Дас Ар Беллах Дас Ар Беллах: Толун Молки

Гильдия Северный Калимдор
Мелха Сеил
Молки
Эрофем

Так выяснилось, что недавнее жилище Акиды-рекламатора стало домом с молчаливого согласия местных, а молчать эти крокулы умели и любили. Их внимательные глаза смотрели из-за дальних изгородей и с крыш полуразвалившихся построек. Улица перед доминой опустела — ближние хаты не дымили. Если и долетал какой звук, то издалека. Если и выглядывали Мелха с Амридааром наружу, не подходил никто что за монетку, что за кристалл, а случись высунуться Молки - исчезали все, как не было.
Видно, не были её слова сочиненной наскоро тарабарщиной — видно значили что-то, но дурное, и все волей не волей понимали: помощи не жди, из еды пайки (хоть и с запасом), а хижина их в осаде, молчаливой и выжидательной.

Колдуна Ренварру уложили на оставленную Акидой кучу лежалого тряпья, только в себя тот пока не приходил. Досталось изрядно.

Амридаар:
- Мелха, тебя же учили Светом лечить? - Сидящий у дальней стены на полу Амридаар кивнул на давешнего стрелка. На сговорчивость того дреней не надеялся, но было бы достаточно для начала хоть узнать, где он обитал. Наверняка там оставалось съестное, если не растащили.

Мелха:
- А Сломленному Свет не враг? - усомнилась храмовница, приседая на одно колено подле Ренварры. Ее пальцы с заскорузлой под ногтями грязью легли на сморщенный колдунский лоб.

Амридаар:
- Они все еще дренеи. - Со странной интонацией протянул Амри в ответ.

Мелха:
- Не обманывай себя. - последовало мелхино напутствие. Воздаятельница воззрилась на Молки: та, продемонстрировавшая свое знание крокульских обычаев, разом возрасла в глазах Сеил.

Молки:
Она только слушала, присев в своём - дальнем - углу. С тех пор, как зенкарка быстро, пятясь вошла под крышу и задернула занавеску, плечи её поникли и на что полезности хватило, так это засветить фиолетовым светом один из висевших на поясе кристаллов - теперь тот освещал комнатушку, лежа на замызганном блюдце посреди стола.
Отодвигаться подальше Молки умела.
- Что?

Мелха:
- Он не умрет, если я обращу милость Света на него?

Амридаар:
Амридаар укоризненно покачал головой.

Молки:
- Не умрет. - Мотнула головой дренейка. Голос её звучал приглушенно, а худые руки змеями обвились вокруг приподнятых колен. - Только он нам здоровый не нужен.

Амридаар:
- Он нужен нам могущий говорить связно. - Отмахнулся Амри.

Мелха:
Мелха кивнула. Ладонь ее выпустила совсем маленький сгусток Света, который осенил колдуна своим покровом.

Ренварра:
И не сказать, чтобы тот ожил - зато застонал на свой всхрапывающий лад, как террокарская зобатая ящерица.

Молки:
- Они тут в колдовство верят по-своему, только Толун это не колдун и не заклинание, а... - Молки прервалась, молча глядя на мучения сломленного. - ... такая удача, которая предшествует вещам, и во всём проявиться может. Большой толун это и богатсво, и урожай, и враг твой, который о кочку на болоте споткнулся.

Мелха:
Храмовница быстро отняла руки от лба Ренварры. Воззрилась на рогатую так, словно в первый раз увидела ее:
- Я никогда такого слова не слышала. Откуда оно? Сами придумали, безумные?

Молки:
- Меня спрашиваешь? - Приподняла бровь ложная послушница, прежде чем торопливо продолжить себе под нос. - А если кто колдун, то не тот, кто может тебе... забор колдовством повалить, а тот в ком большой толун... о нём всякие истории рассказывают, и каждый о том, что с его врагами случается слышал. Толун это искусство прослыть, не будучи и дела делать, не делая... а еще он никуда не пропадает и каждому боязно, что кто-то себе толун Ренварры получит. Каждый хочет первым поспеть, а того больше все надеются, что любой толун из этих мест уйдет и все на равных окажутся.

