Силитус: Расколотое королевство Силитус: Золото дураков (2)

Ярцина
Ривелиан, сын Обсидии

ДМ:
Утро было тихое: понемногу набирало силу еще не кусачее, подернутое дымкой солнце над полосой восточных гор, и вялые порывы сухого ветра едва шевелили полог над террасами эльфийского дома. Каландра спала за перегородкой, оставив на своем месте здоровенного бурого таурена. Силуэтов стражей на стенах крепости стало заметно меньше, зато снаружи, на внешнем кольце, прибавилось шума и гомона — с десяток дворфов, гоблинов и людей южного вида занимались тем, что в кезанской традиции зовется словом «бизнес».
Гурза участвовал, причем пошумнее прочих.

Скрид:
Широкоплечий молодой человек, сверкая двумя дюжинами не особо ровных (да и чистых) зубов, активно пытался разговорить кого-то из местных. То подбегал, спрашивая о погоде и о том, как нонче живётся и работается в таких жутких условиях, то предлагал свои довольно экзотические товары.
— Честное слово, говорю вам, — всё наседал он на одного из гоблинов, — это чистейшей воды нефрит! Да, я правда готов выменять вот это на ваше добро.

И так уже второй час, бегая от торгоша к торгашу, отсвечивая бритым теремом и пытаясь впарить кому-то из «местных» абсолютно бесполезные побрякушки.

ДМ:
Местные — вот досада! — не видели пользы от камешков, стеклышек и бусиков в достойном деле охоты на силитидов, каковой промысел, как стало ясно из разговоров, был здесь единственным, из чего извлекался профит.
— Слющий, ты откуда такой свалылся? — сжалился над новичком дворф с косматой бородой и бровями потомственного горца. — Грыфон другой сторона летел?

Скрид:
— Ну, вроде того. Понимаете, м-м… Как бы вам так сказать, чтобы никого не задеть. Я, м-м.. — молодой человек, скрестив руки на груди, вовсю цокал языком и активно рассуждал. — Понимаете, м-м.. А, нет, так вы не поймёте. В общем, уважаемый, скажите мне, если вам, конечно же, не сложно, а.. А что здесь, в основном, люд готов брать? Знаете, камушки там какие, оружие, быть может? Еда, вода? Что угодно, поверьте мне. О, или может, если это кому-то интересно, я ведь, знаете ли, готов и судьбу чью-то предсказать, и если нужно, интересную историю из своей, хо-хо, довольно бурной жизни рассказать.

Вот так, подозревая в бородатом коротышке отменного собеседника, юноша всё бахвальствовал и бахвальствовал, предлагая, теперь уже, разного рода услуги, товары, истории на выбор и, возможно, пройтись куда-нибудь и выпить чего-то горячительного.

ДМ:
— Гадалка, что лы? — не понял Гурза. У него намечались проблемы с идентификацией, отчего крепкая дворфова лапа потянулась чесать в затылке. — Еда-вода тут нэ надо, друид сэмечку кинул, жрат выросло. Сыр возят, да. Мясо сущеный возят, песчаный чэрв ловят. Но это дэло схвачен уже, конкурэнт нэ надо. Давай бурный жызн рассказывай, что-то прыдумаем.

Скрид:
— О-о, замечательно, замечательно. Ну, я не совсем гадалка, конечно, но если захотите узнать о том, где вам следует ловить свою удачу, вам не найти человека лучше. Так вот, насчёт бурной жизни. Вам доводилось когда-то бывать, мой уважаемый друг, в Бухте Добычи, а? — В глаза юноши горели весёлые огоньки. Он так и рухнул на землю, приглашая дворфу так же присесть и послушать замечательный рассказ.

ДМ:
— Зачэм жопа пачкаеш? — не одобрил дворф. — Нормалный приключэнец всегда идет в таверна.
В таком формате веселого юношу и пригласили под сень эльфийских сводов, в тень и прохладу. Бык принес водички, бережно держа стаканы трехпалыми лапищами.
— Бухта адын раз бывал, — сообщил Гурза.

Скрид:
— О, так вот, — по дороге молодой человек рассказывал о том, как когда-то повстречал расчудесную эльфийку, чьи волосы были белоснежны как снег, а голос казался ласковее шёлка. Рассказал и том, как однажды, рано по утру, ей вспороли брюхо от и до, а он, забросив все дела, помчался мстить обидчикам. Так и оказался здесь. — Ну.. Вот такая вот история. — Заканчивал он её уже под сводами трактира.

ДМ:
— Нехарашо выходыт савсэм, — криминальная часть истории явно обеспокоила дворфа. — Ты говорыш, тут у нас патрашытэл завелся? Ходыт, элфыйка рэжэт? Ты стража сказал про такое дэло?

Скрид:
— Нет-нет, ты что, дорогой друг, — юнышка уже развалился на стуле, скрестил руки на груди и вёл свой рассказ с максимально горделивым видом. — Понимаешь, это уже дело чести. Страже я об этом не говорил, конечно же. Да и не думаю, что он будет кого-то здесь резать. Я лишь хочу его найти и вызвать на очень честную дуэль. А если нет.. Думаю, тут найдутся люди, готовые мне помочь за скромную награду.

