Сказки юга Хиш Куралы, день I - дела чистых

Затмевающая Бен'эр
Ханамем
Джантала
Гунилу
Вагабундо
Бубоник
Краашина

Ранний вечер. Пустырь между холмами чистого народа.

Слушайте: хорошие люди не делают дела днем. Кому оно надо - солнце и пыль, узкие глаза и закрытые лица? Хорошие люди ждут сизого вечера, дел у них много.
Слушайте, как хан Бельды подрался с утра с молодым Юрсалы за то, чтобы первым войти в полумрак священной пещеры, и победил. Ярцца-ханум смотрит и усмехается: то её воды. Кто помнит?
Слушайте, как врыли между холмами три столба и кидли копья. Юрсалы вострый и ловкий. У Бельды расстройство.
Слушайте... когда уже дела?
Подарки.
Имена Пурпурного змея волокут шелка, и пеньку, и резиновые изделья. Ятмы с болот стоят - лес рогов, стога тростниковых плащей, одна повозка, пустые лица. Кто зверя талбука готовит, кто волшебную бутыль, кто выносливого раба.
Ханы принимают в сумерках, и множество народу рыскает между трех холмов. К столбам не подходит никто.

Урсу:
Урсу отоспалась после приёма. Ятам выделил ей удобное место. Уединённое место. Был разговор и за женщин, и за мужчин. Отказалась. А сейчас и не знает: может, зря. Тем не менее, толпиться близ культистов больше не стала. Ушла поглазеть на базар. К тому же, вечером было куда лучше; не так жарко даже и ветра вперемешку с песком меньше.

Хаж с ленцой двигалась вдоль прилавков со всяким разнообразным. Где прикупила нормальной выпивки, где перекусить подхватила. Стоит вдалеке вместе со многими, смотрит на ханов, пережёвывая какое-то изделие из теста и мяса... Очень странный вкус у мяса.

ДМ:
Может, в Пустошах был заведен порядок: кто подносит дары, когда подносит. Может, об этом не слышали зандалары - дюжина воинов у шатра, из которого никто не выходил целый день, заставляя торговых людей шептаться: а есть ли посольство?
Посольство было.
Кто не увидел, тот услышал, как на свободную землю между холмов тянут ревущего зверя. Зверь был крупнее иного кодоя, весь красный, как обожженная глина, с богатым панцирным воротом и рогами, продетыми в золотые кольца. У зверя был хвост-булава и был клюв, как у хищной птицы, а голова - тяжелее тарана. Зверя вели на цепях двое статных троллей в шелковых килтах, и люди стали вытягивать шеи: которому холму дар?

Бубоник:
Бубоник, продолжая следить за своими собратьями, поглядывал по сторонам и искал тех троих, кто привели его на праздник. Одному здесь было опасно - кто-нибудь наверняка заметил слежку, которую он устроил.

ДМ:
Но такое ж зрелище: народ следом, в смущеньи - целого света миссия. У тех жевательные идолы с ушами, у этих розовые бумажки.
- Что за народ... - тянет ятам Удой.

Шатры молчат. Шатры глядят.

ДМ:
Выглядывала и белоногая Азхар - и из-за спины какого-то могучего мужа, и из-под накидки, закрывавшей почти все ее лицо, да - вот незадача - не достававшей до грудей. Хану Юнгусу сейчас было не до нее - пьян был хан без ханства.
Да и не ее ли, Азхар, послала любимая ханова наложница - глядеть до чужих шатров и считать чужие дары? Считать Азхар умела.

Джантала:
Отоу с Джанталой как раз подходили смотреть - Бубоник различил их в толпе. Третьей, Гунилу, не было.

Вагабундо:
- Гляди, девочка, что чистые привезли, - кивнул бокор на огромное животное. - А для Ночных Охотников поскупились, хе-хе.

Конечно, ханы кентавров и старейшины захолустной деревеньки не ровня друг другу, но ведь чужестранцы пришли к троллям совсем с пустыми руками. Нехорошо, неуважительно.

Бубоник:
Бубоник заметил девчонку и старика в толпе и переместился поближе к ним. Те тоже заметили его.

Гунилу:
- Джантала! - Гунилу вновь появилась из ниоткуда, взяв клыкастую за руку. - Я думала, что уже никогда вас не найду.

Бубоник:
- Потратил четыре серебра зря, - подытожил свои приключения зандаларец.

Урсу:
Урсу лишь лениво зевнула, озираясь по сторонам. Кто-то кого-то находит, кто-то с кем-то общается. А она что? А она с культистами снюхалась. Во дела.

