Сказки юга Кенарийское сопротивление: Пора отпустить

Шариэль Зимний Сумрак

ДМ:
О, старый Сорис справлялся неплохо.

Когда роща была только семенами, посаженными в сухую землю пустоши, Сорис был там. Сорисовыми руками, тогда еще сильными и смелыми, были высечены менгиры, рождающие в связи с явью и сном волшебных светляков. Сорисовой песней цвели посевы. Зеленел покров травы.

А потом он ушел в дебри леса и вместе с ним - рощенская легенда о мужчине-призраке.

Когда пришло время возвращаться, Сорис был готов возродить память о месте, которое было для него домом. На глазах волшебницы Шариэль он выкатывал круглые каменные заготовки из заброшенной лачужки и обтесывал, как когда-то давно.

Уже смеркалось, а Сорис все сидел у газебо с булыжником, зажатым между ног, и с инструментами в руках.

Шариэль: Когда старушка вновь открыла глаза после дневного и весьма короткого сна, то сразу заметила работающего друида. Ее интерес к этому мужчине рос с каждым часом знакомства все больше и больше, но чего чародейка не любила больше всего, так это обсуждение прошлого. Оно было болезненным и трагичным, по мнению Шариэль. Но в этот раз она не сдержалась и начала разговор первой:

- Ты сказал, что стар и седой волос тому доказательство. Скажи мне... Сорис, верно? Откуда ты родом, застал ли ты времена хаоса и смерти? И, что не менее важно, как ты почувствовал близость к природе? Это не простое любопытство, мой друг, это попытка наладить контакт. И знаю я не так уж и много столь мудрых мужей почтенного возраста. По крайней мере, не так много их осталось. Поведай мне историю меж делом.

Чародейка продолжала сидеть на каменной скамье у живой изгороди, приготовившись получить отказ от предложения, так как была абсолютно уверена в том, что друид не станет делиться с ней историей своей жизни.

ДМ: Сорисов молоточек-бучарда стучал по стальному скарпелю с занятным, монотонным ритмом. Сорис свое дело знал, и поэтому, даже когда чародейкины слова вызволили его сознание из сосредоточенного транса, дела он не бросил.

- Я из Констелласа, - неохотно припомнил Сорис, - Там сейчас ядовитые болота или что-то в этом роде. Мой отец был друидом, а мать работала на каменоломне. Мне хотелось уважить ожидания их обоих, поэтому я стал обучаться вместе с уважаемым наставником, а в свободное время высекал по камню подарки для матери.

Широкая ладонь друида смахнула с поверхности булыжника каменный песок. Сорис продолжил:

- Я не видел ничего, к моему несчастью, стыду и позору, потому что был оставлен дома, когда мать и отец уехали в столицу. Тогда все произошло.

Шариэль: - Ты хороший, Сорис, – коротко подытожила чародейка и расплылась в едва заметной улыбке. Простой, но невероятно искренней. Такой улыбки у нее не было давно.

- Сорис, скажи мне, что представляют из себя эти кентавры. Я слышала о них слишком мало, чтобы судить; знаю слишком много, чтобы помнить.

ДМ: Сорис-умелец комплимента не вернул. Неприязненно прокашлялся, когда Шариэль упомянула конелюдов: - Проклятые отпрыски придурка-Зейтара, который предал братьев, чтобы связаться с Терадрас. Вроде известная легенда, а все равно все спрашивают... Или ты про конкретное племя хочешь услышать?

Шариэль: - Про Зейтара и Терадрас я слышала, разумеется. Меня интересует племя, которое ближе всего к Мародону. И сам Мародон, если ты можешь мне рассказать о нем. Это место очень интересует меня с тех самых пор, как услышала о нем. Говорят, что там обитало злое зло, это так? И я сейчас не про пухлую дочурку хозяйки камня, - ухмыльнулась Шариэль.

