Высокая Страна No rest for the wicked (12)

Джантала
Ишрумми
Джизера
Гильдия Южный Калимдор

ДМ:
Большой орк с другого мира когда-то сказал, что дворцы вождей не красят, а вот вожди дворцы - совсем наоборот. С тех, а может, других пор на дворцах экономили даже и тролли, но махонькая имперская жилка в каждом нет, да замечала: вот кабы дворцы... а не дворцы, так террасы. Террасы и на Островах Эхо водились.
Всё потому, как крепость в Ключем Холме была так себе, и большой зал тоже не особо, зато люди большие, и как Джанталу провели кривым коридором, так ей стало не по себе - с таким народом да в такой, едва не домашней комнате.

Зал был круглый, с жарким открытым очагом по центру и неровным полом - у очага земляным, выше настеленным. Выше - где потемнее - и народ сидел, кто на скамье, кто на циновке, а Джантале казалось, что видит только ловящие пламя глаза да большие плечи. У вождя, этаким силуэтом сгрудившегося в самом отдалении, плечей было побольше и сам он был большой. А вот у Ваниры-шаманки - глаза, эти горели зеленоватой злобой. Был еще орк в армейской форме, старый, седой, с сероватой кожей и опустошенным взглядом да пара добравшихся до тылов боевых вождей Вол'джина. Одного, Субетчу, Джантала знала.
Никто с Громового Утеса на совете не сидел, и потому ей подумалось, что совет был малый. Тож домашний.
Пахло жжеными травами.

Джантала:
- Ты звал, вождь. Я пришла.
Опускаясь на колено перед старшими, троллька вытянула на ладонях копье. Привязанный к древку нож нарочно не был отмыт от крови, а то, как бедно смотрелось оружие возле полированных воинских щитков, без слов заявляло о его значимости. Джантала помнила о совете "глядеть до дядьки Эйтригга" и потому заговорила на орочьем, а заговорив - тут же смолкла. С умным лицом. Раскосые красные глаза, правда, так и метались по важному народу: охотница немного дичилась.

ДМ:
Глядеть-то у важного народу выходило лучше. Они в этом деле были поопытнее и может потому, а может, от залегшей на лицах тени казалось, что вожди на Джанталу смотрят, аки на несмышленную. Вошла, мол, разговоры вели важные, молчим теперь...
- Дай-ка поглядеть, - за такое дело Джантала чуть не пропустила, как вождь Вол'джин, промолчав, кивнул до Ваниры, а та и заскрипела. Голос у ней был, как у морской птицы, руки как костяные ножи. Шаманка и до того стояла, а теперь шагнула и руку тянет. За копьем, стало быть.

Джантала:
Под этакими взглядами Джантала не растерялась, а посуровела и выше подняла голову, рассуждая так: надо было сначала договаривать про всякое важное, а потом звать. Вползти тихой ящерицей и сидеть в уголке, пока не заметят, - это не тролльское.
Слова Ваниры застали охотницу врасплох, и она было потянула копье к себе, не желая расставаться с оружием, но опомнилась, снова наклонила красную, подскобленную на висках гриву и отдала бывшую швабру шаманке. Она ведь, швабра, проковыряла дыру в милейшем Веревке, а потом и в смертном теле Самемхи - и это не считая других подвигов.

ДМ:
А той дай изучить... У Ваниры тоже был этот взгляд, который Джантала по новым-то временам видела часто. Тот, который пустой и будто ни на что не глядит, взгляд Нафьяш и Ишрумми.
- Кровь... здесь есть за кровь, но я не скажу, что эта вещь брала жизни твоих врагов Вол'джин, - шаманка владела и дурным и глазом, и дурным словом, а копье перекочевало в вождевы руки и оттого показалось тростинкой. У самого-то вождя копья были не длиннее, но тяжче.
- Так говорят, - отозвался тот, и вышло, что у него голос тоже тяжелый, с треском, зато задумчивый. Или хитрый. - Ты встань. Расскажи нам.