ДМ:
— Апышы мне этот засранэц, — озабоченно попросил Гурза.

Скрид:
— О, проблема в том, дорогой мой бородач, что он не один. Их, может, десятеро. А то и больше! Представляешь, а?

ДМ:
— Нэт. Это Силитус, дарагой, жопа мыра. Здэс, кроме кенарыйский элф, челавэк десят и будэт. Всех знаю: сылытыд потрошат, элфыйка нэ потрошат.

Скрид:
— Мужик, — юноша шмыгнул носом. — Знаешь, я нихрена не понял. Но ты мне близок, честное слово. — Расхохотавшись, он застучал по столу. — Слушай, а ты выпить не хочешь, а?

ДМ:
— Хочу. Но нэ могу, — расстроился Гурза. — На дэло иду скоро савсэм. Крэпче пыва нэльзя, на жаре развэзет. Я зато тебя понял, дарагой. Ты когда патрашытэл искал, гадай-шмадай дэлал, в шар глядэл? Шар тебе пустыня показывал? Так это не тот пустыня, вах!

Скрид:
— Нет-нет, я верно шёл. И совсем не по шару, смекаешь? У меня есть волшебные карты. Помнишь я сказал, что могу предсказывать будущее, так? Вот они мне и сказали искать своих врагов здесь. Понимаешь, к чему я, а? — Он всё так же широко улыбался. И, в перерывах между постукиванием по столу и рассказах о том, каким же замечательным героем он является, не забыл свистнуть за две кружки пива. — Не бойся, борода. За мой счёт. Говоришь ведь, что пиво можно, так? Вот и выпьем.

ДМ:
— Гавно твой карта, — добродушно постановил дворф. — Паддэльный савсэм, слушай.
На свист отозвался и навис над столиком бурый таурен, заместитель Каландры; прогудел, что пива здесь не водится, но он может перенести перебродившего сока из плодов кактуса, а на любителя — настойку на кактусовой мякоти. Закусить предлагалось — вот сюрприз — салатом из кактуса-опунции.
— Мэскал нэ надо, — с сожалением отказался Гурза. — Савсэм плохой буду.

Скрид:
— М-м.. А я не откажусь. И давай без салата. — Вновь улыбнувшись во все двадцать четыре зуба, молодой человек вновь завёл разговор. — А тебя, борода, сюда каким ветром занесло? Не думаю я, что ты просто с неба сюда свалился, ха.

ДМ:
Таурен без возражений потопал доставлять заказ.
— Какой свалылся, — задрал мохнатые брови дворф. — Я Гурза, пэрвый в мэстной охотнычэй артэли. Сылытыд ловлю, шкура с жопы снимаю.

Скрид:
— Звучит довольно забавно. Слушай, м-м… Гурза, да? Вот скажи, а чем тут можно поживиться? Ну… Знаешь, может храмы какие, или там, не знаю, может подземелья какие, а? Ну, те самые потрошили могут ведь туда заглянуть, а? Вот я и думаю, может и мне туда сгонять, м? Как думаешь, Гурза? Звучит ведь как что-то хорошее!

ДМ:
Гурза отнесся к вопросу серьезно и долго мусолил бороду, прежде чем ответить.
— Нэт. Слющий, не бываэт такое, чтоб дэсят потрошытэл ходыл по этот пустыня, а я ничего нэ знал. У меня в каждый лагэр свой чэловек. Или твои прэступники у култыст засэли, или их тут никогда нэ было.

Скрид:
— Культисты? О, слушай, а что за культисты?

ДМ:
— Сумэрэчный, — удивился незнанию дворф. — Тут жэ у ных гнэздо.

Скрид:
— Оу. Знаешь, звучит это довольно странно, но я об этом не знал. — Юноша вздохнул. — Жаль, жаль. Что ещё можешь рассказать? Ты очень хорошо говоришь, честное слово. Наслушаться, ха, не могу.

ДМ:
— Ну ты вапрос задавай, да? — развел руками Гурза, едва не задев поднос в руках у вернувшегося бычары.

Скрид:
— О! — Юнышка тут же вывалил на стол две монетки. — Серебром, значит, плачу. — И, громко хохоча, тут же потянулся к напитку. — Знаешь, Гурза.. Вот скажи, как сюда то тебя занесло? А то я так и не понял.

ДМ:
— Ты не очэн ржи, слушай, — озабоченно свел брови дворф. — Там, навэрху, элфский колдун с двумя баба спыт. Как занэсло? Сын моей матэри двоюродный сэстра тут с Бранном рэдкости изучал. От нэго карта остался.

Скрид:
— Стой, стой, стой, друг, — подался вперёд юнышка. — Мне сейчас послышалось, да? Колдун, две бабы, и все спят прямо над нашей головой, верно? Не-не, ты мне точно загоняешь какую-то пургу. Быть такого не может. Ты ещё скажи, что под этим зданием лежат древние эльфийские руины, ага.
Всё так же хохоча, парень, особо не морщась, влил в глотку всё содержимое стакана. — Ну и дела тут, конечно.

ДМ:
— Нэ понял ырония, — вытаращился Гурза. — Это тавэрна, тут полагается жрат и спат.

