялся на ноги и подошёл к стеллажу, на котором было установлено алхимическое оборудование. Позвенев стеклом, он наконец извлёк две закупоренные склянки с прозрачной жидкостью. Убедившись, что это то, что ему нужно, он раздал их слушательницам и остался на ногах.
— Через некоторое время после употребления вы почувствуете головокружение. Насколько сильное — зависит от вас и от привычки. Поначалу это будет непривычно. Закройте глаза и побудьте в покое. После того, как почувствуете себя готовыми, можете осматриваться вокруг. Но учтите, если вы начнёте присматриваться к какой-либо вещи дольше необходимого, вас начнут посещать видения. Поэтому тут следует быть осторожными. И ещё, чтобы прекратить поток видений, вам достаточно моргнуть. Поэтому если увидели что-то, что захватывает вас — моргайте. И наоборот, если хотите проникнуть в память вещей достаточно глубоко, смотрите на них, не отрывая взгляда. Всматриваясь в людей, вы скорее всего заметите, что они молодеют. Дальше вас могут начать посещать видения об их предках. Для того чтобы воспринять память живого существа, этот эликсир не подходит, да оно и к лучшему, это слишком сложная структура, и уложить в голове её вот так сходу мало кто способен. Я хочу, чтобы мы с вами прогулялись по Штормграду и вы посмотрели бы на этот город. На то, что вас интересует, и просто привыкли находиться на воздухе в таком состоянии. Готовы ли вы пройти подобное испытание?
Майри слушала внимательно, не отрывая взгляда от друида, и с каждым его словом все больше хмурилась. Когда он закончил, она встала и сложила руки на груди.
— Ты хочешь сказать, что испытываешь эликсир на нас? — ошарашено спросила она. — Но... разве это безопасно?
Ниобэ перестала качаться на стуле и посмотрела в сторону своего туго набитого рюкзака, лежавшего в углу.
— Если что, у меня там где-то были рвотные таблетки. Это из аптечки следопыта. Но ведь до этого не дойдёт? — девочка немного замялась, взглянула на друида, и будто бы её кожа от смущения приобрела чуть более фиолетовый оттенок, — нет-нет, конечно, не должно бы... Ладно, давайте попробуем... А можно мне потом по Экзодару погулять с таким зельем?
Ночной эльф изучающе вглядывался в глаза Майри.
— Как вы помните, мы с вами постоянно пребываем в опасности, и только благодаря тем мерам, которые мы принимаем, мы контролируем ситуацию. Мало что может быть полностью безопасным в этом мире. Даже плавать опасно, ведь можно утонуть. Но если ты знаешь, как это сделать, то это превращается в полезный навык. На себе эликсир я испробовал уже давно. Людям и дренеям мне давать его не приходилось, кроме того, даже на меня он действует по-разному в разные периоды жизни. Тут многое зависит от личной истории и памяти существа, которое его использует. Какие-то вещи могут отказаться раскрываться перед вами, иные будут потчевать вас своей историей более охотно. Я знаю случаи, когда поток видений поглощал свидетеля, это касается не эликсира, но непрерывных потоков сведений вообще. Поэтому, разумеется, это не безопасно, но я надеюсь на ваше благоразумие, и что вы запомнили простой совет — моргайте. Главное же — я намереваюсь быть с вами рядом. Разумеется, без меня вам не следует на первый раз пробовать подобное. И нет, Ниобэ, рвотные таблетки не понадобятся, да и не сильно помогут. А насчёт Экзодара — подумаем.
— Ну что ж... — неуверенно ответила Майри, подходя к эльфу. — Давайте попробуем. Но если что, я буду надеяться на твою помощь, Индарион. Ладно? — она с надеждой заглянула в лицо эльфа.
Друид пристально посмотрел Майри в глаза.
— При иных условиях я бы и не предлагал.
Дренейка вырвала листочек с изображениями наару и, сложив вчетверо, заткнула за пояс, а блокнот и карандаш отложила на стол.
