Перерождение Обреченные

Гильдия Плеть
Освальд "Потрошитель" Андерфелс
Дардаса Черная Луна
Лорд Астериан Морддис

------------------------------------------
…Фулгрим стоял перед одной из камер в некрополе, который заменил дом всем верным сынам и дочерям Плети. Эльф, как и обычно, не расставался со своим саронитовым доспехом, разве что шлем был снят и прикреплен к его поясу. Длинные седые волосы мягкой волной спускались за спину немертвому рыцарю. Громадный двуручный меч был прислонен к стене, совсем недалеко от своего хозяина.
До рыцаря донесся голос Морддиса, раздававшийся будто отовсюду. Он вибрировал, отражаясь от стен некрополя, живых, темных, дышащих. Голос того, кто был хозяином этого места. Он был этим некрополем, его душой и сердцем.
«Дитя мое...» сказал голос, гулко отдаваясь в разуме эльфа.
Будто в ответ ему, по зданию пронеслась дрожь, и послышался легкий вздох.
Эльф не вздрогнул, он уже давно привык к этому голосу в своей голове.
А голос продолжал, обретая крепость.
«Мне нужно, чтобы ты отправился вниз и встретился с братом твоим в посмертии. Он скажет тебе остальное.»
Немертвый лишь слабо дернул плечами, понимая, что Морддис все равно этого не увидит, и взял свой меч. Убрав его в ножны за спиной, он зашагал вниз, рассуждая, кого же из братьев он там встретит.
Внизу на первом ярусе некрополя его ожидал открытый портал. Ярко-пурпурные вспышки пробегали по овальному провалу в пространстве, будто приглашая войти. Любой нормальный человек побоялся бы нырнуть в хищную пасть нечестивого портала. Но немертвые не были людьми.
Фулгрим остановился перед порталом, ожидая того, кто объяснит ему, что от него требовалось.
В ответ на колебания рыцаря стены некрополя как будто потемнели и сжались. А портал полыхнул, ярче вспыхнув зелеными болезненными прожилками, напомнив Фулгриму отсветы меча Патрисии.
Немертвый опять пожал плечами и шагнул вперед, спокойно проходя сквозь портал.
Его окружила темнота на краткую долю секунды. Тело пронзила тысяча иголок, а голову сдавило невидимым обручем
Кто-то прочел его. Прочел его сущность, мысли, желания. Прочел его голод и остроту меча. Портал был частью души лича и точно знал, кто проходит сквозь него. Морддис мысленно улыбнулся своему рыцарю, перемещая его вниз. Любой посторонний, осмелившийся шагнуть в портал, будет расщеплен на мириады частиц и уничтожен.
Эльф вышел у горного озера где-то недалеко от чумных земель. Власть Морддиса простиралась лишь на сто километров вокруг. И это озеро находилось на самой ее границе.
Будь эльф живым он,несомненно, оценил бы красоту ландшафта, пока не затронутую чумой. Живые деревья покрывали горные склоны, ветер едва заметно шевелил ветви и поднимал крошечные облачка пыли с земли. Солнечный свет бликами отражался в поверхности воды, ослепляя глаза.
Фулгрим передернулся всем телом, едва вышел из портала. Ему не нравилось, что лич копается в его сознании, только истинный король мог делать это с эльфом, и никто другой. Однако лицо немертвого рыцаря оставалось невозмутимым и спокойным.
Ничто не нарушало тишины и спокойствия природы. Хотя... Было даже слишком тихо. Не было слышно птиц, мертвый ветер приносил запах смерти. Через минуту красота озера навевала грусть и тоску, словно старое кладбище. Ветер пронес мимо эльфа ощущение чьего то невидимого присутствия. Спокойный взгляд, наполненный ожиданием.
Немертвому было все равно на окружающий мир, он уже давно утратил чувство прекрасного, и его измученная душа жаждала лишь крови и смерти. Он неспешно направился к озеру, по обыкновению глядя прямо перед собой, не обращая внимания на все остальное.
Пологий берег спускался к самой воде, темной, недвижной, лишь ветер изредка гонял по ее поверхности маленькие волны. Под слоем воды неспешно колыхались водоросли, похожие на внутренности. Странное это было место. Странное для живых и мертвых. Будто переход из одного состояния в другое, полная апатичность, прорезанная редкими прожилками отчаяния.
Совсем как он.
Он сидел на берегу спиной к Фулгриму и, казалось, совершенно его не замечал, но ощущение взгляда усилилось. Ему не нужно было смотреть, чтобы знать -Фулгрим здесь. Он чувствовал его так же, как и остальных обитателей некрополя.
«Фулгрим…»
