Эст Сталегайкин. Вырванные страницы дневника номер 4

<Запись в дневнике, датируется 25 августа 27 года от открытия темного портала.>

Не забыть прочесть Ксеорэну следующую лекцию и показать пример:

Ксео, ученик мой…
Основой нашего Искусства являются ритуалы. Они позволяют надолго, а некоторые даже навечно, увеличить наши силы и возможности. Но здесь следует быть осторожным, ибо ошибки в ходе проведения порой могут быть опасны. И всё же мы рискуем… это то, что отличает нас от чванливых магов. Мы не боимся использовать такие источники могущества.
Дабы ты прочувствовал и понял всю сложность правильного проведения ритуалов, я расскажу об одном, который в скором времени мне понадобится. Суть его пока открыта мною лишь мастеру. Сейчас речь пойдет лишь о технической стороне дела.
Для начала, для него очень важно место. Проведение его возможно лишь в местах скопления Силы. В идеале лучше всего подошло бы место над пересечением силовых линий или около такового. В зависимости от положения звёзд выбирается континент и конкретная его область.
Вторым условием сего ритуала является правильно вычерченная фигура. Сейчас конец лета и она будет выглядеть следующим образом.
схема
Желательно, что бы фигура вычерчивалась энергоёмким веществом. Идеально для этого послужит кровь древних или пропитанных магией существ. Руны в местах, где будут стоять чернокнижники должны быть выполнены особым песком. Именно на них будет основная нагрузка магического потока, поэтому материал должен иметь наилучшую способность аккумулировать Силу. Песок – именно из-за формы песчинок, небольших кристаллов, правильной формы, которые облегчат энергообмен.
В центре располагается объект воздействия. По окружности, вокруг него должны стоять заклинатели в следующем порядке: субъект воздействия, Заклинатель Энергии, Заклинатель Защиты.
Место первого на руне «Ресс», что вычерчена напротив севера. Желательно, что бы через эту руну с юга на север проходила силовая линия. При исполнении ритуала чернокнижник прокалывает эту линию. Энергия, что вырывается при этом, должна быть обуздана и направлена нужное русло.
Это задача Заклинателя Энергии, место которого на руне «Арз», что расположена на северо-востоке. Именно он создаёт канал, пропуская энергию через себя, направляя её к Заклинателю Защиты и далее непосредственно к инициатору ритуала.
Последним непосредственным участником ритуала является Заклинатель Защиты. Руна «Виррес» и северо-запад станет его прибежищем. Задачей же защитника является ограждение потока и заклинателей от возмущения внешней среды, которые непременно будут после прокола линии.
Дабы усилить и поддержать чернокнижников у каждого из них, кроме инициатора, могут быть заклинатели поддержки, что образовав Кольцо, передают им свою силу. Это позволит чернокнижникам сконцентрироваться на правильном выполнении ритуала и не отвлекаться на подпитку.
>Амулеты и другие магические вещи крайне нежелательны, так как могут сбить, помешать поймать и обуздать вырвавшуюся после прокола энергию.
Когда все приготовления будет окончены, пару–тройку раз перепроверены расчёты, а так же фигура, лишь тогда и только тогда следует начинать ритуал.

<Запись в дневнике, датируется 29 августа 27 года от открытия темного портала.>

Не забыть оставить Ксеорэну послание со следующим текстом:

Ученик.
Пройдя последнее испытание, ты заслужил моё доверие. Теперь я могу открыть тебе суть того ритуала о котором когда-то рассказывал. Это разработка учителя. Можно сказать случайная, хотя имп его знает.
Ты должен понимать, что я не вечен. Я стар… скоро придёт моё время. Да, конечно… можно магически продлевать свою жизнь. Этим я и занимался последние столетия. Но с каждым разом эффект всё слабее, с каждым разом всё больше сил приходится затрачивать на пару лишних десятилетий… Я устал. Я хочу решить эту проблему раз и навсегда!
Конечно, возможно пойти по пути некромантии, и уподобится Тревору, но… я не хочу, не желаю! Именно для этого мне и нужен тот ритуал…
Его суть в обмене телами, мне нужно сильное, молодое, а главное вечное тело. И я нашёл таковое!
С Мастером я уже объяснился, он одобрил мой замысел и пообещал поддержку. Мы условились замаскировать мой ритуал, как часть ритуала для зарядки ядра, что мы добыли в Седых Холмах. Данный ритуал совершенно не сложен и займёт мало времени. По завершению начнётся мой. Мастер согласился, что такая маскировка будет действенна и эффективна.
Твоя роль в нём будет заключаться в построении фигуры и правильной её ориентации, а позже - в подпитке одного из заклинателей. Естественно, всё это будет происходить под моим контролем.
Совершив обмен, я очнусь в ином теле, его прежний хозяин очнётся в моём. В новом теле я скажу тайное слово известное только тебе, им будет имя, которым я назвался тебе впервые. Услышав его, ты удостоверишься, что обмен произошел успешно и убьёшь моё прежнее тело. На этом ритуал будет окончен и начнётся новый виток твоего обучения.
Не подведи меня Ксео.

<Запись в дневнике, датируется 9 октября 27 года от открытия темного портала.>

После проведения позавчерашнего Действа, я сам не свой. Что-то странное творится со мною. Появляются желания, которых раньше не было, неизвестные ранее привычки и предпочтения…
Не знаю, может это следствия незавершенного ритуала. Особенно остро это всё чувствовалось непосредственно сразу после него. Но ведь он был почти закончен и оборвался лишь в самом конце, по нелепой случайности. В этой части ритуала происходило лишь закрепление переданной информации, и не должно было быть ничего особо важного.
Неужели я... теперь не совсем я, не совсем Эст? И как это узнать. В памяти сами собой всплывают воспоминания прошлой жизни… и своей, и чужой… постепенно чужие забываются. Хотя, это могут быть и свои. Я совсем запутался! Что бы не забыть окончательно, записываю и те и те сюда. Записываю лишь основные в порядке приближения к текущему моменту начиная от самого дальнего и заканчивая нынешним. Не забыть порядок!

Воспоминание 8 (Моё)

Несколько минут я стоял около двери, не решаясь постучать. Сегодня должен быть не простой урок… учитель сказал, что приготовил нечто особенное.

В прошлый раз, когда он так сказал, в заклинательном покое меня ждала вычерченная на каменном полу восьмилучевая звезда с символами внутри. Мельком удивившись такой сложной фигуре, я бросил взгляд на учителя. Хмурый гном, называвший меня учеником, лишь поплотнее закутался в своё одеяние и приказал встать в центр октаграммы. Как только подол моей мантии пересёк линии… казалось, мира не стало. Я очутился во тьме и пустоте. Не существовало ничего, кроме меня и восьмиконечной площадки. Паника. Вот, что было первым чувством. «Зачем учитель послал меня сюда? И где это «сюда» находится? Почему вокруг ничего нет?»

Через некоторое время, я, наконец, смог взять себя в руки. Первым делом вызвал огонь и разделил его на несколько шариков. Послав их в полёт во все стороны, я попытался оглядеться. Вырисовывались смутные очертания чего-то большого, я попытался разглядеть. Почти сразу понял тщетность этого занятия, пришла мысль взглянуть магическим зрением, что собственно и было проделано. И тут пустота отступила, провалилась вглубь.