Джантала:
Последним подвигом Копья было побивание (ну, почти) Хохолка, и, поднимаясь в рост, Джантала страстно понадеялась, что никто не увидит этого в искровяненном лезвии. Несолидно же.
- Я убивала не только твоих врагов, вождь, - медленно проговорила троллька. - Те орки, что в городе, не враги тебе. Кто послушал вралей Гарроша про дружбу с Альянсом и думает, что ты отдашь Оргриммар хумми, кто вралям не верит, но и может пойти против клятвы ставленнику Тралла. Я убивала тех и других, защищая себя и свою кровь. Кровь Черного Копья. Еще убивала Сумеречных, не захотела вернуть мамбо Рыжую против ее воли и дала умереть одному троллю. Его звали Лубай, и он был поддельным пророком.

ДМ:
Краем глаза Джантала видела, как зашевелился, доселе не выглядевший заинтересованным "дядька Эйтригг".
- Хэ... послушаешь твою девочку, вождь Вол'джин, и будет, что то... копейцо обращалось только к тем, кто ходил до ней убивать или попрал эту вашу... веру. Ты прощай старика, девочка, но ты больно боевая для таких дел.
- Враги Долгой Руки, это будет моё слово, - прокаркала своё и Ванира.

Джантала:
В сторону Эйтригга троллька блеснула зубами: хумми бы отшатнулся, а орк не мог не распознать благодарную улыбку. Потом Джантала покачала головой.
- Я не шла в Оргриммар за кровью, большой орк. Я считала, что там осталась мать моей матери и шла ее выручить. Если хочешь видеть, какая я боевая, пусти меня на настоящих врагов. Рубаки Гарроша - не настоящие. Есть среди главарей кор'крона такие, которым не зазорно вырвать сердце, но простые рубаки... Они прикрывали мою спину в Степях. Мы, случалось, вонзали стрелы в одного врага. У меня нет к ним ненависти.

ДМ:
- На вопрос ты не ответила, - хмыкнул на то большой орк, хоть и без пристрастия. Джантале подумалось, что сподвижник вождя Тралла и тех, кто был до него, за последние дни вымотался изрядно, и, может, потому цепляется к четкости, чтоб не сказать "за неё".

- Видишь, какая сложность, дочь Хал'зеша? Мои друзья волнуются, - Вол'джин вытянул шею вперед, поводя туда и сюда выступающим подбородком, - Сегодня до нас приходил орк. Он говорил о... таких вещах, которые не скажешь с почтением.

- Убивают за меньшее, - фыркнул, пользуясь затянувшимся вол'джиновым молчанием, и вождик Субетчу.
- По крайней мере, в этом он не лгал, - досадливо бросил и Эйтригг.
- Видишь. Это странно - отчего мы видим его именно сейчас, - Вол'джин продолжил: - Мы хотим понять. Мы зовем тебя.

Джантала:
- И я говорю: орк Долгая Рука - большой гад и хитрец, но был полезен, - беспристрастно оценила троллька. - Когда стало совсем плохо, и Лубай'зул с колдунами стал вызывать злого духа, Долгая Рука хорошо помог. С ним можно говорить. Он делает, что обещает, если ему интересно. Ты хочешь знать, не служит ли он Гаррошу? Нет. Для этого он слишком умный. Или ты спрашиваешь, не служу ли я Долгой Руке? Нет. Пока мне нравится, что он делает, я помогаю. Там, в Высокой Стране, мне нравилось. Без него Оргриммар бы лежал в песке. Мамбо знают, каким злым и сильным был дух Самемха.

Ванира:
- Ты нам говори, как вы оказались на одной дороге, - нетерпеливо отмахнулась Ванира. Опередила всех, потому как в этаких делах у ейного голоса хищноты хватило б на всю пятерку, - Ты говори, за какое дело Долгая Рука пришел в Высокую Страну.

