Шабаш: Воины хаоса (3)

Кровомох
Иллуянка
Ярцина
Грейс
Статира

ДМ:
Грейс вернулась в более теплые залы, разыскивая палатина Язериса и нашла его вместе с гарпиями и сатиром в ушитом монетами плаще.

Грейс:
Пристальному осмотру каждый из перечисленных подвёргся ещё на подходах, сатир - внимательнее всего. Немного помедлив - чтобы хотя бы обрывок диалога между сатиром и призраком поймать - колдунья приблизилась, вежливо наклоняя голову:
- Палатин Язерис! А так же его почтенные спутники и спутницы...

ДМ:
Всепочтенную компанию явно прервали на чем-то. Субтильный козел даже вздохнул так тяжко, как выходит только у тех, кому порушили всю картиночку - зачесал впалую щеку своими кольцами.
- Палатин, у вас тут поклонницы бегают, будто вам своих аэродинамических... молчу.
Палатин скрежетнул, милостиво поворачивая свой мотыльковый шлем. Покрытые наледью полусферы "глаз"-решеточек смотрели немного плотоядно.

Грейс:
- А в клубе аэродинамических поклонниц места ещё вакантны? А то вдруг мне вздумается обеспечить себе интересное посмертие... - складывая ладони, нежить улыбалась почти беззаботно, - Сначала о санях. Зелёный храбрец уже устанавливает оружие... палатин Язерис, вы отправитесь воевать сами или поручите Джаскару налёт?

ДМ:
- Как быстро расходятся слухи, - с издевательской неспешностью прокомментировала ледяная гора пи$деца. - К чему всё это? Но я не против... почему бы не порадовать зеленую мелочь? Он полетает...

Грейс:
- И пропаганда присоединяться к походу с именем палатина Язериса на знамёнах, - пояснила колдунья, - Зелёный храбрец Джаскар предлагает дельный план с наведением мрака, ужаса и чумы тол'вирской над Круговзором перед полётом... Мне нужно дозволение провести соответствующий ритуал над санями.

ДМ:
- Рассказывай, - грохотнул Язерис.
Трогательная мина наблюдавшего весь праздник жизни козла не оставляла сомнений: так себе ход... Палатин свои сани любил.

Грейс:
- Вкратце, чтобы навести мрак, туман, кошмар, нашествие призраков и ходячих мертвецов и прочая, нужно либо расположиться возле Круговзора и долго, целенаправленно любиться с пентаграммами... Либо сделать сани носителем соответствующей ауры, от которой вокруг и приключаются такие вещи. По желанию, ауру можно будет потом оставить. Или убрать.

Грейс надеялась, что палатин клюнет. В конце концов, когда твои сани обещают бесплатно улучшить для пущей одиозности рассекания на них?

- Опционально можно добавить стильных шипов, расписать поярче, присовокупить иллюминаю и прочие визуальные эффекты...

ДМ:
Ужасающая мощь и яркие спецэффекты были любимы Язерисом: он даже оглянулся на монеточного сатира, некстати поймав того накручивающим на палец собственную бровь.
­- Что? А... а оно летать-то будет? Раз-раз, нежелательное взаимодействие плетений и привет, сугроб, любовь моя! - сморгнул козел. - Как тебя звать? А, не важно... почему бы тебе вместо того, чтобы лезть в высокое дело зачарования летающих аппаратусов начать с чего-нибудь попроще? С падающих.

Грейс:
- Обижаете, - слегка даже надулась колдунья, всплёскивая когтистыми кистями рук, - При моих-то годах практики!.. Но если таково будет пожелание палатина Язериса, ауру можно приплести и к аппаратусам падающим, сиречь бомбам, и я даже уже имею представление, как конкретно. Вы желаете сделать этот налёт самым ярким налётом новейшего времени, палатин?

ДМ:
- Я вообще камешек имел в виду. - вроде как смутился сатир, придирчиво вытаращившись на Грейс: доступно ли? Точно? - Его роняют. У меня острое подозрение, что если эта куча костей, обвешанная годами практики, как древо на Покров, думает, что ей надежный наземный ритуал дольше и труднее, чем заколдовать незнакомый магический артефакт... то бомб из камушков наделать точно будет легко! Мы могущественны и богаты.
Будь у Палатина лицо, на нем бы сделалось страдание. Он наверно души не чаял в своих санях, но когда при тебе берутся спорить маги... сатир пытался поспеть и тут.
- Палатин, я беру кучу костей к саням во имя торжества истины.

Язерис отпустил, а Грейс аж потащили через зал.
- Так, куча, не забывай кивать на ходу - тебя благодетельствуют! Ты как, из дураков или заговорщиков?

Грейс:
- Я в восхищении, - сообщила куча костей, перемещая следом за сатиром эти самые кости через весь зал с видом самым осиянным благодетельством, с каким только можно, - Предпочитаю быть из дураков - с них меньше спросу. Вам, мой таинственный и загадочный благодетель, сильно нужен разбомбленный Круговзор?

Хинельдеш:
- Бог Саргерас, да у нас тут святая простота! - совершенно умилился таинственный благодетель, не оглядываясь на ходу. - Мне в общем и целом положить на Круговзор, причем, как это говорят на востоке... с аппаратом? А, не суть. Я конечно не верю в то, что заколдовать саночки палатина проще, чем ровное место, но старик Язерис скушает что угодно. Итак, вы с орком решили спереть эти его бомбы для Бракси?

Грейс:
- С небольшими поправками, но в целом верно. Орк, к примеру, просто элемент чистого хаоса, предпочитающий кажется сеять семена раздора просто процессу ради, - вздохнув, не стала отпираться долго колдунья. Почтенная публика в залах за сегодня уже который раз становилась свидетелем, как уважающая себя чернокнижница скачет туда-сюда, и всё время при разной компании.

Хинельдеш:
- Бееее! - покривился благодетель. - Агенты хаоса! Пусти их на порог, и через месяц там топчутся эльфы, огры, акульи морды... кто угодно! Не корчи рожи. Для кого крадем?

Грейс:
- Просто вернём обратно Бракси. Сани не пострадают, палатин не пострадает, Круговзор не пострадает, лорд Маллахет не пострадает... даже лось не пострадает! Это ли не самый разумный исход?

Хинельдеш:
- Вообще-то у меня есть идея лучше. - скромно признался козел. - Давайте не будем возвращать бомбы Бракси и вернем их князю Хинельдешу.

Грейс:
- И на какой городок их попытается уронить князь Хинельдеш? - уточнила колдунья.

Хинельдеш:
- Право, не знаю. Но сама идея ему нравится... удивительные вещи делают в наше время на востоке.

Грейс:
- Палатин будет недоволен таким раскладом. Бракси тоже. Князь Хинельдеш может облагодетельствовать меня чем-нибудь ещё, кроме своего присутствия, чтобы сгладить последствия этого недовольства? Если да - не вижу ничего плохого в том, чтобы мы вернули бомбы князю Хинельдешу.

Хинельдеш:
- Куча, - наставительно потряс пальцем сатир, - не могла бы ты на миг вдаться в конкретику и вспомнить, чего тебе нужно от жизни? "Жизни"... что за век...

Иллуянка:
Посланница Иллуянка, только-только оттанцевавшая Ириэля Мифотворца первее чернокнижницы Грейс, в очередной раз оказалась как раз вовремя и как раз там, где надо: проще говоря, выплыла из-за поворота и, минуя колонны, быстро поравнялась с сатиром и неживой.

- Вы в конюшни, господа? - спросила она на родном языке, - Так рано; уже уезжаете?

Грейс:
- Если князь обеспечит мне благополучное возвращение на восточный материк с каким-нибудь подарком впридачу, этого будет вполне достаточно, - скромно ответила чернокнижница, - Я высоко ценю...

Чтоб она там ни ценила, Хинельдеш так этого и не услышал - показалась Иллуянка, и нежить замолкла, сделав демону знак снова выступить в качестве посредника для диалога.

Хинельдеш:
Последний заткнулся очень похожим образом и даже рассеяно прочистил горло. В мире еще оставались действительно несвоевременные оказии.
- Госпожа Иллуянка, вы меня знаете. Я зевака. Куча костей устраивает мне тур по объектам боевой славы.

Грейс:
- Желаете присоединиться? - почти мстительно проворковала немёртвая, всё же склонная обидеться на "кучу".
Пустоход перевёл.

Иллуянка:
Иллуянка недоуменно посмотрела на Грейс и не увидела кучи костей, но быстро схватила иронию.

- Тур по объектам боевой славы от мистрессы Грейс? Имеете ввиду, здесь, на Калимдоре? Мне крайне интересно, что вы можете рассказать. Это можно считать положительным ответом на ваш вопрос!

