Погружение Несвободное море (5)

Тайлиф Азария
Шиоми

* * *

turley_explorer_0.jpg

* * *

...Азария и Шийе переглянулись: далекий женский воплль проник в тернистый холм и коснулся слуха. Здесь все еще было темно, лишь в просвете над головами, проливая свет на жемчужину, блекло светилось утро.
Старик подал канаты, привязанные к мангровому корню, и бросил их концом в колодец. Черноволосая проводница стала спускаться первой, исчезнув в темнеющем овале. Коснувшись земли, она позвала остальных. Колодец, казавшийся ночью бездонным, был не глубже десяти метров и имел выход в подземный тоннель. Шийе спускался вторым и скрылся в подземелье, не дожидаясь людей.
Растерев ладони, Шиоми начала спускаться за ними следом. Веселый мотивчик застрял в голове, и в тон ему женщина иногда что-то мурлыкала себе под нос. Домой, наконец-то она попадет домой! Узкие грязные улочки столицы казались сейчас невыразимо притягательными, а ближайшая таверна, где Большой Боб всегда наливал ей неразбавленный ром - самым уютным местом во всем Азероте. Предстоящий спуск к бездонным глубина был всего лишь досадной помехой и временной задержкой. Определенно, она теперь станет настоящим домоседом! Ну на пару недель уж точно.
Шиоми оказалась лицом к лицу с Азарией, спустившись вниз, и тут-то наконец ее и смутили кое-какие несовпадения во внешности:
- Погоди! Так ты же эльфийка!
Джаррет бросил вниз свой мешок с вещами и, обхватив канат, быстро спустился вниз следом за Шиоми; наконец, встав на ноги, он подхватил свои вещи и проверил, не выпало ли чего. Сложившая ситуация не доставляла ему большого удовольствия, но выбора, похоже, не было. Нужно идти вместе со всеми.
- Верно подмечено, - согласилась Азария, нависая тенью над собеседницей в силу своего роста. - И мое происхождение может послужить вам во благо.
Подземный лаз был чернее сажи, но ночным эльфам мрак не казался непроницаемым, и Азария быстро отдалялась. Ее светло-серый силуэт растворялся в черноте. Вскоре затеплился огонек, покоящийся на поднятой ладони кальдорейки, и люди смогли беспрепятственно идти за светом. Отовсюду прорастали корни мангров, а тоннель незаметно уходил вниз, к морю, близость которого заметна по влаге на сводах. Впереди забрезжил свет, проникавший сквозь завесу лиан и листвы; огонек слетел с руки Азарии и исчез.
Бухту, к которой привел лаз, заметить с моря было непросто: мангры, обрезаемые чьими-то руками, принялись расти вширь, накрывая берег ветвистым куполом, под защитой которого причалил обещанный корабль.
Он выглядел слюдяным пузырем, окованным ребрами из бурого металла. Шийе открывал шлюз, чтобы впустить сухопутных в утробу корабля. Затем он нырнул с причала в зеленую воду, исчезнув из виду.
Стараясь не зацепиться за выпирающие крепкими ловушками корни, пытавшиеся в мокрой темноте тоннеля сцапать гостей с поверхности и заставить тех прорыть землю носом, осторожно пробирались за ведущим впотьмах огоньком люди.
- А вы уверены, что эта штука поплывет? И воздуха на всех хватит? Нет-нет, вы не подумайте, что я сомневаюсь, просто, знаете ли, не люблю неприятных сюрпризов.
Почему-то Шиоми железным пузырем не впечатлилась, скорее наоборот, привыкшая твердо стоять на своих двух, она теперь только и заволновалась. Немного покачиваясь на гребнях утреннего прилива, корабль казался рыжей не очень устойчивым изобретением безумных подводных жителей.