пространство

Открылся целый мир… ну или пространство меж мирами… или ещё что. Тогда это было для меня совсем неважно. Само зрелище поражало! Нас сколько хватало взгляда, клубился белесый туман, переливаясь всеми оттенками серого. Он совсем не мешал, а даже наоборот, прогонял темноту. И среди него вырисовывались громадные куски камня, висящие без всякой опоры! Одна из таких глыб проплыла мимо. Она была, как будто оплавлена.. или искорёжена… очень необычная форма. Тут и там, глыба зияла сквозными дырами, пустотами и углублениями. Но самое интересное заключалось в том, что вокруг неё носились камни поменьше. Булыжники размером с меня медленно и величественно вращались вокруг своего хозяина-исполина. Те, что помельче, с кулак, летали как угорелые между старшими собратьями.

Так и простоял, открыв рот, пока скала не уплыла от моей площадки. Когда она окончательно скрылась во мглу, я пристальнее вгляделся в туман. Казалось, он жил своей какой-то непонятной жизнью: то рассеивался, то сгущался.

Подтянул к себе один из огненных шариков и заставил парить над плечом. И только сейчас ощутил легкость, с которой мне это удалось. Вокруг было разлито столько Силы… Лишь с третьей попытки мне удалось зачерпнуть её. Казалось, я могу всё, осознание этого вызвало неудержимую радость. В тот миг даже сам себе показался сумасшедшим. Мой смех разлился в пустоту.

Но когда успокоился, мною овладела тяга к исследованиям. Мне стало интересно, что там внизу. Не найдя в карманах ничего более подходящего, чем платок, я поджог его. После этого, горящая тряпочка полетела вниз… Оказалось, что моя платформа с октограммой покоится на вершине каменной колонны. Невольно, я даже отпрянул о края. И всё же любопытство возобладало. Меня буквально тянуло к краю. Осторожно заглянул за него и увидел вдалеке тусклый свет падающего платка. Он летел всё дальше и дальше, освещая колонну. Отчего-то мне показалось, что этот полёт будет длится вечность.

Наблюдая, я не заметил, как вокруг встали стены заклинательного покоя. Лишь когда появившийся пол закрыл обзор, понял, что вернулся. Но так же, я ощущал, что, то место всегда будет оставаться где-то рядом. Стоит лишь протянуть руку и Сила, что клубиться там окажется у меня.

Но сегодня… учитель сказал мне накануне проштудировать книгу по демонологии в тёмно-красной обложке, что стоит на верхней полке и придумать имя. Не знаю, что задумал мастер, но книга прочитана, а имя выбрано: Гатуну. Посмотрим, что он приготовил. Решившись, я стучу в дверь.

Воспоминание 7 (Моё)

«… с линией от Тория и через фракталь излучения Саронита. Затем пропускается через стрелку и идёт когерентным потоком к одному из шести символов элементных сил.»

Откладываю первый лист с подробным описанием устройства в сторону и беру следующий.

«Конструкция не идеальна, но все, же достаточно устойчива для использования. Требует уникальных редких компонентов, посему сборка не представляется возможной. Предназначение прибора – поиск и определение направления к желаемому. Возможно использование не по назначению. Далее приведены формулы и расчёты характеристик полей, а также…»

Мельком просматриваю вязь формул и расчётов, растянувшихся на несколько страниц. На предпоследнем листе обнаруживаю дополнение:

«Устройство может указать путь к искомому, нужно лишь правильно сформулировать желание. Через первоначальные элементы Навигатор находит нужный объект. И только если ни одного элемента нет рядом с объектом, только тогда поиск невозможен.

Дальнейшие перспективы развитие проекта: дополнить функции прибора пробоем портала к искомому. Использоваться будет тот же принцип, что и при поиске, то есть опять же открытие портала возможно лишь туда, где находиться хотя бы один из элементов. Недостаток остальных первоначальных элементов восполнится за счёт телепортации из других мест.

Чрезвычайно важно быть крайне осторожным при задании граничных условий. Потенциал Навигатора весьма велик, как и сфера его применения. По приведённым ниже расчётам видно, что единственным условием для создания портала будет наличие одного из элементов, ни время, ни пространство роли играть не будут. Здесь следует соблюдать величайшую осторожность. Портал может привести к искомому объекту, находящемуся в прошлом или в будущем. Пока не ясно взаимодействие с будущим, но парадоксы и петли при прыжках в прошлое опасны.»

Далее снова следуют расчёты, но я уже не вижу их. И как ЭТО вообще могло прийти мне в голову? Меня начинает брать крупная дрожь.

Неделю назад я и помыслить не мог о таком, я лишь хотел сделать устройство, показывающее направление к потерянным вещам! Ах, как бы оно мне пригодилось, с моей-то дырявой памятью. Тут-то и пришлось применять мои познания в тёмном Искусстве, именно оно должно было отслеживать порывы и желания души, главное лишь оформить желание. Да идея хороша… но последнее дополнение. Конечно, удобно сразу переместиться к искомому, но всё же… это чревато опасными последствиями. Одно неверно сформулированное желание и на тебе, временной парадокс. Да и неясно как отделить образ того что ищешь от его образа в другом времени. А сам метод пробоя? Это же варварство! Просто берётся ближайшая линия силы и делается разрыв, в результате освободившаяся энергия припускается через Навигатор и выходит рядом с искомым, образуя портал. Да это я так перерву все линии прежде, чем они сумеют восстановиться!

Задумчиво сижу за рабочим столом, глядя на кучку пепла. Что была двумя последними страницами. Остальные закинул в папку, потом надо будет куда-то спрятать. Всё же не смог до конца уничтожать созданное. Но и лишенные самой опасной части чертежи не должны быть прочитаны, ведь что открыто однажды будет открыто вновь.

Воспоминание 5 (Моё)

Долго шатался по наспех разбитому лагерю, подле врат Стальгорна. Да где же все? Из своих – нашёл только пару перепуганных лаборантов, но они не смогли сказать ничего путного. Имп побери, по какому же тоннелю эвакуировался персонал нашей лаборатории?

Уже стемнело, время почти восемь, метель всё не утихает. Вглядываться туда... в темноту… на дорогу. Ведь ещё есть время. Может они просто потерялись по пути и вот-вот выйдут из стены снега? Продолжаю ждать. Устроился у дальнего от врат костра. Рядом сидят такие же беженцы, как и я. Подобно мне замотаны в дварфийскую одежду, по размеру больше напоминающую чехол для парового генератора. Дварфам то в самый раз, а мы в них… кхм… собственно, как гномы вдварфийской одёжке. Ну, хоть так. Уже что-то. Спасибо нашим кузенам и за это.

Лагерь постепенно втягивается во врата. То тут, то там затухают костры. Со стороны дороги возвращаются усталые и измотанные поисковые отряды дварфов. Почти каждый ведёт с собою группу гномом. Но всё чаще и чаще отряды приходят таким же составом, каким и ушли.

