Mychar закрывается 1 мая 2021 года
Пожалуйста, сохраните необходимые вам публикации и изображения до истечения срока.

Книга Мертвых Книга Мертвых: Четыре судьбы

Бешаад Всевидящий
Ниобэ
Леани

Это — предыстории четырех совершенно разных личностей, которым правдами и неправдами суждено будет вскоре оказаться в одной лодке посреди бушующего океана холодных волн Тени и Тьмы. Какая информация им известна: что им с готовностью сообщили, а что ревниво утаили — секрет похлеще ближайшего их будущего...

Шафья отыгрывается Хо'дзан.
В роли нпц — Эонарис.

Бешаад Всевидящий

С момента падения Экзодара уже прошло некоторое время, позволившее дренеям еще не гордо выпрямиться, но уже относительно твердо встать на ноги. Последствия падения еще не были ликвидированы: еще оставались на островах несобранные осколки радиоактивных кристаллов, заставляющих мелкую живность мутировать и сходить с ума живность покрупнее и поумнее. Но дела дренеев явно шли на поправку, что, однако, не значило, что хоть кто-то бездельничал: напротив, при деле был каждый. Кто-то заботился о раненых, кто-то до сих пор хоронил мертвых, кто-то исцелял истерзанную землю островов Лазурной и Кровавой Дымки, кто-то же направился во внешний мир, дабы наладить контакты с расами аборигенов Азерота. А некоторые безвылазно сидели в Экзодаре и безуспешно пытались привести его в порядок. И, хотя основные системы были налажены, работа еще очень далека от завершения.
Одним из таких был дреней, корпящий над кристаллическим стабилизатором, обрамляющим основание манапровода №3, одной из критически важных конструкций, подающих магическую энергию в двигатели Экзодара. Кристаллы стабилизатора поблекли и даже местами оплавились, а манапровод пустовал, и его стенки были истресканы, будучи вот-вот готовыми рассыпаться. Впрочем, сидевший неподалеку и обхвативший голову забинтованными руками механик выглядел не лучше - он был изможден часами работы, безуспешно пытаясь напитать магией стабилизатор. Его усталое лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, словно это и не дреней вовсе, а какой-то механизм, находящийся на грани критической поломки. Он был одет в затасканную и местами изорванную мантию, бинты на его руках уже так же порядком износились и начали развязываться, являя миру ужасающие ожоги на кистях. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять, почему дреней старался не сгибать пальцы и кривился от боли, раз за разом пытаясь напитать магией кристаллическую конструкцию у своих ног.
Впрочем, время отдыха явно подошло к концу, потому что дреней поднялся с пола, лениво потянулся, подошел к основанию манапровода и вскинул вперед руки, направив ладони к стабилизатору. Дреней запрокинул голову, и через миг его руки от плеч до кончиков пальцев обволокла сверкающая магическая энергия, в два потока устремившаяся к стабилизатору...
Снова неудача. Магические потоки просто разбились о стабилизатор, не явив никакого эффекта. Дреней в разочаровании несильно пнул конструкцию и снова плюхнулся на пол, оперевшись на стену. Дело было даже не в нехватке концентрации, вызванной болью от ожогов, механик просто... устал. Однако, он не мог бросить работу, не выполнив ее до конца. Решив собраться с силами, он откинул голову назад и пустым взглядом уставился на потолок.
Гул древних механизмов наару все нарастал и нарастал по мере продвижения работ храброго Изгнанного. Он наверняка знал, что, допусти кто-нибудь из его коллег-починщиков непоправимую ошибку, всех их смыла бы обжигающая магическая волна, или поразило бы молниями, или... Потрескивание волшебной энергии, стабилизируемой литым из неземного металла устройством, постепенно разбавилось звуком медленно приближающихся шагов. "Цок-цок-цок" - эхом отдавалось чье-то неторопливое движение, будто странный и наверняка и вовсе нежданный гость сомневался, стоит ли идти вперед и дальше.
Редкий смельчак мог оставаться с манапроводами довольно долгое время. Это - всегда критическая опасность, если не знать механизма действия укротителя магических потоков.
Но тот, кто посетил механика в этот раз, не страшился рядом с ним абсолютно ничего. Сказать точнее - не страшилась. Юная дренейка, не познавшая и малой толики мудрости веков, часто вилась у манапроводов, однако, работе Бешаада не мешала.