<Хинельдеш:
- А вот вы? - сатир расплылся в улыбке. - Что вы забыли в этом коридоре на один вход и выход? Неужели свежий воздух?

Иллуянка:
- Скорее свежий взгляд на то, как должны выглядеть сани, - отзеркалила улыбку Иллуянка.

ДМ:
Взгляды были вознаграждены немедленно, скорейше, за первым же дверным проёмом: конюшня жила своей простой жизнью, не обращая никакого внимания на празднество с его бедами. Уже были выставлены не запряженные сани: пара тонн металлических панелей с искусной резьбой, зловещего вида трон и куча места для гарпий. Бесы и гоблины монтировали "универсальные крепления для летательных аппаратов АА-класса"; ждали своего "Аршакоты", Генерал и лось. У стеночки пристроилась на скамье не изменившая своей льдинке Статира, а в загоне, где раньше был зеленый дрейк, сиживал и тер затылок прекрасный эльфский юноша того вида, каковой бывает у господ, безудержно употреблявших несколько дней к ряду.

Иллуянка:
Иллуянка на все это смотрела и боролась с желанием вывалить на рогатую голову Хинельдеша целую прорву вопросов. Ограничилась по первой поре двумя, сопроводив их указующим жестом на санные прибамбасы: - А это что они такое прикручивают туда? Зачем?

Статира:
- Это крепления для бомб. - меланхолически заметила из своего угла акульница. - Мне только что объяснили, что они размыкаются приложенным в комплекте аппаратом и способны принимать сорок типов стандартной экипировки от "Рофла и Хосфогеля". Никогда не слушала ничего интереснее...
Не удержавшись от зевка, серая прикрыла рот рукой.

Грейс:
- Аршакоты, - наябедничала Грейс, тыкая пальчиком куда-то в сторону едва прикрытых ящиков, - Пресловутые бомбы. Два съёмных модуля антимагической защиты, наводка по арканному пучку... что-то там для пробивания барьеров. В общем, прилетает и взрывается.

Иллуянка:
- И вешают это, надо полагать, для круговзорской операции... - на выдохе предположила Иллуянка, - Интересные штуки, у нас таких не было. А, скажите, откуда их достали по первой нужде? Неужто те же самые гоблины приволокли?

ДМ:
- Это всё бесы. - тяжким голосом страдальца прогундел из своего угла прекрасный юноша. - Кто-нибудь, найдите воды... мочи нет.
- Это Фаэрар, - пояснила вкратце акулья женщина, - еще одна жертва бесов.

Иллуянка:
- Дрейк? - догадалась Иллуянка, - Что с ним сделали?

Статира:
- Едва ли он помнит.

Иллуянка:
- Жаль. Такой красавец и такой забывчивый! - посетовала Иллуянка. Красавчику, впрочем, воды не поднесла и даже не распорядилась об этом. Наверное, не заметила слуг.

- И все-таки, возвращаясь к сути этих вот Аршакотов... Генерал тверд в намерениях? Неужели никто не против такой растраты потенциала?

Статира:
- Генерал истинный воин хаоса - я предлагала ему для порядка задеть ваш бывший народ или развязать мировую войну, но он, кажется, имеет зуб на индустриализацию.

Иллуянка:
- Печальная черта, учитывая, что даже его сородичи научились смотреть в будущее. Думаете, не аукнется всем нам?

Грейс:
- Ну, может быть и не всем... - вздохнула нежить кротко, - Но некоторое количество присутствующих на этом празднике жизни будут огорчены, если бомбы таки упадут на Круговзор.

Иллуянка:
- И никто ничего не делает? - прямее спросила Иллуянка. - Кстати, кому принадлежит дрейк?

Статира:
- Мне, - зевнула акульница. - Он напрокат.

Иллуянка:
- Его можно будет взять, чтобы облететь осаждаемый Круговзор и полюбоваться видом, или вы сами его займете?

Статира:
- Надеюсь на последнее, если он вообще сможет летать и не начнет гневаться. Даже не знаю, к чему мы ближе... этот "высококачественный дурман", которым его начинил Бракси... - Статира жалостливо вздохнула. - ... начинает выглядеть обычной бочкой крепленого.

Иллуянка:
- Мне казалось, драконы иммунны к последствиям земных развлечений. Даже боюсь предлагать свою помощь: признание у нашей клики сами знаете какое.

Грейс:
- Лично я планирую зачаровать сани палатина Язериса для пущей эффектности налёта, - спокойно сообщила колдунья, - А князь Хинельдеш, кажется, имел какие-то возражения... или, посмотрев на сани, он переменил своё мнение?

Ярцина:
В этот момент в конюшни явилась Ярцина с прической, немного потерявшей в гладкости, и отчего-то припачканным серой пылью подолом. Взволнованное лицо эльфки просияло, когда сани обнаружились на своем месте.
- Фу-у-ух. А где палатин?

Хинельдеш:
- А? - карикатурно потеребил длинное ухо увлеченный бомбами князь. - Куча, ты даже не начала объяснять "как", и хорошо: глянь только на общество. Мучать столько народу магическими штудиями... так ведут себя только в башне Эстулана. Я осмотрел сани, я сделал выводы, ты найдешь меня в зале, когда разберешься со всеми этими дрейками и воинами хаоса... о, привет.
Ярцина явно была из знакомых лиц.

Ярцина:
- Здравствуй, Хидс... Хинельдеш, - поправилась калдорейка. - Как поживает твой сад? Его не разорили безумцы?

Иллуянка:
Иллуянка приветливо улыбнулась Ярцине и выразила беспокойство о ее растрепанности взволнованным взглядом.

- Зачаровать для эффектности или эффективности, мистресса?

Хинельдеш:
- Ужасно, - Хинельдешу явно наступили на больной участок хвоста: так он взмахнул кисточкой. - Всюду грязь, всюду восточная мелкота, всюду эти мои полупрозрачные трижды деды и двоюродные тетки! Я начинаю жалеть, что вошел в корпорацию этой лисьей жопы, но что поделать...

Грейс:
- При всём уважении, князь, я подумаю, принять ли ко вниманию ваши поправки, - сложив ладони, колдунья наклонила голову. Затем обернулась к эльфкам, - Именно эффектности, госпожа Иллуянка. Я счастлива вас видеть, госпожа Ярцина.

Ярцина:
- У тебя, конечно же, не было выбора, - грустно согласилась Ярцина. - Не знаю, как поступят с садами маги Эстулана, но надеюсь, что лишней крови не прольется. Все же ты очень дипломатичный сатир. Госпожа Грейс, я нашла лорда Маллахета, и он обещал содействие.

Иллуянка:
- Может, и я смогу содействовать, если узнаю, о чем речь? - вклинилась Иллуянка.

Грейс:
- Правда? В таком случае в зачаровывании саней нет нужды. Как скоро дело будет улажено, госпожа Ярцина?

Ярцина:
Ярцина покосилась на орка и сделала для Иллуянки страшные глаза - мол, секрет. От него.

Ярцина:
- Надеюсь, что очень скоро.

Хинельдеш:
Князь Хинельдеш вышел, лишь мельком покосившись в сторону Грейс. Праздничные залы, хмельные напитки и дипломатия лисих жоп требовали представителя.

Иллуянка:
Иллуянка мельком глянула на зависшего орка и кивнула Ярцине, заметно расслабившись.

Ярцина:
- Вернемся в залы? - предложила калдорейка, подвергнув конюшни более пристальному осмотру. Единорог был на месте, что добавило Ярцине хорошего настроения. - Мне есть, что рассказать, но не... на сквозняке.

Иллуянка:
Посланница Двоеветвия была, очевидно, за: полупрозрачная шаль едва ли могла укрыть ее плечи от... сквозняка.

Статира:
Акулья представительница демонстрировала схожие настроения: она сидела здесь уже некоторое время, но увидела примечательно мало нового.

Грейс:
Замечание о сквозняке оказалось на удивление резонным даже для нежити. А ведь казалось бы ей должно было быть всё равно...

Ярцина:
Ярцина поделилась историей, как только вышли в коридор, упомянув жуликов со второго яруса, окопавшуюся в подвале Медеах, двух правнучек Маллахета, одна из которых была (не)мертвой, а другая - девочкой тринадцати лет, причем обе содержались здесь насильно и вопреки чаяньям семейства Серых Сов из Звездопада, каковое семейство приходилось Маллахету наследниками и родней, но было из зашоренной, консервативной публики.
- В общем, или все взлетит на воздух и танцев не будет, или лорд Маллахет усмирит дренейку и палатина... хорошо, чтобы не насмерть, потому что я уверена - госпожа Медеах будет жалеть, когда протрезвеет.

