Сказки юга Круча: Шпионские страсти (5)

Дурт Ищущий Кровь
Джантала
Фанашила
Вагабундо
Молки

Вагабундо:
— Ай, что за условия. Достойны вождя, — бокор рассмеялся, все напряженность и обеспокоенность слетели с его лица как только за пленниками захлопнулась дверь. Вагабундо попытался выглянуть в высокое маленькое окошко, подтянувшись к нему. Открывался вид с террасы на ямы. Ничего особенного.

Джантала:
Джантала не ответила. Она сидела в углу, возле глинобитной стены, и разглядывала стену напротив. Тоже занятие.

Вагабундо:
— А ты это, чего промолчала то? — продолжая глядеть в окошко, вися на затекающих руках, интересовался Отоу.

Джантала:
Троллька скосила глаза:
— Бвонсамди.

Вагабундо:
— Ну-у-у, — протянул бокор опускаясь на пол и усаживаясь напротив тролльки, опираясь на стену. — И сейчас не скажешь, чтоб выпустили? А если на шибеницу потащат?

Джантала:
— Меня не потащат. Тебя — да. Они узнают все сами, зул. И я не обещала лоа, что буду тебя спасать.

Вагабундо:
— Ну, узнают так значит тому и быть, — бокор загадочно улыбнулся, словно у него был какой-то план. — О, какая высокомерная девочка, хе-хе.

Джантала:
Джантала не ответила и на этот раз. Она готова была слушать, но не задавать вопросы.

Вагабундо:
— Просто ужасненько интересно. — Бокор хмыкнул. — Ты всегда действуешь по ситуации, но я не заметил у тебя какой-то цели, ай. Но, это, наверное, уже не мое дело.
Вагабундо поднялся на ноги и принялся водить пальцем по пыльной стене.
— А вот, что будешь делать если тебя от ракушки не прикроют, ай?

Джантала:
Троллька приподняла брови.
— Что это сейчас было, бокор? «Вытащи меня, и я помогу убить духа раковины»? Не сходится со «значит, тому и быть».

Вагабундо:
— Ну помочь убить духа то я могу, да. Вот только найти мне его одному не по силам. — Бокор повернулся к охотнице. — Так я же сказал: коли узнают, то так тому и бывать. А вдруг не узнают.

Джантала:
Джантала покачала головой.
— Узнают. Даже я увидела след, зул. Это было… неосторожно. Как ты говорил? Хексаю налево и направо, потому что захочется?

Вагабундо:
— Это недалекие думают, что хочется, — бокор глядел на маленькую луну, краешек которой был виден сквозь окошечко. — Узнают. Узнают, узнают, узнают… — бокор забубнил, глядя на пыльный пол. — Ну, тогда я должен быть готов.

Джантала:
Охотница хмыкнула.
— Наверное, я недалекая. Не могу понять, зачем ты это сделал.

Вагабундо:
Бокор нахмурился, словно услышал что-то абсурдное.
— Да не наверное. Но все поправимо, ай-яй.
Бокор, аккуратно ползая на четвереньках, рисовал пальцами в пыли круг веве.

Джантала:
Джантале, видно, надоело таращиться в стену. Она принялась изучать потолок.

Вагабундо:
— Быстро у тебя интерес пропадает, однакой, хе-хе, — ухмыльнулся бокор заканчивая рисовать круг и аккуратно вставая в указанное рисунками для него место. — Молодежь, айе.
Вагабундо сел, подложив под себя ноги и сложив пальцы на пустые места в рисунке, принялся быстро что-то шептать.

Джантала:
Тролльке было интересно только одно: как скоро налетит охрана и достаточно ли далеко от двери она сидит, чтобы не огрести.

Вагабундо:
Бокор рванул клыком по правому предплечью и кровь стекла по пальцам, пропитывая рисунок из пыли быстро засыхающей кровью. Рисунки стали менее четкими, словно исчезающими, как мираж вдалеке,в жаркой пустыне. Кровь тонкой струйкой окружила бокора, прежде чем совсем перестать течь и поддавшись таинственным рисункам тоже стала похожа на далекий мираж. Джантала могла заметить, как и сам бокор, находясь в этих веве, стал напоминать иллюзию.

Джантала:
Когда ритуал закончился, Джантала заговорила, негромко и задумчиво:
— Если вуду, как любое колдунство, это инструмент, то ты сейчас уронил здоровенный молоток себе на ногу, зул.

Вагабундо:
Бокор быстро-быстро замахал руками по земле, стирая рисунки и смешивая кровь с пылью в неровные разводы. Илюзорность пропала, как пропало и лицо бокора, вместо которого была лишь маска и угрюмый рот с длинными клыками. Он уселся напротив двери, прикрыв глаза.