Вот и сейчас, едва ли не наступая копытами на подол серого платья, она шла к нему, но, вопреки обыденности, не так смело и уверенно как раньше. На ее лице, светлом-светлом и очень молодом, то и дело вспыхивала синева сомнения.
Бешаад слегка наклонил голову, не сводя взгляда с потолка, будто там кто-то заботливо написал пошаговую инструкцию по починке манапроводов. Затем перевел пустой взгляд на стабилизатор и тяжело вздохнул.
- Ты снова... здесь. - Голос Всевидящего был еле слышен, но эхом отразился от перегородок отсека. - Ты уже помогла Ранариусу в его поисках причин заражения рыбы в реке..? Прости, не помню ее названия.
Дреней собрал ноги под себя и подпер подбородок правой рукой, не сводя взгляда с манапровода и слегка скривившись от боли в кисти. Его лицевые придатки еле заметно задрожали, свидетельствуя о пришедшей в голову мысли, но затем вновь безвольно повисли.
- Аааагааа, - будто бы невзначай, она протянула две гласные нарочито длинно, чтобы выделить себе пару секунд на осмотр побликивающего лиловыми фонариками потолка. Яркие лучи, шедшие от дверной арки, откуда она явилась, сильно засвечивали ее силуэт, не давая разглядеть все детали ее лица и тела. Но - от нее просто безобразно несло счищенной рыбной чешуей.
- Определенно, Ранариус сказал, что Ваджира - хорошая помощница. Он был рад помощи Ваджиры. Ваджира снова пришла к Бешааду, - и, недоговорив, она сцепила пахнущие рыбой руки в неразрывный замок. Качнулась на пятках. Замолчала, склонив беловолосую голову вправо.
- Ну, рыбный аромат прекрасно разбавляет... это все. - Бешаад повел левой рукой перед собой и почти незаметно улыбнулся. После чего поднялся с пола и повернулся к дренейке. Во его взгляд вернулась некая осмысленность, и изможденное лицо заметно оживилось. Бешаад толком не видел лика Ваджиры из-за яркого света силовых линий, но пристально посмотрел туда, где по идее должны быть глаза. - Пожалуй, раз уж ты здесь, ты можешь мне помочь. - Всевидящий развернулся на пол-оборота и указал рукой на место между собой и стабилизатором. - Встань сюда, пожалуйста, и повернись к стабилизатору, - дреней кивнул на блеклый кристаллический прибор у основания манапровода, - И осторожнее, тут трещина в полу.
С готовностью кивнув, дренейка смело перешагнула через неглубокую расселину и заняла должное место, сначала чуть прищурившись, а потом и вовсе опустив очи долу. Юная Ваджира отчего-то просто не могла смотреть на карминовые потоки, которые ее глазу казались не иначе как ослепляющими. Почувствовав навязчивый укол в палец, она издала удивленное "умм" и тут же раскрыла ладоши как лепестки большого цветка. Среди неглубоких порезов, не пойми откуда взявшихся, спряталась радужная рыбья чешуйка. Не долго думая, Ваджира отколупнула ее и завела руки за спину.
- А Бешаад знает, что Ваджира хочет рассказать Бешааду? - заговорщически промурлыкала она, негромко топнув копытцем по чешуйке.
- У нас еще будет время, когда закончим. Ну, или попытаемся закончить... - Бешаад устало пожал плечами и подвинул Ваджиру на полшага влево, аккуратно придерживая ее за плечи. - Так. Ты будешь проводником. Расслабься, - Бешаад опустил руки, - вытяни руки в сторону стабилизатора и согни пальцы.
- А это не больно? - тут же спросила она, волнительно сглотнув слюнки. В один миг и открылся ее страх перед страхом и всем, что с ответственностью связано - как задрожали ее коленки, скрытые под длинным подолом! А лицо "трусихи" то принимало неуверенное выражение, то возвращалось в состояние игривого созерцания. Когда Ваджира наконец успокоилась и перестала страшными-страшными глазами смотреть на Бешаада, тогда и протянула руки вперед, как он сказал, и согнула палец за пальцем, болезненно зажмурившись.
- Не волнуйся. - Бешаад по-отцовски заботливо улыбнулся и принялся корректировать направление рук Ваджиры. - Если сделаешь все так, как скажу, все будет хорошо. Хотя, - дреней театрально нахмурился, - все и так будет хорошо. Расслабься. Полностью освободи разум и постарайся ни о чем не думать. - Удовлетворившись положением рук дренейки, Бешаад хмыкнул и зашел ей за спину. - Сконцентрируйся на стабилизаторе и думай только, - он сделал ударение на этом слове, - о нем и о том, что он должен работать. Помнишь, как мы ловили рыб-телепатов в реках Андозы? Их невозможно было поймать, если не думать о том, что они должны быть пойманы. - Затем Бешаад уперся ладонями в лопатки Ваджиры и выдержал паузу, давая той время сконцентрироваться. - Готова?
