Осколок твоей души

Вирджиния Винтерс

— Не... пропускайте... его, — выдохнул первый стражник с мечом, но подняться с земли не смог. Оставалось надеяться, что рыцаря смерти задержат тяжелые дубовые двери с железными засовами.

Но, к великому сожалению всех стражников, двери его не задержали. С бледных губ сорвалось тихое, но довольно мощное заклинание, которое смогли почувствовать даже те, кто не имел с магией отношений, то есть те же стражники. Темно-зеленая вспышка впилась в дверь. Рыцарь подождал несколько секунд, после чего с размаху обрушился на ворота, мало того, что он сам весил немало, так на нем еще и саронитовый доспех был, а ворота были ослаблены заклинанием. Раздался громкий треск, и рыцарь проник внутрь.

Внутри было светло. В большом холле, обустроенном богато и со вкусом, все было выполнено в красно-золотистых тонах, напоминая чем-то об эльфах крови. На полу лежал толстый пушистый ковер, на стенах — выполненные на заказ картины и гобелены. Две лестницы вели наверх, в галерею, а с потолка свисала огромная хрустальная люстра.

Посреди холла за столом сидел человек. Он был совершенно спокоен и взглянул на Холтена так, словно ждал его. Ему было на вид лет сорок, красивое лицо, чуть подпорченное шрамом на щеке, короткие черные волосы и аккуратная бородка. Одет он был богато, что сразу навевало догадки, что это и есть хозяин поместья. Через несколько секунд он не спеша вынул трубку изо рта и выпустил колечко дыма.

— И стоило ли так врываться? — философски заметил он.

— Выбора не было, где она? — Холтен не спешил убирать оружие обратно в ножны, но и поднимать его тоже не было причин. Человек был один и, что немаловажно, был живым, а значит, особой опасности не представлял, по крайней мере, по разумению рыцаря.

— Она?... — эхом повторил барон, чуть приподнимая бровь и насмешливо глядя на рыцаря. — С чего вы взяли, что тут есть кто-то, кроме меня?

— Это вы мне скажите, — хмыкнул рыцарь, — Если тут только вы, то я убью вас и уйду, вот и все.

— Убьешь меня? И по какой же причине? — человек встал из-за стола и чуть оперся на него руками, глядя Холтену прямо в глаза. — Вы вломились в мой дом, покалечили мою стражу, а теперь угрожаете. Скажите мне... — он выдержал драматическую паузу и усмехнулся. — Все вы, мертвецы, такие? Или только вы?

— Большинство из нас, — рыцарь тяжело зашагал вперед, на ходу убирая клинок за спину. Когда он подошел к человеку, то без лишних слов отвесил ему хорошенькую пощечину. Пощечину саронитовой перчаткой, что было... не слишком приятно.

— Либо ты мне говоришь, где она, либо ты никогда ничего не скажешь.

Человек даже не вскрикнул, только пошатнулся от удара, удивленно подняв глаза на Холтена.

— Тебе это с рук не сойдет, — прошипел он, с ненавистью глядя ему в глаза. — А что тебе за дело до того, где она? Допустим, здесь. И даже сама сюда приехала. И что теперь?

— Да-да, не сойдет, — хмыкнул рыцарь, — Большое дело, коль я трачу на тебя время. На вопрос ты не ответил, — вторая пощечина вышла еще более жесткой, кожа на щеке мужчины побагровела.

— Она наверху, в комнате, — выплюнул барон, вытирая кровь с разбитой губы. — А тебе за нападение на аристократа грозит виселица, мертвяк. Так что можешь попрощаться с ней прямо сейчас.

— Прекрасно, всегда мечтал узнать, как это, умереть второй раз, — усмехнулся рыцарь, после чего быстро и мощно врезал прямо в нос мужчине, с удовольствием услышав тихий хруст. Умереть он не умрет, но поваляется тут достаточно.

Рыцарь развернулся и пошел к лестнице, что вела наверх. Быстро поднявшись, он огляделся в поисках баронессы.

Одна из дверей была полуоткрыта, но никаких звуков из комнаты не доносилось. Из открытого окна дул ветер, отчего дверь едва слышно поскрипывала.

Холтен толкнул дверь и вошел внутрь.

Это оказалась спальня. Но было такое ощущение, что тут прошла война. На полу рассыпано битое стекло, лужа воды и сломанные цветы валяются в углу. У кровати лежит смятое кроваво-красное одеяло.

