Красному диску солнца

Отзвук

Yel - в роли Беулу. И спасибо ей за эту отличную игру.
Реплики авторов разделяются засвеченными именами персонажей.

***

Отзвук: Суета, суета, суета. Оргриммар и раньше не считался городом, в котором можно было отдохнуть, но теперь все будто сошли с ума - о тишине и спокойствии даже говорить было бессмысленно. Даже здесь, у озерца и водопада в Аллее Чести суета захватила всё и вся, кроме... воды. И именно в ней ошарашенные городской жизнью путники еще находили чуть-чуть умиротворения.

Орк, не такой молодой, но и не старик, сидел на берегу озера, скинув доспех и болтая босыми ногами в холодной воде. Солнце уже пошло на спад, почти перестав поджаривать город, но нагревшаяся за день до каления каменистая почва с легкостью заменила солнце в этом нелегком деле - доведении путников жарой до безумия. Впрочем, уже через пару часов и земле суждено было остыть, чтобы подарить жителям города более-менее прохладную ночь.

Беулу: Ночью будет легче. У Анше, наверное, сегодня не очень хорошее настроение... Но небо такое красивое, высокое - эти орки бегают вокруг, смотрят себе под ноги, а над ними же существует целый огромный мир! А они будто и не знают об этом...

И чего он горячится?.. Неважно, скоро обязательно устанет, нужно только подождать, а уж с его сестричкой договориться всяко попроще. В последнее время он сам не свой.

Хотя, может, ей только кажется? Это все этот дурацкий доспех, почему он так колет бок? А ведь она говорила об этом наставнику! "Ты чем-то рассердила духов железа", - шутил он над ней. Ууу! У воды все совсем другое... если ее не трогать, то на дне появляется Беулу - такая же, как в воздухе - и Беулу из воды будет улыбаться Беулу из воздуха... Почему она не появляется?

Орк. Служительница Солнца едва удержала себя, чтобы не присвистнуть с завистью - он-то снял доспех! А ей приходится терпеть... Сидит и наслаждается! "Озеро тоже хочет отдохнуть", - заметила она с легким укором, опускаясь во влажный ил у берега.

Отзвук: Выражение его морды удивительно походило на поверхность озера - вроде бы гладкая и спокойная, она то и дело попадала под влияние рвущихся потоков водопада и пыталась успокоить их. Как и орк, который хотел быть умиротворенным и спокойным хотя бы этим вечером, сражался с воспоминаниями и мыслями, всплывавшими в сознании. И, казалось, оба они преуспевали в этом.

Он услышал шаги и стрельнул глазами в сторону, успев заметить завистливый взгляд тауренки, которую, как и его, привлекла прохлада воды. Он чуть внимательнее рассмотрел доспех гостьи и понял, что она из того молодого поколения, которое выбрало свой путь, отличный от выбора предков тауренов. Подробностей он не знал, но поддерживал всех тех, кто хотел изменить свою жизнь после чертова Раскола.

Орк вернул свой взгляд к воде и вдруг наконец нащупал ту мысль, зревшую в его голове последние полчаса. Пожалуй, эта тема достойна обсуждения даже со случайным путником.

- Думала ли ты, почему нас привлекает вода? - его голос прозвучал хоть и громко, но неуверенно и чуть неразборчиво.

Беулу: Беулу вежливо помахала рукой своему отражению, когда оно, наконец, перестало стесняться. Хмурое оно, спрашивает, чего это орк задает такие странные вопросы. У Беулу-из-воды красивые косы. Сразу видно - она сама их заплетает. И чего хмуришься, ты, простое отражение?

Ну и вопросы для такого жаркого дня! Воспоминания превращаются в воспоминания! Беулу-из-воздуха думала, что она улыбается, но почему ей тогда никто не улыбался в ответ?

"Можно лежать на песке и смотреть, как под тобой течет вода, - сказала угрюмая Беулу-из-воды. - А можно бегать по лужам или лежать, свернувшись, в шатре и слушать, как дождь барабанит по коже койтов..."