Джантала:
- Хотел улететь оттуда, - пояснила троллька, не собираясь утаивать то, что вождь мог узнать от других. - Так хотел, что поломал караванные пути, и вышло так, что телега с пленными оказалась при нем. Я была пленной, и мамбо Рыжую связали веревками, но Лубай'зул освободил нас. Заговорил, что поможет тебе, вождь, если племя примет нового лоа, - переносица Джанталы собралась сердитыми складками. - Лубаю с Долгой Рукой было по одному пути, а значит, и нам - которые послушались пророка. Так и ехали до самой башни Г'харата, и потом... ну... Нет больше башни.

Эйтригг:
- Не возьму в толк, зачем соваться в Высокую Страну, чтобы слинять из города. Сколько у него было людей, что он вез? - Тут случился Эйтриггов черед задавать вопросы, покуда Винара цыкала зубом. У ней тож работало.

Джантала:
- Он вез моджо в ящиках и людей телеги на две, - Джантала отвечала не задумываясь, потому что вранье было бы глупостью. Очень большой глупостью. - С ящиками просто так не выйдешь из города, особенно если в них то, что отобрано у Гарроша. Только его отряд побили у Г'харата. Так получилось.

ДМ:
- Знаешь за его моджо? - едва ль не лениво поинтересовался на такое сам вождь.
Это было сложно понять в приглушенном свете, что ему больше интересно - то, напекло ли стоящей тролльке бок костром или то, достаточна ли та хитрая, глядеть до ящиков.

Джантала:
- Да, - с гордостью сказала охотница. - Это своих орков он запугал, чтобы не лезли, а я полезла. Только ничего интересного не было. Так, золото.
Равнодушие к блестящему металлу было у тролльки неподдельным. Мало владеть им, надо с умом использовать.

ДМ:
А в мире всяк за золото по-своему думал, и потому вождь Вол'джин только осклабился всем лицом и откинулся назад на своём возвышении:
- Что скажете?
Джантала же хребтом чувствовала, как в "большом" зале случился разброд. На точеном лице Винары - дурной взгляд, у незнакомого боевого вождика злоба, у знакомого кислое, будто ягодами лакомился и проглотил по такому делу жука с квадратной спинкой. Про Джанталу так точно забыли.
- Возьми Долгую Руку, вождь, пусть вернет, что взял...
- Может, пора перестать думать, что скажет Тралл, Вол'джин... это хорошо, когда духи благодарные, а вождь стремится к торжеству справедливости.

- Приставь девочку к делу, - боевые-то вождики начали уж за юг, так что Эйтригг оказался совсем не в тему, и много кто на него оглянулся. Надо еще сказать, что это самое дело старого орка не остановило: - У ней головы хватает заключать свои союзы. Не приглядишь за ней, сунется куда не надо.

Джантала:
Про "взять Долгую Руку" Джантале не понравилось, но куда деваться? Смолчать про золото было нельзя. Оно блестело на глазах у мамбо Джизеры и Рыжей; о нем не слышал только глухой, и всякому было ясно, что горячий уголь в кулаке не спрячешь. А заметит вождь, что троллька виляет и мнется - не будет ей никакой веры. Плохо. Никуда такое не годится. И бабкины, и Корфаевы планы кувырком. Темному охотнику надо говорить правду - хоть и жаль, что при совете, где хватает мерзких морд. Взять вот эту Ваниру: наверняка у нее от вождя прижит сын, а то и два. Поэтому косится и говорит назло. Не хочет, чтобы Вол'джин ласково смотрел на кого помоложе.

Большой гад выкрутится, решила для себя охотница. Попробуй отними у него, что взял: легче добыть жабу у питона из пасти. Он должен был понимать, что Колючий Холм прознает о золоте, иначе не отправил бы Джелуму на корабле.
После слов Эйтригга троллька вскинула прищуренные глаза на Вол'джина.
- Хорошо, если у тебя есть дела в Кабестане, мой вождь. Я сделаю.