Джаррет остановился около того, что наг называл подводным кораблем, скрестил руки на груди и скептически осмотрел конструкцию. Её вид не внушал Валентайну особого доверия; правильнее было бы сказать, что не внушал никакого. Он поскреб щетину и подал голос: - Честно говоря, мне не нравится эта посудина - очень странно выглядит. Оно точно не развалится во время путешествия?.. Да и рыжая права - чем мы там будем дышать?
- Внутри он выглядит просторнее. Эта "посудина" принадлежит хозяйке острова. Надежнее ее нам просто не найти. Наги тоже не всегда дышат водой. Проходите, - Азария указала на тесный шлюз, оба люка которого были открыты.
К кораблю из воды тянулись шесть подрагивающих тросов. Держась за один из них, явился Шийе:
- Животное уже накормлено. Заходите и запирайтесь. Там есть припасы внутри. Я останусь с черепахой.
Не став больше задавать вопросов, Шиоми набрала полную грудь воздуха, и, словно ныряя в омут, залезла в шлюз. Ей даже стало жаль, что она не верит - могла бы помолиться своим богам перед долгим плаванием. Воображение услужливо подкидывало картины огромных рыбин, сьедающих корабль, подводных отрядов наг с этими их трезубцами, или движимые в едином порыве леса из тянущихся вверх водорослей, опутывающие хрупкий пузырь бесконечно длинными грязно-зелеными лентами. Женщина пыталась заглушить фантазию, что разыгралась не на шутку, волшебным словом "припасы". Кто знает, может в этих припасах и найдется чем смочить горло.
Азария коснулась массивных ребер, поддерживающих пузырь, как скелет - плоть. Они оказались теплыми и шершавыми: окаменевшее в море дерево, блестевшее от смол, как металл. Да и сама слюдяная поверхность сферы настораживала. Под давлением руки она будто меняла цвет. А может, просто солнечный свет становился ярче, проникая в мангровый купол.
жаррет оглянулся на туннель, через который они прошли в бухту. Ещё можно было вернуться. Если уж так говорить, то он предпочел бы умереть на открытой территории, что называется, на свежем воздухе, нежели чем запертым в этом странном корабле. Минута прошла в раздумиях. Наконец, он в последний раз вдохнул полной грудью воздух бухты и пролез в судно: - Надеюсь, мы доберемся до места быстро и нам не придется сидеть в _этом_ слишком долго.
- Наг говорил о двух часах. Драконья черепаха медленнее привычных вам парусников, зато вынослива и неприхотлива. И послушна в умелых руках.
Люк с лязгом захлопнулся, и поворот фиксирующего винта отрезал их от внешнего мира. Трюм человеческих судов обычно выглядел куда более темным и неопрятным, чем нутро этой плавательной сферы. Деревянный пол с прорезью: в ней виднелся уходящий на нижний уровень витой пандус. Из средокрестия деревянных ребер над головами свисал фонарь, теплившийся голубым огоньком. Стенки пузыря пропускали немного света, но не взгляд, и видневшиеся за ними мангры казались размытыми коричнево-зелеными пятнами.
- Уютно, - оптимистично высказалась Азария. - Я посмотрю, что внизу. В этих ящиках и мешках наверняка найдется провиант. Ищите, если голодны.
Не нужно просить дважды - уже слышен треск деревянных ящиков, откуда только такая силища взялась. Опускаются на пол "не те" мешки, и только соленая рыбина застряла в зубах Шиоми, изъятая из сухих водорослей.
- Ну, с голоду не пропадем, - пожав плечами замечает женщина. Присаживается на какой-то из них, и сосредоточенно жует. Тревоги нужно топить в алкоголе или заедать, это она для себя давно поняла. А сегодняшнего утра на пару рыбин точно хватит. Она перекидывает ногу за ногу и кивает на Джаррета: - А ты же свое есть будешь, да?
