Погружение Рабство

Шиоми
Тайлиф Азария

Несмотря на то, что ему было сейчас нелегко - длительный переход без привалов под жарким солнцем по этой топкой земле мало способствовал отдыху после бессонной ночи и бегству с тонущего корабля, Джаррет выпрямился и снял с плеча ружье. Последний раз проверив, всё ли у него в порядке, он слегка пригнулся и медленно пошел в сторону деревеньки, стараясь не производить лишнего шума и держась за растительностью. Прятаться, выслеживать... Этот человек умел это делать. Иногда он немного притормаживал и присматривался, прислушивался, пытаясь понять, что там происходит.

Деревня напоминала лагерь, разбитый на короткое время. Но временное иногда дольше постоянного, а потому тростниковые шалаши укреплялись, приобретая черты хижин. Некоторые из них прятались под навесом из вездесущих мангровых корней, защищенные от ветров и ливней. Джаррету открылся костер, обложенный камнями, над которым несколько женщин жарили рыбу. Слышался смех. Люди занимались обычными делами: кто-то чинил одежду, кто-то вольготно покачивался в гамаке, а кто-то латал крыши хижин.

- Останься-ка здесь, Дэйв. - Шиоми помогла моряку сесть в тени раскидистого дерева. Оно было облеплено ракушками давно высохших улиток, словно болезненными наростами. Дэйв очень сильно припадал на ногу, шел только на упорстве и гордости. Женщина подозревала, что дротики наг могли быть чем-то смазаны - так рано или поздно раненные сами приползали бы за лечением.
- Незачем тащить тебя сразу в деревню, лучше я подберусь к ней поближе и посмотрю что случилось с остальными, а потом вернусь сюда. Если охота еще не закончилась, так будет хоть какой-то шанс убежать. Жди меня часа два. Не вернусь - поступай как считаешь нужным.
Постояв с минуту в прохладе тени, да так и не найдя каких-то хороших напутствий для самой себя, Шиоми просто сплюнула в сторону и побрела в сторону обиталищ местных аборигенов.
Дэйв с укоризной поглядел на рыжую, а потом отполз в тенёк коротать время изучением ракушек.

Сидевшие у низкого костра подняли головы к подходящей Шиоми, поглядели и вернулись к своим делам. Вскользь заглядывая в домики, проемы которых не занавешены ничем, Шиоми всюду находила аборигенов; иные оказывались вполне цивилизованно одетыми, многие в тельняшках мореплавателей, пожелтевших от времени. Попадались и те, кто прикрывал срам лишь дарами природы, благо растений водилось в изобилии.
Смех привлек Шиоми. Вокруг кучи догоревших веток, на скамьях, собранных из корабельных досок, сидели, громко общаясь, люди. В выкопанной прохладной яме темнело великое множество бутылок всех мастей. Кто-то заметил:
- Эге, вот и еще одна новенькая. Цела-невредима. Быстро бегаешь, красотка?