— Интересно, что же я ещё смогу вспомнить? — она приняла склянку с эликсиром из рук ночного эльфа, — пить сейчас?
Майри рассматривала склянку в руках. Сквозь стекло проникал свет, делая жидкость в нем полупрозрачной. Если Индарион говорит, что ничего не случится — значит, так и есть.
— Ладно, — наконец кивнула она, — Тогда... за нас? — она улыбнулась и подняла склянку, как будто в тосте.
Друид кивнул дренейке.
— По идее ты ничего не вспомнишь о себе. Ты сможешь увидеть память окружающего тебя мира. Если какая-то из вещей в твоём окружении имеет к тебе отношение, возможно, ты увидишь что-то про себя, но лишь то, что связано с местом или вещью, в которую ты вглядываешься. Вы пребываете в сознании, но оно охватывает больше сведений и становится способно проникать... нет, не в прошлое, а в следы этого прошлого в нашем настоящем. Чем более опытны вы, тем менее явный след вы можете взять и тем глубже в прошлое вы можете проникнуть. То, что имеет к вам какое-то отношение, раскрывается в этом смысле гораздо проще и охотнее. Если готовы, приступайте.
Ниобэ откупорила склянку и приготовилась выпить.
— Ох, как всё интересно... я хочу погулять по Шаттрату и Туурему с этим! Так что же получается, если мы увидим, допустим, царапину на вон том столе, то с помощью эликсира узнаем, как она появилась, при каких обстоятельствах и с помощью чего, верно?
Майри улыбнулась и поднесла склянку к губам. Собравшись с духом, она выпила ее почти залпом, чуть не закашлявшись при этом. Эликсир был горьковатым на вкус, но на первый взгляд ничего не изменилось. Она посмотрела по сторонам, ожидая увидеть какие-нибудь видения, но ничего.
— А ты уверен, что это работает? — предположила она.
Индарион всмотрелся в царапину.
— Это Сек оставила позавчера. Кажется топором. А так, да, верно. Но это необязательно будет что-то очевидное. Ты вполне можешь увидеть росчерки теней или что-то подобное. Хотя чем ближе события по времени, тем более они понятны. Но это правило работает не всегда.
Проследив за тем, как Майри употребила его снадобье, эльф ответил:
— Должно работать. Но если на тебя не работает, то это тоже результат. Хотя и неожиданный.
Но не спеши, пройдёт какое-то время, прежде чем вещества попадут в кровь.
Ниобэ поднесла склянку к носу и, осторожно принюхиваясь, махнула рукой на себя. Затем решительно, залпом осушила склянку — при её размерах, пусть не самых больших по дренейским меркам, но приличным по человеческим, это было не так уж трудно.
— М... — дренейка "прислушалась" к послевкусию от эликсира, — что-то похожее на перебродивший сок награндского винограда, нотки террошишечных семян, немножко... строительной смеси Шаттрата? Ещё... что-то магическое, не очень вкусное... что-то из наших техномагических устройств... как запах перегревшихся пьезокристаллов. Индарион, откуда такой вкус?
Ночной эльф усмехнулся.
— Это как раз особенность, которая для каждого индивидуальна. На деле здесь мало что есть, важна технология приготовления, а вкус — это то, что вы сами готовы воспринять. Очевидно, что ты готова ко многому, Ниобэ.
— А по-моему, горьковато, — просипела Майри, пытаясь придти в себя. Осмотревшись, она заметила какое-то странное шевеление боковым зрением. Предметы как будто обрели четкость и краски, несвойственные обычному миру. В углу что-то маленькое шмыгнуло в тень. Майри тихонько всплеснула руками.
Эльф как будто бы стал растягивать слова.
— Если вам некомфортно, посидите, прикройте глаза, медленно дышите. Как будете готовы, мы можем пойти на улицу.