Сферу немилосердно протащило по песчаному дну. Громадной рептилии, волочившей ее, не было дела до удобства пассажиров, но вскоре глубина позволила идти плавно, и учуявшая свободу черепаха вытянула судно в открытое море. Зелено-коричневые краски острова, смешанные с голубыми небесными, захлестнула вода.
Погружение началось. По деревянному полу скользили преломленные лучи света, быстро гаснущие. Еще немного - и свет померк, рокот волн замолчал, и наступили тихие сумерки под водой, освещенные голубой лампой над головами.
...Азария изучала рычаг, находясь на нижнем уровне, покатом и неудобном для тех, кто привык ходить на двух ногах, а не скользить на толстом хвосте. Вдавив рычаг вниз, она вызвала цветную дрожь на стенке пузыря, и спустя мгновения он стал прозрачным, как стекло, почти невидимым. Открылся обзор на подводный мир. Они плыли недалеко от цепи коралловых рифов, о которые запросто разбивались людские корабли. Разноцветные косяки рыб уступали дорогу, юркнув в тень, драконьей черепахе, чей внушительный силуэт наконец стал виден Шиоми и Джаррету.
- Нет, мне придется есть это, - желчно ответил Джаррет, прохаживаясь по судну и осматривая его в деталях, - У меня почти нет еды, да и та уже скорее всего мало годна в пищу. Черт, сплошная рыба и водоросли. Молитесь своим богам на то, чтобы мы не задержались на дне надолго - не хочу есть это слишком долго. Что же, - он уселся на пол, - Как на счет партии в карты? Всё равно делать нечего, пока плывём.
- Твою ж... - Как только исчезли стены, ошалело выронив из рук рыбину, рыжая стремительно подорвалась и забралась на ящик с ногами. Пару секунд ей понадобилось, чтобы понять что произошло. - Чтоб вас демоны побрали, шутников! - просипела она отнявшимся голосом и подошла к краю деревянного настила. Каждый шаг был все меньше - перед женщиной открывались просторы, сдавливающие дыхание, прекрасные в своей первозданности и манящей глубине, и в то же время пугающие своей холодной безразличностью - им не было дела до подводного корабля, их не трогали судьбы незначительных огоньков в бескрайних соленых владениях. Медленно перебирала лапами огромная черепаха, отталкиваясь от упругих водных потоков. И настолько неуместным и удивительным казался ей их корабль в окружении коралловых гор, где отблескивали рыбьи спины, что представлялось, как вот-вот бурным всплеском пробьется вода через прозрачную преграду, присвоив себе этот нелепый кусочек суши, лишь по какой-то ошибке добравшийся так глубоко.
Шийе управлял судном, восседая на гребне черепашьего панциря. Он не спешил погружаться, и солнце все еще брезжило расплавленными лужами над их головами, многократно преломленное.
Азария смотрела сквозь чистый пузырь на мир с другого ракурса, снизу вверх, как привыкли смотреть на поверхность наги. Она вновь появилась на верхнем уровне корабля и думала о том, что сказать этим попутчикам, которых она спасла и вынудила погрузиться в еще большую трясину, чем рабство на острове. Чувствуя, что сейчас ей не хватит добросердечных слов, Азария просто молчала. Волшебница изучала прозрачный барьер, отделявший их от моря. Она видела в нем проверенную магию, обнаружила его историю: должно быть, в далеких глубоководных мастерских выдувают эти зачарованные шары. Шийе расскажет о свойствах пузыря, когда сможет. Эти мысли она высказала вслух.
Пейзаж за окном обеднел. Остались позади вычурные рифы, приютившие немало цветных созданий. Судно проплывало над пустынным полем старой битвы, где в песке исчезали змеиные скелеты наг и разбитые вдребезги черепа их неизвестных врагов, а оружие сточила соленая вода.