Вирджинию он почти не узнал сначала. Ее одежда была изрезана и валялась за кроватью, а сама она, бледная, как смерть, лежала на простынях, свернувшись клубком. Кое-где на ее теле были видны синяки и царапины, растрепанные волосы походили на воронье гнездо. Кажется, она даже почти не дышала — то ли спала, то ли впала в беспамятство.

Рыцарь, едва его взгляд коснулся тела, бросился к Вирджинии. Немертвый опустился рядом с ней на колени и стянул одну перчатку, после чего коснулся лба девушки и тихо прошептал:

— Вирджиния, ты слышишь меня?

Она отреагировала не сразу. Тихо застонав, женщина приподняла голову и посмотрела на Холтена затуманенными глазами. Кажется, она была то ли пьяна, то ли одурманена какими-то наркотиками.

— Х...Холтен? — пробормотала она заплетающимся языком.

— Тише-тише, мы уходим отсюда, — он снял шлем и прикрепил его к поясу, — Ты сможешь идти?

— Да... наверное... не знаю, — выдохнула она, скривившись от боли. Все тело как будто ломило. — Где я?

— В плохом месте, если честно, но поговорим, когда тебе станет лучше, — обнаженная рука немертвого коснулась лба Вирджинии и он что-то тихо прошептал. Баронесса почувствовала себя немного лучше, но и только, в конце концов, рыцарь не был целителем. Он помог ей подняться и повел к выходу.

— Холтен... — она внезапно огляделась, и на ее лице проступил ужас. Не просто страх — настоящий животный ужас, паника, словно она увидела саму смерть. Ее затрясло, и она чуть не упала. — Это... я помню это место... Красный... повсюду... — ее губы скривились, словно она вот-вот разрыдается. Быстро подняв с пола свою одежду, она попыталась снова ее надеть, но та была изрезана и висела лохмотьями.

— Что такое? — он мягко поддержал ее, чтобы она, не дай Плеть, не упала на пол, — Давай уйдем отсюда побыстрее, тебе нужно немедленно показаться доктору или целителю...

— Это то самое место, — уже более четко повторила она и выпрямилась, попытавшись пригладить волосы. — Где он? — отрывисто спросила Вирджиния.

— Какое место? Кто "он"? — рыцарь всегда соображал не слишком быстро, если дело не касалось войны.

— Он, — она неопределенно взмахнула рукой в воздухе и скривила губы в выражении глубочайшего презрения. — Жан-Поль. Это его цвета... я их узнаю везде.

— А, ну, сейчас он не в лучшем состоянии... — протянул рыцарь, — И все же нам нужно уходить...

Вирджиния помолчала, а затем взглянула рыцарю смерти прямо в глаза.

— Холтен, я искала этого человека уже более десяти лет. А теперь он сам объявился. Я... я поехала к нему в поместье в надежде, что смогу расправиться с ним сама. — Винтерс вздохнула и прижала руку ко лбу. — Но он перехитрил меня. Подмешал наркотик в вино, а что было дальше, я не помню... наверное, очевидное, — она скривилась, снова бросив взгляд на свою одежду и синяки. — Я оставила тебе послание на случай, если я не вернусь, и вот ты здесь. Я думаю, ты понимаешь, зачем я пригласила тебя сюда.

— Ну и какого черта ты сюда вообще поехала? А если бы я не справился с тем, зачем уехал? Не хочу тебя обижать, но ничего глупее придумать ты не могла, — рыцарь тихо ругнулся, — Тут целый гарнизон, а ты без оружия и доспехов, как ты вообще... Ладно, не важно, пойдем, — он одел перчатку, подхватил Вирджинию на руки и пошел к лестнице, спускаясь вниз.

— Потому что это мое дело, — огрызнулась Вирджиния, впрочем, не сопротивляясь особенно. — И я не могла позволить ему уйти еще раз, чтобы потом снова десяток лет его искать.

— На кой хрен его вообще искать? — вздохнул Холтен, когда они спустились, — Вон он лежит.

Барон и вправду валялся без сознания у стола, прямо там, где его вырубил Холтен, в луже крови из разбитого носа. Совсем не такой страшный, каким он последние десять лет являлся во снах Вирджинии. Просто человек... такой же смертный, как и она.

Взгляд Вирджинии был прикован к его лицу, и от ее щек отхлынула кровь, снова делая ее похожей на куклу... или на мертвеца. Несколько минут она просто стояла, глядя на него и не в силах пошевелиться, словно кролик, замерший перед броском удава, а затем кинулась к нему и изо всех сих ударила ногой в живот. Потом еще раз, и еще... пока не выдохлась, она жестоко избивала его бесчувственное тело. Наконец, взяв стул, Винтерс с размаху сломала несчастную мебель о голову Лакруа.