Иллуянка:
- Не верю в то, что палатина можно усмирить, - поделилась своими соображениями Иллуянка, - Диверсия? Можно попробовать, если выбирать между палатином и танцами. Ты уверена, что Маллахет справится?

Ярцина:
- Не очень. Может, не выбирать, а заманить палатина на танцы?

Иллуянка:
- А палатин все еще интересуется?

ДМ:
- Эта не та Медеах, что без конца спасает мир от перенаселения? - рассеяно отзывалась из-за плеча Статира.

За время всеобщего отсутствия, в зале явно прибавилось суматохи. Гости медленно, без порядка и прыти, но всё же верно тянулись в сторону мертвого сада, а скачущие бесы пытались переместить вслед горы еды. Стонали, требуя поднять и понести их, перестаравшиеся жертвы суккубов, под потолком ухала похожая на сову тварь, а градус алкогольного опьянения явно подрос с прошлого раза.
- Цоп-цоп! - недавний бес с курительными палочками затеребил подол Иллуянки. - А хозяин будет делать речь!

Иллуянка:
Иллуянка вежливо попросила отпустить подол любимого платья.

- Послушаем, девушки?

Грейс:
- Послушаем, - согласилась колдунья, - Имею кстати предупредить, что Хинельдеш нацелился на бомбы.

Статира:
- Это наш последний шанс напиться и встретить идеального мужчину. - с могильным выражением озвучила акульница.

Ярцина:
Ярцина поддерживала, тоже отряхивая подол - не от бесов, так от пыли.

Иллуянка:
- Да, интерес Хинельдеша был виден невооруженным глазом, - покивала Иллуянка и пошла на запах курительных палочек и алкоголя. Сиречь, в зал.

Кровомох:
- Я слышу мерзкое имя, - малорогий Кровомох получил бонус к скрытности, не особо выделясь теперь из толпы. - Где это, этот!..

Ярцина:
- Кровомох! - обрадовалась Ярцина. - Как поживает твой батюшка? Вы примирились, надеюсь? Что слышно от жрицы Бен'эр?

Кровомох:
Сатир стрельнул ухом в Ярцинину сторону, продолжив буравить шабаш злобным взглядом.
- Не знаю, куда акулий дом его дел. Наверное, использует против меня, когда им будет выгодно. От жрицы ничего не слышно. Она из таких друзей, знаешь, которые вспоминают о тебе, только когда беда или нужда.

Ярцина:
- А чем тебе досадил Хинельдеш? Он мне показался очень милым сатиром.

ДМ:
Сатанинский коллектив забил сад совершенно: самонадеянные искательницы (не считая козла) едва успели пробиться в средние ряды и застолбить местечко у каменной колонны, заимев металлический столик с початой кем-то бутылью и скудным видом на центр. Толпа пестрела знакомыми лицами рожами и рогами - назревали великие свершения.
- Идут, идут!
- Не идут, а ведут!
- Устал я от этих жертвоприношениев, - бухтело двухметровое мохнатое нечто, смутно напоминавшее фурболга, - нет места традиции там, где гуляют гоблинские подтиралы и козы из пусто...
- Кха-кха! - в толпе мелькнул крупный нос Магмоспина.
- И вот, кладу я, значит, её ноги себе на плечи...
- Не трожь кисточку, плебей!

- Акулий дом то, акулий дом это, акулий дом чижика скушал. - проинформировала Кровомоха Статира. - Яндарз шлет привет.

Кровомох:
- Хинельдеш обворовал меня и сделал пленником. Пропала розовая сумка из пустоткани с расширителем миров. Где я теперь такую найду?
Козерог обернулся на Статиру:
- Кому, мне?

Ярцина:
- Какого чижика? - обомлела Ярцина. - Очередного птичьего бога? О...
Последнее, сочувственное, относилось к пропаже розовой сумки.

Статира:
- Ну да. Толстый, мелкий, пострадавший, - посчитала на пальцах акульница. - Я, впрочем, чижика с почтенным предком не ела.

Иллуянка:
Иллуянка села и окинула рукой сборище (насколько, конечно, хватило размаха): - Вот оно, мистресса Грейс, наше хваленое единство. И только с тем, что кисточку трогать не надо, я могу согласиться.

Кровомох:
- Довольно занятно слышать от человека "мелкий". Не знаю никакого Яндарза и знать не хочу, - притопнул Кровомох ногой, всколыхнув брюхо.

Статира:
- Чтобы не портить мне ночь развлечений вашими дедовскими разборками, ограничусь объявлением: дед внезапно вознуждался в твоём древе и будет в гости. Счастливого вам ручканья. - акулья женщина только отмахнулась, поудобнее располагая своего извечного рыжего кота, что поглядывал на Кровомоха знакомыми, старыми зелеными глазами. - Можете прислать открытку.

Ярцина:
Ярцина, между тем, замечала для Иллуянки, что Яндарз вовсе не такой "дед", как о нем говорят, и для эталона древнего зла в общем-то бодрый эльф, притом даже хорош собой. Был бы. Мог бы быть.

Кровомох:
- Давно не устраивали жертвоприношения под его сенью, - кровожадно отметил сатир, тем и закончив. Его беспокойный взгляд вернулся сборищу.

Иллуянка:
Иллуянка на это мечтательно вздыхала и справлялась о том, почему только "мог бы".

Грейс:
- Знаете, госпожа Иллуянка, пока что у меня складывается ощущение... что ваше, калимдорское неблагое общество в первую очередь очень тесное и хорошо друг с другом знакомое.

Кровомох:
- Оно просто старое, как ваши людские империи.

Иллуянка:
- Мы умираем не так быстро, как заморские люди. Есть время познакомиться, но никто не хочет притираться.

Ярцина:
- Ну... - смешалась Ярцина. - Как бы тебе сказать, госпожа? Если внешне сравнить милую Статиру и того псаря, Вика, то Яндарз преподносит себя скорее как Вик.

Иллуянка:
- Он не умеет отвечать на прямые вопросы? - огорчилась Иллуянка.

Ярцина:
- Одевается, как бомж, - одними губами прошептала Ярцина, в ужасе от того, что ей приходится сплетничать. Что ж, правда была дороже.

Иллуянка:
- Одежда и манеры - поправимо, а вот глупость за милой неловкостью не спрячешь, - совсем не смущалась сплетен Иллуянка.

Ярцина:
- Если Яндарз глуп, то я мурлок, - живо возразила Ярцина.

Кровомох:
- Если бы я знал Яндарза, я бы не сказал, что он глуп, - веско прибавил Кровомох.

Иллуянка:
- Вот и я к чему. Я не с Яндарзом аналогию проводила, потому как его лично не знаю.

ДМ:
- Кем деду действительно нравится быть, так это козлом. Не в обиду тебе, Кровомох. - заметила разлившая бутыль по бокалам Статира.

Тут толпа совершенно перешла на шум-гам и разом затихла. Между голов и рогов было видно, как двое здоровых оскверненных фурболга ведут к оледенелому пню кого-то помельче. Ярцине было легко узнать взобравшуюся наверх совсем молодую эльфочку, укрытую глухой, переливающейся как крылья радужных дракончиков, накидкой. Острые черты, серо-стальные волосы - Ятзохар.
- Вы все. Творите. Ужасное. Зло. - отважно выговорила младшая из Серых Сов под поднявшуюся волну ворчания и махнула рукой. - А... кого я обманываю, моё прельстительное общество. Новое платье - старые уловки, в здоровом теле - здоровый дух! Знаю, знаю, многие обрадовались бы, останься я растекаться по креслу унынием и плакаться о своей участи, но семья не бросает своих старших... празднуем, господа, празднуем, дамы, празднуем! И для начала...

Иллуянка:
- Это явно не слова малолетней девочки... - обеспокоилась Иллуянка, прикусив нижнюю губу.

Ярцина:
- Какой же он козел, если не убил меня, когда мог? - возразила Ярцина. - Ему ничего не стоило... Ой!
Не успела калдорейка обозлиться на лорда, отдавшего правнучку на растерзание и поругание, как спектакль окончился. Пришлось вздыхать с облегчением.
- Да это сам Маллахет. Вселился. Куражится.

Статира:
- Он всегда такой бойкий, или деда понесло? - пригубила вина Статира.

Грейс:
- Надолго ли? - щурила веки немёртвая, глядя пустыми глазницами на обледеневший пень и девочку на нём.

Кровомох:
- Может, это все его иллюзия. Он мастер в этом, а тут все и так брызжет магией, что не различишь.

Иллуянка:
- Чего гадать? Скоро узнаем. Надеюсь, он вылезет из девочки до того, как она отморозит себе все, что можно.

