Погружение Перламутровый первенец (14)

Тайлиф Азария
Шиоми

Азария села на холодную кушетку, убранную покрывалом из толстых жилистых нитей, и облокотилась на крупную чашу, что стояла посреди их грота, излучая со дна голубой свет.
Джаррет осмотрел комнату и выглянул в коридор, за её пределы. Убедившись, что ни одной подлой змеи в зоне прямой видимости нет, он развалился в огромном кресле и выдохнул:
- Что же, Тайлиф, начало оказалось не таким плохим, каким могло бы быть. Что у нас теперь по плану? И можем ли мы свободно перемещаться здесь, как думаешь?
Азария устраивалась на жестком водорослевом одеяле.
- Если они каким-то образом свяжут твою судьбу с судьбой человека из пророчества, которому обещано стать гибелью дома, ты отсюда выплывешь разве что вздувшимся трупом. Как бы то ни было, дольше двадцати приливов провести здесь не удастся: ложь обнаружится, и нас казнят.
Здесь нечего есть и некуда справлять нужды. Наверное, нам можно покидать грот.
- У них, кроме нас, есть заботы. Над вестибюлем кто-то неосторожно отворил двери опасной магии. Во дворце Сумеречный Молот, и неясно, с какими намерениями он явился к Перламутровой.
- Ну что же, я думаю, мы закончим здесь со своими делами за несколько дней. И надеюсь, что они всё-таки не признают во мне человека, о котором говорит их пророчество, - Джаррет зевнул, - Про еду ты точно подметила - я бы сейчас поел. Пожалуй, пойду, осмотрю, как здесь всё, но перед этим... Понимаю, ты здесь по каким-то своим темным делам, но меня в планы посвятить не хочешь? Нам было бы проще работать, если бы я знал то, что знаешь ты.
- Череп, который я отдала, является черепом Эзрит Азарии, моей праматери, которая привела к процветанию город ювелиров. Его, как помнишь, взорвали квалдиры. У тебя есть близкие люди? Семья? Мне можешь отвечать правду, я не собираюсь забирать их, как перламутровые сестры.
Мои дела вовсе не темны. Я ищу мать. Все нити привели меня сюда. Меня вполне устроит вид ее костей, как череп Эзрит. Тогда я буду спокойна навеки.
- Так я и знал, что несметными сокровищами тут не пахнет, - кисло произнес Валентайн и посмотрел на свои руки. Они вдруг внезапно сильно заинтересовали его, - Разве что всё-таки ограбить этих наг, но я боюсь, что это плохая затея - как только какую-то пропажу заметят, мирному пребыванию здесь будет положен конец. Найдем твою мамашу и свалим отсюда. Только не забудь о своём обещании подбросить до дома... - Джаррет перевел взгляд на калдорейку.
- Кстати, я тут рыжую потерял во время квалдирского налета. Как думаешь, от неё что-нибудь осталось?
- Я думаю, она мертва.