Я замерз, принялся ходить взад-вперёд, силы на создания огня тратить не стал. Лагерь стремительно пустел, даже те, к чьему костру я прибился, стали собираться. Провожаю их взглядом. Обычное семейство гномов: почтенный старец с чумазой седой бородой, да его сын с женой. Хотя может не сын… и может не с женой. Старик, что-то пробормотал молодому гному, тот кивнул, оставив его на попечение гномке, подошел ко мне.

- Дедушка, идёмте с нами, переберемся поближе ко входу, а там иустроимся вместе когда впустят. – Предлагает гном.

- Нет, я всё же подожду своих ещё немного.

- Так уже никого нет. Последних привели дварфы. Говорят, расквартируют нас, дождутся возвращения всех поисковиков и будут уже закрывать ворота. Да и ночь почти. Сомневаюсь, что кто-то ещё придёт.

- Но всё-таки могут прийти?

Гном качает головой, хотел что-то сказать, но я его перебиваю:

- За меня не беспокойся, не замерзну.

Создаю маленький шарик огня, заставляю повиснуть над левым плечом. Чуть не опалил себе ус, пока его двигал. Гляжу на молодого гнома, видно что рабочий. Из под дварфийского тулупа выглядывает замызганный краешек униформы. Серая - значит с нижних уровней парень. Бормочет, что-то ещё. Отмахиваюсь. Потоптавшись ещё немного около меня, всё же решился и ушел к своим. Слежу за ними до самых врат. Смотрю, как молодые помогают старцу, тот чертыхается, неуклюже взбираясь по ступенькам. На помощь приходят дварфы, дело пошло быстрее.

Пока никто не видит, взял оставленный стариком у костра посох, даже скорее просто длинную палку. Развернулся и побрёл во тьму. Если кто-то ещё придёт - я встречу.

Остановился в паре сотен метров от врат, прямо на обочине дороги. Освещение, вместе с дварфами скрылось где-то сзади, за подъёмом. Меня поглотила темнота, но так даже лучше.. легче вглядываться. Стал ждать. Всё равно дорога одна, мимо меня не пройдут, так что решил немного подождать, встретить своих и вместе войти в Стальгорн.

Постепенно сзади, около врат дварфийского города звуки стали затихать. Послышался лязг механизмов. Не оборачиваясь, я понял – закрывают ворота. Само собой вырывается бормотание:

- Ну и пусть… всё равно в сторожке кто-то будет, если что – впустят.

Внезапно,в небо взмыл шар огня, оставляющий за собой длинный хвост. Я улыбнулся, молодцы дварфы, догадались пускать сигнальные ракеты, значит, тоже верят, что спасся кто-то ещё.
Я стал ждать… Время от времени создавал вокруг себя несколько огненных сфер, грелся о них, затем развеивал. Без их света легче вглядываться в темноту. За спиной каждые пять минут взмывали сигнальные заряды. Только слепой не заметит их. Ещё немного подожду и пойду…

Взмыла двадцать четвертая вспышка... Никто пока ещё не пришёл. Дорога оставалась пустой. Решил больше не тратить силы на щит от ветра, снял. Ветер как будто ждал этого момента, набросился на меня, но не смог прогрызть добротного дварфийского тулупа. Взъярившись из-за неудачи, он решил сдуть меня. Пришлось втыкать прихваченный ранее посох в трещину между камнями. Ухватившись за него как за якорь, я продолжил ждать.

Сорок вторая вспышка… Неужели никто больше… Неужели больше никого не будет?Мотаю головой, отбрасывая эти мысли. Глаза слипаются, но не могу позволить себе заснуть. Боюсь, что пропущу. Ведь могут прийти в любую минуту! Что бы отвлечься подсчитываю: Сорок две вспышки с пятиминутным интервалом – это три с половиной часа. Почти полночь… до неё ещё шесть вспышек. Время есть.

Сорок восьмая вспышка… В голову сами собой заползают предательские мысли. Гоню их прочь. Ведь это ненадолго, всё это… День-два и всё станет как прежде. Не может же быть так плохо! Ещё немного подождать. Хотя бы ещё две вспышки, потом сбегаю к сторожке, погреюсь и сюда.

Пятьдесят четвертая вспышка… Вздрагиваю. Решаю, что подожду ещё немного, а потом пойду к сторожке, хотя обещал себе ещё четыре вспышки назад. Топчусь на месте, не выдержал, повесил постоянную сферу огня над левым плечом. Продолжаю вглядываться во мрак, но уже не вру себе, что это не бесполезно.

Шестидесятая вспышка… Главное не отпускать посох. Посох… он стал центром мира, осью, отпусти которую и навечно затеряешься во мраке. Сжав его покрепче, я снова устремил взгляд туда, во тьму. Казалось, за пределами освещенной моей огненной сферой области нет ничего. Лишь ветер, да метель давали понять, что я всё ещё в реальном мире. А ещё вспышки. Они стали чем-то неотъемлемым. Как… как нечто, без чего всё будет неправильным… как закон физики.

Семьдесят восьмая вспышка… Всё так же стою, сжимая посох. Уже и рад бы отпустить, но боюсь, чертовски боюсь. Отпусти его и всё случившееся станет правдой. Гномреган действительно падёт и большая часть моих сородичей останется в нём… навсегда. Так что главное держать посох. Пока держу – ничего этого не было! Всё это лишь кажется. Только бы не отпустить посох. Только он не даёт рухнуть всему. Я изо всех сил сжал деревяшку.

Сто восьмая вспышка… Холод уже не чувствуется. Кажется, я брежу. Ловлю себя на том, что бормочу в пустоту:
- Ещё чуть-чуть, ещё немного…

Мотаю головой и снова пытаюсь вглядываться в темноту воспаленными глазами. Только сейчас понимаю, что что-то не так. Как-то светло вокруг и это явно не от созданной мною огненной сферы. И с каждой секундой становиться всё светлее. Приглядываюсь к небу. Так и есть… рассвет. Из-за горымедленно выкатывается солнце.

Непроизвольно сделав шаг навстречу ему, понимаю, что отпустил посох. Воткнутая в щель меж камней деревяшка осталась позади, а вместе с ней случилось то, что случилось.Меня охватывает паника, только сейчас дошло, что натворил. Ведь пока держал, пока не взошло это чертово солнце, ещё можно было что-то сделать, можно было ещё дождаться.

Словно тяжкий груз лег на плечи. Сгорбившись, я побрел к вратам, оставив посох там. Пока была ночь, ещё была надежда… свет убил её.

Бредя обратно к дварфам, наконец взял себя в руки. Почти четыре столетья за плечами, а всё верю во всякие глупости. Хватит! Ускорив шаг, я уже знал, что буду делать дальше. Первым делом найду своего коллегу, придется вспомнить увлечение темной магией. Потом надо плотнее заняться чернокнижием и выкроить для себя ещё десятилетие-другое. А пока... в Стальгорн.

