Сказки юга Двоеветвие: немного ясности

Бубоник

Дом Кетиль изнутри пустовал; когда-то в нем, должно быть, жили друиды-кенарийцы: на полу, изорванное в клочья, ненужной тряпкой лежало коричнево-зеленое знамя.

Коридор был весь в грязи и пыли, давно нехоженый; три арки делили его стены, уводя в иные комнаты. Эльфка-прислужница шуршала в левой, не тая своего присутствия.

- Не могу предложить тебе еды, - извинилась Кетиль, - Но могу напоить. За пределами рощи, должно быть, жарко?

Бубоник: - Не только жарко, но и пыльно, - кивнул Бубоник, разглядывая дом изнутри, - а по поводу еды и воды не беспокойся. Уверен, их несложно найти в оазисе. Много друидов успели сбежать?

ДМ: - Некоторые покорились и спят в моей комнате, - произнесла Кетиль, указав вперед, на арку противоположной комнаты; там с легкостью угадывались очертания двухярусных постелей. Чьи-то босые ноги как бы невзначай выглядывали наружу из-за дуги арочного свода. - Я уложила их вон там. Некоторые успели улететь или спрятаться. Но это, как я уже говорила, ненадолго - их слишком мало, чтобы они могли позволить себе отвергнуть мои предложения.

Бамц! Треск! Что-то разбилось в подсобке. Кетиль закатила глаза и повела Бубоника налево, туда, где эльфка-прислужница уже спешила собрать осколки керамического чайника.

Ящики, мешки, полки и две скамьи, поставленные параллельно друг другу, как в трапезной, и минное поле разлетевшихся по полу осколков - вот что увидели Кетиль и Бубоник.

- Она слишком долго спала, - цыкнула эльфка на свою помощницу, - Аккуратнее, пожалуйста. Присядем тут, или ты предпочтешь другое место?

Бубоник: - После трехдневных скачек на ящере я согласился бы отдохнуть на чём угодно, - заверил эльфийку зандаларец и первый уселся на одну из скамей. Взятого в аренду раптора он оставил снаружи дома, проверив, чтобы рядом с ним не было шипов. - Что ты предложила друидам? Стать частью Нового Круга?

ДМ: - Конечно, - подтвердила Кетиль. - Убивать я их не стала и не стала бы, в любом случае, согласись они или нет. Просто некоторые теперь видят благостные сны, а некоторые - нехорошие, тревожащие.

Бубоник: - Они же не просто спят, а вернулись в Изумрудный Сон? - тролль не слишком хорошо разбирался во всех нюансах друидской магии, - уверена, что они не смогут освободиться через него?

ДМ: - Мой бог гораздо гостеприимнее и дружелюбнее, чем я и мой дом, - смиренно ответила эльфка; прислужница усердно шуршала метлой и подолом своего длинного платья, поднимая в душный воздух клубы пыли. - Уж от его-то гостеприимства редкий глупец откажется... Или сможет отказаться.

Бубоник: - Не сомневаюсь, - ухмыльнулся Бубоник, наблюдая за работой слуги, - признаться, я всегда хотел побывать в Изумрудном Сне, про который столько слышал. Но сейчас, когда от нашего племени почти ничего не осталось, мечты должны быть отложены. Кто-нибудь из Двоеветвия присутствовал на том сборище, что устроили кентавры?

ДМ: - А я только хотела спросить, откуда ты едешь. Ведь с Хиш Куралы же, так? - эльфка снова, заметно огорчивши острое лицо, прицокнула языком. - Жалко, что я туда не попала. Нет, моих сестер и братьев там не было, но я слышала, что кто-то из кенарийцев осмелился там появиться. Это так?

Бубоник: - Еду как раз оттуда, - кивнул он, - и никого из друидов там не видел. А если бы видел, то не пустился бы в этом путешествие, о котором теперь совсем не жалею. Друиды же укрыли бывшего хана Колкаров? Для них было бы опасно появляться там.