Ярцина:
- Пусть кто-нибудь подложит подушку, - снова разволновалась Ярцина. - Лорду все равно, а Ятзохар вредно сидеть на холодном.

ДМ:
Впору было обеспокоиться: ведь подкладывали, даром что юная Ятзохар всё еще красовалась стоя, по-маллахетовски раскинув в сторону худые руки и блистая улыбкой.
- ... и для начала почтим архитекторов этого славного возвращения.
Миниатюрная длань указала на приютивший компанию столик.
- Наша первая дама, Ярцина из... право, не помню рода. О, и Кровомох там? И могущественные культы юга? Да мы поднимаемся на глазах, старички. Слово нашим заговорщикам?

Ярцина:
Калдорейка поднялась, как только ее назвали, но со словами нашлась не сразу - под взглядами целой толпы злодеев оказалось как-то не слишком уютно.
- А... обязательно, чтобы был заговор? - робко осведомилась она.

Кровомох:
Кровомох поднял уши и брови, на несколько секунд замерев с глупым видом, а потом, промолчав, пожевал губу. Их раскрыли? Будут упреки?

ДМ:
- Да, милая, - ласково утвердила Ятзохар.

- По-моему иначе эта публика просто не поймет. - в привычно отстраненном замечании Статиры прорезалось что-то, похожее на сомнение. Акулье чутьё?

Иллуянка:
Иллуянка стушевалась, когда многие десятки взглядов уставились на ее компанию. Привстала. Неужели Маллахет слышал то, чего не должен был?..

- Хозяин дает нам слово, но слова не могут описать, насколько нам нравится эта маленькая встреча, лорд Маллахет.

Ярцина:
- Поняла, - воспряла Эстуланова ученица, уже смелее глядя на "эту" публику. - Тогда я из Фераласа. От Яндарза. И из Круговзора от госпожи Медеах, но эти двое не связаны ничем, кроме схожей репутации, а я всего лишь пытаюсь приуменьшить фатальные последствия их способов менять мир.

ДМ:
- Ну что сказать, - трескуче хмыкнула почтенному обществу Статира, - до Калимдора я не знала, что одежду можно носить, не задыхаясь. Ура цивилизации?
Толпа, кажется радовалась своей причастности к высокому... исключая фурболгов.

- Умилитесь вежеству, уму и благородству, общество! - экспрессивно хлопнула в ладоши новоявленная хозяйка шабаша. - И даже Кровомох как всегда бубнит в своём уголке... греет сердце. Увы, есть и плохие новости. Больше никаких шабашей.

Кровомох:
- Финансирование иссякло? - уточнил мастер бубнежа.

ДМ:
Общество поддерживало массовым "Уууууууу" со свистом и беканьем.

Ярцина:
- Только не говори, что хочешь обратить этот праведный гнев на Медеах, - ужаснулась Ярцина.

Иллуянка:
Иллуянка ахнула.

- Я ведь здесь только в первый раз, и вы уже кончаете?

ДМ:
- Но что, если я хочу? Не то, чтобы теперь эта выскочка могла что-то сделать... с этим-то прекрасным телом? - увлекся лиризмом оратор. - Но по чести, шабаш, вы достаточно сидели на моей шее. А ведь теперь я могу пойти и повидать мир. Погулять на ваших вечеринках. Ну, не стесняйтесь, киньте кто-нибудь яблоко... но помните, после меня это место еще может кому-то достаться. И сейчас рогатая умница из бездны миров расшатывает его основы!

Иллуянка:
- А мы тут при чем? - этот вопрос Иллуянка произнесла тихо и исключительно для своих.

Ярцина:
- Ну начина-ается, - простонала Ярцина, даже не найдя слов для Маллахетова коварства: он, в конце концов, не обманул, когда обещал заботиться о правнучке. - Лорд... леди, ты не мог бы прояснить для меня две вещи? Во-первых, куда подевался дух Ятзохар? Во-вторых, как теперь выглядит правовой статус поместья? Его наследование несколько... зациклилось.

Грейс:
- Значит, надолго, - тихо вздохнула чернокнижница, в некоторой степени даже восхищённая лордовым коварством. В конце концов, это был хороший ход, чтобы вернуться в живое, тёплое и дышащее тело.

ДМ:
- Кажется, знакомство нашей Ярцины и не совсем нашей Медеах распространилось на нас, - беззлобно поделилась с двоеветвенной Статира. - Будем спасать день?

- Отличный вопрос. - заметило в случившейся тишине зацикленное тело. - Хотя я всё равно не собираюсь им владеть. Лорд Язерис... ты кажется хотел подтереться гоблинской юриспруденцией? Ну да что бы нам и не выпнуть её из этих земель?

Иллуянка:
- Будем спасать день, - выдохнула Иллуянка. - А я ведь предлагала раньше...

Ярцина:
Ярцина уронила себя в кресло у колонны и уставилась на соседей с той миной на лице, что у гоблинов принято озвучивать словечком "Упс". Наверное, такой же вид был у эльфки после случая с древней башней.

Грейс:
У Грейс в этот момент лицо изрядно вытянулось. А ведь такие надежды возлагались на Маллахета, и что теперь?..

ДМ:
- Господа и дамы, наш сегодняшний гон запомнят надолго. - вещал над головами Маллахет. Расстроенная было толпа явно возвращалась в своё русло.

- Соображаем план? - интересовалась акульная. - Моя ставка на Бракси. Кто поручится на то, что Медеах сможет надолго задержать всю клику?

Иллуянка:
Иллуянке нравилось, что ее решение могло бы заблаговременно минимизировать последствия всей бучи, но не нравилось, что теперь она решительно не понимала, что делать. Она глядела на Ярцину, приложив ладонь к щеке, и качала головой.

- Сомневаюсь, что она может.

Ярцина:
- Она-то может, но какой ценой?
Ярцина поделилась беспокойством о состоянии тролльских захоронений: под ними могла родиться новая Плеть. В миниатюре.

Иллуянка:
- Пока он вещает, может, кто-то успеет к саням?

Грейс:
- Может. Но нужно сразу определиться, что ломать - сани или бомбы. От этого зависит, кто пострадает. И главное - как убрать орка...

Статира:
- Кто рискнет повести его любоваться рассветом и столкнуть вниз? - традиционно схохмило лицо акульего культа. - В таких случаях обычно говорят что-то вроде "Это! Азшара!"

Кровомох:
- Можно, я заберу бомбы себе? Одну хотя бы.

Иллуянка:
- Это организовать легче, чем сломать что-то. Надо ломать и то, и другое. Будет переполох - не будет нападения.

Ярцина:
- Я не люблю убивать, - тихо сказала Ярцина, что на фоне ее достижений звучало не то чтобы убедительно, тем более, что взгляд калдорейки рассеянно гулял по толпе. - Статира, ты лучше знаешь Яндарза. Его затея с поставкой для палатина - это чтобы ужаленный бомбардировкой Дарнас отвернулся от Пустошей и дал ему время? Я... думаю, стоит ли один выжженный гоблинский город той крови, что может и не пролиться на юге.

Кровомох:
- Не стоит, конечно, - фыркнул Кровомох.

Иллуянка:
- Не стоит, - вторила Иллуянка, - Но где гарантия, что Дарнас, подначиваемый друидами и прочими доброхотами, отвернется?

Ярцина:
- Планы Яндарза как правило работают.

ДМ:
- У. - рассеяно обмахнулась рукой серокожая. - Моё, исчисленное месяцем, знание Яндарза подсказывает мне, что он строит планы так, чтобы извлечь пользу из любого развития событий. Так что он посылает тебя, а не меня... я то обычно спасаю города и людей вместо того, чтобы предать всех. Мягкость натуры и всё такое.

Кровомох:
- Какое дело Дарнасу до Круговзора? Не Звездопад бомбить собрались! Ну, появятся всякие темные личности на пепелище, станет в Звездопаде неспокойно. И все тут.

Ярцина:
- Пока что от того, что я пытаюсь всех спасти, выходит только хуже, - расстроенно моргнула Ярцина. - Я не уберегла дочерей Серых Сов, вряд ли остановлю толпу от расправы над дренейкой... Знаешь, что? Налей выпить.
За столом прибывало упаднического духу.

Иллуянка:
- Я не знаю Яндарза и не могу за это поручиться, - утвердила двоеветвенная и перестукнула ногтями по подлокотнику кресла, - Но я могу поручиться за то, что если не пытаться ничего сделать, хуже будет всем. Мы не предлагаем тебе действовать одной, Ярцина. А выпить сможешь и потом.

Кровомох:
- Сейчас лучше, - вшептал Кровомох. Упаднический дух ему всегда был по вкусу. - Я, если меня и дальше не будут сносно кормить, могу эти чудо-бомбы иссушить. На раз, если угодно. Одну только себе. Никакой Круговзор взрывать не надо, нет-нет-нет. Шабаши не заканчиваются трагедиями.