Джаррет аккуратно прополз за одной из хижин и спрятался в другие кусты, наблюдая за вновь прибывшей, так не похожей на местную. Ему была интересна реакция аборигенов. Он продолжал прислушиваться к разговорам: особенно его интересовали те, в которой темой были поджаренные на костре чужаки, кровавые жертвы идолам и так далее. Возможно, что если ничего такого не будет, то можно будет покинуть укрытие.
- Как прижмет, еще и не так побегаешь, - усмехнулась в свою очередь рыжеволосая, ей совсем не хотелось портить отношения с самого начала, - но лекарь мне все равно нужен, или кто тут у вас разбирается?
Женщина осмотрела сидящих в кругу, большинство из них, похоже, попали сюда так же, как и она, столь разномастные у всех были черты лиц. И только темная от морского солнца кожа однозначно отделяла ее от местных.
- Тут только один лекарь, - по пояс раздетый и давным-давно не брившийся парень на скамье сочувственно посмотрел на нее. - Лучше от кроколисков бегать, чем дать ей тебя лечить. Она явится сегодня. Мы не знаем, когда, но сегодня будет осмотр всех, и больных, и здоровых. Тебе-то, полагаю, не нужно. Для друга?
Джаррета, похоже, никто не видел.
- Да, не для себя, - Шиоми нахмурилась и, сложив руки на груди, раздраженно пнула сточенный морской водой камушек. - Слушай, помоги мне его привести, а? Может хоть чистой водой ему рану промыть, а то ведь и случится что может...
Слова рыжая подбирала очень осторожно, неизвестно как они с раненными поступают. Впрочем, не могла она и не заметить, что особо трудиться в деревне никто не спешил, даже наоборот, все чувствовали себя довольно расслабленно. А значит островитяне не рабы, скорее просто выполняют все приказы наг в обмен на относительно спокойную жизнь.
- Веди, - лениво бросил бородач, поднимаясь и с видимой неохотой оставляя ром. Попойка средь бела дня продолжилась без него.

- Будешь тайком красться по джунглям, тебя изобьют палками и вернут в деревню.
Голос не мог быть человеческим. Из тростника позади Джаррета показалась отощавшая морда нага; длинные усы вяло опущены книзу, а мутные змеиные глаза потухли. Несмотря на внушительный рост, этот экземпляр был куда скромнее прочих мирмидонов и безоружен.
- Да я тут думал, как бы над ребятками подшутить, - солгал Джаррет, не моргнув глазом. Сохранить самоконтроль ему дорого стоило: на деле он жутко испугался. Появление нага было слишком неожиданным, - Извини. Ты тут за порядком следишь, да?..

Шиоми обернулась на голос из-за листвы, похоже не только она с Дэйвом решила вернуться к деревне. Только вот разглядев кто именно обратился к незнакомцу, с широко раскрытыми глазами начала пятиться подальше от наги.
- Мне плевать на порядок, - он плюнул, закрепляя слово. Передние клыки, весь острый желтый ряд, оказались подпилены - одна пучина знает, какой это позор для воина глубин. - Мне нет дела до унизительного положения двуногих рабов. Мне все равно во сто крат хуже, чем вам, дохлым ёршам. Но я обязан отволочь тебя на место. Иди.

Бородатый ухватил Шиоми под локоть, процедив: "Не глупи! Идем, уж лучше мы найдем твоего друга, чем они".
- Да, я уже иду парень, уже иду, - Джаррет выпрямился во весь рост и быстро вышел из кустов. Поглядев на людей, которые были вокруг, он хрустнул шеей и сказал: - Чего уставились?.. Эй, девка, ты тоже не из деревни?
"Девка" что-то никак не могла припомнить этого молодчика на том деревянном корыте, по ошибке названном кораблем, что едва не утащило ее с собой на дно.
- А ты проницательный, я смотрю. Может и в медицине разбираешься?
- Это вряд ли. Разве что кровь остановить, кость вправить, рану зашить - простая работенка. Что это за место? Почему наги здесь заправляют и зовут людей рабами? Кто-нибудь может чего объяснить?.. - спросил Джаррет, обводя взглядом публику, - У меня много вопросов и я хочу получить на них ответы.
Приход нага туземцы не проигнорировали и, как один, обратились к нему взглядами. Никакого раболепия не последовало: узнав его, все вернулись к на миг прерванным делам.
Убедившись, что отбившаяся рыба вернулась в косяк, соглядатай уполз восвояси.
- У нас есть люди, разбирающиеся немного в болячках, но, - бородач чесал заросшую грудь и был прерван внезапной суматохой.