Амридаар:
- Чем дальше от Шаттрата, тем больше они походят на животных.

Мелха:
- Глупые. Мы же тут. - пожала плечами светоносная Мелха.

Молки:
- Нельзя Ренварру лечить. - Упрямо, по слову твердила своё храмовая. - Сделай что-нибудь! Допроси, как умеешь..

Амридаар:
- Он должен суметь говорить. - Повторил Амри, зыркнув затем на Молки. - Суеверия оставь дикарям.

Молки:
- Дикари тебя и убьют. Если не убедим, что этого вот... удачу себе забрали да прочь уносим.

Мелха:
- И навлекут на себя всеобщий гнев... Глупые, негодные дикари. Толуны не спасут - ни большие, ни мелкие; я-то умру, но во имя. Во имя, - запнулась Мелха.

Не придумала, во имя чего.
Совсем другое у Мелхи разумение было.

Мелха:
- Ты хоть и знаешь их слова, хоть знаешь их дикарский нрав... Но посмотри-ка, Молки, как легко варваров, проклятых и безумных Свет разделяет на смертников и тех, кто еще способен обрести разум.

Она двумя сложенными пальцами нарисовала в воздухе пламенный знак, зависший перед глазами Ренварры; он поплыл к его бровям и остановился прямо перед ними, кусая кожу огненными языками.
- Нам нужно понять, Ренварра, некоторые вещи.

Ренварра:
Плох был Ренварра, а такие ухищрения ему и вовсе на пользу не пошли. Шершавое, избороженное морщинами, лицо крокула перекосило примечательной гримасой, словно тот разом, со всей силы пытался прийти в сознание и едва понимал, что вокруг происходит. Больно было Ренварре и тот только хватал воздух ртом, хлопал раскрывшимися глазами да пытался опереться на единственную целую руку... без особого успеха.

Мелха:
- Ренварра, нам нужно знать все об этом месте и дорогах. Нам нужно знать, что за чушь с хиджрой упоминал Акида.

Амридаар:
- И нам нужно знать, где ты живешь. - Добавил Амридаар, не придавший никакого значения молкиным предостережениям. Кучки облезлых крокулов он боялся меньше всего.

Молки:
- А я сюда не умирать "во имя" пришла. - Шипяще выдохнула оставшаяся далеко за мелхиным плечом, рыжая зенкарка. - До Хиджры мертвые не доходят.

Ренварра:
- От... пусти, пусти! - Залязгали челюсти в кои-то веки сумевшего сфокусировать взгляд сломленного, заглушив громкий молкин шепот. Ренварра как мог подался назад, еще сильнее вжимаясь в разномастные тряпки и окончательно сминая захрустевшие остатки своей накидки. - Поздно спохватились! Акида, Акида ломкий был человек, не ловкий, сердцем пустой... а теперь теперь теперь...
Тут сломленного хватило, чтобы отодвинуться назад да залиться стоном, прижав вывернутую руку.
- Пусти...

Мелха:
- Я тебя не держу. Я тебя вообще не касаюсь, - возразила крокулу Мелха; светлый знак все не потухал - он двигался вместе с колдуном, будто норовил прижать его к стене.

Мелха:
- Нам просто нужно знать ответы на наши вопросы. Это совсем нетрудно, да, Ренварра? - она взмахнула ладонью, словно хотела дать сломленному пощечину; но вместо этого взметнулся знак, огрев его морду шипящим пламенем.
- Не труднее, чем терпеть на шкуре Свет, Сломленный. Говори же!

Амридаар:
- Это будет твоим искуплением, выродок. - Ровно добавил Амри, на крокула даже не глянув.

Ренварра:
А обилие Света на шкуре всегда людей убеждало хоть так, хоть этак, потому что Ренварра только сильнее задергался, и кто знал, сказали бы, что пахло от него поспешностью и испугом.

Молки:
Молки знала, но она сидела в углу и ничего не сказала. Губы послушницы после мелхиной-то проповеди оставались сжаты и не по доброму.

Ренварра:
- Убери, убери! Я тебе про Акиду расскажу, женщина!