ДМ: - Ты имеешь ввиду племя Мародин, - выдохнул Сорис, закончив наконец выскабливать спираль на поверхности булыжника, - Я достаточно долго спал, поэтому, скорее всего, пропустил много новостей. Вкратце - когда-то их уважали больше всех, потому что они хранили священные пещеры. Конечно, на словах уважали, - Мародин, как и все кентавры, редкостные гады, предатели и дикари, поэтому дрязг между племенами у них всегда хватало.

Тннг-тннг-тнгг - поет камень под руками умелого Сориса.

- А Мародон - гробница их предков, могила Зейтара и просто священное место. Говорят, Терадрас ушла оттуда, и пещеры теперь все зацвели Скверной. Не знаю. Не видел.

Шариэль: - Ах, вездесущая Скверна, вечно она меня поджидает на каждом углу. Племя Мародин так и осталось подле священного место? И что сейчас с демонической территорией, где, как говорят, демонов поприбавилось. Поля Маннорока? Да, кажется так их зовут.

Чародейка тоже не отвлекалась от своего наблюдения за работой Сориса, она была интересна и по-своему завораживающей.

ДМ: - Демонов поприбавилось, - прогудел Сорис, - Видишь ли, чародейка, плодиться и призываться им никто не мешает. Это земли колдунов, разбойников, конелюдов и наг - так всегда было - и нашему приходу тут никто не рад, уж поверь.

И, запоздало: - Наверное, Мародин там и остались. Им некуда больше идти.

Шариэль: - Племя в плачевном состоянии, если судить по твоим словам. Кто их ведет сейчас? - чародейка извлекла из походной сумки зеркальце и уложила его на коленях, любуясь своим слегка загрязнившимся от придорожной пыли личиком. А проведя коготком по серебряной оправе, улыбнулась надписям на староэльфийском.

- Демоны – суть зло, их следовало уничтожить первым делом, - выдохнув, снова посыпала вопросами: - А что наги, где они тут нашли прибежище? Стало быть, на руинах старинных мест?

ДМ: - Хан. Их всегда ведет хан, - ответствовал Сорис, чей голос был особенно тих, - Наверняка за время моего сна у них много ханов поменялось.

Калдорай в отвращении сплюнул на землю: - Конелюды. Наги. Наши бывшие сородичи, будь их королева неладна, заполонили западное побережье. Будь я тобой, я бы туда не совался ни при каких обстоятельствах. У них там большой форпост и какая-то жрица-исполинка.

Шариэль: - Я как раз потому и спрашиваю, чтобы не соваться. Интересные дела случаются тут. А что сатиры, сильно докучают друидам? Их тут есть, я слышала, довольно много на северо-востоке. А что в остальных местах?

ДМ: - Сатиры докучают всем калдорай, не только друидам, - произнес Сорис тоном, не терпящим возражений, - Они все еще держат под своими мохнатыми... лапами Саргерон и многие другие руины древности. Разворовывают то, что не разворовали и оскверняют то, что не осквернили. Ходят по Пустоши, как дома.

Шариэль: - Это очень печально, Сорис, если юг так и кишит всякой нечистью. Я поражаюсь вашей выдержкой. Другие бы уже бросили это место, оставив его на растерзание всяким там. Мне нужно будет попасть к Мародин так, чтобы они не решили меня тут же насадить на копье или чего хуже. Ты сможешь посоветовать мне, как сделать это? И тогда я смогу сразу же выдвинуть туда, когда все это закончится.

ДМ: Методичная песнь ударов бучарды о колышек прекратилась. Сам Сорис, ошеломленный внезапной просьбой волшебницы, раскрыл рот.

- Что тебе надо от Мародин?

Шариэль: - Я хочу попасть в Мародон, а они мне могли бы помочь в этом, если правильно подать информацию о визите. Но это уже мои проблемы, Сорис. Порча, которая бурлит в недрах Мародина очень интересна по природе своей, я хотела бы ее проверить и понять, как ее можно было бы остановить.

ДМ: - Ты серьезно? - переспросил Сорис, уверенный в том, что разум и слух решили сыграть с ним злую шутку, - Ты хочешь договориться с табуном конелюдов, чтобы они пустили тебя в священные пещеры и позволили изучать их? А Тиранда бы пустила их в наши владения, позволила бы расхаживать по Храму?