Воспоминание 4 (Моё)

- Может, всё-таки повременишь? Ведь, ещё есть время. Не обязательно прямо сейчас.
- Потом такой случай может уже не представиться!
- Но как же так? Дронв – твой знакомый! Ты не можешь так с ним поступить!
- Это почему не могу? Ведь мне… мне он обязан тем, что выжил при обвале. И пора бы ему заплатить долг.
- Ага, вот только спрашивать ты его не собираешься. Силой заберешь. Ведь так?
- Угу. Но мне и не нужно его согласие, я беру то, что принадлежит мне по праву!
- Ха… берет он. Крадешь. Кроме того, это бесчестно – сначала спасти, а потом отобрать жизнь.
- Бесчестно говоришь? А честно, что у него впереди ещё лет сто пятьдесят, а у нас всего огрызок от года? А? Честно? Кроме того, это уникальный шанс! В кои-то веки мы можем получить не пару лишних лет, а почти пол столетия! Нельзя прохлопать такое. Да и ты сам прекрасно понимаешь, не будь меня рядом с ним тогда – завалило бы к импу и не жил бы.
- Я-то понимаю. Но ведь мы отжили своё время. Да и он был благодарен тебе, по-доброму к тебе относился и вообще…
- Спасибо в карман не положишь. А раз он такой благодарный – вот и отблагодарит меня. Я дал ему целых два месяца жизни.
- Дал… и собираешься украсть весь остаток!
- Потому, что это принадлежит мне!
- Скотина!
- Заткнись, ты ничем не лучше меня. Я хотя бы не лгу ни себе, ни тебе, насчет того кем мы являемся. Я открыто смотрю правде в глаза.
- О, я вижу тебе нравиться быть таким подонком. Я хоть как-то пытаюсь исправить положение, найти выход, что-то сделать… А ты уже смирился и пошел по легкому пути.
- Заткнись и идем.
- Щаз-з-з, нет уж. Теперь ты слушай. Ты что, действительно хочешь пустить беднягу Дронва на ритуал? Одумайся, он же твой старый знакомый! Вы с ним же уже полгода как в хороших соседских отношениях.
- Я одумайся? Я!?!? А что ты предлагаешь? Вот лично ты… О, да, несомненно если на ритуал пущу какого-то любого другого горожанина – тебе будет лучше. Конечно, ты повздыхаешь, поохаешь, но так будет проще. И тебя не будут мучить угрызения совести? Ведь это будет не наш знакомец Дронв, а какой-то бродяга…
- Прекрати!
- … который тебе совершенно не знаком и которого спокойно можно списать в расход. Или ты предлагаешь вообще не проводить ритуал? Без дома, без родины, сдохнуть где-то у кузенов-дварфов, половина которые и так смотрят на нас как на захватчиков, а слюнявая жалость второй половины уже поперек горла встаёт. О да, бросят иногда подачку, и радуйся, пока не загнешся. Нет уж, не дождутся, я ещё поживу всем на зло.
- Хватит! Ноешь и жалеешь себя. Ты только это и делаешь. Прикрываешься своим нынешним положением беженца. Мол, и денег мало, и судьба такая, и ах какой я несчастный. Тьфу. Уж МНЕ ты можешь и не врать. Тебе просто страшно умирать, ты чертовски боишься старости. Поэтому и сваливаешь всё на других, поэтому и ищешь повод…
- Да боюсь и что? И ты тоже, я это прекрасно знаю. И вообще, я не собираюсь ещё уходить. Я не смирился как остальные со своей недолговечностью. Я ещё поборюсь ещё с костлявой.
- Знаю… всё я знаю. Но ведь это не выход, дварфов использовать для ритуала.
- Не выход. Но что делать? Ты сам чувствуешь, что нам осталось недолго и без проведения ритуала мы не протянем и года. Если использовать неразумных – то каждая жертва это максимум дня три к жизни и то если повезет. Никаких денег не хватит ни на самих животных, ни на реагенты для ритуалов. Но всего один разумный… будь, то дварф, или гном, или человек, это от пяти до пятидесяти лет в зависимости от возраста жертвы. Сам подумай, неизлечимо больные, преступники или отчаявшиеся… хоть кто-нибудь, а затем ещё и ещё… и перед нами откроется дорога в вечность. Дорога, о которой мы мечтали.
- Дорога, устланная трупами - не совсем, то о чем мы мечтали.
- А как иначе?
- Не знаю...
- Эликсиры, зелья, мази, процедуры, магию – всё это мы уже пробовали, когда были деньги. Теперь осталось лишь чернокнижие. Хорошо, что попался учитель. Ведь так?
- Не знаю…
- И я не знаю…

Оба голоса замолкли. Тягостное молчание длилось довольно долго. Целый час я позволил себе не думать, отвлечься от этой темы и просто крутить в руках свой хронограф. Старый, неказистый, с непрочной цепочкой, но сделанный из чистого серебра… Он всегда служил мне верой и правдой, ни разу не подводил. Но главная его тайна была не в этом, а в том, что для меня он был ещё и символом. Символом того, что ничто не вечно, как впрочем и я, поэтому следует торопиться. С отчаянием смотрю, как это собранное мною когда-то устройство отрезает секунду за секундой от того, что мне отпущено. Время утекает сквозь пальцы как песок, я ничего не могу с этим поделать. Внезапно стало так тошно, что захотелось выть. Ну почему всё так? Почему мне дано так мало? Несправедливо! Ещё столько не сделано, столько не познано… Я не хочу, не желаю уходить!

В маленькой пещерке в стороне от Стальгорна, в которой я находился, было довольно прохладно. Зима, несмотря на апрель месяц, всё ещё не сдавала позиции. Я оглянулся вглубь убежища. Всё было уже готово, ритуальная фигура расчерчена, реагенты приготовлены, а Дронв, опоенный зельем, лежал на самодельном алтаре.

- Может всё-таки не стоит?
- Стоит, уже всё подготовлено, отступать поздно.
- Нет, ещё не поздно. Мы можем замести следы, уйти…
- Ну, уйдем мы и что дальше? Примерно год скитаний и всё. Закончена наша песенка.
- Возможно, найдем иной выход.
- И ты сам в это веришь? Скажи честно…
- Ты сам прекрасно знаешь ответ. Ведь ты это я, а я это ты.
- Знаю, поэтому и говорю, что не найдем ничего более подходящего. Тем более, что он без меня всё равно тогда умер бы.
- Отговорки…
- Да, отговорки. Но так легче, тем более он действительно нам должен.
- Возможно и должен, но остальные тебя не поймут.
- Плевать.

Снова наступила тишина, длившаяся пару минут. Два голоса снова зазвучали:

- Мы просто…
- … хотим жить…
- … и ничто …
- … не сможет нам помешать…
- … ибо всё остальное…
- … не важно.