Дреней опустошила флягу с каким-то южным напитком, сильно отличающимся от жирного чая с перцем или солью. Сюда хотя бы сахар положить додумались. Хаж понимала, что ожидать встречи с кем-то, с кем можно наладить отношения без лжи, ей не светит, поэтому не спешила знакомиться со всеми подряд. Даже по лицам местного люда было ясно: лучше избежать с ними общения.

Бен'эр:
Бен'эр ни на кого не глядела, а в третий раз повторяла свою цену за деревянную брошь. Торговец украшениями от возмущения багровел. Неожиданное появление зандаларского чудища разбило его сопротивление, и Бен с молниеносным "по рукам" обменяла какую-то ветошь на брошь.
Кругом было так много старых врагов, что воспоминания оживали. Одно - буквально. Золото первой империи Бен помнила очень хорошо.

ДМ:
В стороне стоял, сложив руки на груди и посматривая на окружающих с едкой смесью интереса и подозрения во взгляде, и рогатый эльф-кенариец, проснувшийся отчего-то спозаранку (по своим странным меркам, конечно). Стоял себе и стоял, изредка вскидывая голову - рога, видно, тянули.

Джантала:
Красноволосая троллька оскалилась на Гунилу. Не любила, когда трогают без спросу. За день у Джанталы на груди поубавилось бус, но по оставшимся было видно: из нее плохая торговка.
- Ящеры Унгоро. Смотри.
Зандаларский шатер стерегли черные с желтым дьяволозавры в каменных, украшенных яркими ве-ве намордниках, и при каждом - по заклинателю.

ДМ:
На западном холме стоит пыль: всем известно, Бельды, хан Маграм всего хочет первым - он что? Бич пустоши, десять тысяч копий. После Бельды только навоз и ветер..
Цепочка молодых кровных при ярких платках вытянулась с холма, обегая гостей широкой дугой, так, чтобы к Колкар не завернули. Тут пыль уже на севере.

Гунилу:
- Воу-воу, - глаза охотницы округлились от таких "красавцев-дьяволозавров". На какой-то миг, охотница попыталась сравнить своего худого ящера с этими обитателями Унгоро. Разница была довольно-таки большая.

Бубоник:
Бубоник грустил - все чудеса, которую показывали зандалары, были лишь остатками былого величия. Вряд ли у них были шансы возродиться после всех ошибок, что были допущены.

Краашина:
Около шатра с напитками стояла Краашина, с подозрением поглядывая на зандаларов и попивая какой-то безалкогольный пенящийся напиток. Всё таки Наару знают, чего от них можно ожидать...

ДМ:
Дикорог тем временем встал посреди вольного места, замотал головой и ударил хвостом: раз, другой - земля загудела, а тролли попятились и не удержали цепи. Люд зашумел и отхлынул, но зря. Красное чудище сделало большой круг, волоча по песку гремящие звенья, и стало чесаться боком о вкопанные столбы.
Тогда из шатра выступил еще один зандалар, выше других. В его волосы были вплетены золотые нити; его мускулы были крепки, спина - прямее, чем у иного эльфа. У пояса тролль носил тяжелый кривой меч.
Погонщики, упустившие дикорога, упали на колени.
Миг - и их головы покатились по истоптанной глине, цепляясь бивнями.
Тролль ждал, опустив окровавленное лезвие.

Бен'эр:
Толкаться Бен'эр не пришлось: к зандаларам народ не потянулся, и жрица ступила в первые ряды. Теперь ход заморских троллей она наблюдала без помех.

ДМ:
Для Маграм это значит - конец прыти. Сжимается широкий круг, и пыль уж не столбом: что? Говори, зачем пришел, и будешь выслушан. Столбы за просто так не попирают.
Для Юрсалы беда - ой, сколько всего навалилось на молодого колкарского хана после того, как ушел молью траченный дядя: вон, сам спешит с вернейшими налетчиками. У Юрсалы слова на языке не задерживаются:
- Я Юрсалы. За дерзость возьму зверя и языков, сколько столбов поворотило!

Вагабундо:
Отоу протиснувшись, наконец, вперед, стоял, пристально наблюдая за зандаларским послом.

Урсу:
Как было удобно: люди бежали назад, а Урсу стояла и смотрела наверх, отвлечённая от основного действа. Только спустя минуту заметила, что теперь находится в первом ряду, а причиной всему был обычный зверь. К беде или нет, но видать всё стало лучше, а в этом, как ни странно, плюс.