- Угуууу, - тягуче воззнаменовала начало "процедуры" испуганная Ваджира, сумевшая кое-как унять свое неуверенное желание потоптаться на месте. Вскоре она и вправду успокоилась, закусив нижнюю губу. Она думала вначале о юрких андозских рыбках, так и норовивших вырваться из ее рук, затем - о вкусном и сытном обеде, который сотворил из их филе умелый Бешаад, и только потом - о насущной проблеме - манапроводе. Она не имела ни малейшего понятия о схеме сложной конструкции, но усиленно нагоняла мысли о том, что все просто. Должно быть. Хорошо.
- Тогда... начнем.
Через миг Ваджира почуствовала сперва покалывание, а затем и легкое жжение в районе лопаток, которое постепенно разливалось по всему телу, концентрируясь в руках. Затем, когда, казалось, каждая клеточка тела дренейки участвует в процессе, ее целиком обволокла магическая энергия, слепившая глаза ярким фиолетовым светом. Энергия завихрялась в причудливые узоры, оглушала размеренным гулом и так и норовила вырваться из-под контроля, дабы уничтожить все вокруг. Однако объединенная воля Бешаада и Ваджиры не давала энергии разгуляться, концентрируя ее в ладонях дренейки, словно подготавливая к чему-то. Вместе с тем Ваджира чувствовала, будто сразу сотня необычайных сущностей лезет ей в разум, крича наперебой и принося с собой сводящий с ума хаос.
Так продолжалось в течении нескольких минут, давая Ваджире достаточно времени, чтобы собраться с мыслями, окончательно сфокусироваться на стабилизаторе, а заодно и в полной мере ощутить, каково это - быть проводником волшебной энергии. Затем все разом стихло. Пропал и гул, и жжение по всему телу, и сущности замолкли, будто их никогда не было. Ваджиру окружила абсолютная тишина, исчезли все запахи, она перестала чувствовать пол под ногами и руки Бешаада, только слепящий фиолетовый свет напоминал, что она все еще жива и, более того, занята чем-то очень важным.
- Приготовься. - Голос Бешаада эхом отозвался в ушах дренейки, разрывая тишину в клочья и возвращая ее к реальности.
- Йоо-ох! - Ваджира с трудом вырвала свой образ из вязкой пелены полуосознанного сна, поражавшего то хаосом своим, то мертвящей тишиной. Она, испуганная до колик, итак не сильно здравомыслящая и, в целом, _здоровая_, теперь и вовсе смотрела на манапровод как на злейшего и сильнейшего своего врага.
- Они говорили мне! Пели мне! Кричали! Как будто вечность! И вдруг - замолчали! Куда они пропали, кто они, где они, Ваджира хочет знать! Там мама была! Папа! Честное слово, Ваджира даже не думала о них, откуда они?! - размахивала руками она, в конце концов схватившись за голову.
Как только дренейка нарушила концентрацию и изменила положение рук, магия развеялась, так и не приняв форму потока, нацеленного на стабилизатор, хотя для этого нужен был всего лишь миг. Снова неудача. Только в этот раз Бешаад чуть не потерял куда более для него дорогое.
Первые несколько секунд он просто стоял и расстерянно смотрел на Ваджиру, но затем одернулся и мягко подхватил ее за плечи, не обращая внимания на боль в кистях.
- Прости меня, - сокрушавшись сказал Бешаад, прижимая к себе напуганную дренейку, - я стал так одержим этим манапроводом, что... прости. Успокойся, пожалуйста, все хорошо.
Эта напуганная девочка так напоминала Бешааду дочь, которую он потерял из-за болезни в одном из миров, что унесла жизни и родителей Ваджиры. Дренейские ученые совместно с аборигенами смогли изобрести лекарство, но слишком многих спасти не успели. После тех событий Всевидящий приютил девочку и стал ей как отец, а теперь... Теперь он чуть не потерял ее из-за своей глупой одержимости.
- Ну, все хорошо? - Бешаад посмотрел в глаза дренейки, после чего отпустил ее. - Вот именно поэтому я и хотел обучить тебя основам магии. - Дреней вздохнул и осмотрелся. - Думаю, на сегодня хватит. С тобой все будет хорошо, поверь. Это.... не может привести к каким-либо последствиям. Разве что спать поначалу будешь плохо. - Бешаад перевел взгляд на дренейку и улыбнулся.