И зачем она обманывает? Глупое отражение! когда ты говоришь вот так, это сразу заметно, что ты обманываешь!

Беулу-из-воздуха крепко задумалась. Что-то было не так.

"Нет-нет-нет, загадка! Мы приходим к воде, потому что она честная. Она не станет обманывать, когда нам это нужно - вот почему!" - воскликнул она тогда, просияв от внезапной догадки... Они негромко смеялись вместе, обе Беулу. Надо будет запомнить и озадачить потом шамана! Что он ответит?

Отзвук: - Честная, - повторил он, - честная, - орк нахмурился, - вечно у вас, шаманов и всяких таких, один ответ на все, к стихиям имеет отношение. Честная. Ха. Когда волны все берега Калимдора изрезали, тоже были честными?

Несмотря на грубые выражения, он был всё-таки спокоен и, казалось, просто хотел поспорить.

Беулу: "Ну да... - как-то не очень убежденно ответила Беулу, сражаясь с пряжкой на ремне. - Хотя нет! Да, но... это же не они сами, не по своей воле. Дерево не топор валит, а дровосек". Упрямая! Впрочем, на что она расчитывала? Засунули в глыбу... Беулу вспомнила того несчастного оседланного кодо, погонщика которого убили кентавры, и муки, что оно испытывало, не умея снять с себя немилосердно натирающее седло. Она тяжело сглотнула, отнимая от пояса руки, и осторожно спросила, косо глянув на орка: "Вы потеряли кого-то близкого в наводнении?"

Отзвук: - Я тут один сейчас, не нужно этих всяких "вы", - не раздумывая, поправил он, а только затем задумался над вопросом, - в наводнении я никого не потерял, а просто сейчас размышляю. Может быть, желание разрушений - истинное лицо стихий, которых уже не смогли сдерживать шаманы. Никогда особо не доверял ни тем, ни другим. Но ты же, всё-таки, не из них?

Беулу: "Может, и так, - говорила, запрокинув к небу голову, Служительница Рассвета, - но нам не нужно бояться их. Стихии сами себя сдерживают, не шаманы. Реки, вот, берегами, камни от обвалов сами собой держатся, а для пожара вообще много-премного всего нужно. Шаманы вовсе не со стихиями борются, а с теми, кто тревожит их, кто костры на сухом разводит, и не для того, чтобы обогреться".

Отзвук: Орк не мог не согласиться с такой фразой, как бы он не недолюбливал шаманов. И он улыбнулся тауренке, говоря:
- Тут ты права. Бояться не нужно, но нельзя относиться к ним с абсолютным доверием. Огонь и вода вряд ли такие уж "честные", как говорят. Но... глянем правде в глаза, то же самое можно сказать про большинство составлящих нашей жизни. Особенно теперь.

Он перевел дух и негромко спросил: - А тебе нравится свой новый путь?

Беулу: "*Новый*?" - переспросила тауренка, улыбаясь потому, что улыбнулись ей.

Отзвук: - Ну не новый, так не новый, - он пожал плечами и поболтал ногами в озере, - я хочу спросить, нравится ли тебе то, чем ты занимаешься и во что веришь?

Беулу: Беулу искренне кивнула. "О, конечно! И как может это не нравиться, идти по земле под солнцем и слушать ветер? Я чувствую, чтобы была рождена для этого... Мне только, - оживленный тон ее голоса спал в этот момент, она отвернулась, опуская и разводя плечи, чтобы растереть взапревшую за день шею, - я не совсем уверена, что для этого так уж необходимо оружие. Я воин! Но... иногда я чувствую, что мир словно за стеной, и мне приходится прикладываться к ней, чтобы слышать лучше, понимаете?.. понимаешь?"

Отзвук: - Понимаю, - неуверенно согласился орк, - понимаю, что тебе очень повезло - я бы тоже хотел чувствовать, как был рожден для того, чем... для своего образа жизни. Дает ли это уверенность, что ты поступаешь правильно, когда перед тобой предстает выбор?