ДМ:
При хане Юнгусе народа было немного - но вышли все, кто был у шатра, созванные быстроногой Азхар. Переминались с ноги на ногу неподалеку и кенарийцы, числом три, включая помянутого рогатого. Вид троица поддерживала многозначительный и важный.
Хан, впрочем, был не столь презентабелен: крепче богатырского сна только богатырское похмелье. На племянника Юнгус смотрел налитыми кровью глазами. Однако ж, лезть и заявлять свои права на диковинный дар не спешил.

ДМ:
Зандалар говорит. Звучит гордое имя - Равакх'яр, младшая ветвь императорской крови. Растет изумление: разве у народа кентавров нет великого хана? Разве степной народ не един? Воины Равакх'яра проделали долгий путь, чтобы положить к самому высокому шатру свои дары. Они не слышали о вражде кланов.

Какой-то гоблин среди торгового люда истерично смеется, но на него наступают. Тихо.

Мой зверь, говорит Равакх'яр, умен. Он наклонит рогатую голову перед тем, кто достойнее всех.

Краашина:
Краашина только собиралась ещё глотнуть своего напитка, как внезапно дикорог вырвался и распугал толпу. Дренейка стояла пару секунд с открытым ртом, а потом всё же решила на всякий случай пробиться к кенарийцам и начала протискиваться через толпу.

ДМ:
Бен'эр всё видно и слышно тоже немало - она впереди стоит. Рядом тростниковый плащ, лесная дылда. Смотрит. В руках длинная трубка из полого бамбука.
- Да какой такой великий хан? - гремит Юрсалы. - Мы Народ. Нас как пылинок на ветру, и пыль берет, что захочет. Ложится, где понравится.
- А хан Бельды у нас ветер.
Кто сказал? Ксунра. Кровной стражи старший братец.

ДМ:
О, Равакх'яр понимает. Зверь, говорит он, пойдет в руки к хану Бельды, если власть его так безраздельна. Если все почитают великого хана Маграм, к чему отдавать решение богам или духам? Поединщики не нужны. Так считает Равакх'яр, младшая ветвь.

ДМ:
- Ветер, - всхрапнул тут Юнгус, не утерпел. - Ветер родится от копыт и летящих копий. Не от слов. Да и почем нам знать, что этот зверь кланяется, а не в ухе у него свербит? Или что кой-кто его не научил, кому кланяться?

Гунилу:
- М-м-м, интересно... - прошипела клыкастая, скрестив худые руки на груди. Видимо, всё-таки, зрелище как-то поразило молодую охотницу, ведь все в деревне знали, что трудно удивить столь драчливую и неприкасаемую тролльку.

ДМ:
Да чья бы пасть рычала... Юрсалы на месте гарцует, лицо совсем бурое. Вот же обида: не будь тут Хиш Куралы, так известно бы, куда полетели копья — в старого дурня Юнгуса! Он Юрсалы, он этого пьяницы всех жен брал. А теперь защищает.
Замешкался Юрсалы.

- Дело: всё Маграм врут.
Кто сказал? Ярцца-ханум, Гелкис верховная шаманка. Гелкис - подлое племя: ни хана, ни понятий, и подходят тихо. Крупы разрисованы, и на каждом история. Лица - белое полотно.
- Много говорят Маграм, тролли тоже много, а зверь в нашей пыли на третий день сдохнет, и кость его после смерти как у кодоя не отвердеет.

ДМ:
Равакх'яр улыбается. Равакх'яр говорит, что зверь - громовому ящеру старший брат и не боится пыли. Равакх'яр добавляет: разве оазис, о котором слышали тролли, не владения великого хана?
Зверь поклонится самому сильному. Так его научили - звучит вежливый ответ хану Юнгусу.

Вагабундо:
Вагабундо достал трубку, в локоть длинной, прямую. В чашечку насыпал немного травы пахучей и раскурил, пальцем придавив. Дым выходил серый, густой.
Зул стоял тихо, выпуская дым ноздрями, смотрел внимательно с интересом.

ДМ:
Юнгус смотрел на Юрсалы не менее свирепо и совсем уж остервенело хлестал хвостом по бокам.
- Слишком много слов, тролль.

Джантала:
- Не хотела бы я, - негромко прозвучал голос Джанталы, - таких даров Ночным Охотникам.

Вагабундо:
- Так то ты, - усмехнулся бокор. - А вот лоа... Большая жертва. Сильная. - Вагабундо многозначительно поднял указательный палец.