Скрид:
— Ай, забудь. Я тут шутки шутить пытаюсь, уж прости.

ДМ:
— С колдун шутка шутыт не нада, — воздел палец дворф. — Гарячий парэн, слюшай.

Скрид:
— Ой, видел я таких горячих парней, — фыркнул парень. — Знаешь, я уверен, не такой уж этот колдунишка и крутой. Видел и получше, честное слово. Так что, знаешь, шутить буду столько, сколько захочу.

ДМ:
— Как знаищь, — вздохнул Гурза. — Я прэдупрэдыл.

Скрид:
— Да ладно тебе, — отставив стакан в сторонку, юноша подался вперёд, — вот скажи мне, ты когда-то видел, чтобы маги делали что-то, кроме как сидели в своих кабинетах, да книжки читали, а?

ДМ:
— Выдэл. Гоблынов насмэрт жгут, — флегматично ответил дворф.

Скрид:
— А я вот не видел. Потому то и не верю.

ДМ:
— Ты к култыст не ходы, — посоветовал сердобольный артельщик. — Зарэжют.

Скрид:
— Да я не дурак, не пойду. Знаешь, у меня не очень хороший опыт общения с культистами. Так что, да, к ним точно нет никакого толку идти. Хотя, с другой стороны.. — юнец вновь разговорился, — вот скажи, а чем тут ещё заниматься, а?

ДМ:
— Ловы сылытыд, сдырай с жопа хытын. — Гурза придирчиво оглядел рукоять меча на поясе у нового знакомого. — Будэщь или мертвый, или богатый.

Скрид:
— Не, тут есть одна проблема. Я совсем не хочу помирать, понимаешь? Богатым быть, конечно, хотелось бы, а вот жопу рвать и помирать за деньги, уж извини, совсем не мой профиль.

ДМ:
Дворф только руками развел — вопрос был экзистенциональный.
— А кто хочет, слющий?

Скрид:
— О, знал я одного говноеда. Знаешь, у него даже жизненное кредо такое было, мол, либо сам дохнешь, либо деньги достаёшь. Так вот и жил, представляешь?

ДМ:
— Жил, нэ помэр?

Скрид:
— Да нет, ему это просто надоело.

ДМ:
— Я охота люблю, — загнул палец Гурза, — и дэньги люблю. Мнэ здес хорошо. Тэбэ, наверно, плохо будыт.

Скрид:
— М-м, возможно! А может и нет. Знаешь, поживём и увидим, как оно будет.

ДМ:
Дворф не возражал. Замолчал, потягивая перебродивший сок и собираясь дождаться вчерашнюю компанию.

Скрид:
Юнышка же, закинув ногу на ногу, нервно стучал по коленкам, то и дело посматривая на дворфа, выход из таверны, на таурена. Вот так вот и сидел, то выбивая ритм, сбиваясь, и снова начиная стучать довольно нудную мелодию.

Скрид:
— Слушай, — парень вновь подался вперёд, — вот скажи, Гурза, ты ведь любишь деньги, так? А не хочешь помочь мне за вознгаржадение, а?

ДМ:
— Смотря с чэм, дарагой, — крякнул дворф. — Ты б хот имя сказал, прэждэ чэм дэла дэлать.

Скрид:
— Оу, точно. Совсем забыл, — он протянул руку вперёд, — барон Ранто фон Эгомонд младший. — На щах юнышки снова заблестела самодовольная улыбка.

ДМ:
— Эще и старший эсть? — впечатлился Гурза, ответив крепким рукопожатием. — Ну, давай про дэньги, барон.

Скрид:
— Давай я начну с того, что я хочу увидеть. Собственно, — он вновь откинулся на спинку стула, — зрелище. Говоришь, хорошо стреляешь по этим местным тварям? Как ты их называл.. Силитиды, а? Так вот, я хочу, чтобы, скажем, за сотню золота ты, прямо на моих глазах, пристрелил с десяток таких тварей.

ДМ:
Гурза охренел.
— Сотню пакажы, да?

Скрид:
— М-м.. Сначала тридцать золотом покажу. Можешь сразу забирать. Аванс, почитай. — Ранто улыбался, сунув руки в увесистую заплечную сумку. — Подойдёт?

ДМ:
— В чем подвох, слющий? — маленькие глаза дворфа сошлись в узкие щелки.

Скрид:
— Никакого подвоха. Просто, понимаешь, мой дорогой Гурза, я очень люблю, когда кто-то старается изо всех сил заработать какие-то жалкие сто монет.

ДМ:
— Извращэнэц, да? — как-то тоскливо уточнил Гурза.

Скрид:
— Нет, почему. Это просто очень весело. А я, понимаешь ли, люблю веселье.

ДМ:
— Извращэнэц, — обреченно вывел охотник на силитидов.

Скрид:
— Ну, как знаешь. Не нужны деньги, дружок, мог так бы и сказать. — Барон лишь развёл руками.

ДМ:
— Ты мэня за дурака нэ дэржи, — захорохорился дворф. — Так нэ бывает, чтобы барон-шмарон пылному гоблину камэшэк пытался продат, а у самого в сумкэ золото, и вмэсто свой башка — гадатэлный карта, и сам он нэ знает, зачэм припэрся.