ДМ:
Именно эти прикрытые глаза спустя неполную минуту лицезрел Проня, Проня Зуберман, гоблин, вольнонаёмный надмирных талантов консультант при управе, сказать точнее, лысеющий колдун с выдающимся носом… слушайте.
Проня выглянул из-за распахнувшего дверь охранителя в известной шапке. Тролли сидели. Надмирные таланты дали сбой.
— Где колдуют? — повторил консультант, в общем, коронную фразу.

Вагабундо:
Бокор открыл глаза, молча глядя на гоблина сквозь щели в маске.

ДМ:
Народ уже входил: носатый консультант то и дело косился на тролля с таким видом, будто пытался что-то приметить в этом бренном теле, однако то ли не замечал, то ли…
— Накровянено, — бросил орк правый, мотая головой туда, где недавно были ве-ве.
— Где накровянено? А… господа, господа женщины, таки чего вы молчите? Может, скажете, что тут из воздуха съявился Кил'джеден и, понимаете ли, делал зловещие ритуалы?

Джантала:
— Такого не видела. — Архидемон был оправдан, и Джантала снова умолкла.

ДМ:
— Господа, мне, право, неудобно, но этих нужно скорейше перевести, — развел руками гоблин. — Видите ли, тут минимум компрометирующих обстоятельств при очевидном факте свершенного колдовства. Мои скромные способности не позволяют даже предположить, кто… но я дико извиняюсь, что, если это было в некотором роде плетение задержанного эффекта? Перевести в защищенный покой и допросить, да-да…
Чем дольше распинался надмирных талантов консультант Зуберман, тем мрачнее становились морды у столкнувшихся с рутиной (ай! наверняка опасной рутиной) охранителей.

В коридоре затоптали: на свет миру явился местный начальничек, добрый оркский дядюшка в тюбетейке, а при нём переоблачившаяся в некрашеное пончо с высоко сидящим шарфом утренняя эльфка: последняя с ходу возводила глаза.
— Ну офигеть… мне вот эту, с вещами на выход, в палате головы вертеть.

Вагабундо:
— Ну, тогда пошагали в этот ваш зачищенный покой, — поднимаясь на ноги, сказал бокор. Он проигнорировал подошедшую эльфаску и её требования к тролльке. — Мне скрывать нечего. По крайней мере из того, что могло бы… скомпра… выставить меня в ненужном свете перед вами.

Джантала:
Джантала только вздохнула, выходя из караулки с тем, чтобы стребовать обратно копье (с вещами же!).

ДМ:
— Но тут же… инцидент! — полушепотом, как о святом, пытался было возразить колдун под философским взглядом начальничка. — Вы понимаете, эти двое совершили здесь заклинательный акт и как бы молчат…
— Правильно, — наплевательским тоном отзывалась эльфка, помахивая известной бумажкой, цветной, как оно было принято в ордынских землях, — здесь совершили, на площади совершили, но нет предела прогрессу, палата уже сготовила материалы для сличения… что, правда, что ли?
По всему, вопрос назначался Джантале. Бокора выпихивали следом с меньшим пиететом и без поминания вещей.

Джантала:
— Многие видели, — у тролльки было слишком озабоченное лицо, чтобы поверить, будто многим показалось.

ДМ:
Скайтейлова сестрица понимающе присвистнула, пустила в обиход бумажку и, слушайте, понеслось — в смысле, со двора караулки, в компании примкнувших у входа мохнатых шапок, к лестницам. Совсем потемневший вперед ночи нижний городок пестрел огнями, отчего лицо молодой леди Фанашилы сделось совершенно пресным, а носки сапожек с завидной частотой пинали камни:
— Ну молодцы. Отлично. Правильно, нужно отойти на гребаный вечер и узнать, что кто-то успел заделаться чемпионами арены, покалечить друг друга магией и загреметь на стол к братцу с пассией… пока я подписываю бумажки… отлично. Назови мне гения, который всё это придумал.

Джантала:
У Джанталы был вид не то кислый, не то огорченный — самое то в компанию к Фанашилиной пресности.
— Рваные штаны вылезли на арену, потому что оказались без денег. Я только присмотрела, чтобы со штанами обошлись честно. Никого не калечила.

Фанашила:
— Кто калечил? Древнее зло с болот?

Джантала:
Троллька тяжело вздохнула и тоже пнула камушек. Босым пальцем. Ай.
— Вагабундо. Не спрашивай, почему. Я так и не поняла. Может, не вытерпел, что орк знает вуду.