ДМ:
Тут уже на Джанталу посмотрели многие, усталый орк Эйтригг не то хохотнул, не то хмыкнул в полноты, Ванира глянула ястребом, а сам вождь Вол'джин изрядно выгнул бровь.
Да и позади зашептались.
- Ты нам скажи, с чего, - протянул вождь лукаво и недобро, - оно странно, когда молодой народ, за который друг Эйтригг говорил, просится не под стены.

Джантала:
- Я сказала.
На вождя, упаси лоа, ворчать не полагалось, но Джанталина клыкастая морда стала сердитой и малость обиженной.
- Если ты велишь, я буду убивать оргриммарских орков, сражаясь рядом с хумми. Ты - вождь. Ты говоришь, я делаю. Я знаю, что другого выбора нет. Остальные с Колючего Холма хотят крови своих городских братьев не больше, чем хочу я. Я не бегу, чтобы другие брали на себя то, что мне не нравится. Я прошусь в Кабестан, чтобы закончить то, что уже начала. Сумеречные из Г'харата оставили плохой след. Я хочу пойти по нему. А еще слышала, будто гоблины принимают корабли из восточных земель, и если это так, мои глаза будут твоими глазами.

ДМ:
- Быстро же болтают за новое.
- А послушаешь её, так сама взяла у секты всю кровь... и что нам скажет следующий?
Они перебрасывались словами, эти советники, и те пролетали над кончиками джанталиных ушей.

- Это сильные слова, молодая, - тягучая ленца голос вождя не покинула, - Что ты знаешь за секту и город?

Джантала:
- Знаю, что кого Гаррош запер в Г'харата, сделали много плохих дел, - троллька мрачно выпятила губу, показав клыки по всей длине. - В башню свозили всех, кого заметили за колдунством. Держали в вонючих ямах, будто свиней. Мучили. Морили насмерть. Мамбо Бвонсамди сказала, что мертвые Г'харата теперь безумны. Сумеречных было трое. Одного из троих я убила своей рукой. Четвертая сбежала от Гарроша еще раньше. Кабестан я не знаю, но со мной будет гоблинша, которая знает. Это ее взрыв-палки помогли победить Сумеречных.

Ванира:
- Радостно за гоблиншу, - что-то снисходительное прорезалось в Ванирином голосе, - но которым делом здесь Кабестан, не разумею.

Джантала:
- Туда сбежала четвертая, - поглядела на шаманку Джантала. Сжала пальцы в кулак: ну же, соглашайся отослать подальше, мерзкая морда! Не хочешь ведь, чтобы молодая крутилась возле твоего вождя.

Ванира:
- Ей нет веры, - по всему, Джанталин взгляд не сработал: шаманка глянула на сгрудившегося в тени вождя, да и перетерла сухие ладони друг о друга. - Пришла с Долгой Рукой и говорит, что знает такое, о каком тебе никто слова не говорил. Хвастлива, дурна словом, мысли у ней за то, чтоб войну пересидеть на юге да поспеть на саму раздачу.

Джантала:
Троллька смолчала, раздув ноздри и нетерпеливо поведя плечами, - будто отгоняла злого москита. Словами на такие слова не отвечают, а драться с шаманкой из приближенных вождя нельзя.

ДМ:
А той только и дай зубом поцыкать, за такую-то безнаказанность. Было в зеленых глазах носатой шаманки что-то, что говорило: всё-де, решено с тобой. Дело было за вождем, и Ванира потрудилась встать рядом, небрежно обтирая крашенные хною пальцы.
Еще Джантале подумалось, что вождь по этому самому времени будто вовсе не здесь был. Задумчивость и слушание - это было для атал, а не для вождей.

- Мы здесь уважаем дела, которые вовремя кончаются, - так сказал Вол'джин, не подавшись вперед и потому будучи вне всякого взгляду, покуда Ванира тянула вверх бровь, а Эйтригг подпирал кулаком запавшую щеку, - Верим другу Эйтриггу... надо признать дела молодой Джанталы. Пусть просит, что хочет.

И надо сказать, все в сгустившейся тишине разом почуяли, как повис в воздухе подвох, только для кого - никто бы сказать не взялся.