Мелха:
- А потом ты что сделаешь? Про что ты расскажешь нам потом? - Мелха прочертила пальцем туда-сюда; знак поколебался, съезжая то в одну сторону, то другую.

Ренварра:
- Что Ренварра знает! - Тут крокул понял, что гримасничать и говорить одновременно — дело сложно: даже речь оборвал, кося глазами по углам комнаты и дергая уголками безгубого рта. Слюна у Ренварры была густая. Рыжеватая.

Амридаар:
- Да хватит уже. - Неизвестно ,к кому Амри обращался, но голову к крокулу таки повернул, проведя пальцами по придаткам, что по бороде.

Мелха:
- И если ты не скажешь нам все, что ты знаешь, я выволоку наружу нити твоих лет, и вырву оттуда все: и толун, и Акиду-безумца, и нас вместе взятых.

Задержав клеймо недалеко от уха Ренварры, Мелха добавила:
- И пущу твой толун по народу. Понял? Говори.

Ренварра:
- Акида-ааа...
Тут колдун призамялся, шевеля тяжелой челюстью, как жуя и кося глазом в сторону яркого глифа. Голос его стал скрипуч.
- Человек был глупый... болтливый был Акида. Я сразу узнал, что он в старые обители собирается... священные места, а? Понимаешь, понимаешь? Эти... маленький толун, сердца порожние порожние, его за такое раскрыть хотели, а Ренварра знал, что за ним другие будут. Ренварра говорит тогда, что которое потом, то знает-видит! Еще осквернители. Пусть этому дадут их того... дождаться, всех раскрывать будем. Большо-ой толун... так так...

Ренварра:
- Ему тогда крышу давал. Ему травы давал, чтобы сидел. Сидел и ждал!

Амридаар:
- "Осквернители". - Амри будто смаковал это слово. - Значит, по-твоему местные лучше храмовых из Шаттрата знают?

Мелха:
- Из-за этой травы буйный стал. Так и запишем, - храмовница смотрела ему прямо в мутные глазенки; хмурилась, не ерзая: ждала. - Они в этой грязи бултыхаются, конечно, лучше знают, какой микроб к ним под кожу залезет. Только вот одно непонятно: кто — Осквернители?

Амридаар:
- Мы. И я не про микробы. Ренварра говорит, что местные лучше знают про наследие наше, да? - Амри слегка улыбнулся. - Знают, как надо и как нет. А мы неразумны.

Молки:
- Скажи еще, веру в великий Свет блюдут свято. - Молки цокнула языком из своего угла, не иначе на амридааровы слова, отчего Ренварра тоже кое-чего вспомнил.

Ренварра:
Задергался тоесть и головой замотал:
- Женщина, Ренварра тебе даст чего ты хочешь... Ренварра тебя к святыням сам проводит. Акида не дельный был человек, Акида болтал много... прогони ведьму, женщина!
Тут у сломленного скулы заходили ходуном. - Она как Ренварра, я-то вижу. Вижу. Мой толун хочет себе забрать, а вам так негоже! Без Ренварры вы ничего... ничего-ничего!

Мелха:
- Молки, что ли, ведьма? - храмовная оглянулась на подельницу, прицокнула синим языком. - И как же ты чуешь это, а? Рыбак рыбака, небось; только вот такое объяснение я не приму.

Амридаар:
- А может нам лучше прогнать тебя? Выпихнуть туда к остальным выродкам. - Амридаар рассеянно окинул комнату взглядом. - Святыни и сами найдем.

Мелха:
- У него есть чутье, у нас - нет, - осадила его Мелха.

Амридаар:
А тот в ответ только фыркнул.

Молки:
- А колдун это то, что о нем думают. - Заметила названная ведьма из своего угла. - Помнишь, говорила тебе, что"не всё ли равно, правда или нет, коли что нужно сделает?" Кто об этом лучше Ренварры знает?

Ренварра:
- Прогони ведьму, ж-женщина! - Тут же вклинился и сломленный. - Пусть они, они снаружи, меня снова живым увидят. Снова большой толун будет, провести вас смогу! Если живой буду... большой толун! Никто вас не тронет!