ДМ: - Как - укрыли? - опешила эльфка; ее помощница, не расслышав последних слов тролля, прекратила шуршать замусоленной метлой по полу и уставилась на гостя таким взглядом, как будто он вдруг обзавелся второй парой рук, - Почему? Разве они здесь не для соблюдения этого их нейтралитета? Откуда у тебя такие вести?

Бубоник: - Ятам культистов Змеи уверял, что про это известно уже всем вокруг, когда рассказывал мне, - пожал плечами удивленный Бубоник, - не знаю, для чего они это сделали, но сбежавшему хану помогли точно. Поэтому я и направился сюда.

ДМ: - Мы спали, - обескураженно развела худыми руками Кетиль, - И даже во сне не видели хана Колкар. Мы разговаривали с другим ханом, и он ничего не знал про... странное поведение кенарийцев. Вряд ли они упрятали его в роще, иначе мы бы знали. Где тогда?

Бубоник: - Понятия не имею, - нахмурился тролль и почесал подбородок, - я был уверен, что найду ответ в этом месте, как самой крупной ставке кенарийцев в Пустошах. Но раз вы не нашли хана здесь, значит им удалось спрятать его в другом месте.

ДМ: - Боюсь, что этой ставки больше нет, остались только мелкие укрытия, - вздохнула Кетиль, - В любом случае, Колкар и с ханом не были достаточно сильны - для тех, кто не машет палками, а действует мудрее, конечно. Это странно, тем не менее, - друидов кентавры и так не любят, а попытка вмешаться в их игрища бы и вовсе настроила конелюдов против их самих. Глупо поступили. Непохоже на их обычное поведение.

Эльфка-уборщица, справившись со своим простым делом, прокашлялась: немудрено - пыль стояла столбом - и отложила наконец метлу. Кетиль решила спросить:

- Что еще произошло на Куралы?

Бубоник: - Племя Зандалар подарило кому-то из ханов дикорога, и этот дикорог убил ханского сына, - неуверенно ответил Бубоник, вспоминая тот вечер. Он тогда весь иззевался и наверняка пропустил что-то интересное. - все передрались, все напились и все торговцы заработали уйму денег. Ах да, еще новому хану Колкаров подарили какую-то девчонку-провидицу.
ДМ: Кетиль мало интересовали дрязги и стычки конелюдов; она слушала без особого участия почти всю бубоникову речь, оживившись только после упоминания о некой провидице: - Девчонка-оракул? Чья она?

Бубоник: - Вроде и похожа, и не похожа на калдорайку. Привели её сатиры, может быть, они её и создали, - тролль не знал, как правильно описать внешность той странной девчонки, - жуткое зрелище. Теперь она принадлежит хану Маграмов.

ДМ: - Так хану Маграм или хану Колкар? - не поняла Кетиль, - А почему зрелище жуткое? Неужто она растеклась конечностями, или имела пропасть вместо лица? Я таких видела своими глазами, они и правда сатирьей работы, но от рогатых - только руки и движения, идея и порыв - от богов.

Бубоник: - Да бес их знает, я так и не запомнил все этих главным кентавров за время ярмарки, - Бубоник и сам запутался, - таких, как эта девчонка, я никогда не видел. Не ожидал, что эльфийка может выглядеть, как зверь, даже без всех этих друидских превращений.

ДМ: И снова Кетиль прицыкнула; ее прислужница негромко усмехнулась, позволив себе капельку надменности. Остролицая, тем временем, продолжала:

- Ай, Бубоник, поверь: друидские превращения все разные, и многим друидам они не принадлежат. Думаешь, это силой Сна девчонка стала выглядеть, как полузверь? Уверен, что за этим стоит не иная сила? Я - уверена, что тут без древних не обошлось.

Бубоник: - Может быть, - развел руками он, - я не знаю, кто эта эльфийка или что она такое. От сатиров можно ожидать чего угодно. Как, кстати, Круг Двоеветвия относится к ним?