ДМ:
Приучен, приучен... а что ж не кланяется? Хан Бельды - он же навроде горы. Плечи у Бельды большие, голова маленькая. Волоса крашены хной. Поступь Бельды старая Ярцца научилась слышать, и потому одной ей навроде всё равно.
Хан Маграм к зверю не спешит - вперед его с холма ступает всякий народ, друзья и родичи.

ДМ:
Равакх'яр смущен: его короткие, крутые клыки указывают на землю - зандалар выражает хану почтение. Но что возьмешь со зверя? Он чует среди других несогласие. Непокорность. На моей родине, говорит Равакх'яр, выставляют поединщиков, чтобы утвердить силу.

Бубоник:
- Он не похож на безумца, - смущенно признал Бубоник, слушая Равакх'яра, - может, он тоже не замешан во всех этих делах с Королем Грома?

Урсу:
Урсу стояла недалеко от троллей. Как ж так случилось? А толпа струсила - да поубегала назад. Стоит теперь в первых рядах, близ других смельчаков, зевак и просто дураков. Слышит троллей, а о чём говорят - не понимает. Либо чужой говор за спиной мешает, либо просто тролли говорят на неизвестном ей языке.

Внимание было временно переключенно на клыкастого-из-шатра. Кажется, он сказал что-то про поединок? Уже интереснее. Однако, если зверь вновь решит взбеситься, следует быть готовым к тому, чтобы отпрыгнуть вовремя. Уж заколоть сразу вряд ли выйдет. Больно толстошкур зверь.

ДМ:
- Да он нас... Подзуживает, - всхрапнул бывший колкарский хан. До таких умозаключений он, конечно, дошел с помощью шепчущего что-то склонившейся ухом пониже кобылице из его немногочисленной свиты кенарийца и недвусмысленных жестов оной. - Теперь и тролли, глядите, хотят разделить Народ! Мало вам своего, тф-фу.

Плевок вышел знатный.

Джантала:
- Ссорить кланы - не безумие? - Джантала была согласна с колкарским изгнанником. По сути - но не в оценке. Ее голос звучал задумчиво.

ДМ:
Равакх'яр возражает: он хотел бы видеть единый народ под единым великим ханом. Он - сын империи, и древний уклад вещей привычен ему.

ДМ:
- Он хо-очет, - слова переваливаются через толстую ханову губу. - Он пришел на чистую землю и хочет!
Смеялся хан без ханства.

Гунилу:
- Разумеется, это безумие, Джантала, - шёпотом проговорила охотница. - Мне кажется, что ничего хорошего из этого не выйдет, возможно, будет небольшая драка. Хорошая, грязная драка, с отметинами на рожах от подков.

Бен'эр:
Бен'эр перемещалась на юг, где видела, несомненно, важных женщин у столбов. Племени их она не знала; приняв за ветроловок, остановилась поблизости. Пусть приглядятся к притороченному у нее за спиной жезлу. Может, узнают своё. Затевать с кобылицами разговор при людях она не спешила - да и не время.

ДМ:
Народу уклад не привычен. Бельды - ласкает слух. Разве не достоин Бельды путей от гор до гор, морских круч и вонючих рощ? На заморских троллей смотрит свысока: сколько их? Пусть дают широкой рукой, а от Бельды им ничего не прибудет.
Юрсалы смотрит насуплено: дурь несут, а всё ж слава. Юрсалы взглядов очень боится: ночами кажется, что старого Юнгуса ищут.
- Чего стоит твой зверь, зубной народ, если ты не можешь его заставить. Мясо. Веди его ко мне в шатер, и я запомню твоё лицо, не нашивая кожи на попону!
- Не по закону, - бубнит Юрсалы. Доколе?

ДМ:
Тролль спокоен и светел лицом: коротконосым, почти эльфийским. Я не могу, говорит он. Ты - можешь. Иди, храбрый Бельды, возьми цепь красного зверя. Заяви право.

Бубоник:
- Да не безумие, - тянул своё Бубоник, - для нас как раз выгодно, чтобы кентавры передрались. Ведь победитель будет намного снисходительнее к зандаларам, чем сейчас.

ДМ:
У маграмского хана одна беда: крупноват, рисоваться-то. На такого смотришь: движется - большой, гладкий - а как движется? У гор манер не различают. Горы дела делают, тогда да...
- Дай дорогу, кобыленыш.
Бельды решительный, а Юрсалы быстрый - хвать за цепь.