— Тише-тише! — рыцарь аккуратно оттащил Вирджинию от бесчувственного тела, — Если хочешь его убить, то убей, или я убью, но избивать без надобности не стоит, — Холтен тихо вздохнул и взглянул на баронессу.

— Стоит, — выплюнула баронесса, немного придя в себя и выпрямившись. — Убей его. И всех, кто находится в поместье. Дом нужно будет сжечь. Чтобы дотла. Чтобы ничего не осталось больше здесь, кроме смерти.

— Стоп, а в чем вина тех, кто тут жил и служил? — Холтен нахмурился, опустив руки вниз.

— Они — свидетели. Если кто-то проболтается о том, что видел нас здесь — нам с тобой конец. Обоим, — жестко ответила Вирджиния. — Поверь мне, так будет лучше.

— Не думаю, что нам обоим, в конце концов, это злой, синеглазый демон тут все порушил, а мне к таким угрозам не привыкать, — усмехнулся Холтен, — Я не буду убивать невинных.

— Тогда уходи, — спокойно сказала Винтерс, отвернувшись. — Я сама все сделаю. Не хочу висеть за то, что убила этого мерзкого червя.

— И тебе я не позволю, достаточно просто сделать так, чтобы они ничего не вспомнили.

— И как же ты намереваешься это сделать, интересно? И что будет, когда найдут его труп? Ты об этом подумал?

— Ну, ты забываешь, что я не только холодный на ощупь, — опять усмехнулся рыцарь, — Это моя забота. А труп... Ну, мало ли кто мог его убить?

Вирджиния поджала губы и холодно посмотрела на рыцаря смерти.

— Кажется, ты забываешься, и считаешь, что вправе мне что-то не позволять... но я забуду это. Если можешь сделать так, чтобы никто ничего не узнал — сделай. В противном случае я обрекаю этих людей на смерть. И мне ничуть не жаль их.

Она отвернулась, чтобы скрыть дрожащие губы. Винтерс не хотела, чтобы Холтен видел, насколько сильно она ненавидит этот дом, его обитателей и этого человека.

— Я думаю, что это ты забываешь, что если бы меня тут не было, ты бы сейчас сладко спала наверху, — тихо произнес Холтен, — Я все сделаю, — он подошел к телу аристократа, достал клинок и быстрым взмахом отсек мужчине головы, — Пойдем, — негромко сказал рыцарь смерти и пошел к выходу из дома.

Вирджиния хотела было взвиться, но сдержалась. Не время. И не место сейчас.

— А что с людьми? — деловито осведомилась она, не спеша направляясь к дверям, снесенным рыцарем смерти начисто.

— Это моя забота, — повторил рыцарь. Немертвый взмахнул рукой, и рядом с ним, словно из воздуха, возник Ревущий, его мертвый скакун.

— Будь добра, залезь пока на него и подожди меня, — Холтен быстро зашагал ко все еще лежащим стражникам, которых уже основательно "повело". Встав перед ними, он поднял левую руку вверх и что-то тихо прошептал. Люди притихли, а некоторые даже смогли повернуть голову к Буре, который не обращал на них никакого внимания. Его рука на миг окрасилась ярким зеленым светом, и все стражники разом отключились.

— Я не собираюсь лезть на это отвратительное животное, — пробормотала Вирджиния, пытаясь как-то привести в порядок свою одежду, но вскоре плюнула на это занятие — платье было безнадежно испорчено.

— Ладно, можешь идти пешком, — легко отозвался Холтен, залезая на своего скакуна, — Но идти довольно долго.

Вирджиния прошептала что-то явно нелестное в адрес рыцаря смерти, но потом все же соизволила запрыгнуть на его коня позади Холтена.

— Едем домой, — приказала она.

— Вот и славно, — кивнул рыцарь и погнал коня вперед, надеясь как можно быстрее попасть обратно в Ясную Поляну.

Они добрались до поместья к утру — путь был и вправду неблизкий, а ночь меж тем уже была в самом разгаре, когда они выехали в путь. Перепуганные слуги ждали их, и едва завидев на горизонте всадников, высыпали на подъездную дорогу, явно счастливые видеть хозяйку в добром здравии.