Прекращаю спорить и бороться сам с собою, убираю хронограф, что вертел в руках, не переставая, на протяжении всего спора. Угрюмо и решительно встаю в отведенное для меня место в построении ритуальной фигуры. Начинаю ритуал…

Тело дварфа Дронва нашли двое суток спустя. Опознали только по его ружью с инициалами. Сам же труп был изгрызен дикими зверями. Бедняге не повезло на охоте, на которую он ушел три дня назад. Бывает…

Воспоминание 3 (Моё)

Это было давно. Тогда ещё я был с Мраковеем. От Лиги Исследователей мне поступило заманчивое предложение должности второго мага в экспедиции к древнему городу титанов Улдуму. Я не стал долго думать и, приняв его, начал собираться. Не буду описывать дорогу в Танарис, она до ужаса прозаична. Гоблин-проводник нам попался не очень говорливый. За вёсь поход по пескам пустыни мы слышали его голос всего несколько раз. И то, это было тогда, когда он давал советы. Признаться, весьма ценные и полезные. Прибыв на место, он удалился, заверив, что будет привозить припасы каждые пять дней, как и было оговорено ранее. Неделю группа в составе тридцати представителей Лиги стояла перед вратами Улдума и никак не могла проникнуть внутрь. Размер створок поражал, они были просто огромны! В первые дни энтузиазм бил ключом, выдвигались десятки предложений, как попасть внутрь. Но, ни одно из них, к сожаленью, не увенчалось успехом. За эту неделю рыли и подкоп, и ковыряли петли, и пытались вырезать в воротах проход, и многое другое. Единственный результат дал только направленный взрыв. Весь лагерь собрался посмотреть на это. Тогда не было видно только охранников. Вот они то, как раз были постоянно заняты. Все эти дни нас доставала не только жара, но и местное зверьё. Гигантские скорпионы, гиены и элементали не лучшая компания, поэтому пятеро лучших стрелков Лиги охраняли лагерь. И вот… когда пыль после взрыва осела, на вратах была лишь небольшая выбоина. Подразделение пиротехников во главе и Каггом, возлагавшее на этот взрыв большие надежды, расстроено удалилось проверять расчёты и искать ошибку в свою палатку. Скучающие и вынужденные сидеть без дела, археологи с документалистами разбрелись по своим. На последующем собрании кто-то предложил оставить врата в покое и пробивать скалу в ближайшее к поверхности помещение. План был принят и одобрен, а в Лигу через коммуникатор был направлен соответствующий запрос оборудования. Через два дня вместе с поставками продовольствия привезли прибор, который позволил прозондировать скалу и определить оптимальное место пробоя. Ну и здоровенная была штуковина, мы тогда всё прокляли, пока таскали её по горам. Почти сутки попеременно мучились с ней, но, в конце концов, нашли нужное место в глубине скал. Оно располагалось на маленьком плато, значительно выше пустыни, оттуда открывался чудесный вид. Как только по лагерю пронеслось известие о находке, обрадованные пиротехники сразу же загрузили всех кого могли ящиками с взрывчаткой и послали туда. Так мало того, как только мы пришли, меня заставили проплавить узкие и глубокие отверстия в скале. После, в них закладывали заряды. Моё терпение лопнуло примерно на пятидесятой. Устроив маленькую забастовку, я выторговал в обмен на продолжение работы сытный внеплановый ужин. Гном Крибби, наш первый маг, при виде этого сказал, что я продешевил, надо было торговаться до двух ужинов. Но, так или иначе, к вечеру всё было готово, дырки проплавлены, заряды заложены, а мы укрылись в лагере. Честь нажать на кнопку была предоставлена руководителю экспедиции, коренастому дварфу Тфоргу. Даже от ослабленного расстоянием взрыва заложило уши! Обломки камня взмыли в небо как снаряды катапульт, мы с Крибби еле успели поставить щиты, дабы укрыть лагерь. Несколько секунд была абсолютная тишина. А затем лагерь взорвался радостными криками и помчался смотреть на работу пиротехников.

Путь к месту занял всего пять минут, вместо десяти, так как каждый хотел первым увидеть пробой. И признаться, проделанная работа впечатляла! Наши мастера огня и взрывов знают своё дело. Отверстие получилось метра два в диаметре, а сама толщина взорванной скалы была не менее трёх! Все сгрудились вокруг пролома, пытаясь что-то рассмотреть внизу, но там клубился лишь непроглядный мрак. Вечерние лучи не доставали до дна. Тфорг как ни странно пробился через толпу зевак последним. Поглядев в пробитую дыру, он торжественно всех поздравил и объявил о переносе лагеря сюда.

Остаток вечера мы праздновали и предвкушали ожидающие нас открытия. Не буду описывать те опустошенные бочки пива, что и поныне остались в пустыне, скажу лишь, что только сейчас мы ощутили, как все сблизились за время экспедиции. Я же нашёл двух замечательных товарищей: дварфов Стерха и Вирса. Вирс, исполнявший обязанности одного из стрелков, в тот вечер поведал нам множество интереснейших историй. Мы со Стерхом сидели, буквально ловя каждое его слово. К полуночи разошлись почти все. Остались только сидевшие ранее без дела переводчики, писцы, да археологи. Они радовались больше всех, так как для них кончились, наконец, дни изнурительного ожидания.

На следующий день, несмотря на всеобщую вялость и похмелье, ещё до обеда свернули лагерь и начали транспортировку к пролому. Таскать тяжёлые тюки с вещами и оборудованием под палящим солнцем не очень приятно, но так или иначе мы управились незадолго после захода солнца. Вот тут-то и начались жаркие споры у всеобщего костра кому идти, а кому остаться наверху. Спорили до хрипоты, каждый хотел быть первооткрывателем. Пиротехники настаивали, что без них там пропадут, так как только они могут убрать завалы и открыть упрямые двери. Археологи дружно обозвали их дикарями и выступили с речью о заметном ускорении работ, если они будут работать непосредственно с самим материалом, а не с тем, что будет доставляться на поверхность. Эту речь поддержали и документалисты с переводчиками. Тут же возмутились и стрелки, которые изначально должны были остаться на поверхности, мотивировав это тем, что неизвестно какие опасности будут поджидать внутри. Закончил спор удар кулака о стол разозлившегося Тфорга. Повисла тишина, все взоры устремились на руководителя. Обведя собравшихся хмурым взглядом он объявил, что идут все. Тишина, взорвалась восторженными криками, кто-то выкрикнул предложение качать Тфорга, согласная с этим толпа устремилась к последнему. Мы ещё долго со смехом вспоминали испуганное и растерянное выражение лица взмывающего вверх руководителя. Наконец все разошлись по палаткам, я со Стерхом поспешили к Вирсу за новыми рассказами, где и просидели полночи.

Прекрасно выспавшись и отдохнув, группа частично свернула лагерь, оставив здесь лишь несколько палаток, а так же лишние припасы. Первыми на верёвках спустились стрелки, наверху все замерли в ожидании и расслабились лишь тогда, когда из темноты провала показался слабый огонёк светоча. Внизу прокричали, что всё в порядке, что можно спускаться. Немедленно за стрелками последовали пиротехники. Оставшиеся наверху, дружной толпой начали спускать тюки с оборудованием и припасами. Я чувствовал себя бесполезным, ведь от гномов в этом деле нет особой пользы, дварфы управились и без нас.

В основном спускали припасы и инструменты. Я как-то заглядывал в ведомости и поэтому знал, что основной массой припасов были: светочи, инструменты и продовольствие. О светочах стоит упомянуть отдельно, не знаю где лига взяла эти штуковины, но они оказались крайне полезны. Светоч представлял собой зачарованный кристалл, светящийся чистым белым светом. Настоящая находка для археологов и переводчиков, которым мечущийся свет от обычного факела больше мешает, нежели помогает. Мы на спор оставили светоч включенным, так эта зараза простояла часов десять прежде, чем потухла, а я потерял двадцать серебряных!

