Псы Войны Псы Войны - Пролог. Рангари в мёртвом королевстве

Гильдия Батальон "Вороний Дозор"
Рангари Кханаад


Над головой дренея хрустнула ветка... и тут же сверху на Хана что-то упало. Что-то большое, мохнатое и с плохим запахом из пасти. Большое и мохнатое, судя по всему, охренело настолько же, насколько и рангари, и отвалило в сторону, даже не попытавшись откусить дренею голову.

Трое в плащах резко обернулись на шум и треск в кустах. Лязгнули обнажаемые клинки.

Дреней не стал тратить время на то, чтобы спросить, кто там был, куда он шел и какого, собственно, ему было надо. Сгребя большое и мохнатое в охапку, он что было сил толкнул его в сторону поляны, пока оно не сообразило, что к чему. Ворген успел только тявкнуть, когда рангари вынес его из куста и швырнул прочь, к троим с капканом. Сам рангари метнулся прочь как можно тише, не разбирая особо, куда.

- ...УЯРЬ! - раздалось на языке, который можно было бы принять за жутко искаженный Всеобщий, и трое в плащах рванулись на воргена. Тот, осознав, куда попал, тут же бросился на них.

Меж тем, вой стаи раздался еще ближе. Вслед удаляющемуся Хану неслись крики, звон стали и оглушительный рык воргена. Через некоторое время все затихло. Сам дреней , отсидевшись в кустах поодаль, выбрался и направился обратно, очевидно, намереваясь снова выйти на дорогу.

Лес его совершенно не радовал. Дикие воргены (цивилизованные-то иногда попадаются такие, что хоть Наару выноси, а эти - совсем страшное дело), черные мрачные деревья, ковер позапрошлогодней листвы под копытами. Да еще и темно, как у man'ari в заднице. Где-то в отдалении снова прокричала ночная птица. Над головой шумели на ветру мертвые ветви.

Через четверть часа блужданий и один поворот не в ту сторону Хан оказался у того же самого разрушенного строения. Природное чутье, обостренное до предела общей враждебной обстановкой, заставило рангари остановиться. Он прислонился к стволу дерева, вглядываясь в темную, словно известно что, даль.

У разрушенного ветряка стояла одинокая фигура, высокая, одетая в черный плащ с капюшоном. Похоже, в этом сезоне такие плащи были писком гилнеасской моды. Выглядела стройнее тех, кто были на полянке, и практически не сутулилась. Больше ничего в руинах не изменилось... а если и изменилось, то видно не было.

Через несколько мгновений в разрушенной мельнице скрипнули половицы. Звук был отчетливый, как будто там шел кто-то тяжелый. Дреней чуть подтянулся вверх по стволу дерева так, чтобы в развилке ветвей видеть дом.

Из дома к фигуре у ветряка вышел гигант - два с лишком метра ростом, даже несмотря на сутулость. Черный доспех тускло отсвечивал в скупом свете луны. Здоровяк что-то бросил второму черному силуэту. Слова были на том же языке, судя по всему, что и у троих на поляне с капканом. Фигура в плаще ответила. Голос казался неживым, но был похож на женский. Полностью смысла было не разобрать, но несколько раз попалось что-то вроде "баньши", "Сильвана" и "ворген". В конце беседы четко прозвучало слово "егеря".

Некоторое время спустя меньшая из фигур кивнула, развернулась и ступила в сторону. Через секунду ее уже не было нигде в поле зрения. Гигант постоял еще пару мгновений, затем пошел обратно в здание.
Кханаад выругался про себя, осознав наверняка, что он здесь такой не один. Ветер донес цоканье копыт с юго-запада. Звук удалялся, словно кто-то ехал прочь.

Кханаад неслышно спустился с дерева и отправился на звук, стараясь держаться поближе к деревьям и кустам, выглянул, устроившись меж двух стволов, прислушался. Городок был все так же пуст, но у дыры в ограде снег оказался притоптан. Следы копыт вели в сторону домов. Цоканье удалялось в западном направлении. Казалось, что едут по тракту - звук был звонкий, как звенят подковы по булыжникам.

Судя по следам, тут прошла одна лошадь, и совсем недавно. На левой передней ноге у нее не хватало гвоздя в подкове. Хан, закончив со следами, неслышной тенью скользнул вдоль домов, обошел крайний со стороны моря, укрылся за брошенным дилижансом.