— Вот и все, а ты не хотела ехать, — хмыкнул рыцарь и спрыгнул на землю, погладив Ревущего и почесав его за ухом, хотя коню было абсолютно все равно, но немертвого это не сильно волновало.

— И что собрались? Никак, театр приехал? — прикрикнула Винтерс, и слуги моментально скрылись с глаз долой. Баронесса устало потерла виски. — У меня голова раскалывается. Еще и эта чернь донимает. Когда же я отдохну?

— Сейчас и отдохнешь, — Холтен взмахнул рукой и отозвал коня обратно в Акерус, — Тебя проводить до твоей спальни?

Баронесса как-то странно посмотрела на Холтена и криво усмехнулась.

— Пожалуй, я дойду сама. — Она отвернулась и направилась к своей комнате, медленно, словно считая каждую ступеньку.

— Хорошо, — едва кивнул рыцарь. Он подождал, пока баронесса исчезнет из поля зрения, после чего медленно побрел к своей комнате, где рухнул на кровать и провалился в глубокий сон.

***

Утром баронессы не было видно, ни за завтраком, ни позже. Она вообще не выходила из своей комнаты, дверь была заперта изнутри на замок, и из спальни не доносилось ни звука. Поэтому ее завтрак остыл, и слуги вынуждены были его выбросить. Впрочем, после вчерашних событий кто угодно не захочет ни есть, ни общаться. Вирджиния до сих пор не могла поверить, что все было так легко. Она ожидала момента своей мести столько лет... а получилось все как-то совсем не так возвышенно, как она мечтала. И это сбивало с толку.

Утро прошло для рыцаря довольно быстро. Хорошенько всыпав стражникам за то, что позволили баронессе уехать черт знает куда, он принялся их тренировать. После этого все, что они могли сделать — это стянуть доспехи и рухнуть на кровати.

Немертвый прошелся по поместью, проверив всех дозорных, после чего пошел обратно в дом, поднялся по лестнице и негромко постучал в дверь баронессы:

— Леди Винтерс?

— Никого нет дома! — донесся из-за двери приглушенный вскрик. Явно раздраженный и несколько усталый.

— Открой дверь, будь добра, — спокойно произнес Холтен.

Некоторое время за дверью царило напряженное молчание, а затем дверь распахнулась, и Холтен имел честь лицезреть растрепанную, бледную баронессу в одной ночной сорочке. В руке у нее недвусмысленно покоилась полупустая бутылка из-под виски.

— Чего тебе?

— Хочу поговорить, впустишь?

— Ну, входи, — она посторонилась, опершись о дверной косяк. Какая жалость — баронесса не успела как следует напиться. А ей этого хотелось. Чтобы просто забыть обо всем и жить дальше, как жила раньше... Но теперь ее цель была достигнута, Лакруа мертв. И что теперь? Она чувствовала себя потерянной.

— Пьем с утра пораньше? — хмыкнул немертвый, прикрывая за собой дверь, — Расскажи мне об этом человеке, которого я вчера убил.

— А какое тебе до этого дело? — пожала плечами Винтерс, плюхнувшись на край кровати и поджав под себя ноги. — Он был моим врагом. И у него было полно причин умереть, поверь.

— Ну, раз он был твоим врагом и умер, то я не понимаю, почему ты сейчас пьешь как какой-то сапожник из Златоземья?

— Хочу и пью, — ответила просто Вирджиния и вздохнула. — Я не хочу об этом говорить. Правда. И не хочу жаловаться на жизнь и рыдать на твоем плече. Так что не нужно задавать лишних вопросов.

— Ладно, — негромко произнес Холтен, — Тогда я пойду.

— А зачем приходил? — спросила Вирджиния, искоса бросив на него взгляд. — Спросить о Лакруа?

— Поддержать тебя, но... видимо, тебя уже поддерживают, — взгляд Холтена уперся в бутылку, которую держала баронесса, — И я тут лишний.

— Ну... — она запнулась на секунду, а затем отставила бутыль на столик. — Рыдать на плече, пожалуй, не буду, но от поддержки не откажусь.

— И то хорошо, — хмыкнул рыцарь, — Не стоит пить, после такого. Как ты себя чувствуешь? Действие наркотика уже прошло?

— Да, прошло, но до сих пор не могу поверить, что я так легко повелась на такой дешевый трюк, — вздохнула Вирджиния и закрыла глаза, прислонившись к Холтену. — И спасибо, что пришел за мной.

ID: 10956 | Автор: WerewolfCarrie
Изменено: 26 августа 2012 — 0:46