Скрид:
— Ну почему же. Я, младший сын своего отца, по некоторым довольно личным причинам оказался здесь. И развлекаю себя как могу. Понимаешь?

ДМ:
— Нэт.

Скрид:
— Эх, иногда я тоже не понимаю. Ну так что, друг, нужна тебе сотня монет?

ДМ:
— Прасты, дарагой, — покачал головой Гурза. — Я нэ знаю, что в твой башка пальнет, какой-такой развлэчений. Мне мой шкура дорожэ — с псыхопат связыватся.

Скрид:
— Ну, почему же психопат? Смотри, я просто предлагаю тебе до жути простой способ заработать. Хочешь, я даже в сторонке постою. Мне просто жутко интересно.

ДМ:
— Э-э, — протянул дворф, подозрительно засопев носом. — Я нэ доктор совсэм, но жызн видэл. Я тэбэ так скажу: ты свою элфийку прырезал, а банда патрашытэл у тебя в голова. Иды лучшэ, а? Я тэбэ баюс.

Скрид:
— Да ладно тебе. Давай так, плачу десятку золотом за каждый выстрел. Идёт? Пали во что хочешь, ну, кроме меня, и зарабатывай деньги.

ДМ:
— Ты эбанутый, — трагически постановил Гурза. — Я на помощ зват стану.

Скрид:
— Тыфу. Так бы сразу и сказал, что не мужик ты, а тряпка.

ДМ:
— Я малэнький бархатный трапочка, — с трогательной грустью в голосе согласился Гурза. — Ты иды, дарагой, допивай и иды сэбэ.

Скрид:
— Жаль. Тьфу, так где там твой колдун с бабами, а? Может, хоть они более деловыми ребятами будут.

ДМ:
Дворф медленно поднял палец, указывая на ведущую вверх лестницу. У него было очень, очень печальное лицо.

Скрид:
— Ну так сгоняй и разбуди их. Скажи, мол, так и так, к ним пришли с деловым предложением. Метнёшься?

ДМ:
— Сам мэтныс, — отказался Гурза. — Я малэнкий трапочка, у меня нэт ножка.

Скрид:
— Что, — хихикнул Ранто, — ты даже за десятку откажешься туда сгонять, а?

ДМ:
Получалось, что даже за десятку. «Малэнкий трапочка» был непоколебим.

Скрид:
— Двадцатка?

ДМ:
Дворф только головой качал.

Скрид:
— Хорошо, давай так. Ты поможешь мне, а я как-то выручу тебя. Лады? У меня, всё же, довольно много денег, да и я, в случае чего, всегда буду готов прийти тебе, мой дорогой друг, на помощь. Просто сейчас, честно говоря, мне очень лениво отрывать свой зад от кресла.

ДМ:
Это было безнадежное дело: Гурза, казалось, был готов обратиться в камень, лишь бы не сдвигаться с места.

Скрид:
— Хорошо, — Ранто нарочито громко вздохнул. — Тебе не придётся даже гонять за ними. Ты мне просто расскажешь, кто они такие и что здесь вообще делают, а я тебе за это отплачу. И всё, мы больше никогда не с тобой не увидимся. Я просто уйду. По рукам?

ДМ:
— Нэт, — ответил очередным отказом дворф. — У менэ с ными дэло. С тобой дэл нэ веду.

Скрид:
— Что, ни за какую сумму? Не поверю.

ДМ:
Реальность довлела: дворф не соглашался.

Скрид:
— Да ну тебя. Скучный ты, вот что я тебе скажу. Нет в тебе, знаешь, духа авантюризма, мой друг. Истории, конечно, весело рассказываешь, да вот только твоя упёртость всю картину портит.

Скрид:
— Короче, хрен с тобой. — Юнышка таки бросил на стол небольшой мешочек с монетами. — Держи, Гурза. И передай там тому колдуну, что приходил любопытствующий молодой барон Ранто фон Эгомонд с очень деловым предложением. Надеюсь на тебя, друг.

С этими словами, широко улыбаясь, парень поднялся на ноги, уходя прочь из здания.

Рив:
Чуть позже на смену странному молодому человеку явился эльф, не менее странный и, судя по поведению, тоже далеко не преклонных лет. Он по прежнему был в своего пыльного цвета наряде из куртки, штанов и шнурованных ботинок, при кинжале у пояса и с отпечатком подушки на щеке.
— А я думал, все дворфы неплохие дельцы, — не пожелав доброго утра, заявил он, плюхая седалище на подушки рядом с Гурзой. — Что-ж ты его на деньги не развел? Да, у меня хороший слух, часть беседы я слышал.

ДМ:
Гурза молча наполнил чистый стакан перебродившим соком и бухнул выпивку перед калдореем.
— Жопа, слющай, — сказал он наконец замогильным голосом. — Какой дэнги? Тут от подстава такой вонь шибает, что менэ нос заложило савсэм.