Статира:
- Ну и что у нас выходит? Яндарз скорее всего думает, что безразлично, где упадут бомбы. Главное, чтобы Дарнасс осознал, что в его глубокие тылы могут доставить оружие, которое самому Дарнассу не продают даже под военный займ... вот тут начнется местный ад и гайки для всех, кто не прав. - упаднически предположила Статира. - Я за то, чтобы бомбы не взрывались вовсе.

Ярцина:
- Извините, - собралась Ярцина, шмыгнув носом. - Меня всего лишь второй раз в жизни так предают, как это сделал лорд Маллахет. Первым был мой наставник, маг Зайан. Со временем привыкну. Каков план?

Кровомох:
- Тылы! - плеснул лапами Кровомох. - Тылы Дарнаса! Жопушки нецелованные! Госпожа в тряпочке-которую-я-не-знаю-как-назвать, у Дарнаса все тылы поросли если не демонами Легиона, то культистами Сумеречных богов и даже троллями. Бомба никого не впечатлит.

Статира:
- Это пока её не не поставят на модную нынче ракетную тягу. - улыбнулась госпожа в тряпочке.

Кровомох:
- Все проблемы решит магия, - высокомерно бросил Кровомох.

Иллуянка:
- Я согласна со Статирой, - ожидаемо вывела эльфка (все же все свои, нетрадиционных верований), - Чем быстрее падает медный таз, тем скорее на нас великая Дарнассия выволочет свои армии. Я за то, чтобы обеспечить Ириэлю возможность осушить бомбы, если он сможет.

Кровомох:
- Смогу. Бомба не тераморская же дура?

Ярцина:
- Статира-а, - протянула юная чародейка, еще думая о чем-то своем. - Ты знаешь, что друид Амбракс был отцом этой девочки, Ятзохар? И что ее мать зовут Ятмова, совсем как... ну...

Статира:
- Слышала про Ятмову, которая ну.

Иллуянка:
- Почему это важно сейчас? - вклинилась Иллуянка.

Ярцина:
- Потому что коварный план Яндарза может быть вовсе не в бомбе, и пока мы тут пытаемся помешать апокалипсису, произойдет что-то еще более ужасное!

Грейс:
- А осушение бомб поможет? - усомнилась слегка нежить, - Потому что насколько я помню, от магии там было... всего три вещи.
И она перечислила, насколько вспомнила.

ДМ:
Из лаконичного пересказа истории Грейс выходило, что полностью высосать бомбу не получится. Взрывчатка у неё была вполне обычная, элементиевая, каковую смогла бы выпить только Медеах или кто еще, а высасывание убрало бы разве что способность пробивать магические барьеры и обороняться от магических атак.

Иллуянка:
- Если взорвать сани в полете? Это будет жертва, но меньшая, чем опасность со стороны севера.

Ярцина:
- А может, угоним?..

Кровомох:
- Будь у меня моя сумка, мы бы спрятали там бомбы, - Кровомох развернулся и послал ненавидящий взгляд куда-то в толпу.

Статира:
- Время есть. Что с лосем?

Ярцина:
- Лось какой-то недобрый, но можно запрячь Цветика. Единорога, - пояснила эльфка.

Кровомох:
- Я видел какую-то странную тварь с рогом на лбу, там, в ангаре. Она. А-а.

Статира:
- Я о том, как прогнать лося. - повертела пальцем у укрытого лба Статира.

Иллуянка:
- Лося обязательно прогонять? Его можно просто задержать, если можно.

Статира:
Акульница пожала плечами: она не настолько знала лося.

Кровомох:
Кровомох обратился к тамаде:
- Если сегодня последний день многовековой традиции, то народу потребуется новое святое место, а это значит, они, - сатир выдержал паузу, обведя взглядом всех, кто был рядом, - пожалуют ко мне. Потому что нет более уединенного и удобного места, чем Ратакараш. Но вы знаете тамошнее правило: никакого разбоя и грызни. Кто приложит свою лапу к разгрому Круговзора, того я отлучу от древа. Никакого приглашения на шабаш в будущем году!

Ярцина:
- Ириэль, - прочувственно сообщила Ярцина, - ты лучший сатир Калимдора.

ДМ:
- Лучший, мелкий, толстый, вечно пострадавший. - по-акульему прагматически обновила список Статира.

Иллуянка:
Речь Кровомоха заставила Иллуянку слегка размякнуть и возжелать расцеловать его в обе щеки. Ситуация, впрочем, не располагала.

- И если вы вздумаете побуянить, надеясь, что он вас потом не найдет и не отлучит - знайте, что Двоеветвие будет содействовать в поиске тех, кто нарушил правило Ратакараша!

Кровомох:
- В страданиях великая сила, - Кровомох по привычке тряхнул головой, но рогов привычной длины там не имелось. - Это мне отец сказал.

Ярцина:
- Я вас еще помирю, - пылко пообещала эльфка, вновь обретая уверенность в своих силах как агента бескорыстного добра и порядка.

ДМ:
Его усилия действительно немного уменьшили поголовье воинственного люда. Подвалы Медеах всё еще собирались штурмовать. Единогласно.

Грейс:
- Однако вопрос бомб всё ещё открыт, - напомнила еле слышно нежить под случившиеся шум и гам, - Если мы сможем убрать из конюшен людей на достаточное количество времени для открытия портала... предположим?

Иллуянка:
- Зачем открывать портал? - не поняла Иллуянка, - Я могу сделать так, чтобы эти бомбы взорвались в полете. Мне нужен только минутный доступ к ним.

Ярцина:
- Так, постойте, - поднялась Ярцина и, ввиду шумности общества, постучала по столу гнутой ложкой. Возможно, иллюзорной. - Я позволю себе напомнить, что смерть гоблинской бюрократии в огне и пепле будет означать возвращение прав на ущелье к семье Серых Сов из Звездопада, а это значит, что к этому месту протянется рука Дарнаса. И, поскольку вы тут не верите в благие намерения... сейчас в гоблинских бумагах стоит мое имя! Единственное, что отделяет это почтенное сборище от армии на гиппогрифах.

Грейс:
- Кажется, основной смысл предыдущих сентенций был в том, чтобы не допустить взрыва бомб вовсе. Значит, их нужно украсть - перетащить в другое место... отдать на хранение кому-то? Где бы они не взорвались, взрыв не утаить.

Иллуянка:
- Это, конечно, очень пацифистский метод, но отвлечь тех, кто в конюшнях, гораздо труднее, чем просто их удержать. Я могу дать тебе - и всем, кто сведущ в мастерстве открытия порталов, - максимум пять минут.

ДМ:
- Я могу попробовать запрячь Бракси... он мне "почти" должен. В конце концов бомбы обслуживает его народец. - отметилась Статира.

Грейс:
- Бракси заинтересован в том, чтобы с Круговзором - его точкой сбыта скверны - ничего не случилось. Он сделает то, что нужно, если использовать это в дополнение к прочим аргументам.

Иллуянка:
- Где найти Бракси, в таком случае?

ДМ:
- Кто запряжет Медеах делать что-то поосмысленней зловещих планов и обороны?
Ответ во втором случае был очевиден: где-то в залах.

Иллуянка:
- Я не возьмусь, потому что не знаю за вашу Медеах ровно ничего. И Бракси не могу отыскать, потому что в лицо его не видела.

Грейс:
- Поправьте меня, если это необходимо... госпожа Статира отправляется к Бракси, госпожа Иллуянка выигрывает время для портала, я занимаюсь порталом... госпожа Ярцина, вы возьмёте на себя Медеах? Господин Ириэль, у вас есть идеи, чем можете помочь вы?

Кровомох:
- Я уже сделал свое дело, - гордо напомнил сатир.

ДМ:
Общество едва ли услышало ложку Ярцины, потому как уже галдело и разбредалось.
Ятзохар-Маллахет услышала и поманила эльфку к своему деревянному трону.

Кровомох:
- А вообще со мной будет быстрее открывать портал. Но мне б подкрепиться сперва.

Ярцина:
- Я сейчас, - обещала заговорщикам Ярцина. Приманилась, являя собой воплощение укоризны.
- Я думала, древние духи выше того, чтобы лгать в мелочах. Для чего тебе разрушение Круговзора?

ДМ:
- Я не так кровожаден, но люди это, кажется, любят. Это шабаш, ты забыла?