Ниобэ расслабленно навалилась на спинку стула и качнулась, балансируя на двух гнутых бронзовых ножках. Через несколько мгновений она начала нетерпеливо покусывать губы — где же эффект? Ну скоро ли уже?
По совету эльфа она прикрыла глаза, затем глубоко вдохнула и выдохнула, продолжая покачиваться на стуле, отталкиваясь время от времени левым копытом.
— А за какое время эликсир попадает в кровь?
— Давайте, выйдем на улицу, — нервно предложила Майри, закрыв глаза и медленно дыша. — Кажется, у меня голова сейчас закружится.
Индарион взял Майри за руку.
— Если считаешь, что так будет лучше, давай так и сделаем. Ниобэ, от получаса.
Друид повёл Майри к двери.
— У тебя всё хорошо, — обернулся он к Ниобэ, — Если что-то не так, хватайся.
Протянул дренейке свободную руку.
Ниобэ качнулась на стуле пару раз, но ощутив признаки действия эликсира, предпочла прекратить мучить стул, побоявшись потерять равновесие из-за головокружения и упасть на пол. Девочка потёрла виски, затем взяла эльфа за руку.
— Да, пойдемте.
Майри толкнула дверь и вышла на улицу, щурясь от солнца, внезапно ставшего для нее слишком ярким. Рука Индариона придавала ей некоторой уверенности, но она все равно оглядывалась с беспокойством вокруг, стараясь сохранять трезвость мысли.
— Индарион, я вижу... что-то, — туманно сказала девушка, облизнув губы. — Какие-то расплывчатые фигуры, предметы... так и должно быть?
— Это в порядке вещей. Ты ещё не привыкла. Подожди немного, ясность придёт постепенно. Если нет, попробуй на чём-нибудь сосредоточиться. Я поведу вас через площадь, потом дальше. Пройдём... Ну, допустим, до канала, потом по берегу, после до квартала дворфов и обратно. Если нужно будет, остановись, я тоже встану.

Эльф, находясь между Майри и Ниобэ, медленно повёл спутниц по обозначенному маршруту, не обращая внимания на завистливые взгляды встреченных патрульных.
Прищурившись, дренейка вглядывалась вдаль, ожидая увидеть какой-нибудь образ. Попутно она мысленно спрашивала себя, что же ей хочется видеть.
— А может, сходим до восточного перекрёстка Каналов? Ну, где моя квартира, — робко предложила Ниобэ.
Ночной эльф покачал головой.
— Я думаю, что на первый раз не стоит ходить в места, которые связаны с тобой так сильно.
Майри молча шла рядом с Индарионом. Когда они приблизились к каналу, она остановилась у берега, как вкопанная, и сильно сжала руку эльфа.
То, что она увидела в воде, заставило ее побледнеть и отступить на полшага назад, ища поддержки в лице друида и дренейки. В воде ей показалось чье-то лицо... Мертвое лицо. Более того, остального тела не было. Мгновение — и оно снова опустилось на дно, но девушка смогла рассмотреть его. Это был молодой парень с копной рыжих волос. Вокруг места, где она увидела его, расплывалась темная, маслянистая лужа.
Индарион остановился и проследил направление взгляда.
— Большой город преподносит временами неприятные сюрпризы. Ты увидела что-то подобное?
— Ты что-то видишь? Что-то страшное? — обеспокоенно спросила Ниобэ.
— Нет... я... — Майри закрыла глаза, прогоняя видение и отступая от края берега. — Здесь убили кого-то... — Она помотала головой, стараясь забыть то страшное лицо под толщей воды. — Пойдемте дальше, пожалуйста.
Индарион двинулся дальше, немного ускорив шаг, чтобы поскорее отойти от неприятного места.
Майри пошла вперед, опустив голову и, поежившись, и смотрела только вперед. Ей внезапно расхотелось разглядывать фигуры по сторонам. Вдруг она увидит еще что-то подобное?