Беулу: Та, кому случай лишь единожды за всю ее жизнь предоставил выбор, кому еще не пришла пора пожинать его плоды и кто живет идеалами, ответила честно, вглядываясь в глаза орка: "Дает. Я уверена, что сейчас поступаю правильно, и мне не приходилось жалеть. Но почему в *твоем* голосе сомнение?" Она спросила... с надеждой. Будто ищет у этого орка на берегу реки возможности проявить себя.

Отзвук: - Все сомнения связаны лишь со мной, - он помрачнел, давно отвыкнув говорить о себе и не желая разбирать свое прошлое, - сейчас я вспоминаю рассказы ветеранов тех войн, что прошли еще на Дреноре. Когда им приходилось убивать беззащитных детей просто потому, что так нужно. И пусть те времена прошли мимо меня, размышления приводят к тому, что и я когда-то поступал ничуть не лучшим образом.

Рука нашарила на берегу плоский камушек, словно созданный для того, чтобы метнуть его в озеро и смотреть, как он прыгает по поверхности воды. Что орк и сделал. С горечью, которую тщетно пытался скрыть.

- С такой радужной жизнью тебе будет сложно понять, о чем я говорю.

Беулу: "Я не пытаюсь понять все на свете. А если бы начала, то испытывала бы только разочарования... Я не понимаю твоих слов, и мне не знакомы войны, о которых ты говоришь, но я все равно благодарна тебе за то, что ты рассказал - пусть малое! - но о себе. Мы все живем под одним небом, и все пытаемся сделать, как вышло бы лучше. Не стоить винить себя за то, что ты не совершал, и оставь в прошлом то, что должно принадлежать только ему. Мы все живем под одним небом, - повторила верная Солнцу, в ее глазах были ласка и мягкая просьба, - посмотри на него. Если даже оно прощает тебя, то почему не можешь ты сам?"

Отзвук: Он последовал просьбе и посмотрел на небо. Выглядело оно так же, как и в любой вечер, и никаких мыслей о прощении не внушало. "Мечтательница. Хотя и я когда-то был таким".

- И что изменится, если себя простить? Нужно не прощать, а пытаться осознать весь свой путь, все решения и все ошибки, а к этому я вряд ли сейчас готов. Да, понять всё на свете никому из нас не дано, но нужно хотя бы самого себя понять. Рад, что тебе это удалось, и надеюсь, что с тобой даже близко не повторится... то.

Орк снова посмотрел на неё и мягко улыбнулся.

Беулу: А небо было синим для него столько же, сколько и для любого самого чистого сердцем праведника... "Я не боюсь ни искушений, ни опасностей, - отважно бросила Беулу, щурясь на поднявшийся (темнело!) ветер. - Я... не знаю даже твоего имени, но почему-то чувствую, что самую тяжелую часть пути ты уже одолел. Смотри! - снова попросила она. - Солнце уже садится, и слепни перестанут тебя донимать, а с ночью придут прохлада и покой. Ты спрашиваешь! Если простить себя, то в мире станет на одного виноватого меньше. Меньше на одного обиженного! И больше - на одного счастливого. Ничего нет в самобичевании, не истязай себя... в тот же миг, как ты задумался о своем прошлом, ты понял все, что нужно - не мог не понять! К чему тогда сейчас эти сомнения? Никому они ничего хорошего не сделали..."

Отзвук: Орк снова взглянул ей в глаза. И теперь он не улыбался.

- Ты думаешь, что всё можно простить? Какой порог у преступлений, прощение за которые можно обрести? Если я попытаюсь простить сам себя, я признаю, что у моего пути был смысл. Я не могу этого сделать! Я не хочу снова стать им.