Мелха:
- Да кто ты нам, чтобы скверной своей, толуном своим в лица нам пихать?! - взъелась Мелха; глиф вспыхнул ярче, вторя распаленному ее сознанию. - Кто ты, колдун, чтобы указывать нам?

И, поуспокоившись, пригладив восставшие щупальца:
- Ничего тебе она не сделает.

Амридаар:
- Придется тебе смириться.

Ренварра:
Ренварра в который раз всхрапнул, попытался вжаться в пол поглубже и немедленно повторил недавнюю ошибку с рукой. Что бы не хотел сказать сломленный, вылилось всё в в очередное завывание.

Молки:
- Ренварра-то всё понимает. - Молки подалась вперед, положив подбородок на приподнятые колени и перебирая подвернувшуюся ткань пальцами. Они ж, спутники-подельники её, совсем из другого мира, как им разъяснить? Говорила быстро: - Вы нет. Он из селения выйти сможет только если его толун снова при нем будет, если поверят что и нас на свою сторону поставил! Уел. А мы, только если им докажем, что до злой смерти довели, а толун его украли и прочь уносим. Так, Ренварра?

Ренварра:
Сломленный и сам тотчас окрысился:
- Видишь-видишь, женщина?

Амридаар:
- О.. Нет. - Амри говорил ровно, но нотки презрения мелькали. - Мы можем уйти, только есть... встанем и пойдем. Выродка твоего можно вырубить и понести на себе, пока не отойдем далеко. Вот и все. Оставь эту крокульскую чушь при себе.

Мелха:
- Нет твоего толуна, есть только Свет, и Свет неделим, и даже в таких... как ты, колдун, есть его частица. Кончай уже заговаривать нам зубы! - приказала Мелха, выслушав сначала Амридаара.

Молки:
Послушница только щелкнула зубами:
- Иди, пробейся через потревоженное племя с уродом этим недобитым... миротворец.

Амридаар:
- Если придется. - Кивнул Амридаар и развернулся к крокулу. - Карта и припасы. Ты скажешь, где их достать, и все закончится хорошо для тебя.

Молки:
С Молки, чудно верующей да храмовой очень, хватило. Зенкарка одним движением оказалась на ногах, шлепнув по стене позади промокшей косой.
- Ты вообще что-нибудь понять можешь, семя копытнево? - Черты дренейки утратили былое спокойствие, а голос сбивался. - Кому какое дело до того, что их толун - страшилка, когда тут... как в ряду торговом! Они там снаружи чуда ждут, мы его им дать можем, а этот своё... в-всучить хочет! Кто больше.

Молки раздраженно вдохнула.
- Спрашивай его, Мелха. Спрашивай! Пусть расскажет всё и сдохнет, как вся деревня его по ночам мечтала.

Мелха:
- Cпрашиваю, - согласилась тогда воздаятельница, а глиф отскользил чуть ближе к колдунской плоти. - Спрашиваю, сквернословный: где лежит дорога к святыне? Ну? Чего ждешь?!

Ренварра:
- Ренварра знает... знает!
Забившийся было в самый угол - подальше от вскочившей ведьмы и болезненно кривящийся сломленный, затараторил с готовностью. Даже с радостью. Даже... с коварством?
- Акида рассказал, всё рассказал! Ренварра всё помнит! А карты нету... нигде нет!

Молки:
- Ложь! - Зенкарка едва не выкрикнула, отрывисто и зло.

Амридаар:
А Амридаар только отвернулся и откинулся назад, подперев плечами стену. Про себя усмехнулся и попытался подобрать подходящий Молки эпитет.
- Карта этих болот, выродок. - Уточнил ему Амри.

Мелха:
- Нарисуешь мне. - приказала Мелха; из поясного мешка рывком выдрала сложенный вчетверо пергаментный листок и уголь в бумажной обертке - чтобы пальцы не пачкались. - Нет карты? Хорошо-хорошо. Сам нам ее сделаешь.