ДМ: - Подозреваю, что мы дружим с одним и тем же богом, - в голосе Кетиль не было лишнего довольства таким стечением обстоятельств, - Только вот мы - дружим. Они могут служить. Да и не сильно-то она ценна, если ее отдают конелюдам - ее пророчества, скорее всего, поются с чужого голоса, а сама она - пешка сатиров.

Бубоник: - Вряд ли девчонка способна на что-то, а не просто странно выглядит. Кентавры не слишком умны и легко могут быть удивлены или запуганы, - согласился зандаларец. Он сидел, скрестив руки на груди. - Впрочем, этот Кеху меня приятно удивил своей благоразумностью.

ДМ: - Он не был так благоразумен, как должен был быть мудрый племени, - Кетиль неприязненно поморщилась, - Видишь ли, Бубоник, я послала хану Натхар пару снов - конелюд хоть и верит в других богов, но даже ему открыт ход в Изумрудный Сон - я просила его привести рабов и мудрого старейшину. А пришел воин. С воинами всегда трудно, особенно, с конелюдскими. Я не хотела лишних проблем.

Бубоник: - Рабы, которых он привёз, были совсем не рабами. Кеху позволял им слишком дерзко обращаться к себе. Может, даже воспротивился бы принести их в жертву Кругу, - теперь тролль уже не сомневался, какую роль должны были сыграть те пленные дренеи, - что ж, потерей двух воинов он заплатил за всё сполна.

ДМ: - Да. Но, даже несмотря на то, что мне удалось удержать его от необдуманных поступков, весть все равно дойдет до хана. Ему не понравится такой обмен. Мне странно, что драки не получилось, если честно, - не Кеху бы попытался взять откуп кровью, так кто-нибудь другой из конелюдского стада. Откуда он взял дренеев? Неужто их клан и вправду разгромил Альянс на севере?

Бубоник: - Подружился с ними на ярмарке, как я понял из их перепалки прямо перед появлением твоей слуги, - предположил Бубоник, внимательно слушавший спор дренеев и Кеху, - возможно, он хотел защитить их, назвав рабами, и позволил им убежать.

ДМ: - А где они сейчас? - поинтересовалась Кетиль, между делом пригласившая свою прислужницу сесть рядом.

- Когда я вышла, они в кого-то стреляли, - припомнила рослая эльфка, наряженная в рванину, - В них?

Бубоник: - В них, - подтвердил зандаларец, - Кеху отдал дренеям их оружие и приказал свои их убить. Дренеи, разумеется, рванули отсюда как можно быстрее. Для виду в них пару раз выстрелили, но погони никакой не организовали. Может быть, скоро вы найдете в роще пару рогатых трупов.

ДМ: - А зачем было давать им оружие? - полуулыбнулась-полуоскалилась Кетиль, - Какие-то странные конелюды. Говорила же, чтобы посылали мудрого... Ладно, спасибо, Бубоник, за то, что рассказал много интересного: нам всем в Круге так будет легче. А теперь скажи: если бы я отплатила тебе тем, чего ты хотел - попасть в Изумрудный Сон - ты был бы доволен?

Бубоник: - Еще год назад - был бы доволен, - Бубоник мечтательно улыбнулся, - этот мир стало тяжело выносить после возвращения Дракона. Но сейчас мне следует поддержать своё племя, а не входить в сон, из которого я могу и не вернуться. Это прекрасный подарок, от которого я откажусь. Довольно и того, что мне позволили познакомиться с тобой и Кругом.

ДМ: - Ах, - всплеснула руками Кетиль, - Я ведь не хотела бы отпускать тебя в дебри беспокойного мира без проводника, который знает дорогу обратно. В этом разница между теми, кто принимает мои предложения и теми, кто их отвергает.

Бубоник: - Даже с проводником это будет слишком опасно, - тролль уже пожалел, что заикнулся про желание побывать во сне, - мне нравится Двоеветвие и ваш бог, но я еще не готов подойти к нему настолько близко. Позволь мне лучше сопровождать вас на север.