Джантала:
Обида у Джанталы была крепкая. Такая, что захотелось попросить драки с Ванирой, не думая, что будет потом. Несколько секунд троллька сверлила советницу звериным взглядом. Злилась.
И заговорила с неожиданным для себя спокойствием, поражаясь тому, что не поняла "мерзкую морду" сразу:
- Ты заботишься о племени, большая шаманка, и за это тебе моя благодарность. Но со мной ты ошиблась. Я прогоню Сумеречную или принесу вождю ее голову, а после этого не желаю ни наград, ни раздач. Я хочу одного - чтобы мне дали сражаться. Трофеи возьму сама.

ДМ:
Рассеченные поверх шерсти - от носу - алой полосой губы шаманки от такоего вытянулись в линию, а за такими линиями всегда зрело что-то острое, да только слететь не успело.
Правы были боевые вождики, что молчали, это Вол'джин не договорил:
- Мы здесь еще знаем за то, что Ванира не один год ограждает нас ото лжи и несуразности... пусть молодая Джантала идет до Кабестана и делает, как сказала, а Ванира глядит до ней.

- Это, вождь Вол'джин, звать "куратором", - по-простому вставил со свого угла старый орк, глядя отчего-то до самой Джанталы.

Джантала:
Джанталино скуластое лицо выразило такое удовольствие, будто ей подарили связку золотых бананов на домашний алтарь, а не приставили строгого надзирателя.
- Мне будет приятно показать себя почтенной Ванире. Это большая честь.
Всю злость из тролльки словно выдуло, стоило ей догадаться, что у Ваниры это не личное. Думает не о своих вожденках, а о благе племени - пусть. Хорошее дело.

ДМ:
Что до лица Эйтриггова, то, глянув на него, тогда можно было бы подумать за то, что лучше б молодая на стены спросилась, только этого в тот раз никто не увидел. Тени были изрядные.

- Добро, - у шаманки такой радости, как у Джанталы, не наблюдалась, но спорить она не стала.
- Добро, - повторил (позначительней) и сам вождь, - Ты иди теперь, дочь Хал'зеша. Если станет по-твоему, то когда время будет другое, твоя маска будет на камне большой террасы: вот моё слово. И если нет...
Что-то дурное прошло по Вол'джинову голосу, аки крупная рыба под поверхностью воды:
- Так мне о том Ванира скажет.

Джантала:
Джантала снова опустилась на колено и, ударяя себя кулаком в плечо, выцепила взглядом свое оружие, но постеснялась требовать его назад. Вождь мог владеть всем, чем владели его люди. Даже исторически важной метлой.
Предлагать вождю и вождикам Йумру тоже было как-то не к месту, особенно при Ванире - шаманка, видно, не любила, когда тролли много думали о себе и своем кровном, а охотница аж загорелась ей доказать, что не такая. С тем и пошла к выходу, напыженная, как попугай на ветке.

ДМ:
- Ты нам скажи... твой убор?
Вот того, что вождь в спину, ну как невзначай, заметит - под причитающся долю шорохов, шарканий да Ванирин цык - Джантала не ждала.

Джантала:
И растерялась. Медленно обернулась, не зная, куда девать пустые руки: пальцы так и сжимались, хватая воздух.
- Все, что мое, - твое.
Вот так брякнешь, что думаешь, а потом стой и мучайся, не оскорбится ли вождь, что ему предлагают палку с ножом. Ему, темному охотнику. Ох.

ДМ:
- Где ей... убор, с городу, - пренебрежительно заметила шаманка, и тут до Джанталы дошло, что речь шла не за копье, кончиком которого вождь Вол'джин о доску постукивал, а за полученные от бабки деревянные пластины.
Вождь же на такое дело только и хмыкнул. Хмыкнул, да и послал копейцо в полет над очагом. Метал хорошо: "копейцо" аж зажужжало, ткнувшись в опору массивного дверного порталу, да и покосилось. Не очень оно было, копейцо.
- Дай ей лук и шкуру, Субетчу, - вождь звучал не впечатленно. Верно, копьем. - Они тебе за две ночи не помогли стать в Волоке.