Беулу: "Тогда признай. Признай, ведь у твоего пути был смысл, - ты видишь тот же вечер, что и я, и мы можем говорить о нем сейчас. Если бы у прощения были пределы, кому бы оно было нужно? Прощают не дела, прощают человека - любого можно простить! Ты карабкался по узким горным карнизам, солнце обжигало тебя, в каждый момент ты рисковал сорваться, обрушиться - быть может, вместе с каравном... но ты же прошел свою дорогу до конца! Отрицание пути не сделает тебя ни мудрее, ни сильнее, когда признание - обязательно сделает. Пусть это была очень страшная дорога, пусть ты боялся - когда кто-то боится, он может совершать глупости - но все осталось в прошлом, чтобы сейчас, у берега, ты мог разговаривать с рекой... Тебе незачем к нему возвращаться, если ты не хочешь. Если ты не хочешь".

Отзвук: Ответом было молчание и тяжелый взгляд, которым он одарил тауренку. На морде орка мелькнуло смятение, а былое спокойствие, казалось, уже нескоро вернется. Он знал, как легко воспоминания и просто разговоры об этом могут вывести его из себя, но не мог им сопротивляться.

Пару минут он продолжал молчать, но сейчас слова не имели значения - волна эмоций и так ярко отражала его состояние. Смятение сменялось злобой и горечью, сдобренными обидой на самого себя. Вернее, на него - орк разделял Себя-Прошлого и Себя-Сегодняшнего.

Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Кажется, ему это удалось - воспоминания и чувства схлынули. Не открывая глаз, он ответил:

- Я могу это признать. Может быть, когда-то смогу и простить. Но я больше не позволю взять верх... - он наконец посмотрел на тауренку, и та могла бы заметить красный отблеск в его глазах, - ему.

Беулу: Но она не заметила. Была ли угроза в полыхнувшем алым взгляде - она не почувствовала ее. Беулу почтительно наклонила голову - перед тем, кто, как она считала, сделался мудрее - и протянула орку свою раскрытую ладонь: в ложбинке между бугорками-косточками лежал фиолетовый голышок, самый обыкновенный камень с берега этой реки. "Кажется, мы прожили сегодня еще один имевший смысл день? - улыбнулась она, разглядывая песок. - А этот камешек пусть будет напоминанием о нем - о реке, о разговоре и обо мне".

Отзвук: Недоумевая, он всё-таки протянул руку и взял камень, действительно самый обычный, еще горячий от нагревшегося за день песка. Но и простой камень теперь имел значение.

- Я не забуду, - сказал он, крепко сжимая камень в ладони, - но кто ты? Что привело тебя именно сюда и именно сегодня?

Беулу: "Меня зовут Беулу, - назвала свое имя тау, представляясь не столько орку, сколько ему, и шумевшему в отдалении водопаду, и раскачиваемому ветру тростнику, и лягушке, редко квакавшей на обожженном солнцем булыжнике... Ее рука вернулась к коленям, которые она, сцепив между собой негнущиеся пальцы, обнимала все то время, что они проговорили. - Я отправляюсь в путешествие, чтобы спросить совета у тех, кто уже прошел наш путь до нас, и ради тех, с кем я разделю его, когда придет моя пора. Пока мне не находится места на дирижабле, но я слышала, что в начале последней недели каждого месяца воздушные странники плавают налегке и их зеленокожие погонщики готовы приютить даже тех, у кого не самый тугой кошелек. А ты живешь здесь?"

Отзвук: - Обитаю здесь с недавних пор, - он не следил за течением времени и не знал, как давно вернулся с северной войны, - "совета у тех, кто уже прошел наш путь до нас". Как и я когда-то. Но поиск ответов только увеличил число вопросов, а этого я тебе не желаю, Беулу.

Орк проницательно оглядел собеседницу, и еще раз вспомнил, на что обратил внимание в разговоре.
- Солнце. Значит, ты направляешься в Лордерон?