Шариэль: - Я знаю, что это прозвучало глупо и, возможно, странно, но это действительно необходимо сделать. Если все сложится удачно, то одной проблемой на юге станет меньше. Но если ты не сможешь мне в этом помочь, то хотя бы скажи, как дела у наших друзей южнее? В Фераласе все еще беспокойно?

ДМ: - В Фераласе всегда беспокойно, - пробурчал под крючковатый нос Сорис-умелец, вернувшийся к своему занятию, - Я не знаю, остался ли тот безумный коротышка, Тарград, на своем месте - но уверен, что нет. Там слишком опасно.

Шариэль: - Ох, куда не сунь нос - везде опасно! Но мне оченно нужно в Мародон. Порча этой бездны нуждается в моем исследовании. Но еще меня интересует поднявшийся со дна морского храм западнее побережья. Говорят, что туда уже отправляли кого-то проверять, но концентрация наг велика в тех водах. Что же делать, Сорис, что же делать?.. – чародейка качала головой в такт ударам инструмента.

ДМ: - Если бы мы знали, что делать, то давно бы это что-то сделали, - недружелюбно огрызнулся Сорис, - Пойми, Шариэль, все что в наших силах, мы исполнили: мы посадили семена рощи, мы построили просеку, помогли людям на высоте Найджела удержать позиции... Мы ждем, пока зелень не распространится дальше по пустыне. Там, где деревья, трава и вода, нам воевать легче. Пока что перевес на стороне здешних хозяев. И ты все равно хочешь броситься в пекло?

Шариэль: - Я жалею только о том, что в пекле недостаточно горячо для меня, - парировала чародейка, сложив руки на отражающем легкий серебряный свет глаз зеркальце.

- Это пойдет на благо всем нам: и ночным эльфам Дарнаса, и мне, и друидам. Всем, кто хочет видеть этот край другим – живым и цветущим. Когда-то так и было, не так ли? Вернуть первозданный вид, такой, каким мы его запомнили – наш общий долг.

- Ай, прости, я увлеклась, - улыбнулась волшебница своим собственным словам.

ДМ: - Что пойдет на благо всем? Смерть одной волшебницы? - невесело поинтересовался сноходец. - Что ты хотела делать? Конкретнее.

Шариэль: - Я же сказала, дорогой Сорис, сказала. Мне бы хотелось увидеть этот край без порчи, погубившей уже столь дорогие нам места. Мародон - центр заражение - нужно исследовать. Я хочу понять, как можно убрать, или хотя бы обезвредить эту заразу. Хочу сделать что-то приятное и полезное. В конце концов, никому и хуже не станет, если одной волшебницы не станет, да? - кажется, Шариэль надеялась услышать признание друида в симпатии.

ДМ: А Пустошь была таким местом, где все светлые надежды рушились, а люди, ранее полные тепла и участия, становились черствыми. Поэтому Сорис только хмыкнул:

- Я попросил - конкретнее. Ты приходишь в то место, вокруг тебя - конелюды, которые рады либо убить тебя, либо взять в рабство. Перед тобой - оскверненные пещеры, в которые даже они не суются. Что бы ты сделала, Шариэль?

Шариэль: - Я не человечья дурнушка, лезть к ним с оружием и угрозой не стану. Дипломатия - наше все. Договориться с ними, обменяться вещами, втереться в доверие. Много ли нужно для счастья конелюду? Самую малость.

Чародейка смешок друида не поняла, но от того не изменилась в лице и никак не показала сомнение в своих планах, хотя оно росло.

ДМ: - Так и они не просветленные и цивилизованные люди, - напомнил Сорис, - Ты женщина, Шариэль, поэтому слушать тебя не станут - как минимум. К тому же, ты женщина из народа "детей древа" - так они нас зовут. Ни о какой дипломатии речи идти не может. Кто тебя там защитит?

Шариэль: - Замечательно. Я знала, что в их обществе не особо жалуют женщин, но удостовериться стоило. Спасибо, Сорис. Меня действительно некому защитить от кентавров, ты прав, - чародейка зажмурила глаза, отгоняя какое-то надоедливое видение, а опосле достала из того же ранца пергамент с картой и острый уголек.