Тьма не кралась позади Шиоми, а вынеслась далеко вперед по неосторожной воле неумелой чародейки.
Лина машинально продолжала удерживать рыжую крепкой рукой. А глаза провожали убийственную черноту, стремительно рванувшую вперед, неся смерть всему живому.
- Шиоми, - чуть побледнела Лина. - Теперь нам точно туда нельзя.
- Если только не хотим закончить все это быстрее, - согласилась та. Густая темнота созданная манускриптом, казалось, поглощала даже свет. Шиоми постаралась вернуть все в исходное положение. Это не сотрет магические отметины с пола, поняла она, и не призовет назад извивающихся чёрных змей, вбирающих в себя жизненные силы, но в следующий раз она уже будет знать что делать - просто повторит заново перемещение рычажков.
- Сейчас мы вернемся к бассейну, где появились после ритуала. Оттуда направимся в запрещенный Ниретис проход. Если она сумела оказаться здесь, то и мы сможем выбраться из этих пещер наружу.
Шиоми говорила уверенно, следя за голосом, что так и норовил сорваться в испуганный шепот. На самом деле ничего такого это не значило, залитый смертельной пропастью зал мог быть и единственным выходом. Ей просто не хотелось произносить это вслух.
Неумолимые разводы черноты не выбирали пути: их гнала слепая сила пластины, направляемая не менее слепо Шиоми. Тонкая нить обожгла, пробившись через сапог, ногу Лины, и стала наполняться ощущением тяжести.
Манипуляции Шиоми, казалось, ни к чему не привели: жидкий мрак все еще кипел возле ног, а утекшая вперед смола продолжала гасить свет в далеких залах.
Лина чуть скривилась, почувствовав укол черного жала. Затем опустив глаза вниз, стала быстро переступать, стараясь не попадать в змеящиеся узкие ленты.
- Подол приподними, - выкрикнула девушка рыжей. - Затем стала быстро осматриваться, пытаясь отыскать хоть какой-то путь-брод в черных потеках.
- Идем быстрее, - придерживая изодранную юбку по совету Лины, хмуро произнесла женщина, - скоро здесь невозможно будет пройти.
Она тоже искала дорогу. Красный зал напоминал место бойни, но не запутаться насмерть здесь было легче - места, куда можно было ступать, виднелись отчетливее. Шиоми вела их по коридорам, надеясь, что запомнила всё правильно. Где-то за ее спиной тени разрастались, закрывая путь к отступлению.
Когда Лина и Шиоми добрались до тоннеля, из которого их вывел самодовольный Андарот, там было сухо. Лине сделалось дурно от мутивших голову прикосновений нечисти, зацепившей ногу. Ее парализовало. Лицо вытянулось, словно она видела что-то неожиданное, а рука неконтролируемо приложилась к стене. Она старательно дышала - глубоко и ровно, пытаясь придти в себя и осмыслить все. Хотя было трудно, воздух казался пропитан тяжелой влагой. Лина не понимала - где беспамятство, а где явь или это опять сон? Но ее глаза во что-то всматривались, видимое только ей, губы чуть шевелились, разговаривая с призрачными собеседниками. Только одно она сумела произнести вслух, едва слышно. Вопрос.
- Что?
- Что? - Ответила тем же Шиоми, оборачиваясь. Она удивленно вскинула брови, заметив, что светловолосая оперлась на стену и, похоже, немного не в себе. - Ты в порядке?
Заледеневший палец Лины лихорадочно водил по шершавой стене: она смотрела перед собой невидящими глазами, а рука двигалась так, словно ее дергали за нить кукловода. Ноготь сошел, обломившись, и там, где прикоснулся перст, оставались шипящие черные отметины, кипевшие на камнях. Лина раскрыла глаза, теряя связь с собеседниками. Перед ней отпечатались слоги:

ПЕРЛАМУТРОВЫЙ ПЕРВЕНЕЦ ВО ДВОРЦЕ.

Лина провела ладонью по лицу как после тягучего сна, будто снимая пелену наваждения. Снова поморщилась, опустив глаза вниз на раненую ногу, которую темным огнем жгло до сих пор, хотя и не видно его уже было. А потом вспомнила, все что видела, вскинула взгляд на стену и выдохнула. Надпись - то ли приказ, то ли напоминание была тут, на стене и еще обжигалась холодом на кончиках пальцев.
- Шиоми. Нам нужно сделать то, что просили. Флорио просил.
- Кто просил? - Не поняла Шиоми. Она мотнула головой, разметав огонь по плечам. Голова гудела, словно там бушевала буря, рой диких пчел, жалящих страхом. Что происходит? Кусочки мозаики перемешались, складываясь в яркий хаос, и за ним Шиоми не могла разобрать общую картину. Женщина подошла к стене, к угольной надписи, застывшей на камне. Прочитав, она закрыла глаза на несколько мгновений - холодно и неприятно кольнуло в груди. - Неужели это никогда не закончится? - Шиоми яростно размазала надпись, но та, осыпавшись черной крошкой, осталась вросшей в камень. А на ладони появилась отметина, и рыжая готова была поклясться, что уже видела ее прежде.
- Что от нас требуется, Лина? - Сжав кулаки, Шиоми поняла и смирилась. Она сделает то, что требует от нее морская пучина.
Ей слышалось, как шторм зашипел и отступил, добившись своего.

ID: 12591 | Автор: Flo
Изменено: 21 февраля 2013 — 10:05