Народ ухнул.

Бен'эр:
- Ну, режь, - почти пропела Бен, спокойно глядя на дележ дикорога.

ДМ:
А красный исполин взревел, нагнул рогатую голову и острием, что на самом носу, - бац! Радуйся, изгнанник Юнгус. Много крови.

Гунилу:
- Исход был очевиден, - слегка улыбнулась клыкастая, с удовольствием смотря на зрелище.

Джантала:
- Говоришь, как эльфка, - проворчала в ответ Джантала. Зрелище, казалось, заняло ее меньше, чем лица детей змея.

Краашина:
Защитница тихо выругалась, наблюдая за зрелищем, а паранойя уже подсказывала: быть заварухе.

Вагабундо:
Отоу промолчал, но как-то хищно улыбнулся. Исход был отнюдь неочевиден, как сказала дерзкая троллька, а посему и то, что будет творится дальше - предсказать трудно. Наблюдать дальнейшее, он решил с расстояния и потихоньку, кивнув Джантале, стал отходить назад, шаг за шагом, как и многие другие в толпе, кто испугался дикорожьих выходок.

ДМ:
Взвился на дыбы Юнгус. Сил будто прибавилось, а хмель из головы как сдуло.
- Видите? - Ноги несли Юнгуса в обход зверюги, да поближе к Колкар. За ним двинулась невеликая его свита. - Он хочет и он делает!

Урсу:
Дреней же лишь хмыкнула; от хана ожидала большего, но никак не столь глупой и скорой смерти. Уж если бы она сразилась со зверем!.. Хотя, загадывать девушка не стала. Быть может, хитрые высшие силы решат именно так, чтобы самоуверенная Урсу стала следующей в поединке со зверем. А если победит: чего потом говорить троллям? Очень странная ситуация вышла бы.

Хаж осмотрелась. Очень неоднозначная реакция со стороны люда легко читалась на их лицах. Что же будет дальше? Воздаятель вернула своё внимание к «сцене».

Вагабундо:
Отойдя подальше и оказавшись за спинами зевак и зрителей, Вагабундо продолжил глядеть за зрелищем, непринужденно напевая игривую песенку себе под нос.

ДМ:
Был Юрсалы и кончился. У колкарского ханыша одна беда: мелковат. На такого шевельнется, заглядишься, да только куда шевелиться, когда рогом всю грудь вскрыло.
Бельды смеется: видишь, зубной народ? Ятам Удой смотрит со своего возвышенья: ой, что за дело... и Мизар-проводник при нём. На плече у него сонная сова.
Позади орут жены Юрсалы.

- Мне, тролль, - говорит старая Ярцца, - только за столбы обидно. От зверья проку нет. Ярцца-ханум для кобылы тихая, и взгляд у ней на Бен'эр и ее палочке.

ДМ:
Ну как - проку нет: перед Бельды зверь смирный, сует наружу толстый язык, пробует соль с руки. Хороший зверь.
Спокойному Равакх'яру и столбов, и Юрсалы не жаль. Он ведь говорил, что берет сильнейший. Что-то теперь Бельды сделает, когда зверь ему покорился?

Бен'эр:
Жрица взгляд шаманки поймала и поняла, что не ошиблась: у ветроловок память длиннее, потому что мрут реже.
- Узнали? - полуобернувшись, спросила Бен у сестер Гелкис. - Узнали.
Жезл она со спины сняла и стукнула древком о камни.

Вагабундо:
Песенка бокора резко оборвалась и сам он в лице сменился. Спешно, придерживая сумку копьем, он пробирается поближе к Джантале. Склонившись над её ухом он сказал на занадли тихо, тихо, едва разборчиво:

- Зверюгу держат. Не сама собой управляет. Сорвем чистому представление? Ты мне поможешь.

ДМ:
Узнали. Тоже тихие. Будет Бен'эр есть в ханском шатре?
А Бельды?
Слушайте: Бельды у самой земли под рукой. Зверь хорош, а хан Маграм лучше: один остался у столбов, покуда ханская мелочевка разбежалась вокруг, что малые дети. Один своих пугать, другая... тьфу... с толпою общается.
Хороший друг Равакх'ар - тоже в ханском шатре отобедает. Дай руку, друг. Выше! Бельды ревет, копьем трясет, и народ ему подвывает. Удой в печали.
Тролли молчат, да и тростниковые плащи тоже.

Джантала:
- Зачем? - у Джанталы были задумчивые глаза, а стали тревожные. - Зачем тебе ссора с зандаларами, зул?