- Дорогой Сорис, ты бы не мог указать на этой карте, куда стоит идти, а какие места лучше обходить стороной. Я была бы благодарна за эту помощь.

ДМ: Сорис, дорогим себя не особо ощущавший, промычал что-то нечленораздельное и ткнул пальцем в три точки: сначала - туда, где обосновались солдаты Альянса, на форпост в северных горах, потом - в самое сердце рощи и, напоследок, обрисовал круг юго-восточнее границ леса, - Во-первых, если жизнь дорога, сиди на Высоте Найджела - может, капитанша сумеет тебе помочь, может, нет. Во-вторых, роща: я надеюсь на лучшее, поэтому могу только сказать, что здесь будет безопаснее. Третье - где-то здесь, на твоей карте не знаю, как отметить, стоянка бутлегеров. С этими надо разговаривать языком монет.

Длинная линия вдоль побережья, краткий комментарий: - Наги. Западнее, многими лигами в море, та самая крепость. Так, по крайней мере, говорят.

Сорис чертыхнулся, когда молоток свалился с его колена, но продолжил:

- Мародон - сама знаешь, где. Рядом земли Мародин, горы по дуге до поля Маннорок принадлежат варварам других племен. На востоке - Колкар и Маграм. Гелкис на юге.

Шариэль: - И сатиры на северо-западе есть, - добавила чародейка и свернула карту после оставленных ее рукой пометок.
- Это очень ценная информация. Так когда я смогу оставить тебя наедине со своими мыслями, чтобы больше не мозолить тебе глаза своим присутствием и не отвлекать от твоей работы по камню?

ДМ: - Не советую идти ночью, - предостерег друид, - Слишком холодно и слишком много гадов вылезет, да и дело уже к сумеркам. Если бы я был тобой, я бы выдвинулся с утра. Если бы я был благоразумным человеком, я бы не выдвигался вообще, а ждал подкрепления, потому что по этому лесу передвигаться в одиночку опасно.

Шариэль: - Так и поступлю, дорогой Сорис. Где я могу отдохнуть? - кажется, вопрос был задан в пустоту, так как Шариэль уже направлялась к покинутой хижине, прихватив с собой ранец и зеркальце. Мул как стоял на привязи возле стойл, так и остался там.

ДМ: Сорис ощутил резкий укол неприязни; это же был его дом! Да, он оставил его, когда менял общество Карнума на молчание леса; да, он позволил бы любому, кто нуждался бы в уединении, занять лачужку; но сейчас ему казалось, будто бы такого поступка со стороны волшебницы он не стерпит.

Он хотел было окликнуть ее, остановить, вразумить... Но только сжал рукоятку молоточка покрепче и снова утонул в методичном стуке. Тук-тук.

Тук-тук.

Тук-тук.

Пора отпустить прошлое. Это больше не его дом.

Шариэль: Чародейка знала, она легко догадалась. Она знала, как читать сородичей, пусть и таких других и странных. Она знала, как правильно укусить спелый плод, не испачкавшись. Она знала, что ее не остановят. Она знала. Добрый Сорис.

Старушка Шариэль вовсе не засыпала, всю ночь она читала то, что знала о кентаврах и не только о них... Карта была уже вдоль и поперек иссечена пометками уголька и подписями, которые могли быть полезны в дороге. Тексты, служившие информацией для ума, превратились в записные книжки. Каждый день – новые знания. Новый мир и добрый Сорис. Все складывается как нельзя лучше.

ID: 16216 | Автор: Пират-ассассин Эонарис
Изменено: 4 июля 2014 — 1:23

Комментарии (3)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
4 июля 2014 — 16:23 Pentala
Мой отец был друидом, а мать работала на каменоломне.

Матриархат во всей красе)

4 июля 2014 — 17:44 Dea

Может, она надсмотрщицей работала.

4 июля 2014 — 18:42 Pentala

Ещё более матриархальный матриархат)