ДМ: - Мы еще не закончили здесь, - Кетиль пожала плечами, неприязнено фыркнув, - У нас есть дела в роще. Может быть, друидов здесь мало, и скоро не будет вообще, но лес все еще борется. Нам нужно сломать его. Для этого требуется много труда. Я буду пробуждать сестер, творить ритуалы... Думаешь, сумеешь помочь?

Бубоник: - Почему нет? Я смогу найти духов, которые помогут, - хмыкнул он, не сводя взгляда с эльфийки, - и знаком с тучей интересных ритуалов, которые могут спалить это место дотла, если ты пожелаешь.

ДМ: - Да. - был ответ. - Но сжечь рощу - последний наш выход. Мы хоть и не согласны с друидским мнением, но мы не варвары, как конелюды. Если можно рощу поменять, оставив живой, - мы это сделаем. Отдохни, Бубоник, но постарайся не засыпать - я могу и не быть рядом, если Сон заберет тебя раньше времени.

ДМ: Какое-то время Бубоник был предоставлен сам себе: Кетиль и ее женщина оставили трапезную комнату и занялись подготовкой к ритуалу пробуждения.

Прислужница, выполнявшая эльфкины просьбы, сносила однотипные склянки, полные пузырящейся жидкости, на серебряный калдорайский поднос, а сама Кетиль со всей строгостью проверяла их содержимое на пригодность для таинственного обряда. Взгляд у нее тогда казался особенно острым, а пальцы, когда она вертела в руках прозрачные сосуды, ловкими; нечаянный наблюдатель, не знающий про Двоеветвие, принял бы Кетиль за опытного алхимика.

Опыт не проспишь, в конце концов.

Когда наконец нужное было отсеяно от ненужного и отправлено вместе с прислужницей обратно на склад, белоглазая эльфка позвала Бубоника и спросила:

- Ты хотел бы присутствовать при пробуждении?

Бубоник: - Вне всяких сомнений, - без промедления кивнул зандаларец, наблюдавший за приготовлениями, - но что ты собираешься пробуждать? Лозу, которая опутала лагерь?

ДМ: - Нет-нет, - резво помотала головой Кетиль, - Те люди, которые не были согласны, и которые спали - им настало время просыпаться. Думаю, они достаточно провели во Сне, в нашем боге; теперь их разумы и глаза будут открыты всему истинному.

Бубоник: - И сколько их осталось, по-твоему? Здесь было не меньше нескольких десятков друидов ранее, - прикинул Бубоник, учитывая размер поселения, - многие ли из них смогли вынести кошмар, в котором оказались?

ДМ: - Все, - с готовностью ответствовала Кетиль; в ее словах - и гордыня, и медовая сладость, - Это не та истина, которая ослепляет и оставляет телесную оболочку - и душевную тоже - истерзанной и негодной. Эта истина въедается в сознание, и рано или поздно обратившийся понимает, что знал правильный ответ всегда. Видел ту человечку, которую мы отдали кентаврам? Ее пришлось будить быстро, поэтому она была такая тормозная. Но пройдет время, и она снова станет такой, какой была, только лучше.

Бубоник: - Невероятно, - тролль широко раскрыл глаза, представив услышанное, - никто никогда не описывал мне подобные... хм... техники. После наших экспериментов над пленением разума все либо быстро погибали, либо освобождались. Что с ними вообще происходило в Изумрудном Сне?

ДМ: - Они видели бога, - Кетиль сложила длинные ладони в молитвенном жесте, - Они говорили с ним, как с другом. Он приглашает многих в свой затонувший город.

Бубоник: - Затонувший город? - эхом откликнулся Бубоник. Он впервые слышал про что-то подобное. - Твой бог как-то связан с нагами? Это он прок... благословил их?

ДМ: - Даже для наг есть место в доме бога, - связь Кетиль с почившим на дне Водоворота стольным градом Зин-Азшари была менее чем очевидна, но воды в ее речи было неприлично много. - Двери его дома открыты в самой глубине, но немногие из наших бывших сородичей осмеливаются в них пройти.