Друид тем временем решил дать пояснения.
— Память наслаивается пластами. Разумеется, в ней сохраняется и хорошее, и плохое. Если мы будем достаточно стойки, то мы сможем пробиться сквозь тёмные воспоминания ко времени, когда они были ещё светлы. И наоборот, многое из того хорошего что есть, пришло на смену худому.
Ниобэ, боясь увидеть что-то кошмарное, отводила взгляд то в небо, то смотрела под ноги, то поглядывала на спутников. И в то же время ей было любопытно, что же может привидеться.
— Большой город обязательно должен показывать что-то плохое? Наверное, я понимаю отвращение Альдии к Штормграду... — тихо, почти под нос сказала дренейка, расслабившись на пару секунд и остановив взгляд на башне. В какой-то момент ей показалось, что башня разрушена, её стены местами покрыты копотью, где-то торчат обугленные доски. Дренейка пригляделась и поняла, что башня скорее не достроена, либо её восстанавливают — вокруг здания строительные леса, по которым рабочие на тележках перетаскивают камни и строительный раствор.
— Смотрите, что это там? — Ниобэ указала на башню, стоящую на перекрёстке каналов, — что они делают?
Но тут подул ветер, вынудивший её моргнуть, и видение пропало.
Майри посмотрела в сторону, куда указывала дренейка, но ничего там не увидела. Пожала плечами и улыбнулась:
— Видимо, мы с тобой видим разные вещи, Ниобэ. — В этот момент она увидела на дереве рядом с собой яблоки, но, когда моргнула, видение исчезло. Остались лишь голые ветки с редкими пожухшими листьями. Неудивительно — все яблоки уже давно были собраны. Девушка вздохнула. Как же она скучала по теплому лету...
— Помните, что если задерживаете на чём-то внимание, сможете заметить больше и разглядеть более старый след, а значит, вам откроются более старые облики или события, — напомнил друид.
Незнакомые люди, недостроенные здания, освещенные таинственным светом... Так много видений и картин, не несущих никакого смысла. Майри почувствовала головокружение и легкую тошноту от обилия вещей, так внезапно вторгшихся в ее неокрепший разум. Но это было лучше, чем видеть того парня, утонувшего в канале. Намного лучше. Так ведь?..
— Если чувствуешь, что устала, просто прикрой глаза. По идее, ты бы контролировать действие эликсира силой воли, но пока ты недостаточно владеешь своим подсознанием в этом смысле. Когда закрываешь глаза — это знак, что ты отгораживаешься от внешнего мира, и твоё подсознание это понимает, — посоветовал Индарион.
— Интересно, а мои занятия с Талуу помогут в этом деле? Помнишь, эта женщина в белом? — спросила Ниобэ, когда разговор пошёл о владении подсознанием.
— Любой способ, который придаёт тебе уверенности, может быть использован и дать свои результаты, — откликнулся друид.
Майри огляделась. Они дошли до квартала дворфов, и она сразу же почувствовала удушающий запах чего-то горелого. Поморщив нос, девушка сжала руку Индариона и приготовилась к не слишком приятным видениям, но ничего такого не произошло. К ее удивлению.
Эльф замедлил ход, ему и самому здесь было неуютно.
— Что-то видишь? — откликнулся он на сигнал Майри.
— Вот почему у дворфов такие... дурнопахнущие технологии? — Ниобэ поморщила нос, почувствовав сернистый букет промышленного квартала.
— Вижу дворфов, — пожала плечами Майри, — Я их не знаю... В общем-то, ничего особенно интересного, хотя... погодите.
Волшебница прищурилась, всматриваясь во что-то в одном из переулков. Ей показалось, она увидела чью-то расплывчатую фигуру на лошади, медленно проезжающую по дороге в сторону Старого города. Но сколько бы она ни присматривалась, фигура все никак не приобретала четкости.
Индарион перестал задавать ритм и направление.