Я спустился по веревке в числе последних, даже скорее съехал, мне тоже не терпелось увидеть Ульдум. Открывшаяся зала не подвела, да именно такой я её и представлял. Величественная, грозная и тёмная… мы стояли на единственном освещенном пяточке. Вокруг были видны только колонны, а меж ними клубилась тьма. Озноб пробежал по спине, мне вдруг резко перехотелось уходить из круга света, что пробивался через пробитую нами дыру в потолке. Меня занимали мысли о том, что может ожидать нас «там». Чем больше я вглядывался во тьму, тем больше казалось, что и тьма вглядывается в нас. Невольно отступив на шаг назад, я натолкнулся на какого-то дварфа и чуть не подпрыгнул от неожиданности. Наконец мне удалось успокоить себя и заставить отвлечься, обратив внимание на работу коллег. Те уже собирали какую-то штуку, схожую с фургоном на колёсах, понатыкали светочей в специальные крепления и сейчас запихивают в неё все наши припасы.

Любуясь этим чудом дварфийской мысли, я не заметил, как подошёл Тфорг и приказал разворачивать эту штуку, так как ещё предстоит исследовать окружающие нас колонны. Те, кто укладывал в неё вещи досадно заворчали, но всё же принялись за «развёртку». Я даже и представить не мог, что этот фургон может превратиться в такой компактный, но в тоже время весьма функциональный лагерь! Из него выдвинулись какие-то доски, со стенок сняли какие-то детали и вставили в пазы, получились весьма удобные столы. Снятые со стенок фрагменты быстро собирались в неказистые, но с виду прочные трёхногие табуретки. Рядом с импровизированными столами обнаружились шкафчики, вмонтированные в корпус фургона. Эх, и до чего только не додумаются, это же мечта любого полевого археолога! Дико завидую специалистам из Лиги, я начал прикидывать: возможно ли создать нечто подобное для магов? От размышлений меня отвлёк Крибби. Он решил на всякий случай проверить окрестности на движение и попросил меня побыть на подстраховке. Кивнув, я сосредоточился и начал понемногу вливать в него Силу. Используемое заклятье мне было неизвестно, по словам первого мага, оно как-то улавливает малейшие изменения в естественном фоне среды, позволяя определять живых существ. Спустя несколько минут волшбы коллега сообщил, что хотя никого вокруг нет, его всё равно не покидает странное чувство, что за нами наблюдают. Поблагодарив и сказав, что идёт ставить магические датчики по периметру, он удалился. Ах, как мне были знакомы его опасения! Ведь я тоже это ощущал. В расстроенных чувствах я направился искать Стерха. Но он, как и остальные археологи, в число которых входил, был занят изучением одной из ближайших колонн. Вирс тоже был занят, планируя со стрелками предстоящее патрулирование. Чувствуя себя ненужным, я сел за стол и принялся листать свою книгу, освежая в памяти известные заклинания.

Не помню, сколько прошло времени, но я очнулся от своих дум, когда меня вовсю теребили дварфы, сворачивающие фургон. Закрыв книгу, неохотно вылез из-за такого удобного и освещенного стола, только тут заметил, что вокруг все как-то странно суетятся. Причина этого оказалась проста: мы идём вглубь! Меня охватило радостное возбуждение и предчувствие великого открытия. Поддавшись всеобщей лихорадке, я начал помогать укладывать вещи и уже через час мы начали свой путь, всё дальше отдаляясь от тускнеющего вечернего света, бившего из пролома. Чем дальше во тьму мы уходили от столба света – тем неспокойнее становилось на душе. Не выдержав, я зажёг огонёк, заставив его парить над правым плечом. То тут, то там вспыхивали новые огни и вот, уже почти каждый нёс частичку света. Но тьма вокруг не рассеивалась, наоборот, от присутствия света она казалась более густой. Все мы заметно нервничали. Ладно я, но опытные специалисты Лиги? Как-то понемногу, незаметно для самих себя мы подбирались ближе к нашей повозке. Наши огни сливались вместе в единый поток света, выхватывая проплывающие мимо колонны, но даже он не мог достать до потолка.

Я вздрогнул от прикосновения и быстро обернулся готовый ко всему. Но это быль лишь Крибби. Посовещавшись с ним минуту, мы взобрались на повозку и совместными усилиями создали маленький клубок света. По мере того как мы вливали в него Силу он рос и становился всё ярче и ярче. Невольно я заметил обратившиеся к нам лица всех членов экспедиции, сгрудившихся около фургона. Их взгляды были полны какой-то тайной надежды и интереса, как будто мы, маги, могли решить все проблемы единым взмахом руки. Увы, это не так, я отвернулся и продолжал вливать Силы в растущий клубок чистого, белого света. Когда всё было готово, занимавший должность первого мага, Крибби отошёл и учтивым жестом предоставил мне выпустить сияющую сферу. Несколько секунд я держал это чудо в руках, просто любуясь им, так не хотелось отпускать его. Но, всё же, вздохнув,пробормотав последние слова заклятья, отпустил его вперёд. Экспедиция замерла, все три десятка лиц с грустью провожали удаляющийся свет. Последний, в свою очередь неторопливо плыл вперёд, оставляя за собой светящийся след и открывая нам величественное зрелище. Больше всего это было похоже на лес. Да, именно на лес! Колонны в строгом порядке уходили вдали во все стороны. Меня пробрала дрожь. Им не было видно конца и края! И на каждой были какие-то надписи, руны, рисунки. Глубочайшее почтение и уважение поселилось у меня в душе перед создателями этого великолепия. Да здесь можно блуждать вечность! Вечность во тьме…

Время от времени мы вставали лагерем рядом с заинтересовавшей кого-то колонной. Тут же разворачивался полевой фургон, а мы, собравшись вокруг него и ощетинившись ружьями, вглядывались во тьму. Казалось, здесь нечего бояться. Но чем дольше мы тут были – тем отчётливее становилось чувство, что ТАМ что-то есть. Там в темноте … но сколько бы световых шаров мы не запускали, сколько мы ни старались, так ничего и не обнаружили. Когда такой шар угасал, тьма снова набрасывалась, отвоёвывая то, что было отнято у неё. Судя по моему хронометру, прошли сутки, уже никто не мог спокойно работать. Мы не высыпались, давящее чувство страха не позволяло нам этого. Словно стая мотыльков, группа сбивалась около повозки. Свет для нас стал важнее еды и всего остального, при свете тьма на время отступала, а вместе с ней и чувство опасности.