Бубоник: - Их можно понять, - тролль пожал плечами, внимательно глядя в глаза эльфийке, - твой бог удивитилен и силен, поэтому и пугает многих. Возможно, даже я чувствовал его отголоски в своих самых страшных снах.

ДМ: - Ох, - выдохнула Кетиль, приподнимая поднос за две витые ручки, - Страшными сны были только потому, что ты сам хотел, чтобы они были страшными. Моему богу нужно довериться, чтобы он впустил в страх блаженство - младенец тоже боится первых шагов, так? Но младенец учится, и научиться доверию может каждый.

Эльфка толкнула коленом дверь, потеряв равновесие на доли секунды; склянки задорно и звонко звякнули, съезжая к краю подноса, но обошлось без жертв.

Комната, где тонули в зыбких песках сновидений люди и нелюди, была необыкновенно просторной: двухъярусные постели были сдвинуты вдоль стен, и на каждой, сложив руки на груди крестом, спали избранные затонувшим богом сноходцы: в основном, женщины-калдорай.

Все остальные, сиречь, несогласные и неудачливые, разлеглись на полу залы в разных, зачастую неприятных позах: Бубонику на глаза попался крупный эльф-мужчина, лежащий на спине, неестесственно выгнувшийся, скрючивший пальцы; Кетиль объяснила:

- Сонный паралич. Такое у всех иногда бывает.

И, перешагнув эльфа, поставила поднос на пол посреди спящих тел. Сосуды снова пропели звонкую трель, но никто не проснулся.
Бубоник: Бубоник, разглядев этот странный музей застывших фигур, на мгновение прикрыл глаза и попытался привести себя в порядок. Выносить все ужасы этого места с каждым часом было всё труднее.

- Надеюсь, они действительно проснутся такими счастливыми и нашедшими себя, как ты говоришь, - пробормотал он, проходя мимо спящих друидов, - пробуждение начнётся после принятия зелья?

ДМ: - Да, можно сказать и так, - Кетиль откупорила одну из одинаковых склянок; уже через секунду отвратительный, прогорклый запах ударил в ноздри тролля. А эльфке - хоть бы что, - Это сонная вода. Наши заблудившиеся собратья-друиды используют ее для того, чтобы облегчить проникновение души в Сон. Но, видишь ли, нам она не подходила такой, какой она была в исходном виде, и мы попросили бога осенить ее своим прикосновением.

В дверях, прямо за спиной Бубоника, толклась эльфка-прислужница; Кетиль пригласила ее внутрь.

- Теперь это наша сонная вода. Смотри?

Бубонику пришлось смотреть. На то, как Кетиль, откупоривая сосуды один за другим, властно, без беспокойства, открывает рты спящим. На то, как поганая жидкость тоненькой струйкой покидает склянки одну за другой.

Сначала застонала человечка-женщина, первая в числе пробуждающихся; ее мычание, ее неловкие, замедленные движения казались неестесственными.

Потом - ее соседка-близняшка. За ней - калдорай.

Через десять пустых склянок комната вся пропахла мерзким запахом. Через десять склянок тишину домика рвали всхлипывания и мычания, беспомощные, жалобные.

Через десять склянок просторная зала стала воплощением нечеловеческого ужаса на земле.

Кетиль ухмылялась.

Бубоник: - Не слишком-то они довольны пробуждением, - выдавил из себя зандаларец, с трудом сдерживая рвоту. Он не знал, что отвратительнее - зловонное зелье или эти проснувшиеся после встречи с Кошмаром. Он заглянул в широко раскрытые глаза одного из пробудившихся и тотчас отвернулся, увидев в них нечто выразимое.

- Когда они придут в порядок? - Бубоник перевёл взгляд на довольную Кетиль.

ДМ: - Когда вспомнят, что находятся в материальных телах, - ответила эльфка, совершенно спокойная; а ведь даже ее помощницу зловоние зелья изматывало, - На них на всех теперь метка бога.

Метка бога.

