Тысяча баек о мастере Ли Записи на полях

Ли Гон Жиан
Цзян Жу
Самоуверенная Ксы
Уб-Уб

Раздел постоянно обновляется и обещает впредь радовать вас немаловажной информацией разной степени оос-шности, непричесанности и откровенного стеба.

Итак... этот не воспетый сауроками (но только из-за отсутствия поэтической традиции) миг, когда жертва открыта для атаки, и не имеет никакого представления о своей скорой судьбе! Основательный Ли мог обнаружить, что способен обогатить свои знания о городе, даже не выходя из домины. Что-то собрала за пол луны пронырливая Ксы. Иное было обронено радушной хозяйкой. Многое и вовсе в воздухе витало.

Начать хотя бы с того, что городом Эрцзя (Или Цзя Эр по-южански) только назывался, а на деле представлял из себя рассеянную агломерацию, бесконтрольно выросшую на холмах вокруг лакомой речной развилки. Какие-то сто лет назад дед нынешней управляющей Юаньфу потеснил с развилки местных рыбаков и устроил вязку... Всё, значит, для блага плоскодонного флота. Дело пошло, разрослась вязь в пристань, а пристань в верфь. Обросла торгашами и дельцами, клиентами и прихлебалами. Ходили баржи и плоты вдоль всех мелководий бурого рукава — к Стене на запад и от тамошних Буйных Портеров на жаждущий дешевого пойла восток. Так и образовался градообразующий квартал, Верфями называемый; а окрестные деревни и хозяйства - Придолье, Кунта, Чжунские Выселки, Менли и Старый Цзя - сами не заметили, как обнаружили себя городскими частями, кварталами или как душе угодно. Чем дальше от Верфей, тем больше перемежались городские улицы полями и рощами, мало-помалу переходя в фермерские земли Долины, но всё равно не без чванства звались Эрцзя, старого Цзя наследником и речных земель господином.

Власти тут было две, и обе естественные. Стояла над портом предприимчивая Юаньфу Тройной Коготь: умная, что собственный дед, и быть бы ей абсолютной властительницей, но где сила, там и сопротивление возникает... Могущественная фермерская гильдия Долины позиций терять не хотела, а потому был в городе еще и мэр — умный старик Гун, божественный тактик в прошлом. Управлял, как говорили, без особого тщания, но за соблюдением понятий в отношениях между Долиной и Верфями следил, потому и был потребен.

Случились, наконец, и лаовай. Не просто так случились. В первый же месяц от раскрытия пришли под синими полотнищами. Верховодил над ними чиэнь Томхэй, между своими Францом прозываемый. Говорят, было у него около двух сотен голов, пусть и не все военные, а главное — диковинные машины для полетов: чудесная небесная стрекоза о двух круглых визжащих крылах и две поменьше — мошки. Впрочем был чиэнь мил и дружествен, почем зря народ не пугал, против мамы не шел, а потому быстро управляющей Юаньфу полюбился. Зажили душа в душу, всем бы так... серебро у гололиких было ничем не хуже пандаренского, хоть монетки и дурацкие. Говорили, что большой контракт был заключен, и Верфь теперь для лаовай баржи строит... а почто им? А кто ж их, лаовай, поймет? Крепко гололикие засели на Верфях: и для машин место нашлось, и для персонала. Склады новые возвели наспех, но с огороженным периметром. Народ местный работать зазывали и платили даже... ничего, в общем, зажили.
Одна беда: пол-луны прошло — пообвыклись, по городу шляться стали и квасили неумеренно.

Тут-то и настал звездный час Ли Шена, единственного крупного хмелевара этих мест. Проблема давно зрела: хмеля в Эрцзя было хоть залейся. Портерово наливалово с запада по реке приплывало, экзотическая помутень из нефритового леса через неё же просачивалась, северные сорта нет-нет, да доходили по великой лестнице... а местные хороши: нет бы поддержать отечественного производителя! Торговое место — оно производителю этому головная боль. Давно Шен-хмелевар лелеял мечту от хмелеварения к хмелеторговле перейти, а как лаовай появились, неожиданно обрел спонсора в лице Юаньфу. Мэр Гун глазом моргнуть не успел, как хмелеварня (в Кунте располагавшаяся) завела долю в разъездном дворе на Верфях. И пошла у них торговля...

... у них торговля, а у Жу мысль. Нужна, говорит, карта того квартала, где располагается пивоварня-винокурня, и самой её план, если тётушка Тхан сможет нам такое изобразить - она ведь там бывала? Затем кто-то из нас пробуется в помощники этого пивовара, желательно на стадии наливания напитков, и начинает потихоньку травить приезжих, пока остальные бегают по лекарям и мытьём-катаньем собирают информацию об их отношении к приезжим, о познаниях в ядах-болезнях, и так далее.