Голос прозвучал прямо у эльфа в голове. Ветер трепал длинные седые волосы рыцаря смерти, сидящего к нему спиной, и было видно, что их добрая часть отвалилась от разложения и долгого пребывания на дне морском. В этом рыцаре смерти чувствовалась сила. Но не та сила короля-лича, которая была обыденной и привычной, но скорее сила, купленная за годы существования. Такие, как он, продолжали свою нечестивую жизнь очень недолго. И у этого конкретного рыцаря время подходило к концу.
Немертвый эльф остановился позади Освальда и замер, спокойно глядя на него. В отличие от своего брата,Фулгрим оставался почти таким же, как при жизни. Его длинные седые волосы слабо ласкал легкий ветерок, а бледное лицо рыцаря смерти не выражало никаких эмоций.
— Я здесь, — негромко произнес он, уставившись в спину Освальда.
На рыцаре у воды были новые доспехи, те самые, которые сковала для него Патрисия взамен старых, пробитых. Меч за спиной тоже был создан в кузне некрополя. Патрисия им особенно гордилась и никогда не могла заткнуться на тему того, какой шедевр у нее удался. Хотя Освальду, похоже, было все равно.
Он обернулся, холодно и неестественно блеснула в лучах тусклого солнца черно-белая маска. Совершенно обезличенный, обездушенный, он все равно оставался пугающим. Фулгрим почти видел цепи, крепко стягивавшие его разум и остатки души, которые и душой-то нельзя было назвать. Морддис контролировать Освальда так, как никого более. И он боялся его. Да… эта мысль теперь стала кристально-чистой, понятной, как вода в озере в горах.
Единственный глаз тускло сверкал сквозь прорезь маски, уставившись на эльфа.
«Морддис сказал тебе о задании?»
— Нет, не говорил, — Фулгрим нисколько не испугался Освальда, просто потому, что давно не испытывал это чувство. Даже, когда его везли на казнь рыцари Черного клинка, он чувствовал лишь неудовольствие, что его хотят лишить возможности жить так, как ему хочется, лишить его службы Падшему Принцу.
«Хорошо.»
Большего от Освальда услышать не удалось — похоже, утратив возможность говорить физически, он и в душе перестал испытывать нужду в общении. Рука его в латной перчатке поднялась к лицу и неосознанно потерла скулу. Точнее, то место, где когда-то была скула. Пальцы наткнулись на холодный и острый край маски и тут же отдернулись. Вот к этому он не привык. Просто старался не замечать ее. Просто…
Его размышления прервал шорох в кустах неподалеку, и через минуту на берег выбралась тонкая и какая-то угловатая, неправильная фигурка. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это эльфийка. Мертвая эльфийка. Но не превращенная в вурдалака, скорее она была чем-то похожа на Отрекшихся.
Приблизившись к рыцарю смерти, эльфийка улыбнулась и, сев на колени на землю, быстро ткнулась лбом в руку Освальда. Тот рассеянно погладил ее по волосам, на которых были заметны следы крови. Лицо в маске медленно обратилось к ней, и несколько минут они молчали. Просто смотрели друг на друга, будто разговаривая, но ни единого слова не было произнесено. Даже мысленно -Фулгрим ничего не услышал. Им не нужно было слов.
— Если ты позвал меня посмотреть на мертвую соотечественницу, то мне это не интересно, — Фулгрим уже явно скучал, это было видно по его глазам, которые немного потускнели. Он оперся на свой меч и скучающе посмотрел на Освальда, ожидая, вдруг тот скажет что-то интересное и заслуживающее внимания?
Эльфийка резко повернула голову к эльфу, разорвав эту странную связь взглядами, которая происходила у нее и Освальда, и нахмурилась. Бледная кожа была похожа на бумагу, тени залегли глубоко под глазами, но она все еще была красива… как будто это что-то значило. Поднявшись на ноги, она сжала руки в кулаки и тихонько зашипела, будто гремучая змея, которую потревожили, когда она грелась на солнышке.
Рука Освальда стальными тисками сжалась на ее плече так, что у живой хрустнули бы кости.
«Дара, назад. Он пойдет с нами. Так распорядился Похититель Душ.»
Показалось, или в единственном глазу рыцаря промелькнула насмешка?
«У нас есть задание. Если ты готов, то пойдем. Вниз по горе спускаться будем пешком. На равнине можно вызвать лошадей. Есть вопросы?»
— Да. С чего ты взял, что я стану слушаться ТЕБЯ? И что за задание? — Фулгрим по-прежнему не сводил с Освальда усталый взгляд, опираясь на свой чудовищный, во всех смыслах этого слова, двуручник. Эльф не улыбался, тонкие губы были сжаты в тонкую линию, а голубые глаза полыхали мертвым огнем.
«Можешь не слушаться. В таком случае возвращайся в некрополь и оставь задание мне. Один справлюсь».