Бубонику было бы впору подумать о касании безумия, об испорченном, сгнившем разуме; но то, о чем говорила Кетиль, оказалось страшнее всяких фантазий. Она присела на корточки перед человечками, бесцеременно, быстро задрала их льняные рубашки, оголяя животы и неровно вздымающиеся груди.

По их молочно-белым телам плыли сиреневые синяки; с каждой минутой они становились все крупнее, явственнее, пока на них не появлялись черные кластеры точек-дырочек.

Бубоник: - Что-то находится внутри их тел? - неожиданно спросил Бубоник, после того как нагнулся и изучил метки на проснувшихся внимательнее, - нечто похожее я видел у жертв укусов самых экзотических мух. Те откладывали в ранах свои яйца, и личинки пожирали тела.

ДМ: - Выглядит похоже, - по-странному легко согласилась Кетиль, чей палец провел по человечкиному животу длинную дугу, - Но это другое. Это дает новую жизнь, а не пожирает тело. Там семя нашего бога, и скоро оно даст свой росток.

Эльфка не скрыла изувеченные тела женщин рубахами; глаза ее сверкнули чертовщинкой: - Тебе нравится, как они меняются? Погоди, они скоро заговорят!..
Бубоник: - Теперь они мне нравятся больше, чем те, кем они были раньше, - зандаларец пожал плечами, всё еще разглядывая пятна на голом животе одной из жертв. Неужели Древний Бог пытается явиться сюда через тела этих бедолаг?

- Сколько времени займет инкубация?
ДМ: Человечки заворочались; обе они были рыжие, веснушчатые, наряженные по-столичному. Одна из них, та, которой коснулась Кетиль, вдруг пробормотала в лихорадочном бреду:

- Это... Ты?.. Тебя зовут Кетилью?

Эльфка кинула победоносный взгляд на тролля: - Не так много. Максимум - два дня. Но смотри: они знают мое имя!

- Кетиль... Кетиль... - звала девушка, с трудом разлепляя ресницы: глаза у нее были подернуты белой пленкой.
Бубоник: - Им в голову вложили твоё имя во время сна, - кивнул Бубоник, осматривая глаза несчастной. В ним отражались все страдания, что она испытала.

- Будут ли они беспрекословно повиноваться тебе?

ДМ: - У них нет причин не выполнять мои просьбы, - Кетиль взяла руки девушки в свои ладони, приободрила, согрела; потом глянула на тролля с затаенным беспокойством: - Это не повиновение. Они делают то же, что и я: они выполняют волю бога. Если он решил, что я способна их вести, так тому и быть.

Пока человеческие девушки мучались, те, кто был сильнее их, уже успели распутать узелок на веревочке, связывающей их с кошмаром. Эльфка-помощница носилась между их телами с кувшином, полным простой, чистой воды, и опаивала прямо из горлышка.

- Все просто, друг-Бубоник, когда в дело вступают силы, недоступные простым людям. Я просто рада, что никого не убила. Они все будут жить.

Бубоник: - Некоторые из них заслуживали бы смерти, Кетиль - мрачно произнёс тролль, подсчитывая количество новых культистов в комнате, - друиды слишком часто лезут не в своё дело, хоть и любят говорить про баланс. Но в качестве служащих тебе или твоему богу они принесут больше пользы, если переживут инкубацию. Утратили ли они магию, которой обладали?

ДМ: - Она будет другая, - заверила тролля эльфка, - Нельзя просто утратить связь с магией - будь то аркана или другой источник - но им придется учиться заново. Да и это не к спеху: их тела будут жить еще долго, благодаря благословению бога, и выдержат и старость, и раны, и болезни. Впечатляет? Что теперь ты думаешь о моем боге?

Бубоник: - Впечатляет, - согласился тролль, на самом деле удивленный, - но я и раньше не сомневался в великой силе Древних Богов. Теперь я знаю, что она бывает не только разрушительной, но и созидающей.

Он прошёлся по комнате, ища кого-нибудь, кто смог сопротивляться порче, но все проснувшиеся были одинаковыми, хотя некоторым и не хватало сил.

- Что ты намерена делать дальше? Заняться оазисом?