Рив:
Рив, не глядя, подцепил стакан. Глотнул, на секунду замер лицом, заглянул в посудину и с оживленно приподнявшимися бровями глотнул ещё раз.
— Алкоголь с утра? День будет удачным, — утвердительно причмокнул и поставил посудину на место. — Раз подстава, то и черт с ним, сами справимся. Ты лучше вот что расскажи мне, почтенный — имеются ли в окрестностях той крепости паучьи норы? И вообще, много этих пауков в окрестностях?

ДМ:
— Нэ очэн, — поскреб заросшую щеку Гурза. — Это васточный сторона, там болшэ скорпион и змэй ползает. А нор нэт савсэм, потому что пэсок, и в тот пэсок полно балшой червяк. Вкусный, слушай, — дворф прицокнул языком. — Толко ядом плюет. Ты нэ баыс, у менэ от всех ядов микстур-шмикстур эсть, а чтоб в глаз нэ попал, носым ачкы. От вэтер тоже полэзно.

Под этот впечатляющий рассказ спустилась Ярцина, еще сонная, но в полной гармонии с окружающим миром: толком не успела открыть глаза, а уже улыбалась. Улыбка пригасла, когда взгляд калдорейки остановился на мешочке с деньгами, оставленном бароньим сыном.
— Что вы тут без меня наколдовали?
Гурза только руками развел; юная чародейка подсела к столу, заглянула в мешочек и постановила, что золото иллюзрное.

Рив:
— Жаль, не могу вспомнить, какое наказание положено за подделку монет, — Рив, снова отхлебнув кактусовки, скользнул по эльфийке задумчиво-оценивающим взглядом. Её комментарий заставил его коротко и ненатурально возмутиться.
— Кто, мы? Да больно надо, это не наше дерьмо. У нас своего хватает. Значит, скорпионы. А птички тут есть какие нибудь, или же здесь только комары размером с собаку летают?

Кимиори:
Охотница спустилась вниз собранная, сосредоточенная и в полной походной выкладке — будто и не ложилась вовсе.
— Меня радует твоя прозорливость, почтенный Гурза, — после традиционного пожелания доброго утра всем присутствующим похвалила она. — Рив поделился новостями. Когда собираемся выходить?
Принюхавшись к содержимому бокалов на столе она скривилась, но ничего не сказала, заказав внушительному сменщику Каландры чай и лёгкий завтрак.

ДМ:
Оценке подлежали: синие волосы, вымытые перед сном и оттого залежанные в лохматую гриву, застегнутая не на ту пуговицу походная курточка, свободные штаны-шаровары, заправленные в ботинки с высокой голенью. Одна бровь у Ярцины примялась и торчала с изломом. Впрочем, сполоснутое в тазике лицо фераласской дриады сияло свежестью и терпимостью — даже к комарам размером с собаку.

— Птычка сдох вэс, — печально вздохнул Гурза. — Жалко птычку, да. Тут такой цэпочка: мелкий паук-скорпыон и змея жрет суслык и прочий мыш, песчаный чэрв жрет паук-скорпион и змея, сылытыд жрет песчаный чэрв. У него мясо знаищь какой? Розовый, сладкый.
— И мне завтрак, — у Ярцины проснулся аппетит.

Кимиори:
— Ты говорил про очки? Надо будет экипироваться против яда и песка, — деловито заметила рогатая охотница. — С учётом того, что мы тебе помогаем с этими неопознанными эльфами, экипировка необходимая с тебя причитается.

ДМ:
— Какой разговор, красавыц! — залыбился Гурза. — Тэбэ самый лючший очки дам.
Молчаливый таурен притащил завтрак — брынзу, лепешки и очищенные от колючек листья опунции. Двигался он с неспешностью горы, которой вздумалось расправить плечи перевалов.

Рив:
— Жалко, что птичек нет, — огорчился Рив, незамедлительно принявшись крутить себе лепешку с сыром. — Я, почтенный Гурза, во всяких тварей превращаться могу. Маг, как ты уже прозорливо догадался. Чем-то неприметно-летающим неплохо можно было бы разведать, что там, по ту сторону крепостной стены.

Кимиори:
— Отлично, — похвалила дварфову щедрость копытная «красавыц», тоже воздавая должное завтраку. — Рив, вроде бы некоторые из местных насекомых летают? Когда мы прибыли, я слышала отчётливый гул, как мне показалось, крыльев.

Рив:
— В том-то и дело, — с набитым ртом принялся обьяснять эльф, помогая себе жестикуляцией свободной от завтрака руки. — Чтобы скопировать, надо сперва поймать, осмотреть, пощупать. С пустынными птицами я уже знаком, мне образец не нужен.

Кимиори:
— Подстрелю тебе жука при первом удобном случае, — пообещала Кимиори. — Будешь изучать.

ДМ:
— Гудэл крылатый тэрмыт, — опознал Гурза. — Он мэлкий, нэ кусается, если его дом нэ ламат. Есть крылатый оса-сылытыд, он далеко от улья нэ залэтает, а то ыздэц был бы савсэм. Сэм футов в сучья жопа! — развел руки охотник. — И вэсыт как балшой собак. И лэтает нэ один, стая лэтает.