На оставленной давным-давно карете, едва не сгнившей под бесконечным дождем его внимание привлела царапина. Свежая. Кханаад провел ладонью по странному следу, поднес пальцы к глазам...

В доме, у которого стояла карета, вдруг что-то упало. Тихо и приглушенно, но однозначно.

Рангари застыл на месте, затем сделал несколько шагов назад, к окну, и, прислонившись к стене, осторожно заглянул.

Внутри было полутемно, большую общую комнату освещал лишь тусклый огонек свечи. Он двигался, как будто его кто-то нёс. В тусклом отсвете желтого огонька была заметна только рука в кожаной перчатке и часть такого же нагрудника. Свеча ушла вверх по лестнице на второй этаж. Нижняя комната снова погрузилась во мрак. Хан, отлепившись от стены, аккуратно обошел дом, то и дело глядя под ноги - не зацепить бы ничего из валяющегося под ними хлама. Его внимание привлекло стоящее аккурат напротив окна дерево.

Огонек мелькнул и пропал в окне второго этажа. Звуков изнутри не доносилось, только в отдалении ухнула пару раз сова.

Все это Хану нравиться перестало окончательно. Нужно было разобраться с тем, кто тут шастает по пустым домам со свечками. Может, это дало бы какие-то ответы и на все прочие вопросы, которых с того момента, как его копыта ступили на покрытый галькой восточный берег, накопилось множество.

Огонек мелькнул в окне мансарды. Хан влез повыше, прополз через развилку, залег на старой, массивной узловатой ветви напротив окна. Она выглядела достаточно надежной, чтобы выдержать вес его дренейского костяка.

В мансарде тоже все погасло. Воцарилась тишина, напряженная, неестественная тишина.

Скрип когтей по черепице в ней прозвучал подобно грому.

Из-за конька крыши появились два темных силуэта. Они, пригнувшись, ползли по крыше в сторону окон второго этажа и мансарды. Скрипела черепица. Вдруг один из них резко поднял голову. Двумя красными угольками во тьме засветились глаза. Хан замер, словно каменный истукан, и перестал даже дышать.

Это, судя по всему, сработало. Глаза вновь вернулись к цели. Воргены подобрались к окну мансарды.

Справа и снизу раздался скрип, какой издают сапоги на свежем снегу, и легкое чавкание, как в грязи или слякоти. К дому крались еще несколько закутанных в плащи силуэтов, сутулых, неестественно двигающихся. Их было четверо - двое с мечами и двое с арбалетами. На рукавах снова показались бурые повязки.

Один из воргенов протянул лапу к окну мансарды... и дальше все случилось очень быстро.

Окно взорвалось брызгом осколков и вспышкой синей энергии. Воргена унесло в одну сторону. Оторванная лапа, фонтанируя кровью из перебитых артерий, кувыркнулась в другую. Охотники внизу замерли. Второй ворген рванулся внутрь с рычанием. В мансарде грохнуло, и оборотень вылетел через то же окно с дымящейся рваной раной в груди.

Кханаад глубоко охренел, но виду не подал и продолжал изображать из себя декорацию. Разве что листья чуть шевельнулись, как от легкого ветерка.

В проломе, оставшемся после взрыва окна, появился силуэт. Выставил руку в сторону тех четверых, что притаились внизу, щелкнул пальцами - и нестерпимо яркий огненный шар ударил в них, испепелив меченосца и стрела на месте. Оставшиеся бросились в укрытие. В сторону волшебника свистнул болт, но звякнул о невидимую преграду и упал вниз, потеряв всю силу. Фигура в окне хохотнула и мягко спрыгнула вниз, на землю.

В темноте было не слишком понятно, кто именно устроил тут такой импровизированный арканный фейерверк. В проблеске показавшейся на миг из-за туч полной луны Хан увидел только, что это был человек в кожаном дублете.

Арбалетчик внизу выстрелил снова, но болт ушел в сторону. Мечник бросился на мага. Тот уклонился от удара плавным кошачьим движением, выхватил короткий меч и подрубил Отрекшемуся ноги. Затем вторым ударом снес ему голову. Крутнул клинок, стряхнув капли черной лимфы, и повернулся к арбалетчику. Тот сменил позицию и теперь укрылся прямо за деревом. Тем самым, на котором сидел рангари.

Маг снова щелкнул пальцами, что-то произнес - и в стрелка грянул огненный шар. Мертвое дерево такой подляны не ожидало и начало заваливаться. Ствол загорелся сразу, будто сухая бумага.