ДМ: - Я разошлю этих людей по лесу, - поделилась своими планами Кетиль, - Пусть ищут тех, кто спрятался, и рисуют мои руны на деревьях. Но к тебе у меня будет просьба совершенно иного характера. Вряд ли изменившийся смог бы ее выполнить, поэтому я вынуждена просить твоей помощи.

Бубоник: - Рассказывай. Сделаю всё, что смогу, - Бубоник подошёл к эльфийке и приготовился слушать.
ДМ: Кетиль, тем временем, почти ласково погладила человечку по голове и привстала с колен.

- Видишь ли, в самом сердце леса есть большая площадка, которую кенарийцы назвали просекой Карнума. Мои люди пытались проникнуть туда наяву, но хода туда нет из-за охранных чар камня Элуны - а полотно Сна непрочно и непостоянно. На тебе нет печати моего бога, и ты сможешь попасть туда без особых проблем. Снять камень Элуны с пъедестала. Завершить то, что я не смогла.

Бубоник: - Это место охраняется чем-то или кем-то, кроме охранных чар? - деловито спросил тролль, прикидывая, насколько тяжелым будет этот камень Элуны, - я должен просто вынести оттуда камень?

ДМ: - Нет, насколько я смогла узнать от разведчиков, - многозначительный кивок в сторону служанки. - Да, все просто. Камень светится ярким, почти ослепляющим светом, и подвешен под сводом газебо в центре площадки, пропустить его невозможно.

Бубоник: - И как следует поступить с ним? Я смогу вообще его разрушить? - продолжал расспрашивать зандаларец, заинтересованный в изучении подобной реликвии. - Может быть, ты хочешь попытаться изменить и камень?

ДМ: - Безопаснее будет, конечно, если тебе удастся его расколоть - даже на расстоянии, - рассуждала Кетиль, - У камня очень простое действие, каждый ночной эльф знает, как он работает - но изменить его я вряд ли смогу. Мой бог - может быть. Но это его дела и война с Лунной Леди. Поступай, как знаешь, - я не буду против, если ты вернешься с целым камнем или с пылью на руках.

Бубоник: - Сперва я проверю, смогут ли Лоа изменить его, - хмыкнул Бубоник, уверенный, что камень пригодится или ему самому, или остаткам племени, - но обещаю тебе, что освобожу просеку от чар. Если она не охраняется кем-то ещё.

ДМ: - Я не против, - эхом повторила Кетиль, - Мне не важно, куда исчезнет этот камень. Главное, что он исчезнет из просеки и, надеюсь, не помешает ни нам, ни тебе.

Тут эльфка наконец присоединилась к своей женщине в обходе вновь родившихся; проверяла острым, пытливым взглядом, насколько новые дети затонувшего бога крепки.

- Я пошлю с тобой двух людей, - наконец сказала она. - Они оставят тебя рядом с границей просеки, а дальше дело будет за тобой.

Бубоник: - Двух из этих, новых? - он нахмурился, не уверенный, что проклятые друиды смогут оказать ему хоть какую-то помощь. Бубоник шагал вслед за Кетиль и наблюдал за её проверками.

- Впрочем, сойдут и они. Когда я должен отправиться к просеке?

ДМ: - Новых, новых, - подтвердила сновидица, - Подожди пару-тройку часов: они наконец придут в себя, смогут рассказать все, что нужно, и провести, куда нужно. За это время ты можешь собраться, может, спросить меня о еде или воде в дорогу, если тебе нужно, и мы с тобой попрощаемся... Надеюсь, ненадолго.

Бубоник: - Я тоже надеюсь, - заверил её зандаларец, - не хочется столкнуться там с группой спасшихся друидов. Пойду проверю, не прикончила ли лоза моего раптора и покормлю его. Позови меня, когда спутники будут готовы.

Он с облегчением направился к выходу. Снаружи можно наконец-то подышать свежим воздухом.

ID: 16433 | Автор: Пират-ассассин Эонарис
Изменено: 10 августа 2014 — 3:50