Ренварра:
- Н-ннн-нэээ...
Колдун (или толун, в иные времена не маленький) отрицательно замотал головой, брызгая слюной.
- Прогони, прогони ведьму... или дурной дурной смертью умрем! Всех раскроют! От шеи раскроют!

Мелха:
- Нет.
Указавши двумя пальцами в лоб сломленному, Мелха направила знак в ту же сторону. Глиф впился в сухие складки колдунских морщин.

Было больно.

Мелха:
- Я устала о твоего лепета, сломленный. Или ты даешь нам карту, или ты умрешь. Ведьма останется здесь.

Молки:
Молки же только и оставалось, что смотреть на плоды трудов своих, и названная ведьма смотрела, против воли отведя сильнее обычного побледневшее, напряженное лицо от Амридаара-миротворца и нервно сключив пальцы опущенных рук.
Большой толун всегда рождается с болью - это зенкарка знала. Привыкнуть не выходило.

Ренварра:
Ренварра орал. Бился. Что ему еще оставалось... беспорядочно месил здоровой рукой в воздухе, не то пытаясь найти предложенный пергамент, не то ударить кого. Пахло паленым.

Амридаар:
Амридаару это, видать, надоело быстрее. Потому как левое копыто его резко уперлось в бок крокула. Дреней хотел было еще что сделать, но вместо того с прищуром посмотрел на Молки.
- Оставь нас.

Молки:
- Всё уже сделано. - Зенкарка сглотнула, но с места так и не сдвинулась. - Будто они снаружи не слышали.
Запнулась было.
- П-продолжай. Продолжай, Мелха.

Амридаар:
- Потрясающе. - Дреней продолжал смотреть на Молки. - Мне выволочь тебя самому?

Молки:
Она только плотнее сжала губы с тем, чтобы отвернуться от дренея навстречу жертве света, толуна... обстоятельств.
Моргнувшие раз глаза дренейки в историю не вошли, а что до Ренварры, он продолжал вопить, пока не запнулся, захватав ртом воздух, не опал на тряпки рядом с мелхой.

Мелха:
Мелха продолжала выжигать дыры в коже сломленного. Вот уже мозоли запузырились белой жидкостью; запахло кровью и плотью. Храмовнице было все равно.

Мазнув пальцем влево, она передвинула клеймо в сторону. Оно не погасло.

Амридаар:
Амридаар скосил на нее взгляд и чуть поморщился. Дурно все это пахло... не только паленым.

Ренварра:
- Дай... д-дай... - Порыжевшие от текущей слюны губы сломленного бормотали что-то, едва тянущее на просьбу.

Мелха:
- Чего он выпрашивает? - спросила Мелха. У Молки, конечно.

Молки:
- Бесов уголек. - Отозвалась та. Глухо, на одной ноте.

Амридаар:
- Выглядшь не лучше него. - Бросил Амри Мелхе, поднимаясь с пола и двигая к выходу, не забыв и Молки взглядом одарить презрительным что жуть. В конце концов он скрылся в дверном проеме, встав слева от него на улице. Прислонился спиной к стене, скрестил руки на груди и пустоватым взглядом начал осматриваться. Так или иначе, отбиваться от толпы сломленных Амридаар был готов.

Мелха:
Мелхина нетерпимость или Амридааров комментарий - неизвестно, что именно заставило глиф вспыхнуть новым пламенем.

Настолько сильным, что оно объяло все лицо колдуна и достало почти до сводов, обдав дренеек волной жара.

Молки:
Когда Ренварра заверещал с новой силой - насколько хватало воздуха, из последних крупиц сознания, зенкарка еще стояла, так не обернувшись вслед миротворцу - то и дело обтирая друг о друга покрывшиеся влагой, мелко подрагивающие пальцы. Когда лжеколдун забился, закатался по полу и в очередной раз спутал руку, оглянулась едва не с беспомощностью. Когда звуки потеряли последнее подобие членораздельности, Молки уже падала на колени, меча руками в поисках горемычных уголька и пергамента. Наверно сломленный был бы рад нарисовать что-то дельное, но что выходило у него теперь?
Ничего тогда не осталось у Молки — только спешка да стук крови в висках.

