Гилнеас: Величие и тьма Торнхилл: Клеймо (2)

Артемис Альяк

ДМ:
Время перевалило за полдень, когда почтовая карета "Стоунридж-Торнхилл" окатила грязью старый указатель на повороте дороги, поднимающейся по склону холма. Пытаясь обогнуть глубокие лужи, кучер то и дело правил к обочине, и тогда мокрые ветки бузины и волчьего лыка чиркали по стеклу, за которым виднелись два мужских профиля: в этот раз почтовик подобрал сразу двоих пассажиров.

Артемис Альяк:
Подле Альяка разложился саквояж желтой кожи. Сам господин чувствовал себя привольно и наслаждался одним уж тем, что дороге суждено было скоро кончиться.
- С кем имею честь? - поинтересовался Артемис едва не с подножки кареты.
Он был приметен: волосы светлые, морда живая, а вид франтовый, но с дорожными коррективами. Под расстёгнутым пальто, на лацкане жилета виднелся скарабей жёлтой латуни.

Филипп Морро:
- Чё? - рассеяно поинтересовалась вторая фигура, уже расположившаяся в дальнем углу. Это был невысокого роста мужчина с зализанными черными волосами, на носу красовались мизерные очечки, одет он был весьма закрыто - темный камзол и рубашка, застегнутая на все пуговицы, в руках у модника была небольшая книжка, которую он и читал, когда услышал вопрос. - В смысле, извините, не расслышал?

Артемис Альяк:
- Ваше имя, род занятий, привычки и досужье баловство, футлярный вы мой, - улыбнулся Артемис. - Шучу, мне хватит имени, а дальше посмотрим: без малого пять миль просидеть в молчании - попросту невыносимо.

Филипп Морро:
- Филипп Морро, - с натянутой улыбкой произнес незнакомец, загнул страницу в книжке и уложил её подле себе, обложкой вниз. Пытливый глаз мог, впрочем, заметить название - "Основы психиатрической науки за авторством Рэндела МакМерфи", - Род занятий - доктор, привычки - хрустеть пальцам, досужье - театральные представления. Теперь ваша очередь.

Артемис Альяк:
- Люблю структурных людей, - отозвался Артемис живо и откинулся на спинку своей половины, - Мы с вами в какой-то степени коллеги, доктор Морро, но я пониже сортом.
- Артемис Альяк, - протянул он руку попутчику, - служу в аптеке, знаете, так себе жалобы, ничего серьёзного, оставляю на донышке чай, а театр люблю анатомический, что вам, должно быть, довольно скучно. Вы будете из столицы?
- О, да вы, никак, в штат! - придумал, мотнув головой в торнхилльскую сторонку.

Филипп Морро:
- Да-да, именно туда. В штат. Вот хочу попробовать свои силы в столь престижном, так сказать, месте, - крепко, по-простаковски, пожал руку доктор Морро, - Оставляете чай на донышке? Свет всемогущий, да вы же хуже орков!
Филипп издал некое подобие смешка, прикрыв рукой рот. Надо сказать, выглядело весьма манерно!

Артемис Альяк:
- Я просто ужасен, - согласился Артемис, улыбаясь потише и отпуская докторову руку, - А ваши известия великолепны тому вопреки. В лечебнице наблюдается моя сестра, и я, признаться, обеспокоен. Вы можете предположить, чем.
- Вы мне скажете, что слухи, конечно.

Филипп Морро:
- Вы про смерть дочери господина Бэккинса?

Артемис Альяк:
Артемис согласно кивнул.

Филипп Морро:
- Полно вам, друг мой. Болезни ментальные и смерть, бывает, сталкиваются вместе. Что поделать, это медицина, а врачи, во всяком случае, большинство - это не волшебники. Уверен, что это был единичный случай, а господин Бэккинс, не сочтите за грубость, начитался бульварных романов про госпитали зачарованные и злых медсестёр. Впрочем, ежели я не прав, я, уверяю вас, сделаю всё возможное, чтобы тот случай действительно стал единичным. А чем болеет ваша сестра, если не секрет?

Артемис Альяк:
- Вы меня успокоили, - неуверенно отозвался Альяк, а для раздумий прервался глядеть в окно.

- О ней вы узнаете, если пройдёте в штат, я полагаю, - смотрел так, как журил, но что-то подсказывало - веселился. - Вы же цените врачебное таинство, док?

Филипп Морро:
- А-то, - кивнул тот, поправляя камзол, - В смысле, естественно. Вы правы, узнать об этом сейчас - это как, если бы вы мне рассказали, чем кончится моя книжка. "Все умрут" или "Убийца - дворецкий". Хотя, это книга по психиатрии, и не думаю, что в конце убийцей станет дворецкий. Скорее, может быть, какой-нибудь врач. Там и дворецких-то нет. Хотя, это, наверное, не совсем корректно - говорить о вашей сестре, а потом упоминать конец про смерть всех...
Судя по всему, хруст пальцами не был единственным недостатком молодого врача. Болтовня была куда большей привычкой Морро.
- Впрочем, меня понесло. Вы говорили, что вы работаете в аптеке, верно? Здесь? В Стоунридже?

Артемис Альяк:
Альяк был не из чувствительных и не изменял лицу.
- Стоунридж? Я почти обижен, - подёрнулась ехидная бровь, а потом Артемис долго слушал. Потом сколько-то тревожился.
- Вы прыгаете с манеры на манеру, док.

Филипп Морро:
- С манеры на манеру?