Во время одной их таких остановок и случилось то, что послужило подтверждением наших опасений. Мы наткнулись на колону отличавшуюся от всех прошлых. Если предыдущие были однотипными вытянутыми столбами – то эта была более широкой у основания и постепенно сужалась к верху. Чётким силуэтом, на колонне проступали щели, вместе они образовывали профиль двери. Было принято решение вскрыть её. Но, увы, простыми инструментами это сделать не удалось. И на сей раз выручили пиротехники, заложив небольшие заряды по контуру, они просто взорвали её. Прозвучавший взрыв, отражаясь от соседних колонн, унёсся во мрак, каменная плита служившая дверью повалилась на пол. Тотчас из колонны вырвался затхлый воздух и прозвучал голос: «Разгерметизация сторожевой ячейки. Активация режима охраны». Мы не поверили своим глазам, навстречу нам шагнул голем. Секунды мы смотрели друг на друга. Но потом… Я с ужасом вспоминаю, как сказав что-то о проклятии плоти, он начал крушить всё вокруг. После его ударов уже не вставали. Первыми опомнились стрелки. Они дружно вскинули ружья и выстрелили в зрительные анализаторы машины, тем самым ослепив её. К тому времени все кто мог – уже разбежались от обезумевшего творения титанов. Мы с Крибби пробовали атаковать его магией, но, ни одно атакующее заклятье не сработало. Материал, из которого был сделан голем, полностью абсорбировал все доступные нам типы магии. Быстро смекнув это, мы направили свой гнев и огонь на пол под ногами механизма. Уже через секунду от невыносимого жара древние плиты раскалились и превратились в вязкую смесь. Ослепшая машина начала тонуть. Когда она погрузилась по колени, мы сменили огонь на лёд, охлаждая расплавленный камень…

Тела пятерых погибших нам забрать не удалось, слишком уж они были близко к замурованному голему. Вирс со злости разрядит ему в лицо зарядов десять, но ничего этим не добился. Молча собравшись, группа свернула передвижной лагерь и побрела подальше от жуткого зрелища. И всё же я не утерпел, оглянулся. Машина, пытавшаяся во время наших сборов разбить сковавший её камень, теперь методично и расчётливо отрывала себе запаянные ноги. Меня передёрнуло от мысли, что отныне здесь будет ползать ещё и этот слепой ужас.

В жутком молчании двигался наш отряд сквозь мрак. Больше не было слышно шуток и перебранок. Мы всё так же продолжали периодически останавливаться и разбивать лагерь. Но теперь, эти стоянки казались в тягость. Каждый ходил как на иголках, мечтая лишь об одном: поскорее закончить свою работу и прижаться поближе к сияющему светочами фургону. Дварфы и гномы были уже на пределе и однажды, кто-то не выдержал. Я точно не знаю, была ли это случайность или же попытка закончить сей кошмар. Но, так или иначе,произошёл взрыв. Сдетонировали все наши скудные остатки взрывчатки. Только чудом можно объяснить, что потеряли мы всего троих. Ещё двое были легко ранены, остальные отделались испугом. К сожалению, фургон взрывом разметало на части, но своё дело он сделал: сдержал большую часть вырвавшегося огня. Потом мы ещё долго собирали по окрестностям оставшиеся припасы.

Сразу после этого происшествия Тфорг приказал разбить лагерь и подготовить церемонию прощания с павшими. Мы безвольно выполнили это распоряжение. Двое погибших дварфов и гном нашли своё последнее пристанище в огне, что создал Крибби. Руководитель, что-то бормотал, призывая к спокойствию и рассудительности, но его уже никто не слушал. Видя, что его увещевания сейчас бесполезны, он дал приказ хорошенько выспаться. Группа послушно разбрелась. Опустошенный, я провалился в беспокойный сон, едва добравшись до центрального «костра». Дров у нас с собой не было, поэтому мы приспособили длинные тонкие доски, что отломали от бывшей повозки, под импровизированные факелы, примотав на верхний конец светоч. Теперь же эти «факелы» стояли в центре лагеря, прислонённые друг к другу. Такое сооружение быстро получило название костра. Все как-то сами собой стремились быть поближе к этому маяку надежды среди бесконечного мрака глубин.

Увы, но пробуждение не принесло утешения. Пока я спал, разгорелись жаркие споры о том, что делать дальше. Лагерь разделился, одни настаивали на продолжении экспедиции. Другие же твердили о возвращении. Я, признаться, был согласен с последними. Часы пререканий и споров не дали ничего, так и не был найден компромисс. Да, запасов светочей и продовольствия группе хватит ещё дня на четыре. Да, это время можно потратить на исследование Улдума, вместо позорного бегства. Умом я понимал, что мы как никогда близки к цели,глупо сейчас всё бросать и поворачивать назад. Нет здесь ничего страшного и опасного, если не будем лезть к големам. Но… этот давящий взгляд тьмы сводил с ума, отнимал все силы и волю. И я решился…

Для очистки совести, я подождал ещё три часа. Нервная ходьба взад-вперёд скрасила ожидание и скоротала время. И всё же спустя часы, споры у «костра» не утихли. Взяв из запасов пару светочей, а заодно пути прихватив Стерха и Вирса, я решительно направился к ставшему верным другом Крибби. Был нелёгкий разговор, в котором я прямо сказал, что намерен собрать маленький отряд и двинуться к выходу, дабы вызвать помощь и вернуться с припасами. Друзья задумались. Я уже начал беспокоиться, но тут, вздохнув, Вирс объявил, что согласен и идёт со мной. Его примеру последовал и Стерх, но с условием, что позвав на помощь, мы сразу вернёмся к экспедиции. Три взгляда устремились на четвёртого. Гном задумчиво пробормотал, что остаётся, лагерю нужен хотя бы один маг. Как впоследствии я жалел, что так и не смог уговорить его!

Попрощавшись с Крибби, мы покинули лагерь. Только когда последний отблеск «костра» умер вдалеке среди колонн, только тогда мы посмели активировать первый светоч. Экспедиция двигалась всё время строго на запад, это значило, что теперь наш путь должен лежать на восток. Быстро сориентировавшись по компасу в универсальном ноже гномов, мы бодро зашагали назад, к пролому.

Я не буду описывать наш путь назад, не буду описывать, как мы жались от страха друг к другу на редких привалах, не буду описывать, как замирали при каждом постороннем звуке. Путь втроём через темноту оказался стократ сложней всего, что нам приходилось вытерпеть ранее. Мы были на пределе. Тьма буквально окутывала нас, её взгляд пробирался в самое сердце. Когда потух второй и последний светоч, наступила паника. Темнота набросилась на нас, пожирая все остатки здравомыслия. Я помню лишь, что долго хохотал безумным смехом, корчась на каменном полу. В себя же пришёл только после сильного удара. Рядом кто-то прорычал мне, что бы я зажёг свет. Действительно, маг я или нет? Продолжая давится смехом, вызвал небольшой шарик огня, осветивший решительное лицо Стерха. Он одним движением приподнял меня над полом и начал трясти. Только после этой неприятной процедуры, я пришёл в себя. Успокоившись и собравшись с духом, мы начали искать стрелка. Он обнаружился за соседней колонной, качающийся взад-вперёд. По его непрерывному бормотанию и остекленевшему взгляду мы поняли: он тоже не в себе. Стерх двумя пощёчинами привёл Вирса в чувство. Археолог хмуро оглядел нас и, убедившись, что мы в норме, предложил продолжить путь. Идя во тьме и неся сияющий шар огня, я благодарил всех богов, за то, что он с нами. Без него я так и остался бы там…