Она и вправду заплакала. Как самая что ни на есть маленькая девочка, испугавшаяся вдруг проскользнувшего ночного плохого сна и со слезами на глазах прибежавшая в родительскую комнату.
- В-все х-хорошо, - мямлила Ваджира, тыльной стороной ладони осушая горючие слезы, - Папа, - вдруг добавила она. Она слабо помнила свою мать, и еще слабее - отца, но именно Бешаад, деятельный и неравнодушный, в эти моменты неотвратимо казался ей умершим родителем.
- Папа, - еще раз позвала Ваджира, уже морща лоб. Она что-то сосредоточенно вспоминала, пытаясь поймать ускользнувшую ниточку важной мысли.
- Я что-то должна была тебе сказать...
- И то верно. - Бешаад уперся руками в бока и с улыбкой посмотрел на дренейку, будто ничего тут и не происходило. - Собственно, ради чего ты и пришла.
Дреней обошел вокруг стабилизатора и прицокнул, покачав головой.
- И все же это безнадежно. В конце концов, и до меня его пытались чинить. Придется собирать новый... из чего-нибудь. - Одернувшись Бешаад обернулся к Ваджире и сел на пол напротив ее, прислонившись к стене. - Продолжай.
- Аукиндон, кто-то собирает туда экспедицию. Ваджира шла мимо второго манапровода, и тут - бац! - полетел разговор, - Ваджира, не оправившись от легких колик в теле, с трудом подбирала слова, едва ли не через каждый слог спотыкаясь.
- Один говорил, манагорн плохой, другой - что собирает жрец. Ну, точнее, наоборот, один - про жреца, другой - про плохую ману. Много говорил, Ваджира все не слушала. В Шаттрат, говорил, лететь надо...
Бешаад поднял бровь. Зачем кому-то понадобилось собирать экспедицию в Аукиндон? В свое время Всевидящий рекомендовал, даже настаивал, чтобы гробницы полностью опечатали, но разве кто-то слушал? На миг дреней провалился в свои мысли, но вскоре вернулся назад, посмотрев на Ваджиру.
- Не метайся, присядь. - Бешаад кивнул на пол рядом с собой и протянул дренейке руку. - Откуда ты про все это знаешь? От кого услышала? - Дреней с легким прищуром посмотрел на Ваджиру.
- Ну... Была какая-то странная женщина, она кого-то искала. Поговорила с двумя механиками, порассматривала, порасспрашивала, долго бродила туда-сюда, вся облеченная в черный балахон, когда ушла - те разговорились, и я подошла. Они почему-то на меня совсем внимания не обращали, а как я пыталась что-то спросить - смеялись, - даже успокоенная, она говорила слишком бегло - наверняка для того, чтобы не потерять быстробегущую в ее голове мысль.
Бешаад почесал подбородок крайним левым придатком и задумался.
- Аукенай? Хм-м.. В черном, говоришь? Надо бы узнать, что кому-то понадобилось в Аукиндоне. - Дреней горько усмехнулся. - Знаешь, сестра Ранариуса - аукенай. Он бы все отдал, что бы попасть в экспедицию, жаль, что долг велит ему остаться тут. - Бешаад поднялся с пола и посмотрел в сторону выхода из отсека. - Ты случаем не заметила, куда направилась та... жрица? Хотя я и так догадываюсь, где ее искать. - Дреней осмотрел свою изорванную мантию и покачал головой. - Но явиться к ним в таком виде я не могу. Надо привести себя в порядок... и чего-нибудь поесть, как думаешь? - Всевидящий шутливо посмотрел на дренейку, но в его взгляде читалась какая-то тревога.
- Немного их таких, осталось, говорят, разумных аукенаев, - важно согласилась Ваджира, задрав подбородок с таким видом, будто ей было доступно какое-то архиважное внеземное знание.
- Еда... О, рыба! Рыба! Ранариус поделится рыбой, как думаешь? Он говорит, не вся заражена, он говорит, есть нормальные... эээ, особи, вот что он говорит!
- Хорошо, тогда сейчас не будем себе головы забивать Аукиндоном. Пошли домой, приведем себя в порядок, а потом пойдем к Ранариусу и поедим его рыбы. - Бешаад улыбнулся дренейке и поманил ее к выходу из отсека.
И так пара дренеев оставили позади полуразрушенный отсек с неисправным стабилизатором манапровода №3, магию, безумный хор и месяцы неплодотворной работы Всевидящего. Они направились через разрушенные залы оживающего Экзодара туда, где раньше были жилые отсеки, в небольшую каморку, которую на двоих и делили.
А после этого их ждали Второй Капитан Миротворцев Ранариус и его божественно поджаренная рыба.

ID: 6639 | Автор: Пират-ассассин Эонарис
Изменено: 10 сентября 2011 — 23:17