Беулу: "Лордерон? - повторила, хмуря лоб, Беулу. - Наверное, нет... Воины рассказывают, что земля, первой встречающая Ашна, полнится его шаманами... Я хочу пройти ее всю и задать вопросы каждому, кто согласится меня выслушать. Я хочу... я хочу увидеть город из белого камня - говорят, он выстроен морскими штормами. Я хочу посмотреть на город, высеченный из скалы - я слышала, земля там готова принять в свои обятья любого дружелюбного путешественника. Я хочу коснуться высоких стволов в волшебных рощах города на серебряной луне - воины описывали, что они гладкие и мягкие, как весенняя паутинка, и золотистые, как Ашна... Я хочу узнать, как живут племена на другой стороне Матери-Земли, хочу познакомиться с их обрядами и, если мне позволят, рассказать о наших... Прости, если я много болтаю... я до сих пор не знаю твоего имени. Как тебя зовут?"

Отзвук: Он внимательно слушал слова Беулу и повторил, уже убежденный:
- Да, ты направляешься в Лордерон. Так те земли прозвали люди, которые там жили, - поспешил пояснить орк, - а звать меня можешь Отзвуком, так привычнее. Итак, твой народ тоже пошел за Светом?

Беулу: "Спасибо, Отзвук. Мой народ... никогда не сворачивал со светлого пути? Что ты говоришь? Прости, если я неправильно понимаю твои слова... Иногда нам приходилось пробираться через терновник, это правда, и многие племена, - голос ее, когда она рассказывала о пережитом, звучал приглушенно, но ее нельзя было не расслышать, - племена вроде моего, потерялись в пути и... сейчас делятся мудростью с предками. Но мы всегда шли светлой дорогой, как бы она ни была тяжела. От-звук?" Беулу выглядела растерянной, закопалась взглядом в песок. Она остро чувствовала, что говорит не то, что должно, и это тревожило ее - как и обычно.

Отзвук: Его голос прозвучал ободряюще:
- После недавних событий все народы потерялись в пути и искали дорогу назад. Или просто совсем новую. У нас в столице некоторые и до арканы докатились, нахватались от нежити да троллей. Но что выбрало твое племя? Ты не шаман и не друид, но всё-таки способна на что-то... такое. Я же чувствую.

Беулу: "Я воин! - решительно кивнула Беулу, когда разговор снова коснулся вещей, которые она понимала. Она улыбалась, продолжая, - но неужели по мне настолько это заметно? - служительница Солнца весело рассмеялась. - Это правда, Отзвук, и я давно поняла, что мне никогда не стать верховной матерью - я слышу духов, только отпив из чаши или в большие праздники, но и тогда они предпочитают общаться с моими... более интересными сестрами. И травы не послушны моей воле, какие бы подходы я к ним не подыскивала. Пускай! Я воин Ашна, Отзвук, ему я посвятила свою жизнь. В моих руках копье и щит, и Ашна радуется, когда я показываю ему их - он притрагивается к ним своими пальцами-огоньками, и я знаю, что это благословение от Матери-Земли! Не важно, кто угрожает моим сестрам - кентавр ли, обезумевший кодо - я смогу их защитить, сдержать любого врага, пока они просят о помощи духов или натягивают тетиву..."

Отзвуку нелегко давалось разбираться в аллегориях, которыми сыплют шаманы, но и в этом деле он уже успел понабраться. Чуть подумав, он сумел понять, что..:
- Так ты - воин Солнца?

Беулу: "Д-да, - сказала Беулу, понимавшая сама, что в племене этого орка приняты короткие слова. Сам их язык звучал резко, отрывисто, будто орки только и делают, что обмениваются командами. Она позволила себе доброжелательную улыбку - это первый намек на... покровительственность? за весь их разговор. - Я воин Солнца, Отзвук".

Отзвук: - Так гораздо понятнее, - кивнул орк, - Все ваши длинные речи - это хорошо, но я, кажись, не настолько умен, чтобы уловить весь смысл. Значит, твои собратья, про которых столько разговоров, тоже идут за Солнцем? И в этом ваш свет, который дает силы для сражений?