Артемис Альяк:
- "А-то-в-смысле-естественно," - передразнил Альяк. - Вы и простак, и научное светило. Это, осмелюсь, происхождение?

Филипп Морро:
- Ну, знаете, щепотка происхождения, пару грамм беспокойства в первый день на новой работе, еще немного бессонных ночей в переездах по вкусу, - на чисто выбритом лице мужчины проявился чуть заметный румянец. - Лучше уж эту похлебку попробуете вы, чем персонал больницы, верно?

Артемис Альяк:
- Верно-верно, я и не против, меня беспокоит только хруст ваших костяшек, - заверил Артемис скороговоркой, подняв руки в подобие мировой. - В Торнхилле много экзальтированных особ поболе моего, а к манерам высокое требование.

Филипп Морро:
- Учту, - Филипп распрямил пальцы на руках, еще раз улыбнувшись, - Вы, судя по всему, неплохо знакомы со здешней публикой? Может быть, у вас найдется еще совет для новичка в этом месте? От кого стоит держаться подальше, с кем дружить?

Артемис Альяк:
- Ласковый телёнок двух маток сосёт, а бодливому и одна не даётся. Не будьте бодливым телёнком, - улыбнулся Альяк, охотно отсоветовавшись, и подпер ладонью щеку.
- А вы давно практикуете, если не тайна?

Филипп Морро:
- Я практикую... А сколько, по вашему, "давно"? Скажем, год - это уже "давно" или еще нет?

Артемис Альяк:
- Скажем, год - это совсем недавно, - отозвался Артемис рассеянно, отдавая предпочтение заоконным далям сколько-то долгих мгновений.

Филипп Морро:
- Тогда, наверное, хорошо, что моя практика велась чуточку больше. В июле был третий год. Не сказать, что умудренный сединами врач, но в академии я был среди лучших.

Артемис Альяк:
Альяк кивнул, возвращая лицу улыбку.
- Пожелаю вам успехов в Торнхилле, - прилежно сложил он на коленях руки, с мордой угодливой, но не честной.

Филипп Морро:
- Благодарю, господин Альяк, - Филипп непроизвольно потер запястья, на мгновение оголив их. Нижняя часть предплечий его рук была украшена, кажется, наколками. Впрочем, молодой человек тут же натянул манжеты рубашки обратно, не оставляя шанса разглядеть рисунки. - Думается, она мне понадобится. А как давно вы в фармации?

Артемис Альяк:
- Пять лет, - отозвался тот мирно. И был спокоен так, что можно было дать зуб - бестактность перед ним случилась величайшая.

Филипп Морро:
- Вы недалеко ушли от меня, друг мой, - кивнул сам себе Морро. - Еще пара лет, и я вас обгоню. Кстати, долго еще ехать?

Артемис Альяк:
- Вмиг домчимся, - был любезный ответ.

Филипп Морро:
- Было бы неплохо, - вновь кивнул тот, достав свою книжку обратно и раскрыв её на загнутой странице.

Артемис Альяк:
С остановкой Артемис и рвался бы поспешить, да был воспитан: будто бы закопошился, и потом только соскочил на твёрдую землю. Извозчику была благодарность в монете.
По привратной хляби - к тяжелым дверям лечебницы.
По ту сторону раздался частый Альяков стук.

Филипп Морро:
Филипп аккуратно сложил очки, спрятал их в свой чемоданчик и, поправив прическу и камзол, двинулся к воротам вслед за Альяком, стараясь не вляпаться начищенными туфлями в грязные лужи.

ДМ:
Высунулась знакомая Артемису рожа - иначе не назовешь - санитара Майка; господина Альяка здесь знали и пропустили без вопросов после краткого "Здрасьте", зато на незнакомце с чемоданчиком сосредоточилась вся бдительность больничного стража.
Впрочем, письмо с печатью Торнхилла вмиг прояснило дело.
- Вы еще поспеваете на обед, - объяснил Майк, закрывая за новым доктором дверь. - Там вся ваша, извиняюсь, братия кроме самого сэра Коула, но к нему можно и потом.

Филипп Морро:
Новый кивнул, протягивая руку Майку: "Филипп Филипп Морро. Рад знакомству."

ДМ:
Громила не без робости пожал докторскую кисть. Заметно было, что ему не впервые приходится соизмерять силу.

Филипп Морро:
- А вы? - чуть заметно усмехнулся доктор, не отпуская руку, - Я не кусюась. Мне двадцать пять, клыки еще не выросли, дружище.

ДМ:
- Я-то? - сморгнул блеклыми ресницами санитар. - Я Майк. Майк Харпер, но вы, сделайте милость, зовите просто Майком, а то мне не по себе, когда кличут мистером Харпером - будто и не меня, а покойного папашу желают видеть.

Филипп Морро:
- Хорошо, Майк. А вы... А вы зовите, как хотите. Я знаю, как это бывает, дружище. Вы, снатиры, вечно придумываете нам, врачам, прозвища! - как можно более радушно улыбался тот, - Обещайте, что поставите меня в известность! Я не хочу носить несмешные клички. Если хотите, могу подать вам целый список хороших.
Филипп похлопал другой рукой руку Харпера, сжатую в рукопожатии, и наконец отпустил.

ДМ:
- Да я разве... - Майк заметно сконфузился: видно, Филлип не ошибся в предположении. - Я-то что? Я никогда.

Филипп Морро:
- Никогда не поздно начать, Майк, - кивнул на прощание Морро и двинулся внутрь - в столовую.

ID: 17909 | Автор: Dea
Изменено: 5 октября 2015 — 15:31