* * *

Когда новая ведьма выбрела под дождь, раздвинув прозвеневшие нити из раковин оби, и сошла с крыльца, не оглянувшись на пришлого, что там маячил, все сочли что толун Ренварры всё же был не из малых, потому как лица на ней не было. Те же, кто видел тело, говорили в последствии, что толун изошел из него жидким огнем, не пожалев ни плоти, ни кости.
Говорили также, что колдуны с юга всё равно были дураки, ибо должной радости на их лицах не наблюдалось и песен подобающих они не завели. Люди племени пытались спеть за них, но погоды в тот день это не сделало.

ID: 14605 | Автор: В основном безвредная Хозанко
Изменено: 8 ноября 2013 — 21:11

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
8 ноября 2013 — 7:07 Пират-ассассин Эонарис
- А я сюда не умирать "во имя" пришла. - Шипяще выдохнула оставшаяся далеко за мелхиным плечом, рыжая зенкарка. - До Хиджры мертвые не доходят.

..- А вас, Штирлиц, я попрошу остаться. Провести воспитательную беседу.

8 ноября 2013 — 9:08 Too fabulous for this shit Nerillin

О-о-о. Вы ж мои осомности. MOAR.

8 ноября 2013 — 13:41 Леани

Злая Мелха, злая. :(

8 ноября 2013 — 13:45 В основном безвредная Хозанко

Счас придет Амрик и скажет про безнадежных женщин.

8 ноября 2013 — 14:04 Explosions of life! BabzaBloom

И будет совершенно прав.

8 ноября 2013 — 14:36 Леани

Предсказуемый кокой.

8 ноября 2013 — 15:01 Пират-ассассин Эонарис

Не мы такие, жизнь такая.

8 ноября 2013 — 14:55 Pentala

Я вас кусать буду.

Акида:
Не очень крупный на вид и, как казалось находившийся в самом разгаре мучительной потери веса, дреней почти вальяжно раскинулся на своей лежанке.

- Человек был глупый... болтливый был Акида.

Акида не дельный был человек,

Ну придумываете кучу новых слов для всяких экзотических обычаев, а придумать слово для обозначения "не дельного, болтливого дренея" забываете!

8 ноября 2013 — 14:58 В основном безвредная Хозанко

Пентала-Пентала, ты с нами и в прошлологах за людей кусалась, а мы тебя любим и мнение твое уважаем оченно. Но людей всё равно пишем. Воот.

8 ноября 2013 — 15:00 Пират-ассассин Эонарис

Ну чиво, тред про дренеев и людей #2 пошел?

8 ноября 2013 — 15:11 Toorkin Tyr

*жмет копыто*
мои эльфы тоже люди.

8 ноября 2013 — 15:15 Подколодная змея Dar'Sin

У троллей тоже.

8 ноября 2013 — 16:01 Юная авторесса Бриана

Да и мои эльфы тоже люди.

8 ноября 2013 — 20:19 Pentala

Ну вот вы нелюди(

8 ноября 2013 — 22:59 Экзарх Фиасаар

Я один, видимо, стараюсь обходить подобные реплики...

8 ноября 2013 — 23:44 Pentala

Нет, на напридумывать столько сеттинга, и не придумать какого-нибудь"каиффа" или "млеччиха" для замены "человеку" это вообще что-то)))

9 ноября 2013 — 0:15 Toorkin Tyr

персональное тебе задание придумать мне замену для моих калимдорских истурий :3

9 ноября 2013 — 0:19 Pentala

Тролль для тролля, калдорей для обычного эльфа, Квельдорей или Высокорожденный для Высокорожденного.
Сатиры - это сатиры, розовокожие круглоухие - это это вообще какие-то левые монстры.
Что тут-то затруднительного?

9 ноября 2013 — 0:31 Toorkin Tyr

но у меня нет ни сатиров, ни круглоухих, ни даже высокорожденных..
а называть тролля троллем, эльфа - эльфом просто скучно!

8 ноября 2013 — 21:59 Fitty

people

8 ноября 2013 — 16:06 В основном безвредная Хозанко
жмет копыто

Ну что ты за хитрец..