Рив:
— Да они все стаей летают, в том-то и проблема. Жук, отдельный от роя — это не перепелятник в зените, сразу попадет под подозрение. Ладно, идея была хорошая, но уверен, придумаю что-то ещё.

ДМ:
— Какой проблэма, такой решэний, — подмигнул дворф. — Мы как на оса охотымся? Балшой лыпкий прыманка. Оны всэм роем спускаются, а оно бах! Нэт болше стая. Потом хады, лапка подбырай. У оса такой лапка, слющий. Идет на кынжал-мынжал.

Кимиори:
— Может, есть добытчики или разведчики, которые забираются далеко и в одиночку? — предположила впечатлённая словами дварфа дренейка. Ела она быстро и немного, так что завтрак вскоре был закончен.
— Когда планируем выходить?

Рив:
— Может и есть, но тут требуется знать точно, — отмахнулся дракон и, отряхнув ладони, одним движением поднялся на ноги. — Потому как проверять теорию будет моя шкура, с чем я категорически не согласен. Повторюсь, импровизация спасет мир.

Скрид:
— О! — Всё так же улыбаясь в двадцать четыре своих зуба явился и Ранто. — Господа, прошу меня простить. Я тут, значит, уже собирался было покидать это, м-м, довольно тухлое место, как, знаете ли, совершенно случайно подслушал ваш, так сказать, м-м, диалог. Вы не будете против, коли я присяду?

ДМ:
— Я люблю импровизации, — невнятно поддержала Рива калдорейка. Невнятно — потому что лист опунции оказался жестким и не сдавался.
— Докющий, красавыц, и пока жарко нэ… — Гурза осекся.

Рив:
— Это что еще за хер с горы? — Рив незамедлительно выпятил челюсть, глядя на подсевшего с высоты своего два с лишним роста.

ДМ:
— А это наш фалшывомонэтчык, — ласково представил дворф, и глаза у него стали добрые-добрые.

ДМ:
Ярцина, напротив, смотрела на юношу как-то рассеянно, плывущим взглядом. Тот мог почувствовать, как изучают его сплетенную иллюзию.

Скрид:
— Ну, слишком громко звучит. Гурза, мой добрый друг, поверь, это была обычная безобидная шутка. — Ранто довольно расхохотался. — В любом случае, я к вам, господа хорошие, по делу.

Кимиори:
— А оно нам надо? — поставила вопрос ребром охотница. — Ты пытался обмануть Гурзу, теперь пришёл к нам с делом… не самый лучший способ вызвать доверие.

Рив:
Некоторое время калдорей молча смотрел на нахального человека и выражение его физиономии навевало воспоминания о запахе горелого дерева, паленой плоти и предсмертном визге сжигаемого заживо. Потом Рив медленно трансформировал нижнюю половину лица в улыбку и сел на место.
— Отчего же, — сказал с холодным радушием, — пусть хотя бы изложит суть своего дела, которое столь ему свербит, что он готов предложить его первым встречным.

ДМ:
— Я снова бархатный трапочка, — отказался от любой ответственности Гурза.

Скрид:
— Да я и не пытался, золотце, — юнышка развёл руками. — Честно говоря, я просто хочу предложить сделку. Мне, скажем так, нужно примерно в ту же сторону, что и вам. Как я уже говорил вашему дражайшему товарищу Гурзе, так получилось, мне бывает довольно скучно. А вы, право слово, замечательная компания для того, чтоб такой замечательный юноша как я, — он вновь улыбнулся, — смог проверить свои навыки и познания. Потому и предлагаю, м-м.. Небольшую сделку. Я помогу вам, а вы, скажем так, ничего не будете мне должны.

Рив:
— Еще один фамильярный незнакомец, — не меняя тона и местоположения мимических мышц, констатировал эльф. — Слышь, золотце, в нашей компании закончились вакантные места для самодовольных наглецов. Иными словами, если хочешь продолжения этого разговора, прекращай кривляться и, для начала, соизволь представиться, кто таков и что умеешь. А мы решим, нужен ли ты нам такой, или нет.

Кимиори:
— Золотцем свою маму звать станешь, — с обманчивой ласковостью донесла до наглого юнышки основную мысль охотница. — Кроме того, ты в походе будешь только обузой, учитывая твою склонность к обману и надувательству — ведь нужно будет следить, не решишь ли ты выкинуть какую-то херню на ровном месте. Так что тебе придется попотеть, чтобы убедить нас взять тебя с собой. Можешь начинать стараться.

Ярцина:
Ярцина придвинулась к Риву, пощекотав ему ухо примятой бровью, и что-то зашептала. Судя по косящимся на юношу глазам, ябедничала.

Скрид:
— Ой, да ладно тебе, можно было сразу всем сообщить о том, что же за милаха скрывается за этим безобразным лицом, ну. В общем, — он распрямился. — Скрид Титч. Возможно, не лучший в мире в маг, но, без сомнений, очень наглый, хитрый и, всё же, довольно честный человек, оказавшийся в довольно щекотливом положении.

Правую руку Скрид протянул вперёд. Левая же покоилась на рукояти клинка. На всякий случай.

Кимиори:
Рука осталась без внимания со стороны охотницы. Видимо, стараний было пока что маловато.