Бен'эр:
Бен'эр приняла приглашение Ярццы. Взглянула на ятмов, отметила, что те тихие.

Бубоник:
Бубоник покосился на троллей из деревни, стоявших рядом, и ухмыльнулся:
- Равакх'яр отлично разыграл это представление. Неясно, что он вообще хочет от кентавров, но теперь он своё точно получит.

ДМ:
Чуть не пропустил, как в толпе задвигались: пришлось потесниться и многоголосый галдеж стих как-то сам по себе. Да много ли радости, когда в круг выходит такое? Да кто вообще звал... десять лет пустошь жила без них и не обеднела!
В полной перешептываний тиши было слышно, как нахраписто дышит зандаларская зверюга и присоединяется - медленно - барабан.
- Я Бельтин, тысяча глаз. Древнее Имя.. - пауза занимательная, почти мурлыкающая, кабы не глубокий голос оратора. В своих тростниковых плащах выходящие из толпы сатиры походят на неспешные бродячие стожки. - Древнее... и невыразимо прекрасное. У меня есть, чем почтить могущественного Бельды.

Вагабундо:
Бокор выругался. Крепко, заковыристо. Опоздал он. Поздно заметил. Долго думал. А если так поглядеть, что бы он сделал и как бы это поменяло происходящее? Одним лоа известно.
А тут еще и знакомцы утренние. Те же эльфасы, только сквернее.

ДМ:
У Равакх'яра находится вежливый взгляд. Его бесстрастные скулы каменеют: у хана Бельды короткая память, хан быстро заменит своего лучшего друга.

Бен'эр:
- Вам они по нраву? - вскользь спросила Бен'эр Гелкисов, стоявших рядом. Имела в виду оратора и тростниковых. - Много их теперь.

Джантала:
Джантала глянула на бокора исподлобья.
- Смешно будет, зул, если сбудется по-моему. Сатиры и зандалары. Смешно... и, может, полезно.

Вагабундо:
- Смешно? - Бокор покачал головой. Ну где же тут смешно? Грустно. - Смешно? Смешно...

Гунилу:
- Смешно, - повелительно ответила за Джанталу девушка. Такие болтуны, как Вагабундо - сильно раздражали охотницу.

Бубоник:
- Эти демоны всегда жили у вас в Пустошах? - спросил у Джанталы зандаларец, кивая в сторону сатира, - и кого же тут только нет.

Урсу:
Урсу развернулась и пошла прочь. Смотреть было больше не на что. Удой был в чём-то прав. Быть может и стоило остаться с ятамом и его прихвостнями, а не тратить время на этот цирк. Дреней медленно протискивалась меж толпы, и сама не заметила, как столкнулась с Джанталой. Она не так далеко ушла от первых рядов, видимо, раз наткнулась на троллей, которых видела недавно. Хоть Хаж и была повыше большинства из народа, но всё же, зазевавшись, ища в подсумке что-то, не заметила тролльки перед собой.

Дреней остановилась, удивлённо глядя на охотницу так, словно бы это она в неё врезалась.

Джантала:
- Одичалые мохнатые тролли. Одичалые мохнатые эльфы. Для зандаларов есть разница? - Джантала пожала плечами, прежде чем ответить: - Эти, говорят, пришли с юга. Из Фераласа.

Столкновение с горой доспехов вышло неприятным. Троллька хотела отступить в последний момент, но куда там, в такой толпе? Так и стояли - красные глаза против тускло-молочных.
- Тебе, - сказала на всеобщем Джантала, снимая с себя ракушечные бусы. Как будто откупалась от ссоры.

ДМ:
Кенарийцы были мрачны. Юнгусовы кобылицы милосердны - утешали ревущих жен Юрсалы. Сам же Юнгус багровыми глазами зыркал по сторонам, ища повод для драки.

Урсу:
Дреней наклонила голову на бок. Она порылась в своём подсумке и всё, что могла найти - это медальон. Довольно старый, потёртый медальон офицера войск Расколотого Солнца. Золотой шлем на красном фоне. Урсу протянула его в ответ, а затем произнесла:
- Обмен?

Гунилу:
Э? - троллька раздражительно развернулась и увидела её: высокую, рогатую самку сатиров, правда, она не совсем была похожа на них. Слишком не волосатая, с чуть-чуть другими рогами, а еще имела какой-то миловидный и беззащитный вид. Такая уродина не понравилась Гунилу.