Все выскакивали из лачуг, женщины бросали жарку, починка кровель замирала. Люди оставались на пороге своих жилищ и смотрели.
Два солдата (даже самые высокие люди казались коротышками рядом), оставляя на песке извилистый след, сопровождали нагу, несомненно, женскую особь. Ее желтые, поперек рассеченные узким зрачком глаза смотрели поверх голов, будто считая, как пастух считает скот.
- Лекарь, - бородатый сник. - Пропасть чертова, она снова мрачнее тучи. Пошли к остальным и закройте рты наглухо, чтоб вас.
- Вот ведь чертовы селедки, - прошипела Шиоми себе под нос. Два раза повторять не было нужды, и тише воды, ниже травы, Шиоми послушной овечкой уже брела к остальным. Такой исполнительности, такого немого обожания, как в глазах у рыжей, когда она смотрела на пришедшую проверить охотничьи угодья нагу, нужно было еще поискать.
Джаррет неохотно потащился вслед за всеми, нацепив на лицо маску равнодушия и покорности судьбе. Однако его глаза скользили по лицам других людей, анализируя происходящее и помогая ему составить какой-то прогноз ожиданий. Пока всё выходило как-то слишком мрачно.
Такой странный взгляд красноволосого человека не остался незамеченным. Целительница остановилась возле нее, поднесла когтистый палец к рыжим волосам, коснулась, брезгливо отвела руку. Солдат подал лекарю чашу, наполненную мыльно-голубой водой с бурыми комками.
- Один глоток, - приказ истек из ее уст резким шепотом. - Не больше. Поняла?
Нага обращалась к Шиоми так, будто последняя была глупой, способной понять только медленную речь.

Если Джаррет искал заговорщический огонь в чьих-нибудь глазах, он нашел искомое. Немало жителей, пока их не видели наги, гневно морщились. Однако никто не отваживался перешептываться: говорят, у ползучих отменный слух.
Женщина сглотнула комок в горле. Пить ту мерзость, что ей протягивали, совсем не хотелось. Она вскользь взглянула на бородатого парня, чтобы хоть попытаться угадать что ее ждет. Тем временем, изображая превеликую радость, она едва ли не торжественно склонялась над чашей.
Джаррет старался не смотреть всем этим тварям выше груди, но пряча взгляд, он не забывал подмечать детали. Здесь было всего трое наг... Люди, по всей видимости, их ненавидели и готовы были рвать их зубами. Но сколько ещё скрываются в лесу и под водой? Как скоро они прибудут и что послужит расплатой за дерзость?.. Ему было плевать на окружающих, но один на острове, кишащем нагами, без возможности убраться отсюда, он вряд ли долго протянет. Пират решил немного обождать.

Парень с бородой морщил брови и тянул носом, пытаясь незаметно для наг подбодрить рыжую на исполнение повеления.
Тем временем вторая чаша уже шла из рук в руки. Из нее послушно отпивали; одни морщились и закрывали глаза, вторые зажимали рты, а от лиц третьих отливала кровь. Потом пришел черед раненных и больных. Лекарь терпеливо ждала, расценивая промедление человека с огненными волосами как определенную ранее глупость от природы.
Скривившись заранее, Шиоми сделала большой глоток этой странной мешанины. Она медленно отошла от наги, продолжая пялиться на ту, как на превеликое чудо и идиотски улыбаться. Шиоми списала внимание наги на свое поведение.
...Только какой-то старик, будучи единственным здесь стариком, ожидая очереди, заговорил. Он говорил о том, что люди заслужили своим покладистым нравом щадящего пойла, а не этой пытки, именуемой лечением по ошибке моря. Врачевательница с интересом внимала сухому голосу деда, затем подплыла к нему, занесла голубую ладонь и наградила того пощечиной. Сухонький старик упал на песок, а на желтой коже даже не зарумянился след от удара. Он сдул с лица седые спутанные волосы.
- Я при всем желании не смогла бы унизить вас больше, чем это сделали с вами ваши боги, - нага смотрела на тяжело дышащего человека удивленно и без злости. - Подумать только: вы с каждым годом гниете и близитесь к тому, чтобы рассыпаться прахом и истлеть. Тебе больше не будет лекарства. Убирай грязь за другими, и в том твое назначение отныне.
Наги ушли, оставив после себя вылеченных людей, шатающхся от слабости. У некоторых шла кровь из носа, а те, кто был болен или ранен, сечас лежали без памяти. Над деревней будто пронеслись тоскливые духи болезни.
- Вот и полечила, - кивнул бородатый, которому повезло больше других, как и Шиоми с Джарретом: их лишь подташнивало. - Если ты не умрешь от этой дряни, она вылечит тебя от всех хворей.
Женщина дождалась, пока наги совсем скрылись из вида.
- Вот ведь проклятье! - Она взглянула куда-то за границу деревни, где начинались травянистые заросли и виднелся еще холм, сберегший ее от морских хозяев, тут же подхватила разорванную юбку в руки и рванула куда-то, засверкав пятками. Только и разлетался в стороны мелкий песок.
- Дерьмово на вкус у вас тут лечение. Но вам, верно, нравится, если вы продолжаете лизать этим нагам хвосты, - Джаррет сплюнул, - Итак, так кто вы, как сюда попали? Что это вообще за место и что здесь происходит?..
Говоря, моряк прохаживался туда-сюда и потирал висок: голове не слишком понравилось лекарство.