— Если что-то интересует, ведите.
— Вон там, — Майри указала на дорогу, ведущую из квартала дворфов в Старый город. — Там что-то есть, я его вижу. Какой-то всадник... никак не могу разглядеть его...
Эльф пожал плечами.
— Множество всадников проносится по этим мостовым каждый день. Не представляю, чем тебя заинтересовал именно этот, но если ты плохо его видишь, должно быть, он проезжал здесь довольно давно.
Дренейка прищурилась и посмотрела в ту же сторону, что и её подруга.
— А какой должен быть всадник? На чём? На лошади и человек?
— Быстрее! — Майри ринулась вслед за призрачным всадником, игнорируя вопрос дренейки. Почему-то ей казалось, что рассмотреть его очень важно.
Индарион удержал Майри.
— Спокойно. Воспоминания никуда не уходят. Тебе достаточно моргнуть и ты вернёшься к исходной точке. Позже, привыкнув, ты сможешь наблюдать их в любое время. Не торопись, а то сломаешь ещё что-нибудь себе, если будешь такой порывистой. Сейчас подойдём ближе и рассмотрим.
— Интересно, если это прошлое, мы можем его сейчас сколько угодно рассматривать? — поинтересовалась Ниобэ.
Друид кивнул.
— Сейчас да, но спустя какое-то время след может стать менее явным и его труднее будет обнаружить. Если только... Ну, он не оставлен кем-то достаточно могущественным, например.
Кстати, многое вы можете видеть в качестве теней по той причине, что это память камней самого города, а они часто запоминают именно тени.
— Так... ладно... — Майри попыталась успокоиться и зажмурилась, а затем снова открыла глаза. Призрачный всадник снова медленно проезжал мимо нее, и она до боли в глазах всматривалась в его лицо. Но оно было скрыто капюшоном, только какой-то едва уловимый огонек сверкал там, где должны были быть его глаза. Бесполезно... она не могла его узнать. Но что-то подсказывало ей, что всадник имеет какое-то значение, что ей необходимо узнать, кто он такой. — Не могу... не могу разглядеть, — прошептала она, погрустнев.
— Не страшно, что бы ты ни пыталась рассмотреть — это уже случилось, а значит важно лишь для того, чтобы восстановить изначальную цепь событий. Если хочешь, мы сюда ещё вернёмся. Как я говорил, не всем дано проникнуть во всё. Некоторые истории могут раскрываться перед тобой с охотой, другие — наоборот, оставаться тайной за семью печатями, и никогда нельзя угадать, почему именно ты можешь прикоснуться к тому или иному, а десятое для тебя сокрыто или не ясно, — попытался утешить Майри её товарищ.
— Пойдём дальше?
Девушка кивнула и, внезапно почувствовав прилив апатии, покорно пошла дальше вслед за Индарионом и Ниобэ.
Ниобэ опять увидела реставрацию города, пожала плечами, и пошла дальше.
— Опять будущее Братство Справедливости привиделось... Странная людская история. Множество оттенков, слишком сложно у вас.
Вскоре компания приблизилась к Старому городу. Здесь видений стало намного больше. Майри увидела то, что можно было описать одним словом — нищета. Бесконечные попрошайки, в будущем ставшие членами Братства Справедливости, бандиты, угрожающие безвинным прохожим оружием и требовавшие денег, но какой смысл грабить тех, кто сам перебивается с хлеба на воду? Медяки на земле, окропленные кровью. Крики о помощи, которые никто не слышал. Чей-то смех и рыдания в одном из переулков. Девушка закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на главном — всадник ехал сюда, она запомнила направление.
Свернув на одной из улиц, Майри увидела заброшенный дом, но, приглядевшись, она заметила, что в его окнах горит свет. Обшарпанная вывеска гласила "У мадам Шарлот". Из-за приоткрытой двери доносились голоса — пьяные, высокие, а еще женский смех. Это был дом утешений, а в народе — бордель. Решительно девушка зашагала в его сторону.
