Тенебринт Кровь Рассвета Витраж из воспоминаний

"Минувшее меня объемлет живо"
А.С. Пушкин

… Он лежит на животе, подпирая подбородок руками, и сосредоточенно, напрягшись как струна, наблюдает за рыбаками. Любопытные глазёнки следят за растущими на водной глади кругами, уже представляя, как возятся под водой блестящие маленькие рыбки, заприметив приманку. Тенебринту всегда до слёз жаль этих наивных рыбок и, стоит кому-то из рыбаков вытащить одну из них на поверхность, как мальчик отворачивается и тут же стремится сбежать подальше, чтобы не видеть, как бессильно бьётся на опалённой солнцем траве маленькое беспомощное существо. Однако он всё равно возвращается на следующий день в надежде улучить момент, когда раскладывающие снасти рыбаки отвлекутся на разговоры и привычное хвастовство. О, тогда Тенебринт начинает воображать, как он непременно достанет приманку и быстро кинет её в пруд. Он даже представляет себе, как рыбки, опережая друг друга, ринутся поглощать безопасные лакомые кусочки, а рыбакам, лишённым возможности изловить даже одну из них, придётся убираться восвояси. Увы, план этот так и остаётся одной из многочисленных фантазий маленького эльфа. Совершенно разочаровавшись, он перебирается играть в кусты, в которых устроил себе настоящую комнату, натаскав отовсюду веток, палок и выброшенных за ненадобностью бытовых вещиц. В это своё жилище он и принялся таскать найденных на улице котят, речных ящерок, птицу с подбитым крылом. Отец один на всём свете знает об этом его укромном уголке. Он даже принял участие в судьбе больной птицы, пообещав непременно передать её дяде, который уж точно знает, как излечить беднягу. Тенебринт обожает своего отца. Настолько сильно, насколько способно любить детское сердце.

***

Тенебринт пытается сосредоточиться на чтении, но буквы сливаются перед глазами в одну жирную черную точку. Он немигающим взглядом, до боли в глазах, всматривается в эту точку, лишь бы не слышать. Родители снова ссорятся. Сквозь лёгкую занавесь, разделяющую комнаты, слышится крик доказывающей что-то матери и тихий голос отца, которого почти даже и не слышно за этими криками. Скоро голоса сольются в единый звук, более похожий на гул. Встряхивая головой, эльф представляет, как обессилевшая от бесконечных криков мать упадёт в кресло, обхватит белокурую голову руками и тихо заплачет, а отец робко будет касаться её плеча, стараясь утешить. Они часто ссорятся в последнее время, и Тенебринт старается казаться незаметным, буквально вжимается в спинку дивана, зацепившись взглядом за какую-нибудь деталь интерьера, стараясь не мигать.

***

Расплывающиеся перед глазами круги и причудливые узоры приобретают форму предметов мебели. Голос, доносившийся словно из какой-то бездны, кажется до боли знакомым. Тенебринт лежит под тощеньким одеялом, пропускающим прохладу, которая так и норовит пробраться за воротник. Зубы начинают выбивать дробь.
- Айв… Айвэнар?..
Он сам удивляется тому, каким слабым и тихим стал его голос. Стараясь закутаться, чтобы сохранить тепло, эльф натягивает одеяло до подбородка и подтягивает к животу колени. Брат молча садится рядом и, пока дотрагивается тыльной стороной ладони до лба эльфа, Тенебринт рассматривает его серьёзное лицо с появившейся складкой у губ и потемневшими кругами под глазами.
- Спишь мало… - тихо произносит Тенебринт, опуская ресницы.
- Некогда, - коротко бросает Айвэнар и оставляет его одного
Тенебринт зарывается головой в подушку и зажимает её уголок зубами. Остро торчащие под одеялом плечи мелко вздрагивают. Он знает, что отца больше нет, как нет и дяди, чьим сыном является Айвэнар, как нет и тех забавных отцовских учеников, воображающих себя уже умелыми специалистами. Он знал это, когда метался в лихорадочном бреду, знал, когда приходил в себя, будет знать, когда Айвэнар зайдёт с миской ароматного отвара и заставит выпить, будет знать всегда. Его невыразимо пугает то, что так же будут сменяться дни, месяцы, годы, так же будут расцветать цветы, алеть закат и подниматься на рассвете солнце, знаменуя начало нового дня, но всё это уже будет не для них.
Брат снова садится рядом, и они долго молча изучают друг друга, словно видят впервые. Наконец, Айвэнар открывает плотно сжатые губы:
- Я согласен терпеть твои странности, но сидеть без дела тебе не позволю. Теперь, когда у тебя… у нас никого нет, я за тебя в ответе и не собираюсь смотреть, как ты дуришь себе голову и скатываешься в безумие. Ты меня понял?
- Моя мать не…
- Думаю, твоя мать не вернётся. Так ты понял меня?
Тенебринт смотрит на уставшего следопыта полными ужаса глазами и беспомощно приоткрывает бледные губы.

***

Она очень красива. Тенебринт рисует её портреты на листах, подшитых в ученическую тетрадь, и боится подойти к ней. Она улыбается ему, ловя взгляды, и непременно поправляет выбившуюся из причёски тёмную прядь. Её имя Анейрин и она тоже интересуется медициной. Тенебринт верит в то, что она давно уже знает о его чувствах и если он признается ей, то непременно всё испортит. Он терпеливо ждёт и замирает от счастья, когда она позволяет воспользоваться своим учебником. Он готов касаться губами обложки, до которой дотрагиваются её пальцы. Она никогда не проводит с ним времени, потому что её свободное время занимает другой. Тот, кто мастерски умеет махать мечом на тренировочной площадке, не рисует портретов, не пишет послания, которые тут же сжигает. Тот, кто не стесняется сказать.

***

Тенебринт согнулся пополам, не в силах справиться с мучительным приступом тошноты. Он двигался в каком-то оцепенении: метался между ранеными, опускаясь перед каждым и стараясь сделать всё, чтобы задержать ещё одну душу на этой растерзанной войнами земле, добирался до лазарета как сомнамбула. А сейчас словно пелена спала. Он впервые убил. Да нет, вурдалаки - нежить, он не отнял жизнь у живого существа, способного мыслить и чувствовать. Но от этого ему было отнюдь не легче. Мерзкое липкое чувство отвращения плескалось в груди, подкатывало комком к горлу, заставляя согнуться вот так у тускло-зелёного тощего куста, обхватив голову руками и раскачиваясь как маятник. Его кинуло в жар, и эльф жадно принялся хватать горький воздух губами.
- Ты сделал то, что должен. Рано или поздно это должно было случиться.
Айвэнар… Тенебринт оборачивается и прикрывает губы ладонью. Его волосы растрёпаны, глаза странно потемнели, а щёки будто вмиг осунулись.
- Принеси воды…
***

… Тенебринт вздрагивает и вскакивает на кровати. Мягкий молочный лунный свет льётся на его узкую скромную постель из небольшого окна на холодной каменной стене. Эльф сжимает голову руками и до боли закусывает нижнюю губу, наблюдая за лунным «лучом», расползающимся от постели на пол, к двери. Он зыбко дрожит и то растягивается, то сужается. Тенебринт долго ещё сидит на постели, боясь вновь закрывать глаза. За окном гулко кричит какая-то птица. Так надсадно, будто жалуется кому-то и клянёт свою судьбу. Тенебринт зябко кутается в одеяло и прижимается к стене, начиная шептать молитву Свету. Он боится лунных ночей.

ID: 8550 | Автор: Уютная Тенька
Изменено: 22 августа 2012 — 8:13