Кимиори:
— Честный и с иллюзорным золотом? Пока что плохо вяжется.

Рив:
Рив наклонил голову поближе к шепоту. Приподнял бровь собственную, покосился на незнакомца и, едва заметно кивнув Ярцине, выпрямился. Протянутую руку пожимать не стал.
— Начало хорошее. Но в нашей компании уже есть два мага, причем доверяющие друг другу. Зачем нам третий, о котором мы знаем лишь то, что он любит врать?

Скрид:
— Да в том то и дело, что маг из меня до жути хреновый. У меня немного другой профиль. Скажем так, занимаюсь я, — юнышка стал загибать пальцы, — работой с людьми при участии раскалённого железа, воровством фамильных реликвий, грабежами всяко-разных старинных мест, устранением неугодных моему заказчику, м-м… Ну и ещё всяко-разным по мелочам.

Кимиори:
— Всё ещё не вижу, как ты нам можешь пригодиться в этом походе, — сухо заметила дренейка. — Быть может, попытай счастья где-нибудь в другом, более густонаселённом месте?

Скрид:
— Да нет, это уже не так интересно. Эй, да ладно тебе, золотце моё, ты так говоришь, будто бы вам не нужны люди, которые могу делать за вас всякую грязную работу. Смекаешь, к чему я?

Кимиори:
В воздухе свистнуло.
В непосредственной близости от головы «мага» затрепетало узкое гранёное жало, до этого ушатавшее гоблина совместно с огненным шаром.
— Я два раза не повторяю, — сухо сообщили непонятливому. — В следующий раз это будет торчать у тебя из глаза. Ты стремительно уменьшаешь свои шансы не только пойти с нами, но и выйти отсюда живым.

Рив:
— Кажется, правду говорят, что у нежити первым делом разлагаются мозги, — сухо откомментировал произошедшее дракон. — Кими, могла бы не промахиваться. Он и так труп.

Кимиори:
— О? Отлично, учту на будущее, так как память у нашего собеседника слишком кратковременная.

ДМ:
Ну вы поглядите: вместо того, чтобы представлять силы добра и порядка в интересах юнышки, Ярцина с застенчивой улыбкой глядела на Рива, польщенная этим «доверяют друг другу». Гурза, как и обещал, оставался «трапочкой». В итоге немертвый приключенец был предоставлен самому себе.

Кимиори:
— Уйти живым, значит, у него однозначно не получится. Что ж, — после короткого раздумья перефразировала рогатая, — уйти более-менее целым — тоже вариант.

Скрид:
— Бинго! В самое яблочко. А во лбу, кстати говоря, отменная металлическая пластина. В любом случае, золотая, и не такие пытались пристрелить. Право слово. В любом случае, нам по пути. Так что, — он лишь развёл руками, — можем встретится в более нейтральной обстановке. Странные вы ребята, с вас даже денег никто не просит, а вы тут с оружием наголо.

ДМ:
— Кто нэ хочет дэнег, тот хочет наэбат, — поделился житейской мудростью дворф.

Кимиори:
— Золото — мягкий металл и с лёгкостью пробьеться сталью, — любезно сообщила дренейка. — Так что те, кто устраивал тебе тест на крепость лба, безбожно тебя надули. Заслуженно, надо сказать. Всего хорошего, вы нас не убедили.

Скрид:
— Эй, я ведь не собираюсь отсюда уходить. И у меня есть арбалет, представь себе. Всё же, почему нет? Вы особо не рискуете, а я просто пойду впереди всей вашей компании. В любом случае, идём по одной дороге. — Скрид, сложив руки на груди, откинулся на спинку стула. — А вот убивать, честно скажу, очень-очень плохо.

Рив:
— Да пусть идет, — неожиданно предложил Рив. — Как минимум, сам за ограду выйдет, где его можно будет убить без вреда для имущества этой таверны.

Кимиори:
— Откуда ты знаешь, куда мы собираемся? Силитус большой, но в направление нашего движения тебя никто не посвящал, насколько я понимаю, — бросила быстрый взгляд на дварфа охотница, чтобы убедиться, что так оно и есть. — Так что ты можешь брать свой арбалет и двигать буквально в любую сторону — не ошибешься. И тебе прогулка и нам меньше головной боли.

Кимиори:
Предложение Рива было встречено недоверчивым взглядом. Зачем тащить… ну хорошо, перед собой неопознаный ходячий труп, охотница понять не могла.

Скрид:
Скрид качался туда-сюда, постукивая по коленным чашечкам.

Рив:
Взгляд Рива, которым «калдорей» ответил охотнице, был спокойным. Уверенным. Да еще уголок рта дрогнул, будто бы в неродившейся усмешке.

ДМ:
— Я против насилия, — вздохнула Ярцина, обращая к немертвому магу огромные и чистые, как слеза Элуны, глазищи. — Но реальность редко учитывает мое мнение и вносит поправки, а опыт подсказывает, что иногда точечное насилие позволяет обойтись без массового. Прошу, если ты замыслил недоброе, не вынуждай меня пробовать на тебе точечное насилие.