— Майри, что ты видишь? Нам точно туда надо? — смущенно спросила пофиолетовевшая дренейка, заметив вывеску, — это же... публичный дом?
Она брезгливо поморщилась и отвела взгляд в сторону, и тут же промелькнула компания молодых людей, отпускающих сальные шуточки. Ниобэ проморгалась, и видение исчезло.
— Фу, гадость... Хуже Нижнего Города, — она нахмурилась, затем вопросительно взглянула на Индариона, — всё правильно? Нам туда?
Майри кивнула и толкнула дверь, которая со скрипом отворилась. В глаза ударил яркий свет настенных светильников, покрытых красноватым шелком, и перед глазами путешественников предстал довольно-таки богато обставленный зал. Две лестницы, изгибаясь, вели наверх, в комнаты, а внизу была барная стойка и много мягких кресел, в некоторых из них сидели люди. Странно было наблюдать столь утонченный интерьер в доме, находящемся в Старом городе, но, похоже, разбойники обходили бордель стороной. А может — кто знает, — им и самим перепадало от мадам пару-тройку золотых за "защиту". Двое мрачных охранников стояли по обеим сторонам двери, но, казалось, вошедшую троицу никто не заметил.
Ночной эльф, следовавший за ней, с интересом ожидал, что же будет дальше. Он решил не вмешиваться в действия своей спутницы, хотя вряд ли здесь часто можно было встретить представителя его народа. Но пока что, вроде бы никто не обращался к ним с вопросами, хотя друид понимал, что это только вопрос времени, пока кто-то не заинтересуется, что они делают в этом заброшенном доме.
Майри резко остановилась, когда прямо сквозь нее прошла парочка — рыжеволосый парень и не слишком юная женщина в аляповатой расцветки наряде. О чем-то переговариваясь и то и дело хихикая, они направились в близлежащий переулок, все фонари в котором были разбиты. Сделав всего несколько шагов, они исчезли в темноте. Волшебница медленно повернулась и последовала за ними, а за ее спиной внутреннее убранство дома утешений, люди в нем и красноватый свет ламп бесшумно растворились, превратившись в темное, пустое помещение, похожее на обычный дом. На ступеньках, ведущих наверх, стояла женщина лет пятидесяти и провожала троицу взглядом, но не сказала ни слова.
Однако дойти до переулка Майри не удалось, Индариона что-то задержало. Когда она повернулась узнать, что случилось, то увидела, что он следит за белобрысым худощавым молодым человеком с короткой стрижкой, который стремительно удалялся от них и завернул за угол.
— Постойте-ка тут. Я быстро вернусь, кажется, увидел знакомого. Никуда не уходите.
Ночной эльф отпустил руки спутниц и стремительным шагом направился за объектом кратковременных наблюдений.
— Ох, Наару... ладно, я буду чаще моргать, чтобы не свалиться в Канал, или ещё куда, — пробормотала дренейка, похлопывая по сумочке, в которой должно было быть короткоствольное ружьё, и тревожно оглядываясь по сторонам. Вдруг где-то рядом те самые, кого рекомендовала опасаться Наоми?
Внезапно в конце проулка показалась какая-то бледная тень. Майри прищурилась, стараясь ее рассмотреть. Это было еще одно видение? Память стен, запечатлевших происходившие здесь когда-то события или… Девушка тряхнула головой. Слишком все запуталось. Но тень, кажется, обретала все более и более четкие очертания. Это был всадник — тот самый, кого она увидела в Квартале Дворфов. Всадник на мертвой лошади.
Волшебница молча пошла ему навстречу. Гулкий цокот копыт отдавался эхом в узком переулке, где невозможно было развернуться. Майри решительно шла вперед, пока не оказалась прямо перед всадником, подсознательно ожидая, что он просто не остановит лошадь и проедет прямо по ней. Но ошиблась — конь остановился, шумно фыркнул и ударил копытом, выражая раздражение своего хозяина.