Джантала:
Троллька потянулась к копью, чтобы выдернуть его из деревянной балки (глубоко засело, ого!), а когда снова повернуло лицо, оно уже было непроницаемым, хоть сейчас на маску. Спокойный взгляд не выражал ни радости, ни опасения, что недостойна, ни страха перед Субетчу - для него это было унижение, а для Джанталы еще один недруг в совете. Пусть. Охотница убедилась, что южные земли не сделали Вол'джина мягче. Решения вождя были верными. Все до единого.

ДМ:
Только дядька Эйтригг, верно, и забавлялся глядя на двух серьезных троллей внизу: боевому вождю тоже не полагалось кричать о своём горе, только плечи у него стали каменные, а глаза нехорошие, как пошли до Джанталы шкура эльфьей, помеченный невыжжеными лунными клеймами, дымчатой кошки и лук - большой и пальмовый, со вставками из какого-то тёмно-серого материала и смещенным центром. Джантале в такие не случалось.

- Иди. Ванира тебя найдет.

ID: 15496 | Автор: В основном безвредная Хозанко
Изменено: 21 марта 2014 — 18:43

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
18 марта 2014 — 1:43 В основном безвредная Хозанко

И на этом заканчивается письменная история Высокой Страны, народ.
Мы отлично убили кучу времени, устроили большой бум и донесли всё это дело до вас.
Будут ли лениться оставленные во славе и позоре персонажи? Не-а.

И еще: мы благодарим Нериллин, которая резковнизапно сделала лист сюжета, подстегнув нас выложить сюда всё это дело.
И мы благодарим Дею, которая играла как полоумная в любое время дня и ночи, вытаскивая всё, что угодно, из чего угодно.. Юмю, офигительно стойкую женщину, выносившую все муки нежизни. Рыжую, как обычно спасшую кучу народу. Талару, которая обрушила на Калимдор Самемху. Если на вас пикирует с небес качок в золотых тряпках и истребляет вашу несуразность... ну... вы знаете, кого благодарить.

P.S. И мы благодарим Нокомис, которая по неизвестным причинам нахваливала наш, набитый имхолорством, пропагандой известных веществ и бездуховными мотивами, сюжет до победного конца. Что бы не побудило её к этому, мы это ценим.

18 марта 2014 — 1:47 Пират-ассассин Эонарис
ну... вы знаете, кого благодарить.

uh oh, абонент вне зоны действия сети, попробуйте навешать благодарностей позднее!

18 марта 2014 — 2:06 В основном безвредная Хозанко

Ну, пока её нет, мы еще Бабзу и Игниуса благодарим. Они оба проявили разного роду несгибаемость, хоть и пали жертвами потолочной белки.

18 марта 2014 — 11:52 Леани

*чото вспомнила эпизод с тауренской несгибаемостью и ржот*
Но да, мужики держались стойко в этой кодле бешеных женщин. За что им от нас обнимашечки и любоф.
Хо, а еще тебе благодарности от нас за всё. За бесконечное терпение и нечеловеческую рассудительность в частности.

18 марта 2014 — 13:25 Yumet

Да, обнимашки и лубоф. От всех. И не важно, насколько активно они вырываются :3

18 марта 2014 — 13:28 Леани

...вот да, прикрученый к стене шуруповёртом особо не повырывается.
*задумчиво-созерцательное лицо*

18 марта 2014 — 15:43 Dea

Цепи вроде тех, что в Г'харата, тоже ничего. Полезные.

18 марта 2014 — 7:10 Lion

Спасибо всей команде за шикарное чтиво, было здорово пройти по вашим стопам и глянуть как дело сложилось.

18 марта 2014 — 8:58 Toorkin Tyr

ну все, осталось дело за малым: хапнуть прекрасной калимдорской земли да побольше.