Дерево с треском завалилось в сторону леса, похоронив под собой арбалетчика. Хан , отчаянно поминая про себя по матушке и батюшке дерево, мага, Отрекшихся и одни man'ari знают, кого еще - возможно и их самих, вцепился в ветвь и послушно рухнул вместе с деревом, надеясь, что его в этом всем балагане так и не заметят. Дренея вынесло в сторону, оторвав от ветки и как следует приложив о землю.

Маг развернулся было обратно к дому, но услышав удар о землю, резко замер на месте. Он медленно повернулся в ту сторону, куда упал дреней, нахмурился. Хан прижался к земле так, словно пытался в нее провалиться, и снова замер без движения. Трюк стар как мир - в темноте видно не предметы, а движение. Лежи спокойно - и не заметят.

Ничего не заметив в гуще веток и высокой травы, волшебник пожал плечами, повернулся, склонился над трупом воргена с раной в груди. Со стороны дома, где остались маг и трупы, раздался чавкающий звук вонзающегося в плоть клинка. Рангари затаился, с трудом подавляя желание извлечь отовсюду мелкие ветки, занозы и прочие радости жизни, сопутствующие обычно полетам с деревьев.

Звуки, наконец, прекратились. Раздались шаги. В проеме ограды, где дорога переходила в лесную тропинку, показался маг. Под мышкой он нес отрубленную лапу воргена. При ближайшем рассмотрении в отблесках проглянувшей луны и отсветов, бросаемых горящим деревом, волшебник оказался человеком неопределенного возраста - все что угодно от тридцати до пятидесяти - с проседью в коротких волосах и седеющей бородкой. На левой щеке у него красовалось клеймо в виде штормградского льва. Одет он был в кожаный дублет, штаны и сапоги для верховой езды. За поясом примостился короткий, чуть меньше локтя, клинок, а на правой руке обнаружилось массивное серебряное кольцо. Что именно на нем было, разобрать дренею не удалось.

Маг отнес лапу подальше в сторону леса, шагов на сто, швырнул на землю, простер над ней руку. Конечность занялась ярко-синим пламенем. Волшебник отряхнул руки, плюнул в огонь, скривился, словно от отвращения, и двинулся назад.

Пару заноз, пока маг был занят сожжением лапы, рангари все же успел вынуть, и теперь снова застыл, ожидая, пока тот уйдет. Маг вернулся к проему в ограде... и вдруг Хан почувствовал, как в голове раздался голос. Это была мощная команда: "НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ, ИЛИ ТАК БУДЕТ СО ВСЕМИ!"

Маг наверняка услышал бы что-нибудь нелестное о волшбе и тех, кто ее применяет, или что-то про man'ari, но Хан транслировать свои мысли подобным образом, увы, не умел. Впрочем, волшебник и без того вдруг глянул в сторону кустов, где сидел рангари - словно что-то почувствовал. Поднял руку к глазам...

...и резко выбросил ее вперед. В кусты метнулся очередной огненный шар. Кханаад вылетел из куста, кляня волшбу и тех, кто этой всей дребеденью мается заодно.

- Э-э-э... - протянул наконец дреней, вскинув свободную ладонь в примирительном жесте - только, впрочем, затем, чтобы тут же потянуться к колчану. - Свои!

- Всех своих я знаю! Назовись! - крикнул в ответ волшебник. В его ладони уже заиграл очередной огненный шар. Впрочем, пока только в ладони.

- Ну... не больно-то и свои, - дреней старался говорить как можно спокойнее, как бы стараясь компенсировать то, что уже нацелился на чародея в ответ. - Нашего брата среди ваших нет, это верно. Знал бы, что в такую задницу забреду - ни за что сюда бы не полез.

Огонек в руке вспыхнул ярче.

- Что дреней забыл в этом проклятом месте? Почему ты следишь за мной? Отвечай, или я сделаю из тебя бифштекс средней прожарки! - рявкнул маг.

- Не за тобой - за вон теми вот, - рангари спокойно кивнул в сторону трупов воргенов. - Совсем распоясались, блохастые. Кто ж знал, что они в итоге тоже на, прости, Свет, чего-то там средней прожарки пойдут?

Маг хмыкнул. Огонек в ладони как будто бы стал чуть тусклее.

- Тогда ты видел, наверное, что они пришли от Предела Бури, с той стороны.

- Ага, - кивнул, не опуская лука, Хан.