— С дороги, — просипел голос всадника, раздавшийся из-под капюшона, похожий на скрип плохо смазанной двери.
— Нет, стойте! — отчаянно выкрикнула Майри, подходя ближе к всаднику и мучительно пытаясь рассмотреть его лицо. Что-то белое мелькнуло там, где должна была быть его скула и щека. Девушка подавила тошноту, охватившую ее существо, и взяла коня за стремя, встав на цыпочки. Всадник повернул голову и холодно посмотрел на нее. Из-под темной ткани плаща тускло сверкал его единственный глаз. Глаз рыцаря смерти.
— Отойди, пока еще жива, смертная, — тихо, но угрожающе сказал он, и меч за его плечом, как будто откликнувшись на эти слова, блеснул кроваво-красным отсветом. Но девушка ничуть не испугалась этой угрозы. Она смотрела ему в глаза, не отводя взгляда.
Лицо рыцаря смерти поплыло. Исчезла кость, выпирающая из-под протершейся от времени, пергаментной кожи. По плечам рассыпались длинные светлые волосы, в которых бликами играло заходящее солнце, придавая им тот же соломенный оттенок, что и у самой Майри. На девушку теперь смотрели чистые голубые глаза. Ее глаза.
Майри отступила, споткнувшись о камень и упав на землю. Она смотрела на всадника так, словно увидела призрака — впрочем, так оно и было. Девушка попыталась было что-то сказать, но из ее груди вырвался лишь сдавленный хрип.
Ниобэ быстро подбежала к подруге и подняла её с земли, а затем, косясь на рыцаря, оттащила девушку в сторону.
— Осторожнее! — сердито шепнула она Майри, затем, спустя пару мгновений, тревожно посмотрела на неё, и спросила, — что же ты видела? Кто он?
Не обратив на Ниобэ никакого внимания, Майри, словно загипнотизированная, поднялась на ноги и сделала шаг к всаднику, который уже направился дальше, продолжая свой путь из переулка. Девушка, открывая рот, словно вытащенная на берег рыба, наконец-то смогла выдавить из себя хоть какое-то подобие звука.
— О… — она облизнула губы и крикнула в спину рыцаря смерти: — Отец!
Всадник остановился. Так он простоял целую минуту, и вдруг резко развернулся. Немертвый конь, встав на дыбы, ринулся к Ниобэ и Майри с такой скоростью, что ни одна из них не успела среагировать. Резко остановившись, за мгновение до того, как наехать на подруг, всадник с тихим шелестом достал из-за спины меч. Взмах руки — и лезвие клинка, от которого исходило едва ощутимое кожей тепло и бледно-красное сияние, оказалось у шеи Майри.
Девушка замерла, глядя в лицо всадника без доли страха.
— Отец, — прошептала она, и на ее побледневшем лице появилась неуверенная улыбка. — Это правда ты…
Лицо всадника скривилось от отвращения, но какой-то звук заставил его быстро оглянуться. Убрав меч в ножны, он хлестнул коня поводьями, и тот, перейдя в стелющийся, плавный галоп, скрылся за ближайшим поворотом.
Майри некоторое время смотрела на то место, где только что стоял всадник. На шее была еле заметная царапинка в том месте, где к коже прикоснулось острое, как бритва, лезвие. Глаза девушки закатились, и она упала в обморок.
Дренейка подхватила её и взяла на руки, оглянувшись назад, откуда она с Майри пришла. Взгляд упал на темные пятна на мощёной булыжником дороге. Промелькнуло полдюжины зомби, пару из них упокоили столбами Святого Огня, оставшиеся с криком "Braaa..." побежали в сторону священников, приготовившихся выпустить ещё несколько потоков Света. Ниобэ зажмурилась и пробормотала строчку из погребальной дренейской молитвы, затем огляделась по сторонам, ища Индариона.