Фанашила:
Ну, слушайте, не было печали… эльфка ёрзала головой в складках шарфа, покуда народ передний возился с проходом через верхнюю караулку.
— И ладно. Счас повозятся и отстанут… а… да кто тебе этот стремный дед?

Джантала:
— Стремный дед и есть, — проворчала Джантала, досадливо морщась. — С бабкой знался. Взялся учить меня вуду. У нас уговор — он не вредит мне, я ему. Только он все равно ухитряется пакостить, а польза… Никак ее не разгляжу.

Фанашила:
— Нахрен деда, — в обычной манере предложила злая двоюродная.

Джантала:
Джантала оказалась не добрее.
— Туда и идет бодрым шагом. Или как ты сказала — на стол к братцу?

Фанашила:
— Нет. — По всей видимости, это был тот самый миг, когда приуныть полагалось уже Фанашиле. — На стол идем мы. К херу в портках и… всем остальным. Да. Дед идет долбиться в почки.

Джантала:
— К херу чего прицепились? — недоуменно прищурилась троллька. — Он же герой.

Фанашила:
— Герой, герой. Потому, значит, и прицепились, и облепили…
Выходило с трагизмом скептика. Так и было.

***

В чистых коридорах второго яруса ночью горели (и иногда мигали) бледно-фиолетовые кристаллы, отчего всё сделалось совсем инородным. Втащенный было следом бокор отстал вместе с частью сопровождения, зато когда коридоры сменились выходящими на воздух залами, пошло движенье.
— О… госпожа Джантала! И вы теперь в нашей, если можно выразиться, глуши.. — тащивший что-то навстречу лорд Скайтейл это что-то (оказавшееся замкнутым керамическим сосудиком размером с ведерко) выронил, застыл на месте с развернутыми руками, поглядел на сестру и сконфузился.
— Что? — Эльфка качала бровями с преувеличенной невинностью. — Куда чапать?
В Скайтейловом доме что-то треснуло.
— Ну, туда. Фанашила, слушай… а… госпожа Джантала. Это же ваш орк?

Джантала:
— Если умер, убиваться не стану. — Настроение охотницы портилось тем больше, чем меньше она понимала. — Что за лица и битье посуды?

Скайтейл:
— Ой, это не совсем посуда… как бы… — Лорд неловко оглянулся на примечательно целое ведерко и бросился подбираться, светя подоформившимся под тканью штанцов задом. Да, свежий горный воздух и простая пища… Бесконечно уточнять и размахивать руками блондинистый лорд так и не разучился. — Элемент… питательный. Питания… слушайте, госпожа Джантала, вы же знаете мою сестру, ей бы только кого-нибудь убить. Никакого понимания гуманности.

Джантала:
— Слушаю, — благосклонно уведомила троллька. — Ты продолжай, лорд. Лица из-за того, что кто-то успел умереть от Фанашилиной доброты, или наоборот — еще нет, но может?

Скайтейл:
— Да было бы в этом дело… вы думаете, кровожадная особа вроде моей сестры может оценить понять, что я посвящаю своё время… гуманистическому промыслу? Нет, нет и нет! Она думает, что я здесь вьюсь за юбкой!

Джантала:
— Разве одно мешает другому? Если Фанашиле не нравится та самая юбка, заведи себе другую для ее спокойствия. Хочешь, найду тебе хорошую женщину?
Джантала была сама услужливость: в конце концов, задолжала.

ДМ:
— Простите, ч… женщины, да вы издеваетесь! — провозгласил лорд и был, в общем, готов завращать глазами, когда из дальнего покоя кликнули с известным акцентом:
— Белайхааас!
Лорд поджал губы, разжал, дернул головой и выдвинулся с убежденным видом.
— Ну вот, — иллюстрирующе присовокупила злая двоюродная.

Джантала:
Троллька оценивающе цокнула языком.
— Влип. Может, найти не ему, а кого-нибудь ей? Послать в Кабестан за этим… Белым Ветром?

Фанашила:
— А? Заставить брата скинуть кого-нить с кручи вместе с этим… гуманизмом?
Да, план был хорош: Фанашила Скайтейл с некоторой усталостью заглянула в троллькины глаза и безупречно прямо выдвинулась на звуки. Эльфы. Эльфы никогда не менялись.

Джантала:
— Да не заставить…
Джантала легко поравнялась с эльфкой — с ее-то шагом — и стала втолковывать, кто таков Белый Ветер и для чего годится.

ID: 16641 | Автор: Dea
Изменено: 30 сентября 2014 — 7:16