Гурза задумчиво покряхтел.
— Дорога эсть, красавыц. Хрэновый, пэсок-шмэсок засыпан, но тут пять лет назад армыя ходыл. От ных дорожный столб астался, тарчыт, ночью свэтытся. Можно искать другой тропа, но опасно, слющий. Тут зыбучий песок много.

Скрид:
— Честно говоря, каким бы говноедом и подонком я бы не казался, я довольно честный парень. Очень скучающий, правда. Проясню, пожалуй, — он подался вперёд. — Мне ни на какой ляд не упало вас калечить, пытаться вас кинуть, обокрасть, подставить, ну, или сделать ещё что-то гадкое. Я таким не занимаюсь. Деньги мне не сдались, а свободного времени у меня, думаю, хоть задом жуй. Просто хочу проверить, какие нынче авантюристы пошли, да и не растерял ли я форму. Вот и всё.

Кимиори:
— Звучит неубедительно, — отрезала дренейка. — Ты хер пойми кто, мутный тип, как бельмо в глазу, настырный и занудный. Но если Рив не против, чтоб ты тащил свою задницу впереди и собирал на неё все шишки, то и я не против. Учти, помогать тебе никто не будет, ты сам по себе, мы — сами по себе. Попробуешь что-то выкинуть, что может показаться угрозой — умрёшь окончательно и очень быстро. Попробуешь привлечь к нам излишнее внимание — умрёшь ещё быстрее. Надеюсь, я излагаю понятно? Встал и вышел отсюда.

Скрид:
«Да я посижу. Старые кости, знаете ли, сильно болят», хотел было бросить Скрид. Однако, рассудив все возможные последствия, словив на себе гневный взгляд и, на всякий случай, потерев лоб, поднялся на ноги, отвесил поклон и, всё так же широко улыбаясь, двинулся прочь из трактира. Как можно дальше, пока было время.

Кимиори:
— Ну что, все готовы? Ярцина, тебе нужно время — причёску поправить? Или выдвигаемся? — сама охотница подтянула ремни экипировки, всяко подчёркивая, что она готова выйти хоть сейчас.

Рив:
Дракон, во второй раз за утро поднявшись с подушек, отчалил к задумчивому таурену; заплатить за завтрак и полюбопытствовать насчет сушеного мяса, которое можно было бы взять с собой. Сыра и лепешек Риву явно было маловато, а в питательность пустынных червей он пока особо не верил.
Да и не поохотишься днем, когда вся равнина просматривается.

ДМ:
Ярцине нужно было время на то, чтобы разгрести впечатления — манеры дренейки были для нее внове и, судя по восхищенному взгляду, получили высокую оценку как эффективный способ избавления от мутных типов. Впрочем, калдорейка совмещала обдумывание сцены со сборами, и вскоре объявила о готовности отправляться.

Гурза — тот вообще впереди всех попер на выход, готовить ездового зверя и экипировку. К тому времени, как Рив получил от медленного таурена вяленый окорок, запряженный в крытую повозку кодой уже фыркал у ворот, а энергичный дворф размахивал связкой очков с выпуклыми стеклами разных оттенков — от лимонно-желтого до розового.

Рив:
Вяленый окорок Рив сунул в вещмешок на одной лямке, туда же добавил баклажку с водой и в целом был готов к путешествию.
Очки он выбрал с темно-красными стеклами.

Кимиори:
Польщённая взглядом Ярцины, Кимиори остановила свой выбор на светло-оранжевых стеклах — такие днём отсекали яркий солнечный свет, в сумерки давали возможность разглядеть мелкие детали, выделяя и подчёркивая абрисы предметов и элементов окружающей среды.
Дворфа поблагодарили за полезное приобретение и совсем скоро Кими уже изучала внутренности повозки на предмет обзорности и защитных возможностей.

Скрид:
Скрид же опёрся на стену трактира. И ждал, то и дело вытягивая из кармана колоду карт, раскладывая и отправляя обратно в карман.

ДМ:
— Эсли он мертвый савсэм, то понятное дэло, — болтал тем временем Гурза, предоставляя дренейке впечатляться набором охотничьих прибамбасов: было даже гарпунное ружье, не говоря про обычные, пахнущие смазкой и заботливо укрытые от песка. Были фляги с запасом воды, выпивки и противоядий и эмалированный ящичек с надписью «АПТЭЧКА».
— Эсли он мертвый, то ему скучна, — продолжал делиться опытом дворф, — а дэньги нахер нэ нада, потому что нэ жрет, нэ гуляэт, спат можэт хоть на доска. Но, слющий, апасный тып. Что ему в гнилой голова стукнэт, нэ знаю.

Ярцина примеряла густо-лиловые очки и согласно кивала. Ее опыт с немертвыми, не считая душки Грейс, подтверждал выводы караванщика.

ID: 18255 | Автор: Dea
Изменено: 1 февраля 2016 — 5:45

Комментарии (1)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
1 февраля 2016 — 18:39 Pentala
Жаль, не могу вспомнить, какое наказание положено за подделку монет,

В стольном городе Штормграде только за порчу портрета Вариана Ринна на монете полагалась смертная казнь.
В более цивилизованных местах фальшивомонетчиков угощали выпивкой из их собственной, расплавленной продукции.