Джантала:
- Обмен, - довольно осклабилась троллька. - Это ты приехала с большим орком?

Бубоник:
- Мохнатые эльфы могут обнаружить у себя много общего с зандаларами и кентаврами. Как бы не назрела тут новая Орда. Парнокопытная, - нахмурился Бубоник.

Краашина:
Краашина взглянула на разворачивающуюся сцену и лишь усмехнулась. Больше её беспокоил Юнгус, который выглядел отнюдь не мирно. На всякий случай дренейка что - то шепнула - кристалл в щите слегка замерцал. Краашина удовлетворенно кивнула и продолжила смотреть на разворачивающуюся сцену.

ДМ:
- Кому они по нраву? - как песенно получается это у ближней из Гелкисовых сестер?

И в центре круга красиво, с ленцой говорит сатир. Отводит в сторону когтистую лапу.

- Нет лучшего дара, чем победы. - дипломатический глас мерен, весок. Костяные подвески покачиваются под рогами, а зеленого исподлобного взгляда хватило бы на многие испытания.
"Я не прав, Бельды?"
­- Я узнал, что твоя провидица бросила тебя ради чародейской мерзости. Прошу, прими в дар эту женщину... она читает воды, сны и раскрытое по обычаю нутро, как если бы была мне дочерью.

Заминка. Выступающему вперед Древнего Имени тростниковому стожку недостает рогов. Калимдорская эльфка - худая и большеголовая, совсем ребенок. Тусклые глаза-гнилушки и высоко задранный подбородок: как раз для хана.
­- Меня коснулась древняя лиса. Я о шести именах. - Что за глухой голос..
Она замирает и распускает завязку плаща, оставаясь при маслянно-блестящей наготе. Полоса темного меха на спине и доселе свернутый вокруг бедра хвост. Юг щедр на измененных.
­- Моё присутствие предвещает победу.

Урсу:
Кивнула, принимая «дар» охотницы и пряча его вместо медальона.

- С Удоем, - уточнила. Чтобы знали. Ятама бы это вряд ли обидело.

Урсу недоверчиво глянула на сцену. Опять какой-то шум; но что за суть?

Гунилу:
- Бывают же уроды в этом мире, - тихо прокомментировала клыкастая.

Вагабундо:
Отоу поглядел на высокую, закованную в металл рогатую бестию, потом на Бубоника с его предположениями. Ничего интересного, решил он и вперил свои покрасневшие глаза в малышку-полукровку. Благо рост позволял увидать её, за многочисленной толпой. Интересно, какое у ребенка-эльфаса мясо на вкус?

ДМ:
- Хорошая женщина, - говорит Равакх'яр, младшая ветвь. Хан не просил его совета, но разве не может гость восхититься? Это добрая, белая зависть.
Дикорог ложится подле своего хана, чешет спину о землю. Он растет, объясняет тролль. Будет линять.

Джантала:
- Красивый орк Удой, - Джантала тоже не скупится на похвалу. - Познакомишь?

Урсу:
Дреней прищурилась, осмотрев и Джанталу, и её «друзей». Она вздохнула, пожимая плечами, и произнесла:
- Сама удостоилась этой сомнительной чести лишь потому, что убила по его просьбе нежить. Да и не была остра на язык. - Хаж поразмыслила секунду и добавила: - Конечно, могу познакомить, но не могу ручаться за последствия, понимаешь?

ДМ:
Хорошая женщина только нагибается - мимолетно, чтобы подобрать плащ.
- Я присоединяю к этому дару и путевой столб, что собрал на этой ярмарке удачу тысячи, - коротко и лениво прибавляет Бельтин. Что за ропот в толпе... кому мы приносили жертвования? Хану Бельды?
­- Кто, как не могущественный Бельды, сохранит её? В любом походе, в который мы отправимся вместе, я отказываюсь от добычи.

Позади крепкие тростниковые плащи не без сопротивленья выволакивают давешний тотем из объятий толпы: каждый хочет пощупать свою удачу напоследок.

Джантала:
- О, - погрустнела троллька. - У него ревнивые женщины? Тогда отведи к нему мою подругу. Она не так красива.
Джантала цапнула Гунилу за локоть, с намеком сжав пальцы, и шепнула на зандали: "Узнаешь секреты жирного орка - дам золотую монету. Две".

ДМ:
Равакх'яр - быстрый на суждения тролль. Уже глядит на Бельтина с ласковым прищуром. Рад, что у клана Маграм столько друзей.