Шиоми нашла Дэйва распластанным на земле и бездыханным. Долгий переход сделал свое дело, оставив тело муравьям.
В деревне сразу словно поубавилось людей, а те, кто держались на ногах, вернулись к костру. Прервавшие попойку возобновили возлияния, но на их лицах не играл румянец. Серые угрюмые лица повсюду.
- Я ненавижу эту суку больше тебя, новичок, - крепкий мужчина, старавшийся сидеть ровно, подпирал подбородок кулачищами. Голос его был низким и ничуть не подавленным, как бывает у смирившегося с судьбой человека.
- Это место наги зовут Перламутровым островом. В честь какой-то статуи на вон том холме. Когда привозят новых невольников, им приказывают бежать на тот холм, а наги начинают охоту. Пойманных людей избивают и возвращают на старт. Дают вторую попытку. Если снова не добегают до спасительного холма, все повторяется. Не желающих стараться топят, как собак.
- Тут еще никто не сдох от лихорадки и не заразил деревню. Ведьма знает толк, и эта отрава, перемешав всю требуху, лечит от всего. Я очень кстати сплю с Майей без обременительных последствий. Детишки точно не выживают после такого пойла. Мотай на ус, говорю.
Иногда приезжает великая госпожа, рядом с которой даже эта врачиха опускает глаза и молчит. Тогда забирают кого-нибудь. В основном мужчин, крепких здоровых парней. Иногда женщин.
- Новичок?.. Не называй меня так, парень, я не с вами. Вы сами по себе, я сам по себе. Эта деревня, значит, нужна только для того, чтобы здесь добыча ждала своего часа?.. Или у людей здесь есть ещё какое-то предназначение? И что будет, если ты победишь в игре? В конце концов, как вы сюда попали? Разбились на судах?
Говоря, Джаррет ходил туда-сюда и покусывал нижнюю губу. Всё это было так... необычно.
- Большинство терпели кораблекрушения и были спасены. Кто людьми Адат - она пресмыкается перед господами, - а кого-то ловили в море наги. Еще знаю ребят, которых в Пиратской бухте, в Ратчете, в Менетиле сцапали, поместив в какие-то пузыри, и привезли сюда. Тех, кого забирали с острова, назад не возвращали. Я считаю, их забирают для каких-нибудь нажьих забав. Эти твари кровожадны, и забавы им под стать. Вспомните охоту на побережье. Вот и отбирают самых выносливых.

ID: 12173 | Автор: Toorkin Tyr
Изменено: 6 января 2013 — 17:33