Освальд теперь смотрел, немигая, на Фулгрима своим единственным глазом, и можно было поклясться, что с насмешкой. Рука неспешно сдавливала плечо Дары, эльфийки, но та даже не пискнула. А что ей, мертвой, сделается…
Казалось, что по доспехам и мечу рыцаря смерти ползут темно-красные, почти черные блики. Как будто свет цвета крови, излучаемый откуда-то изнутри.
«Задание очень простое. Кое-кто из паладинов пролетал слишком близко к некрополю и что-то заметил. Морддис приказал тлеющему покорителю сбить его. Нужно найти его тело и доставить в некрополь, для ритуала. Искатель Душ нуждается в новых солдатах, а вурдалаков всегда хватает».
— Не интересно, — Фулгрим пожал плечами и развернулся, — Удачно порезвиться с твоей красоткой, — он махнул рукой и неспеша зашагал обратно. Он закинул меч на плечо и с наслаждением вслушался в глухой скрежет металла.
Не успел эльф отойти и на десяток шагов, как голову резко пронзила боль, и в ушах зазвенел сталью голос самого Морддиса. Все это время он следил за разговором двух рыцарей смерти, и стало понятно, почему Освальд так немногословен. Однако лич был далеко, он едва мог дотянуться до этого места, а потому тратил на это вторжение в разум слишком много сил. Он был разозлен.
«Фулгрим! Ты должен пойти с ним. Он что-то задумал, я это чувствую. Что-то против нас… против Плети. Иди и сделай то, что должно!»
«Ну и что? Не думаю, что один старик сможет что-то сделать Плети, а если попытается, то я его убью,» спокойно отозвался Фулгрим, но все же остановился.
«Может, мне прямо сейчас его и убить? Чтобы не тратить время попусту, у меня еще есть планы на вечер.»
Голос Морддиса замолчал. Постепенно стало казаться, что он уже убрался из головы Фулгрима, но через несколько минут заговорил снова — и на этот раз голос был уставшим.
«Не знаю, в чем дело. Никогда раньше не видел таких дефектов в созданиях. Я думал, что все исправил, но, похоже, из-за сильной деформации души его стало сложнее контролировать. Потому что и контролировать там больше нечего. Какие-то странные новообразования в… впрочем, тебе это знать не нужно, все равно не поймешь. Не некромант. Исправлять его уже нет никакого смысла, ему осталось недолго. Если хочешь, можешь прервать его страдания. Если нет, проследи за ним. Я не хочу, чтобы наша армия развалилась, так и не начав действовать.»
На этом голос резво покинул разум эльфа, оставив после себя тянущую пустоту и отзвуки предыдущей боли. Морддис больше не мог говорить с ним, он и так истратил слишком много сил на эту беседу. Рыцари находились на границе его ментального взора, и очень скоро пересекут ее, и тогда… тогда невозможно будет узнать, что задумал Освальд и его «дитя».
Фулгрим лишь кивнул, хотя прекрасно знал, что Морддис его не увидит. Меч со свистом рассек воздух, и эльф резко развернулся к Освальду:
— Впервые в жизни буду убивать прокаженного и всеми брошенного человека, — он усмехнулся, полыхнув глазами. — Какая радость, — после чего быстро помчался прямо на мужчину, взмахивая мечом и опуская его на голову рыцаря смерти. Из груди рвался звериный рык, который означал лишь то, что эльф проголодался или соскучился по охоте на разумных существ.
Без единого звука — впрочем, издавать их у Освальда все равно не получалось, за исключением низкого рычания, — рыцарь смерти поднялся на ноги и одним движением толкнул Дару за свою спину. Меч был нацелен точно в его грудь, но он видел траекторию движения оружия так же ясно, как отсветы солнечных лучей на поверхности воды. Так предсказуемо и так… Он не закончил свою мысль, лениво ползущую в остатках мозга немертвого, и легко уклонился от удара, отбив лезвие рукой в латном доспехе. Его глаз вновь уставился на Фулгрима, на этот раз — с состраданием. Или с чем-то вроде него.
«Ты все еще следуешь ЕГО приказам…»
В разуме эльфа послышался глухой смешок, словно эхо.
«Раб».
Однако эльф не прожил бы так долго, если бы надеялся победить опытного врага одним мощным ударом. Тело немертвого изогнулось, и клинок взмыл вверх. Острие целилось точно в грудь Освальда и летело туда с жадностью, и желанием пробить человека насквозь.
«И в смерти я буду служить истинному королю»

ID: 11327 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 5 октября 2012 — 20:21

Комментарии (2)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
5 октября 2012 — 21:43 Чудесная Риканда

Здорово, особенно финал.

5 октября 2012 — 22:16 WerewolfCarrie

Благодарю :)