Ярцина:
- Это ты забыл, что на шабаше Бракси и другие, кому Круговзор не без пользы, - сердито возразила Ярцина. - Послушай... я понимаю, что ты укрылся в теле Ятзохар лишь потому, что опасался за свою жизнь, и корень этого зла стоит искать в намерениях дренейки. Больше того, предполагаю, что при возможности ты отпустишь девочку, чтобы занять подобающую своему полу форму. Но в то, что откажешься от поместья, не верю ничуть. Это значит - тебе есть, что терять в том случае, если Дарнас разобидится на палатиновы бомбы и возьмется за эти земли как следует.

ДМ:
- Да нет, милая... - со старческой лаской улыбнулось лицо Ятзохар. - Посмотри на них. Чего стоит вся эта кутерьма и торгашня по сравнению с тем, что они порадуются в последний раз и разбегутся по Ириэлям и Яндарзам? Я засиделся здесь.

Ярцина:
- Мир тебя не пощадит. Хочешь проводников в прогулке по новому времени? Сделай что-нибудь с палатином, как обещал! В конце концов, у нас был договор, - надулась Ярцина. - И зачем тебе травить Медеах, если ты все равно не вернешься?

ДМ:
- Почему бы не убить врага, пока можно? Девка позволила себе много.

Ярцина:
- Вам теперь незачем быть врагами. Ты - юная эльфийка, - терпеливо пояснила Ярцина, - и она больше не угроза тебе. Лучше бы признал смелость недруга и милостиво простил... ну, как все эти благородные лорды в легендах прошлого. Запрещенных, между прочим, потому что в официальной концепции дарнасского храма лорды сплошь свинячили и предавали друг друга от злобы и скуки. Не убеждай меня, что это действительно так.

ДМ:
- Ну в общем-то так оно и было, но выглядело, знаешь, вполне благородно... вы, детки, кажется, забыли что такое старая добрая Игра. Элуна вас основательно выхолостила. Да собственно я на неё войной и не иду... это эти.... - Ятзохар обвела рукой собирающийся на войну шабаш, - ... это этот народ сорока сортов собрался решить, кто будет здесь после меня.

Ярцина:
- Элуна тут ни при чем, - обиженно бросила Ярцина. - Ее именем творят такое, что тебе со своей "старой доброй" привычкой не продержаться и года, мелочный и злой дед. Мир прилично изменился за то время, что ты провел здесь. Может, открыть школу и разводить ночеклыков было куда лучшей идеей, чем заедаться с Медеах по пустяку. Учти, если тебе крепко достанется, я больше не стану заступаться - тем более, что сама Ятзохар может быть безвозвратно потеряна.

ДМ:
- Я уже почти отбыл, милая. Удаче тебе в борьбе с Язерисом и всей кликой последышей... надо сказать, бороться за эти места останутся первейшие посредственности. Если ты хочешь помочь дамочке из пустоты, убеди её пустить веретено вдикую и расплести кокон старых снов. Не уверен, что твоя серая подружка оценит.

Ярцина:
- Только она? Если в коконе то, о чем я думаю, голодную армию нежити не оценит никто. У Язериса, как бы он ни был похож, вряд ли хватит умения.
Ярцина вздохнула.
- Переиграть меня было проще, чем отнять конфету у ребенка. Знаешь, что? Я ее тебе дарю. Конфету. То есть, хочу сказать, что не в обиде, и когда тебе надоест сеять хаос и хохотать над пепелищами, приходи в Фералас строить новый прекрасный мир.

ДМ:
- Зёёёёв, - по-статириному бормотнул Маллахет. - Иди, милая. Прекрасный новый мир у меня уже есть... я не видел его примечательно давно. Мы едва ли свидимся, пока он мне не надоест.

Ярцина:
- То есть жду тебя скоро и со вставшими дыбом волосами, - перевела Ярцина на пути к брошенному столику.

Иллуянка:
За столиком было неспокойно. Иллуянка плохо прятала волнение.

- У тебя необычные знакомства.

Ярцина:
- Трудные эти привидения, - жаловалась Ярцина компании, садясь на место. - Казалось бы, после столь долгой жизни должен торжествовать чистый разум, как у акульных после перерождения. Откуда берется место для детских, мелочных пакостей? Игра... придумают тоже. Статира, что такое кокон старых снов и почему тебе больше других должно не понравиться, если его расплетут?

ДМ:
- Ну если ты возьмешься уточнить, о чем он говорил... - обмахнулась серой рукой акульница. - Так-то это название сонной техники. Много одинаковых снов зацикливаются вокруг одной подвижной оси и мало-по малу формируют на астральном плане собственный повторяющийся мир, сближенный с изумрудным сном.

Иллуянка:
- Что может являться осью? - уточнила Иллуянка, - Мне приходилось слышать, что целые миры создавались силой предмета. Или души.

Ярцина:
- Он не уточнил. Нарочно, - подчекнула лордову вредность Ярцина. - Сказал только, что это поможет Медеах и огорчит тебя.

ДМ:
- Тогда, вероятно, дело в снах троллей с того кладбища. Пожалуй, я бы огорчилась, желай стать владычицей морскою... ну тоесть поместья со всеми его иллюзиями.

Кровомох:
- Опять тролльи кладбища, - заворчал Кровомох.

Ярцина:
- Госпожа Грейс, а те сумеречные люди, которых ты повела вниз, еще здесь? - огляделась Ярцина. - Надо отправить их к дренейке. И, кстати, что такое "поосмысленней зловещих планов"?

ДМ:
- Еще бы я знала. Если твоя Медеах взяла в руки ось, тут скоро может начать творится что угодно. Воплощенные сны троллей: как тебе такая экзотика?

Грейс:
- Хороший вопрос. Сумеречные люди... - безглазое лицо повернулось, разыскивая в толпе взглядом памятные рожи.

ДМ:
Рож не было.

Грейс:
- Они ушли, - констататировала нежить, - Не больно-то и хотелось, с одной стороны... с другой, я б поспешила к бомбам как можно быстрее.

Ярцина:
- Если ушли, то наверняка отыщут ее, чтобы предупредить, - воспряла эльфка. - Послушайте, надо как-то задержать все это общество. И ради бомб, и ради Медеах... как насчет представления? Чего они еще не видели на своих шабашах? Мне приходят на ум одни радужные дракончики, а это совсем, ну совершенно не годится.

Иллуянка:
- Могу предложить только то, что никогда не оставит их в будущем, но работающее безотказно, - тихо предложила замолкшая на время Иллуянка.

Грейс:
- Всё, чем богат восточный материк. Танцующих карлов с медведями, торжества инженерной мысли, абоминаций в розовых юбочках...

Кровомох:
- Почему бы не предложить им выйти погулять и покидаться огненными шарами в Тракиуса?

Ярцина:
- О-о, - впечатленно протянула Ярцина, - такого и мне видеть не приходилось. А хотите, наколдую ледяную Тиранду в полный рост? Полагаю, народ на какое-то время отвлечется, забрасывая ее огрызками.

ДМ:
- И что предлагает Двоеветвие? - отвлеклась от вина Статира.

Иллуянка:
- Двоеветвие предлагает, если совсем упрощать, погрузить толпу в сон на время. Это будет спокойный, безмятежный, расслабляющий сон. Никаких сиюминутных последствий вроде истечения жижей или чего там от нас ожидают.

ДМ:
- Плохой план, поминая количество духов и аббераций. Дважды, если здесь окажется человек Круга.

Ярцина:
- Я тоже не думаю, что это безопасно, раз уж Медеах соприкасается с близкими по сути материями, - покачала головой недоученная чародейка. - Если Тиранда для них мелковато, как насчет Элуны и Малорна в легендарный момент?

Иллуянка:
- Круг узнал бы в любом случае, - пожала плечами Иллуянка, - Если вам нужно будет усыпить живых, которых тут все-таки не так мало, скажите. Или удержать в сознании, но на месте, еще и насильственно. В противном случае, за неимением мастерства ничего в этом роде я наколдовать не смогу.

Кровомох:
- Это отвлечет их на минуту, и что потом? Послушайте, почему нам вообще должны мешать открывать в конюшнях порталы? Там ведь разрешено! Кто эти бомбы сторожит?

Ярцина:
- Простой орк и ужасный некромансер. Двое, - уточнила Ярцина.

ДМ:
- Как запасной план, если Язериса всё же придется убивать. - отозвалась Статира. - Трое. Псарь.

Ярцина:
- Двое некромансеров, да.

Ярцина:
Вслед за этим Ярцина возвестила, что события последнего часа несколько поубавили ее пиетет перед памятниками старины вроде Маллахета с Язерисом, однако она бы предпочла обойтись без крово... эктоплазмопролития.

Кровомох:
- И все? Столкнуть их с балкона, и делов.

Статира:
- Лось, - подумавши добавила серая женщина.

Бартоломей:
- Не меня ли обсуждаете, дамы? - Подошел ближе к беседующим ориентируясь лишь на слово "некро". - Серьезные у вас лица, должен признать.