Беулу: "Это моя вина, Отзвук. Я научилась подражать шаманам и старейшинам, чтобы хотя бы не выглядеть такой бездарной, какой являюсь - и чтобы моим наставникам не приходилось обнимать свои рога... кажется, я совсем забыла, как это - просто сидеть у реки и беседовать с кем-то, кому от тебя ничего не нужно. Ты говоришь, что о... воинах Солнца кто-то знает за пределах мулгорских равнин? Это очень приятно слышать, Отзвук - наверное, мне будет проще найти общий язык с теми, встречи с кем я ищу и кто уже знает обо мне... Если с этими слухами не разносится о нас дурная слава, конечно, - Беулу нервно сглотнула, тревожно глянув на орка, но спрашивать, насколько эта догадка справедлива, не стала. - Ты... прав. Солнечный свет наполняет нас духом битвы, потому что свет вокруг нас - это символ, знамение, подарок Матери-Земли своим защитникам, его передает нам Ашна. Но не думай, что мы способны сражаться только днем и под безоблачным небом! Хотя Ашна и проводник нашей силы, его настоящий источник - это щедрая Мать-Земля. В минуты опасности мы просим у Нее вдохновения для боя, и если наша цель праведна, а враг жесток, Она сама одаривает нас отвагой."

Отзвук: - Твои слова звучат правильно, даже не сомневайся, ты просто не позволяй эльфам и нежити восточных земель слишком сильно на тебя влиять - у них свой взгляд на духов и "Ашна", и ни к чему хорошему это дело не приведет, - горячо заявил он, абсолютно уверенный в своих словах, - доверять им можно и даже нужно, но не вздумай пытаться пойти по их путям.

Беулу: Закончив рассказ, Беулу потупилась. Было похоже, что она опять наговорила слишком многого - и все же недостаточно, чтобы быть понятной. О, духи! Почему вы не одарили ее красноречием, хотя бы в десятую долю таким сильным, как у наставника? Ему хватило бы нескольких слов, чтобы сказать больше. Служительница Солнца, которой не стать верховной матерью из-за ее косноязычия, вздохнула и оттянула краешек дрогнувшего уха...

Хотя от слов Отзвука, который, возможно, даже понял ее, Беулу стало легче. Но вот от сказанного ей легче стать не могло. Она мягко возразила: "Но я иду к ним как раз за этим. Ты говоришь почти как Тром - он тоже не верит, что в конце тропинки я отыщу ягодку... Мне казалось, что он чересчур самонадеян для того, кому даже не приходилось обнажать в бою клинка, а теперь я снова слышу от тебя его слова. Что не так с их путями? Ашна помогает только праведным - так говорят учителя..."

Отзвук: - Что не так с нежитью или что не так с теми, кто использовал силу демонов? - как истинный орк, он игнорировал прошлое своего народа, но любил припомнить былое всем остальным, - пойми, для того, чтобы искать, вовсе не нужно вставать на их пути. Просто исследуй, расспрашивай, наблюдай - но не пробуй на вкус то, что им по нраву. Это дорога в никуда.

Он перевел дух и мягко закончил:
- Не повторяй мои ошибки, Беулу.

Беулу: "Я... немногое знаю об их прошлом - а путешественники рассказывают разное, подчас невероятные, диковинные вещи, в которые непросто поверить. Легенды и моего народа хранят мрачное прошлое, так что я не в праве сейчас обвинять кого-то в ошибках - особенно, если им благоволит Ашна... Ты спрашивал раньше о дорогах света... мне кажется, только сейчас я поняла твой вопрос и только сейчас я отвечаю на него искренне - да, мы выбираем только те дороги, которыми ходит Ашна. В минуты сомнений я спрошу у него совета - если он будет хмуриться над поступками своих последователей, я откажусь от их учений и буду искать свой собственный путь. Но мне хотелось бы... чтоьы это путешествие что-то значило не только для меня одной, но и для тех, к кому я потом вернусь. Мне хотелось бы передать им какую-нибудь... настоящую мудрость".

Отзвук: - Поверь, твой народ и так достаточно мудр без всяких философий или магий лордеронских столиц. Но ты можешь узнать о всех них только затем, чтобы не позволить самой себе и окружающим повторить те же ошибки, что и они. Есть ли у тебя другие цели для того, чтобы отправиться на восток?