- Ты не умеешь врать, дреней. Они пришли из болот, - проронил маг - и швырнул в дренея огненный шар.

- Да хрен его знает, где тут у вас... - Хан не успел закончить, отпрыгнул в сторону, словив таки магический снаряд в район ребер, но тетиву спустил. Грудь рангари обожгло адским пламенем, но шар все же прошел по касательной - иначе из дренея действительно бы получилась жареная котлета с рогами и копытами.

Волшебник удивленно охнул, когда стрела вознилась ему в правую руку. Он вытянул левую руку и прокричал заклинание. В сторону, куда отпрыгнул Хан, ударил ярко-синий луч, но прошел выше, выжег длинную полосу в стволе дерева позади рангари. Тот, не сбавляя хода, закинул руку к колчану, кое-как прицелился, с трудом подавляя желание потереть обожженный бок. В ночной тишине зло загудела стрела.

Маг получил второй раз, теперь уже в ногу. Охнул, упал на колено, попытался отползти, наугад бросив в сторону дренея и кустов очередной огненный шар. Тот с треском грянул куда-то в заросли правее.

Мертвая растительность с радостным треском занялась, зашипела там, где новорожденный огонь встретился с дождем и снегом.

Укрывшись за большим корневищем, Хан пошарил в колчане, ощупывая оперение, и выбрал стрелу с тупым наконечником. Приподнялся, прицелился, метя в висок, и отпустил растянутую до уха тетиву. Маг всплеснул руками и неуклюже завалился набок, не подавая признаков жизни.

Дреней не рванулся к телу, как сделал бы новичок. Для начала он выждал с минуту, как следует осмотрел все вокруг на предмет новых противников, и лишь затем подошел поближе и пошевелил тело копытом, убеждаясь в том, что оно без сознания. Оставив мага лежать на дороге - куда он отсюда денется? - Хан направился к дому. Он прошел по нижнему этажу, стараясь ступать тише, отправился по лестнице, чуть поскрипывая ветхими ступеньками. Остановился на полпути, осмотрелся еще раз.

На лестнице нашлись свежие следы от сапог, причем не одна пара, а сразу три. Наверху тоже было натоптано, явно туда-сюда ходили минимум трое. Хан долго рассматривал следы, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, но понял только, что ничего не понял. Наверху, в выбитом окне мансарды, шалил и свистел ветер.

Хан прошелся по нижнему этажу, разглядывая детали обстановки - книги, сундуки, какие-то склянки на полках и прочий нехитрый скарб. Все было покрыто приличным слоем пыли... но на одной полке ее не было. Отсюда явно что-то взяли. Судя по форме чистого пятна, тут стояла шкатулка или коробка. Рангари пошарил взглядом вокруг, но предмета, подошедшего бы по форме, не нашел, вздохнул и вышел обратно на улицу.

... А мага на месте уже не оказалось. В кусты вел длинный след, как будто что-то тащили. Хан этому факту практически не удивился - и не такое могло случиться, если по лесу рыщут дикие воргены. Впрочем, по следу не пошел, а поспешил отступить в сторону деревни.

В лесу ухнула сова. В ответ каркнула где-то в стороне ворона.

В поиске следов у двери успех рангари тоже не сопутствовал. Натоптано было так, что концов не найти. Кханаад тихо ругнулся, и, обогнув дом, направился к дороге, надеясь, что следы конников еще не замело.

Отпечатки копыт в снежной каше прикрыло мелкой крупой, но их вполне можно было разобрать. Четыре - три давешних и один без гвоздя - шли дальше на запад, а затем один свернул в противоположную сторону. Хан пошел по нему - и уперся носом в карету. След тоже дошел до нее... и оборвался. Как будто конь растворился в воздухе.

- Man'ari... - прошептал дреней и тряхнул головой, словно пытаясь согнать наваждение.
В лесу снова завыли, и на сей раз значительно ближе к городку, чем в прошлый. Рангари резко поднялся, поправил плащ и двинулся прочь по тракту, оставляя за спиной Грозовой Перевал и всю чертовщину, что в нем творилась.

ID: 18284 | Автор: Volpe.Rossa
Изменено: 17 февраля 2016 — 21:08

Комментарии (1)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
17 февраля 2016 — 21:02 Volpe.Rossa

Логи выкладываются через пень-колоду. Недостающий кусок, повествующий о первом дне операции, уже в работе, скоро будет.