— Ну куда же... — она потихоньку побрела в сторону Собора, ориентируясь по шпилю, периодически показывающемуся среди крыш домов. "Говорил ли он, чтобы мы его подождали? Говорил или нет? Не важно, найдет и так..."
Друид влетел в переулок, судя по всему, услышав крик Майри, разнёсшийся на всю улицу. Оценив обстановку, эльф принял девушку из рук Ниобэ.
— Я же вам сказал: «Стойте на месте». Что за дурной всадник? Он вас не растоптал?
Индарион подхватил Майри на руки и понёс.
— Пойдём к тому дому, иначе тут ещё кто-нибудь проскачет.
Когда они вышли из узкого переулка и оказались у ступеней заброшенного с виду дома (хотя вряд ли в Штормграде такой вообще мог быть, учитывая тот наплыв людей, который имел место быть в течение последних лет), эльф опустил Майри, устроив её на ступенях, и заметил царапину у неё на шее.
— Что случилось, она что-то увидела? Майри. Майри, очнись. Ты слышишь меня, девочка? Возвращайся, приходи в себя.
— Был какой-то рыцарь смерти, человек, и она назвала его своим отцом... А что известно про её родителей? Она же мне никогда про них не говорила, — забормотала себе под нос дренейка, — вроде бы Майри называла себя сиротой.
Ниобэ зажмурилась и помассировала виски, чувствуя головокружение и усталость из-за видений.
Друид взял в руку запястье Майри и постарался выявить пульс, удовлетворившись, он приложил большие пальцы к её вискам и снова позвал её. Ниобэ показалось, что голос его изменился и стал немного ниже.
— Майри, проснись. Майри Андерфелс, возвращайтесь сейчас же.
Девушка резко открыла глаза и посмотрела в лицо друида. Какой-то затаенный, отчаянный ужас и почти детская обида отражались в ее зрачках. Но прошла секунда — и они ушли на задний план, уступив место облегчению и узнаванию.
— Индарион? — тихо переспросила Майри, медленно садясь на ступеньках и стараясь унять дрожь в руках. — Что произошло?
— Это мы ещё узнаем. Хватит на сегодня прогулок. Возвращаемся. Идти можешь?
Эльф помог девушке подняться. Майри кивнула, взяв друида под руку и попытавшись согнать с лица выражение ужаса, которое, казалось, навсегда поселилось в ней после того момента, когда она увидела лицо Освальда Андерфелса, своего возлюбленного отца, который чуть не отрубил ей голову. Или это было лишь видение? Если так, то какой воспаленный рассудок мог породить его? Девушка решила, что больше никогда не будет пить эликсир памяти… По крайней мере, пока в этом не возникнет действительной необходимости.
— Ниобэ? Ты можешь за нами идти? Не будем задерживаться.
Друид двинулся в сторону соборного квартала, поддерживая Майри и поминутно оглядываясь на дренейку. День завершался не так удачно, как хотелось бы.
И ещё предстояло выяснить, кем же был этот дерзкий всадник.

ID: 7389 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 3 ноября 2011 — 0:57

Комментарии (6)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
2 ноября 2011 — 15:41 Dea

Восхитительно.

2 ноября 2011 — 16:24 Pentala

Бедная Мяка... Т__т

13 сентября 2012 — 7:17 Чудесная Риканда

Угу... Она-то еще больше одинока, чем даже Андерфельс. Тот хоть от людей не ждет уже ничего, а она все еще надеется кому-то что-то объяснить...

2 ноября 2011 — 17:46 Lone_Wolfy

Я надеялся, что Каэтана-таки умрет. Но всё равно красотень-то какая...

2 ноября 2011 — 21:17 WerewolfCarrie

Какой ты кровожадный. Впрочем, я тебя понимаю :)

2 ноября 2011 — 21:19 Lone_Wolfy

^_^