Гунилу:
Охотница лишь рассеяно кивнула на предложение дренейки, а затем попыталась незаметно оскалиться на Джанталу.

ДМ:
Бельтин старый сатир - древнее имя. Видел болота и троллей, видел мраморные скамьи и ценит возможность отобедать в ханском шатре. Ласков, кивает.
В круге еще решалось, но Маграм снова начинали подвывать. Слава! А Юрсалы не жалко..
Что-то новое пришло в Пустошь.

Что-то непонятное. Давно ли было столько друзей у хана? Давно ли умер младой хан Колкар?

Урсу:
Хаж вначале посмотрела на Джа, затем на её подругу, да плечами пожала. А уже потом произнесла:
- Уж не знаю, есть ли у него женщины, и ревнивые ли они вообще, однако, ежели чего и произойдёт не так - подозрение и на меня упадёт. Тень, скажем так, неприятная. Так что, если ты уверена в ней, - Урсу кивнула в сторону охотницы рядом. - то пусть идёт она.

Дреней была осторожна. Она не хотела, чтобы из-за какой-нибудь ерунды её отношения с Пурпурным Змеем пошли не так. Сохранить значимость было важнее.

Гунилу:
- Так, давай, самка сатира. Веди меня к своему орку, - нетерпеливо отозвалась Гунилу, топая ногой по земле. - Ты, наверное, его рабыня, или что-то в этом роде, верно?

Бубоник:
"Две золотые монеты? А местные ловцы крабов отлично зарабатывают", - подумал Бубоник, услышав, как шептались охотницы. Секреты толстого орка его не интересовали. Но Гунилу, на его взгляд, слишком опрометчиво согласилась идти с этой странной дренейкой.

- Может, сходим с ними все вместе? - предложил он остальным.

Джантала:
Джантала сощурилась на темнеющее небо и протолкнулась за спину Отоу. На всякий случай. Чутье на драку - дело такое.

Урсу:
Урсу фыркнула недовольно, внимание с Гунилу переводя на Джа. Та ей казалась разумнее. Бледно-серые глаза, лишённые сияния, вновь сощурились.
- Лучше ты. Она не годится. Если ятама что не устроит - попросят убить. Убивать же буду я, так как я и привела. А с тобой у нас был обмен: в том польза. Смогу, если что, вступиться за тебя.

Вагабундо:
Бокор оглянулся на рыжую охотницу и тоже поглядел наверх: действительно, становилось темнее.

- Ты чего? - спросил он у рыжей.

Гунилу:
- Что значит "не годится"? - возмутилась троллька поиграв плечами. - Да я тебе сейчас... - Молодая драчунья вовремя закрыла рот, вспоминая, что рядом стоит Джантала. Не договорив своих ругательств она обернулась, вопросительно глянув на Джанталу.

Джантала:
- Ничего, - Джантала ответила на всеобщем, поглядывая на Урсу из-за плеча Отоу. - Не хотела, чтобы меня зацепили, раскраивая череп Гунилу. Многие бы так сделали. Значит, я? Хорошо.
Она добавила на родном языке:
- Зул, навестишь без меня шатер зандаларов? Ведь мы не хуже, чем их новые друзья. Если не вернусь... Не иди за мной. Опасно.

Вагабундо:
- Если что, ты помни. - Он хлопнул себя по груди в том месте, где висел амулет с тролльим клыком. Джа ему понравилась, не хотелось бы так быстро её терять.

Урсу:
- Слишком тесно для драки. - усмехнулась воздаятель, кивая Джа и аккуратно зашагав мимо остальных троллей. Аккуратна со всеми, кроме Гунилу. Её весьма сильно толкнули плечом в плечо. - Удой где-то там, идём.

Слова троллей на зандали не поняла да и особого значения им не предала. Её паранойя утверждает, что речь идёт о ней, а здравый смысл пытается докричаться: «Неправда!».

Бубоник:
Бубоник опять нахмурился. Джантала предлагала им сходить к зандаларам, но он хотел поговорить со своими собратьями наедине.

ID: 16228 | Автор: В основном безвредная Хозанко
Изменено: 6 июля 2014 — 14:29

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
7 июля 2014 — 14:51 Pentala

Быстро, однако, старик слился перед зандаларкой.

7 июля 2014 — 15:31 Dea

Сливают идейных, а зул был того, предрасположенный слушать.

7 июля 2014 — 15:38 Pentala

А до Гунилу, как понимаю, зандаларский подарок приедет через 9 месяцев?)

7 июля 2014 — 15:53 Dea

*спойлер*