А Уб в свою очередь сперва предложил прорыть тоннели от общественных туалетов до верфи, чтобы всех шнуропсов охватила бортельная страходукия. Затем, не дожидаясь отзывов, он предложил собрать единомышленников и нассать всем вместе в хмельные бочки местных пивоваров, чтобы шнуропсы хлебнули потом пивка и умерли от бортельной страходукии. Затем он таки глянул на окружающих и допер, что что-то тут не так... И предложил спереть у шнуропсов трусы и бум-палки с железками, чтобы потом построить из всего этого огромную статую. Дабы шнуропсы ее увидели и умерли от бортельной страходукии. А уходя пастись на лужок, Уб что-то бубнил про первоначальный план, мол, подговаривай целителей и неси сюда чуму, чтоб шнуропсы без лишнего геморроя умерли от бортельной стра-

Но и с бортельной страходукией не всё было ясно...
Уж насколько у Жу был вменяемый план, сама создательница Чумы Ксы почитала болезнь не целью, а средством. Ширмой. И чем-то большим, страшным - погружающим город в хаос и дающим простор для конкретной деятельности.
Тут пандаренка поднимала глаза к потолку и смотрела так мечтательно... Художница от аферы явно не могла выбрать из тысячи возможностей что-то одно (но пленяюще выглядела в этом состоянии).

Мастер Ли во взгляде на Чуму был полностью согласен с Ксы. Однако, поднял вопросы о мышлении лаовай. Что известно об их природе? Что заставит их наверняка покинуть земли Пандарии? Тут пандарен снизошёл до материальных сфер, и предложил для начала в создавшемся хаосе отнять у лаовай нечто, без чего они, отойдя после Чумы, сочтут, что "овчинка не стоит выделки", и хотя бы в окрестности Ерцзя соваться перестанут. Так подвёл мысль к тому, что Чума хоть и устрашающа, но сама за собравшихся всё не сделает, и так или иначе столкнуться с лаовай в бою им придётся. А раз так, то Жу, Убу и Ксы для своего же блага следует пойти по пути тяжёлого кулака и быстрого меча.

Отнимать и делить в Пандарии, очевидно, любили со времен могу, и в таких местах некоторых из верных последователей мастера неизбежно встречал очередной порыв вдохновения.
Отобрать! Ну да... отобрать! Взрывчатые зелья, склады, верфи... о. Ежели саму верфь сжечь и корабли с ней, и мешки, и ящики, и всю грозную снасть, кому ж этот Эрцзя нужен будет?

Впрочем, тут Осенняя Луна скребла пальцами мех на баках: Эрцзя, Эрцзя, а пойди пойми, что им вообще нужно, если не река да корабли, да жратва и прочий фураж... казалось, эта маленькая заминка в раз сделала коробейницу уязвимой к следующему поставленному вопросу.
Тяжелого кулака...
Да этого...
Быстрого меча... ну точно же: мы тут все воины грозные.
К чему мастер вообще речь вел?

А мастер Ли выразил сомнение, что все до единого лаоваи подхватят Чуму, и раз уж уцелеет кто, то с ними, самыми хитрыми и предусмотрительными, и придётся иметь дело собравшимся, когда дело дойдёт до порчи лаоваевых пожитков и потоплении баржи. Конечно, может, удача будет на стороне коренных жителей Пандарии, но может, и не будет. А раз уж так просто им свой умысел осуществить не дадут, надо иметь возможность оставшихся лаоваев забороть, и самим при этом уцелеть.
И напомнил лишний раз, что раз тяжёлый кулак спас Пандарию от могу, то спасёт и от лаовай, поскольку оружием не выглядит, пока не встретится с ликом лаовая, лысым и розовым, как зад хозена.

"Но мы то что? А мы то даааа..."
Витала мысль в чистейшей невинности глазах, и мастеру Ли становилось понятно, что его маленькое войско действительно уверено в в своей способности побеждать орды Лаовай. Возможно, причина была в том, что войско грезило возможностью отобрать и поделить в первую очередь летающие машины? А может думало, что к моменту решающей битвы за его спиной соберется еще одна армия (которая, конечно, и примет участие в сражении). И не стоило забывать, что Жу была сильна и велика, Уб состоял из ума, ловкости, красоты и мощи, а Ксы обучалась у... как его? Или его? Или... всех сразу? Обучалась?

И снова сомнение выразил мастер Ли, когда ему сказали о том, что его спутники стоят сотни вооружённых лаовай. А вот не стоят, пока он сам не увидит это. И летающие машины - это вещь опасная, и так просто, единожды сев в неё, с ней не справишься. На словах все у нас шадо-паны, а на деле щенки цийлиней. А посему, пока занята всепочтенная вдова Тхан, всем следовало бы выбраться на лужайку сей же миг и приступить к тренировкам.

ID: 11764 | Автор: Amaryllis
Изменено: 24 ноября 2012 — 2:33