Иллуянка:
- Какой ужас, - всплеснула руками Иллуянка. - Я вам вот что скажу, пока мы тут с вами думаем без успехов, вашу дорогую дренейку штурмуют. Если вы хотите, чтобы ее кровь не пролилась, действовать надо быстро.

Ярцина:
- Минус один элемент хаоса на страже саней, - поднялась Ярцина. - Быстро так быстро. Я мигом.

Кровомох:
- Мгновеньице, - для толстяка Мох был проворен. Он подскочил следом. - Не пойдешь же ты одна.

Бартоломей:
- Что у вас происходит? Стоит отлучится на несколько часов, так возникает новая интрига. Хотя я считал, что здешнее общество намного более объединено. - Некромант хрустнул пальцами и осмотрел присутствующих.

ДМ:
- Стало быть я к Бракси. Там решу, к кому поспеть. - поднялась следом Статира. - А. Господин Бартоломей... мы решили взять тут власть. Присоединяйтесь или сгиньте в бесславии.

Иллуянка:
- Мы с Грейс к саням, - подобралась Иллуянка и обратилась к некромансеру: - Вы оттуда? Если вздумаете нам мешать - свяжетесь не только со мной, но и с моими покровителями. Безопаснее присоединиться.

Бартоломей:
- Захватить власть на шабаше? Который и так принадлежит темной власти? - Округлил глаза. - Сгинуть я всегда успею, от своей же силы. Но вот... Снова же... Что происходит? - Глянул на Иллуянку. - О Тьма, да с чего мне быть враждебным к вам, эльф? Я лишь пришел на шабаш, желаю приумножить свои навыки и обзавестись знакомствами.

Статира:
- Считайте, что вы ими обзавелись.

Бартоломей:
- И прямо сейчас? Я ведь даже не знаю ваших имен. Откуда мне знать, что вы не восставшие жрицы Элуны, или хуже, паладины? - Некромант замешкался. - С такой суетой я мало что понимаю. Вы хотите свергнуть Маллахета? Того самого духа, что здесь управляет? - Искал глазами Грейс, ибо немертвая была едва-ли не единственной, кто мог объяснить ему все в целом.

Статира:
- Да нет, его уже свергли... Грейс, откройте нашему другу врата истины.
Подхватив на руки рыжего кота Статира (безглазый, серокожий паладин или даже ренегат Элуны!!!) скрылась с места происшествия с величайшей скоростью.

Грейс:
- Ситуация не изменилась, господин Бартоломей, - с трогательно непричастным видом складывала лапки нежить, - Вы помогаете задержать отправку саней - и получаете имя могущественного демона, сведущего в некромантии.

Грейс:
- Всё остальное не так важно. Идёмте?

Бартоломей:
- Истины? ... - Некромант грязно выругался, когда эльфийка скрылась. - Я чувствую себя тупее Лестера. - Недовольно оскалился.

Бартоломей:
- Все важно, госпожа Грейс. Но... От чего-то я верю вам. - Глянул на немертвую. - Свет с ним. Идем. - Барт чего-то сильно боялся, глядя на Грейс, видимо, было ошибкой дарить ей гримуар. - Надеюсь, вы более мудра в таковых вопросах.

Иллуянка:
- Ну наконец-то определился, - фыркнула на своем эльфка и с поразительной прытью ринулась в коридор, ведущий к конюшням.

Грейс:
- Если всё пойдёт удачно, господин Бартоломей, я обещаю вам в подробностях рассказать детали всех заговоров, в которых мне предложили поучаствовать... я уже насчитала три, - поднявшись, колдунья зашагала следом за Иллуянкой.

Бартоломей:
- Три? - Снова круглые глаза некроманта уставились на немертвую. - Видимо я недооценил шабаш. Не знаете, кто здесь из бывалых? Хотелось бы спросить, здесь постоянно так, или впервые?

Грейс:
- Где-то здесь бегает молоденькая эльфка лет тринадцати на вид... это наш гостеприимый хозяин, лорд Маллахет. Уточните у него, как много заговоров обычно осуществляется на шабашах.

Бартоломей:
- Мне много говорили про Маллахета, древний дух, управляющий этим местом. Что вы с ним сделали?

Грейс:
- Что мы с ним сделали? - переспросила колдунья, почти с оскорблённым видом поворачивая голову к некроманту, - Он сам с собой это сделал! Всего-то, если я правильно поняла госпожу Ярцину, воплотился в теле своей внучки и намерен повидать мир, наслаждаясь преимуществами живущих.

Бартоломей:
- Телом внучки? Как баньши завладевает телом противника? Занятно... - Мужчина поглаживал седые волосы. - Ну что ж, раз так, пускай на то его воля, и ваша... Но кто теперь стоит главным за это место? Не думаю, что кто-то из нас возьмет ответственность приглашать бал тьмы в свою обитель. Я, конечно, могу создать зиккурат где-то в Проклятых Землях, но боюсь, туда будет трудно добраться.

Грейс:
- Я не уточняла за тонкую разницу между обычной баньши и призраком высокорождённого, и почему он не мог вселиться в кого-нибудь гораздо раньше, предпочтя тринадцатилетнюю девочку. В любом случае, Маллахет управляет этим телом, живёт в этом теле, чувствует благодаря этому телу... далее по списку. Пока стоит мир, шабаши где-нибудь да будут собираться. Маллахета это уже не волнует. Он объявил, что поместье может отхватить себе любой, кто остановит дренейку Медеах, сейчас находящуюся в подвалах поместья и сотворяющую некое колдовство.

Бартоломей:
- Хм... То есть он позволяет себя прикончить, дабы возродиться более слабым и уверенно себя чувствовать? Хитро. - Погладил свой подбородок. - И как я понимаю. Любой, кто отберет у него поместье, вскоре внезапно погибнет, и это место снова станет собственностью Маллахета, верно?

Грейс:
- Нет, господин Бартоломей, Маллахет не умирал. Маллахет просто раздобыл себе новое тело и весьма доволен этим обстоятельством, - они уже заворачивали в коридор к конюшням, и здесь нежить ненадолго остановилась, чтобы глянуть на собеседника: - Я не знаю, погибнет ли при таинственных обстоятельствах счастливый новый владелец поместья. Но Маллахет явственно натравливал собравшуюся публику на Медеах, а мне кажется, что если публика таки доберётся до Медеах - а не Медеах до публики - то оставшиеся передерутся между собой.

Бартоломей:
- Значит это есть могучий дух. Хм... - Некромант задумался, потирая свой подбородок. - Ладно. Раз уж так. Вы, госпожа Грейс, говорили, что сведете меня с могучим наставником. Как продвигается дело? - Некромант осматривал тело немертвой разыскивая свой подарок.

Грейс:
- Все мои беды, господин Бартоломей, от большой ответственности. Именно сведением вас с могучим наставником мы сейчас и занимаемся. Просто некоторые процессы на западном материке принимают причудливые формы...

На теле колдуньи гримуара нигде не наблюдалось. Зато за её плечами наблюдался уже привычной тенью демон, груженный свёртками, свитками, жезлом и искомой книгой.

Бартоломей:
- Могу представить. Однако, что за ответственность? Её большая часть лежит на тех, кто не знал на что идет. И я все ещё желаю познать, что здесь, во имя тени, творится.

Грейс:
- Ещё ножкой топните, - любезно подсказала нежить, - От многих знаний - многие печали, знаете эту мудрость, господин Бартоломей? В конце концов, это последний шабаш в поместье господина Маллахета, и на вашем месте я бы сейчас наслаждалась жизнью, пила и щупала суккуб, пока можно. Маниша из Завета Хошрова вполне могла бы сойти за нужный контакт...

Грейс замолчала, отчего-то резко погрустнев с лица.

- Но мне описали Манишу, как того самого рака на безрыбье. Мне пообещали имя лучшего демона юга, если Круговзор уцелеет. И у меня есть неприятная привычка подходить к сделкам со всей ответственностью. Что вы вложили в ваш подарок, господин Бартоломей?

***

Ярцина:
- Ты очень добр, Ириэль. Для сатира. Послушай, я начинаю приходить к выводу, что желание сохранить жизнь всем и каждому приводит к печальным последствиям для архитектуры... и популяции невинных душ. Ты не знаешь, как правильно выбирать того, кому следует умереть ради оптимального завершения конфликта?
Удаляющийся голос Ярцины был полон желания почерпнуть у Кровомоха доброе с вечным.