Спустя два часа шельф кончился, и глубина поглощала дневной свет. Впереди едва различимы истертые временем и водой развалины и громадные скалы, среди которых, едва мерцая, вспух уже знакомый всем пузырь. Гигантская черепаха невозмутимо тянула судно к нему, и, когда показалось, что столкновения не избежать, она беспечно проникла сквозь его стенку и втащила за собой экипаж. Корабельная сфера заскрипела о песок, казавшийся синим в мглистом свете, и мягко остановилась.
Вокруг было сухо. Огромный купол накрыл территорию между скалами и руинами древних строений, не пуская на нее океан. Отовсюду выглядывали, будто прячась в развалинах, диковинные шалаши из костей, водорослевых узлов и камней. Многие были украшены мертвыми звездами и россыпью ракушек. В истоптанном песке вырыты жмущиеся к валунам землянки, накрытые навесами из обрывков парусов. Почти не было света: лишь в некоторых лачужках плавали грязно-голубые огоньки, мало похожие на привычный людям свет.
Когда Азария отворила шлюз и, спустившись на песок, вышла на прохладный воздух, несметное множество взглядов вцепилось в гостей.
Каждая землянка и шалаш укрывали в своей тени серо-зеленых существ с огромными черными глазами. Вероятно, подводные сородичи мурлоков, очень на них похожие.
- Остановка. Добро пожаловать в мур'гульскую резервацию, - шипел Шийе, спешиваясь, и на этот раз недовольство в голосе вызвали не сухопутные, а хмурое место их прибытия.
В последнее время Джаррету не было чем заняться на этом треклятом судне. За прошедшие часы он уже успел поесть, заточить ножи, перезарядить пистолеты, несколько раз проверить своё снаряжение и даже вычистить сапоги. Спутники были неразговорчивы, а простирающиеся внизу пейзажи дна мало его интересовали; или же, во всяком случае, он попросту не выдавал своей заинтересованности. Итак, сейчас Валентайн от нечего делать подкидывал под потолок иссохшееся яблоко. Десять раз... Пятьдесят... Сто. Почувствовав, что судно останавливается, Джаррет резко выхватил нож и рассек свою игрушку в полете, обозачая тем самым конец забавы. Хрустнув пальцами, он поднялся на ноги и неторопливо вышел наружу: - И чего мы забыли в этом месте, черненькая?.. Нужно пополнить запасы или в этих хижинах из рыбьих костей и лежат несметные богатства, о которых я слышал? - прищурился Джаррет, посматривая по сторонам. Изучал.
- Мда, мило тут у вас... Как в чумной деревушке.- Шиоми передернула плечами, желая отбросить в сторону неприятные ассоциации. Почти всю дорогу она не отрывалсь от окна, лишь иногда отвлекаясь, чтобы найти что-то сьедобное в ящиках. Ставшие почти неразличимыми под конец их поездки, морские пейзажи навевали лишь тоску и уныние, и даже словесная перепалка не могла поднять настроения, опустившегося на океанское дно.
Сложив руки на груди, женщина устало зевнула и хмуро побрела поближе к остальным: - Что-то несметнымы богатствами здесь не пахнет, - еще один зевок, - скорее не очень дружелюбными местными, вон как глазища разинули.
Аборигены, оставаясь в потемках своих жилищ, заговорили. Казалось, что они не испытывают нужду собираться вместе у, например, костра, а предпочитают громко шипеть на своем наречии, не покидая дом. И в том был свой смысл: территория соседа находилась на расстоянии вытянутой серо-зеленой руки. Шийе пожелал, чтобы Джаррет с Шиоми (естественно, он называл не по имени, а просто: люди) отправились к оракулу мур'гулов, пока он и Азария наведаются к сторожам резервации.
- Ходите, ищ-щите, пользуйтесь головой, которая пока что на ваших шеях. Шатер оракула будет самым грязным и увешанным хтоническим хламом. Всякий оракул верит, что хлам этот приближает день, когда его племени вернут отнятую землю. Вас научат понимать голос моря.
- Понимать речь местных. И наг, - пояснила Азария. - Это, пожалуй, полезно.
- А, ну тут все как у людей - чем важнее шишка, тем больше побрякушек, - рыжая отчаянно терла глаза. - Ну идем, будем искать главного головастика.
Ступать по твердой и относительно сухой поверхности на дне было так странно, что Шиоми решила: пропускать такую исключительную возможность из-за дурного расположения духа ни в коем случае нельзя. А значит, настроение нужно было немедленно поднимать. Засунув руки в карманы, она с усмешкой и хитрым прищуром озиралась по сторонам. Точно так же выглядели вредные городские мальчишки, для чьей неуемной энергии не находилось подходящего полезного дела - напихав в один карман камней, а во второй припрятав самодельную рогатку, они искали себе развлечений.
Приподнимая ботинками песок, Шиоми неспеша зашагала вперед, между землянками мургулов, со всей почтительностью кивая всем, кто пялился на подводного человека. Она здоровалась и спрашивала про состояние дел у аборигенов. Те, конечно, ничего внятного ей ответить не могли, но разве воспитанную столичную жительницу это остановит? Конечно же нет! Жалела она только, что шляпы под рукой нет, даже самой завалящей, нечем помахать глазастикам.

Среди перешептываний, похожих на полоскание водорослей в волне, беспрестанно повторялись два слова, сопровождаемые взглядами на людей. Резервация мало отличалась от свалки, накрытой непроницаемой для воды сферой, и среди рухляди остроглазой Шиоми приглянулся шатер из парусины, набрякший украшениями местного вкуса. От шатра, светившегося изнутри гнилостно-голубым, шла застарелая вонь потрохов и терпких водорослей. Тяжелая от нашитых на нее предметов складка парусины приподнялась, показались серые слепые глаза-блюдца, и морщинистая тонкая рука поманила людей в логово оракула.

ID: 12276 | Автор: Toorkin Tyr
Изменено: 15 января 2013 — 11:20