Беулу: "...и своими глазами посмотреть на мир, о котором я только слышала, но всегда мечтала увидеть? Нет. Многие не одобряют моего ухода сейчас, когда... мой щит мог бы спасти чью-нибудь жизнь, но я всем сердцем, до самых его уголков верю, что на новой земле смогу быть полезней для своего народа. Ты говоришь очень правильно, и я постараюсь вернуться только со сладкими плодами, Отзвук. Но и чужие заблуждения я не собираюсь вот так оставлять - если я смогу исправить чью-то ошибку, разве это не то, чего Мать-Земля ожидает от своих детей?"

Отзвук: - Ты молода, Беулу, и это ведет тебя туда. Но не забывай, что тот мир, о котором ты столько слышала, совсем недавно изменился. И не меньше, чем он, изменились те, кто в нем живут.

Орк вздохнул. Возможно, ему не хватало той горячности и жажды знаний, которые когда-то вели его по всему Азероту.

Беулу: "Ашна уже почти не видно, Отзвук, а значит скоро на стражу выйдет его сестричка, - заметила Беулу, разглядывая закат, затухавший в этот поздний час над скалами. - Я не хочу, чтобы она застала меня за бездельем. Это место искушает меня безмятежностью... какое странное твое племя! Всего в нескольких бросках копья отсюда сотни занятых работников еще поднимают пыль в воздух своими сапогами, но в то же время есть те, кто приходит сюда, чтобы просто посмотреть на небо и послушать водопад. Прости, если я нечаянно прервала вашу беседу". Бряцнув пластинами, тау на миг сморщилась, отрываясь от земли, когда эта жестокая железка снова уперлась ей в бок. Разгонявшийся в ущельях ветер подхватывал ее косы, сдувал на глаза лохматые волосы, но она не боролась с его течением, так и посматривала сверху вниз на орка сквозь наскоро набросанный стихией частокол челки... Блаженное гримаска появилась на ее лице, когда, набрав полную грудь вечернего воздуха - уже не такого дымного, ведь кузни умолкли больше часа назад, - она представила, как скоро поднимется на его потоках, подхваченная небесными веяниями, и - наконец-то! наконец-то! - посмотрит сама на то, что так долго возбуждало ее воображение, пока она бодрствовала, и являлось во снах, когда она засыпала...

Отзвук: Он даже залюбовался этим жестом - как целеустремленно молодая тауренка просто встала в земли. И решился. Орк вскочил вслед за ней, возможно, даже больше готовый к путешествию, чем когда-либо. Впрочем, он поторопился - без доспеха и на богу носу далеко не уйдешь.

- Когда точно корабль полетит на восток? - переспросил он.

Беулу: Беулу не знала. Она помотала головой и развела в стороны руками, извинительно улыбаясь: "Я видела, как они отплывают в начале и середине каждой недели, но на них всегда столько путешественников... Я надеюсь, что скоро их станет меньше, и мне разрешат отправиться, даже если у меня не будет всей суммы, какую запрашивают обычно погонщики. По крайней мере, один старик, возвращавшийся за телом своего сына, говорил, что вот эта неделя в каждом месяце наименее всего прибыльна для тех, кто занимается воздушными перелетами... я все равно прихожу к башням каждый день, как отбывают дирижабли, но сейчас чувствую, верю, что в следующий же день, когда они соберутся, я смогу улететь".

Отзвук: Отзвук, натягивая на ноги сапоги и закинув доспех на плечи, кивнул:
- Еще как сможешь. Я найду тебя у вышки перед ближайшим зеппелином, а место на нем выбить - не проблема. Вернее, два места.

Он хитро улыбнулся, по-дурацки поклонился, подражая какому-то жесту, замеченному в Даларане, и быстрым шагом направился к таверне. Через десяток шагов орк обернулся, крикнул "Спасибо!" и еще раз махнул рукой. Впереди было много дел.

ID: 3747 | Автор: admin
Изменено: 13 ноября 2012 — 20:44