Кровомох:
- Хотел бы я сказать: "Спроси у Бен'эр", но она с этим гораздо хуже тебя справляется, представь себе. Но знаешь, какой она нашла выход? Она себя простила. За все.
Казалось, ни трепещущий, как студень, живот, ни кривые ноги, ни дурацкий халат с шалью - ничто не замедляло бойкий сатирий ход. Кровомоху было не привыкать к пути. Он продолжил свою философию:
- И правильно сделала. Смерть плоти - это такая мелочь, у всех же есть душа. Не позволить ей потратиться впустую - вот что важно.

Ярцина:
- А душа дочери Серых Сов, Ятвары, обречена на вечность страданий, - нажаловалась Ярцина. - Не то чтобы это моя вина, даже наоборот - я просила ее не заходить в поместье и убеждала, что дренейка не так плоха, как о ней говорят, но мне не кажется, что мрак и безумие - честная расплата за верность семье и предрассудки, внушенные Ятваре с самого детства. Как в таких случаях поступает Бен'эр?

Кровомох:
- Наверное, будь я сейчас ею, я бы отправился преследовать Ятзохар, сперва убедившись, что бомбы не сожгут Круговзор. Во мраке и безумии можно обрести большое-пребольшое могущество, кстати.

Ярцина:
- В могуществе нет счастья. Первый закон башни Эстулана... хотя допускаю, что нам просто-напросто врали. А зачем жрице было бы догонять Ятзохар? Это не худшее зло, выпущенное в мир, - Ярцина повела сатира в зал с галереей, а оттуда наверх. - Очень скоро бедный лорд Маллахет убедится, что его тонкая игра - ничто в сравнении с грубым и эффективным свинством смертного люда, заполонившего мир.

Кровомох:
- Может, и худшее. Ребенок, который только начал жить, и вот так, ну...
Кровомох насупился, и слова слиплись в ком у него в горле.
- Мне не нравится думать, как Бен'эр. Демоническая кровь тем хороша, что можно прислушаться к ней, и миллион надуманных нравственных проблем, вроде твоих, перестанет существовать. Пошли скорее!

Ярцина:
- Я не виню Маллахета - он сделал то, к чему призывала его природа старого и мерзкого духа. Ватрия Ятмова, которая послала свою дочь к нему в поместье, виновна в случившемся куда больше, - с горечью высказалась Ярцина. - Она и те другие, кто готов умирать и убивать ради сохранения предрассудков, именуемых скрепами общества. Отвратительно. Здесь налево. Там комната, а в комнате будет спуск.

Кровомох:
- Ятмовы две старые замшелые пи$ды.

Ярцина:
- Фу. Но справедливости ради должна признать, что ты прав.

Кровомох:
- Эта человечинка, та, что серая, тебе знакома? Что она тут делает? - поинтересовался сатир.

Ярцина:
- Статира? Учится управлять миром, - объяснила эльфка. - Она из акульного культа: бросила его ради путешествий с Яндарзом.

Кровомох:
Кровомох о чем-то грустно вздохнул.

Ярцина:
- Что такое? - проявила сочувствие Ярцина. - Тебе бы тоже хотелось напарницу для путешествий?

Кровомох:
- Нет. Просто я думаю, когда они начнут воплощать свои угрозы в мой адрес. Жрица наделила их кормом, раздарила всё, как будто откупилась. А мне не хочется, чтобы они пришли и стали лазать под моим деревом. Там слишком много работы для меня. Не хочу делиться.

Ярцина:
- Здесь я ничем тебе не помогу, - вздохнула эльфка. - Мой знакомый из действующих культистов, Ардашир - ты его должен помнить - совершенно иммунен к просьбам, если за ними не стоит ощутимая выгода. Но если тебе интересно, Яндарз подложил акульным крупного кабана, и вряд ли они будут на одной стороне при твоем дереве.

Кровомох:
- Яндарз мне не нравится, - пожаловался Кровомох. - У меня неприятное ощущение, что в одной из своих "реинкарнаций" - там что-то про раковины было - Бен'эр оставила шелуху прошлой жизни, и из нее вылупился Яндарз. Или наоборот, Яндарз оставил, и родилась жрица, как новая луна в колыбели из тучек.

Ярцина:
- А мне нравится, - не согласилась Ярцина. - Он, говоря обобщенно, мерзкий тип и насмешник, но, в отличие от того же Маллахета, не опускается до вранья и не тыкает смертных волшебной палочкой, чтобы поглядеть на результат. Не знаю, что до шелухи. В нем есть благородство.

Кровомох:
- Ардашир зато тыкает. Туда, сюда, с разным нажимом, - заулыбался Кровомох. - Там отрежет, здесь пришьет.

Ярцина:
- Сугубо в добровольном порядке, - строго поправила эльфка. - Он мне предлагал, но мысль о таком перерождении показалась слишком... передовой, не говоря о побочных эффектах.

Кровомох:
- Пренебрежение культурами и традициями сыграет с ним злую шутку. Уж я постараюсь. Если он не оставит, конечно, стремления овладеть Ратакарашем.

Ярцина:
- Мне бы хотелось, чтобы он оставил и акулий культ, - доверительно поделилась Ярцина. - Как Статира. Право, он заслуживает того, чтобы принимать решения по своей воле, не прислушиваясь к тем... существам, которых акульные поставили собой править. И их не свергнуть - они как ствол дерева, тогда как рядовые культисты его ветви.

Кровомох:
- Этот их кадавровый надмозг, созданный из ошметков духов?

Ярцина:
- Какие-то куски мертвого бога, кажется, - наморщила нос эльфка. - Статира считает, что носители этих кусков слишком... изменились, чтобы оставаться собой.

Кровомох:
- Мерзости. Я вот, приняв дар Саргераса, лишь преумножил свои лучшие стороны! Саргерас, конечно, мудак с горящими яйцами, но эта его машина созидания и разрушения, именуемая Легион, ох... В нужные бы руки.

Ярцина:
- Разве тебя не мучит желание наматывать юных дев на тотем? Желание, заменившее многие стремления в жизни? - придралась Ярцина. - Конечно, если судить по делам, то в простом орке намного больше стремления разрушать без причины.

Кровомох:
- У меня не было причин одичать, опустившись до уровня кровавых тотемов, шалашей и обмазывания говном святынь. Это заблудшие сатиры, забывшие, зачем на самом деле они получали великую силу.

Ярцина:
- А что бы ты сделал, если бы правил Легионом?

Кровомох:
- Допустим, трофеев у Легиона бездна чернейшая, и я бы, выбрав мир поинтереснее, наделил его самыми благостными благами из всех, что награбил Легион в других мирах. Да, конечно, в ходе разграблений было очень много потеряно, но... его сокровища все равно многочисленны.

Ярцина:
- А жители мира? Идеальное общество, все эти тонкие вопросы морали? - оживилась Ярцина. - Старая империя полнилась благостными благами, но она дала Азероту таких вот гадских лордов, как Маллахет, и в конечном счете ее погубила пресыщенность.

Кровомох:
- А что жители? Я ведь не сказал, что мир населен. Может, это мир, который посещают лишь по приглашению Его Кровомшистости.

И новая полнится ими же, и дала таких, как Малфурион и Фандрал, и погубит ее отставание от времени.

Ярцина:
- Тогда мир будет идеален, - согласилась эльфка. - Я думаю, примерно на такой же расклад рассчитывали титаны, поселяя здесь мыслящие машины для обслуживания благостных благ. Знаешь, Ардашир тоже рассуждал о путешествиях в иные миры. Он не такой ходячий ужас, как можно подумать... и как я подумала в первую встречу. Если решите друг друга не убивать, возьмете меня в полет? Правда, я еще и этот мир толком не посмотрела.

Кровомох:
- Сначала пусть перестанет лицемерить, - задрал нос Кровомох. - Он построил свой культ на богах, которых вскормили традиции, а теперь выражает свое презрение к последним.

Ярцина:
- Как к корму для богов, которые в свою очередь корм для акульных, - построила пирамиду Ярцина. - В предложенной прагматичности есть смысл. Точнее, был бы, если б принцип взаимовыручки не был так же важен для любого общества, как для самих акульных - их внутренняя связь. Другими словами, у них нет и не будет друзей вне культа. Это как-то... несвоевременно.

Кровомох:
- Да. Друзья нужны всем. Друзей нет только у наматывающих на тотем сатиров с дальних болот. И у гноллов. Никто не хочет дружить с гноллами.

Ярцина:
- Я бы дружила, - улыбнулась Ярцина. - Это, наверное, моя беда - я легко нахожу хорошее в самом худшем. Представляешь, до сих пор не возненавидела Маллахета.

Кровомох:
- Не ненавидь духов и демонов, - посоветовал сатир. - Порода такая, что умеет извлекать из этого пользу для себя.

Ярцина:
- Не буду.

ID: 18171 | Автор: Dea
Изменено: 5 января 2016 — 18:08