Спасший нас огонёк света чуть не послужил причиной гибели. Из-за его сияния, бившего в глаза, мы чуть не прошли пробитый пиротехниками пролом. Столб лунного света, струящийся с потолка, мы заметили не сразу. Как же он был прекрасен! Вцепившись в, предусмотрительно оставленные верёвки, наш маленький отряд выкарабкался наружу. Было довольно прохладно, но несмотря на это, я просто плюхнулся на землю и счастливо захохотал. Наконец-то, этот кошмар закончен! В оставленном лагере мы нашли запасы сушеного мяса и питьё. О, мне казалось, ничего вкуснее я в жизни не ел! Это сказывался голод, ведь мы не рассчитывали, что дорога назад будет такой долгой, и поэтому взяли немного еды. А ведь если посудить – то иссякшие два светоча говорят о двадцати часах проведенных там. А ещё если учесть и то время, что путь освещал мой огненный шар – то выйдет все тридцать часов! Мы шли больше суток! То есть у наших осталось запаса светочей всего на три дня. Поделившись этими расчётами с приятелями, жду реакции. Молчим, каждого обуревают собственные мысли. Через несколько минут Вирс предлагает отложить решение до завтра, а пока попытаться связаться с Лигой через коммуникатор. К сожалению, сколько мы ни бились, слышен был лишь треск помех. Легли спать, но я не сомкнул этой ночью глаз, остальные, наверное, тоже. Уж слишком большое волнение испытывал по поводу группы и этого чёртового Улдума.

Встали ближе к обеду, с наслаждением поели и попытались снова связаться с Лигой, увы, результат тот же. Мы обыскали лагерь, но нашли только лишние свёрнутые палатки, ящичек светочей, продовольствие и всякое барахло. Стерх при виде светочей расцвёл и тут же предложил отнести их нашим. Я пришёл в ужас. Снова спускаться ТУДА!? От одной мысли меня охватил озноб, несмотря на жаркий день. Наверное, мои чувства слишком ясно отразились у меня на лице. Вирс был видимо такого же мнения, что и я. Мой друг Стерх грустно на меня посмотрел. Тепло, понимающе улыбнувшись, он похлопал меня по плечу, собрал еду в дорогу и ушёл во тьму. Почему? Почему я не остановил его тогда?!? Сейчас при воспоминании мне хочется выть. Я раскаиваюсь за свою трусость. Надо было идти с ним, не отпускать его одного! О, если бы я мог всё вернуть!

Мы с Вирсом, погруженные в тяжкие думы, стали ждать. Мы спали посменно, пролом ни на минуту не оставался без внимания. На четвертый день после ухода Стерха, из пролома донёсся шум. Я навсегда запомнил этот звук! Звук, как будто кто-то тащит что-то очень тяжелое и каменное по гранитному полу. Дрожа всем телом, я заглянул в пролом. В освещенном круге лежали какие-то непонятные детали, словно тут протащили непонятный механизм, из которого они и рассыпались. Сам же звук удалялся. Пытаясь унять дрожь, я отполз от края пробоя. Я знал, что там бродит внизу. Вирсу решил не говорить. Но он, наверное, сам всё понял, когда увидел мой безумный взгляд и застал меня с ружьём, сидящего напротив дыры. С того момента, я не спал уже вторую ночь, дежуря на добровольном посту. Разумом я понимал: ничто сможет взобраться сюда наверх, ведь верёвки мы вытащили. Но сердцем я чувствовал, что тьма, веками копившаяся там вот-вот выплеснется наружу и доберётся до меня. Больше я не заглядывал туда, ибо знал: ещё один взгляд, и я сойду с ума. Ночами было ещё хуже! Я не мог спать, а ночные тени накладывались на проход, оживляя тамошнюю тьму. В такие моменты я сидел в пяти метрах от пробоя и высматривал хоть что-то, готовый выстрелить в любой момент. Однажды я очнулся от щелчка незаряженного ружья, и с удивлением обнаружил, что держу его приставленным отверстием дула к подбородку. Отшвырнув ружьё подальше, побрёл к Вирсу. Ему тоже было нелегко.

Так прошла неделя с момента ухода Стерха. И с каждым днём тьма в проломе набухала, клубилась всё сильней. Ночи теперь мы проводили в самой дальней палатке, я освещал её магическим светом. Не знаю, на что мы надеялись, безумная мысль, что тонкая ткань палатки защитит нас от всего, удерживала здесь. Мы ждали. Ждали, что ОТТУДА появится либо наша группа, либо нечто иное. Нами овладела безумная жажда действий, уже было всё равно, что выйдет оттуда, пускай бы только это случилось поскорее!

На десятый день после ухода Стерха, припасов у нас осталось только на переход до ближайшего города. Все эти дни безрезультатно работал коммуникатор. Сегодня всё закончится. Был ранний вечер. Часа два, в отчаянной надежде мы стояли над пробитым входом, вглядываясь и вслушиваясь во тьму. После, не произнеся ни слова, собрали припасы, спустили вниз верёвки и ушли к городу. Дикие звери не стали для меня помехой, машинально я сжигал их тем самым пламенем, которым освещал путь себе, Вирсу и Стерху. Стерх… прости меня, если сможешь. Ты был самым лучшим из нас, несправедливо, что ушёл именно ты! Ну, зачем? Почему всё так?

Уже около города мы с Вирсом попрощались и поклялись друг другу, что никто не узнает о случившемся. Пустыня сама скроет наши следы. Уже через месяц от лагеря на плато ничего не останется. Да и проход к нему трудно заметить. Пустыня обо всём позаботиться…

Воспоминание 8 (Как ни странно, но тоже кажется, моё)

Ветер и тьма, лишь они сопровождали мой полет. Впрочем, мне это не особо и мешало. Всё вокруг словно застыло, ничего не менялось на такой высоте. Те же монотонные облака вверху, та же хмурая мгла океана внизу. Казалось, что мне удалось оказаться где-то между мирами.

И вновь я одернул себя, напомнив, что должен как можно скорее доставить послание в Зимние Ключи, а не разглядывать окрестности. Не зря же меня выбрали для этой цели среди всех остальных молодых дрейков Нексуса? Мои братья и сестры из рода синих драконов были ничуть не хуже меня, однако я имел маленький секрет: особый стиль полета. Этому меня обучила мать. При его использовании силы расходовались куда как экономнее, отчего и создавалось ощущение моей выносливости. Впрочем, я ничуть не испытываю угрызения совести от этой маленькой хитрости. Она помогла мне стать полезным своей стае. Да и Нари, та молодая симпатичная синяя, тоже как-то по-другому стала на меня смотреть, после этого назначения.

Опять мысли свернули не туда! Нужно сосредоточиться на полете. Но, несмотря на мои старания, ночь всё-таки снова заворожила меня. Где-то в глубине души начали подниматься старые, нелепые, детские страхи. Вспомнились рассказы матери, то, как она пугала, предостерегала летать ночью. Невольно я стал энергичнее двигать крыльями. По-идее, скорость должна была возрасти, но вокруг ничего не менялось. Океан и облака были всё так же неподвижны. Сколько бы я ни бился, так и не смог сдвинуть их или сдвинуться сам. Мир словно застыл. Однако, разум твердил, что я всё же двигаюсь, но просто из-за того, что нет ориентиров это незаметно.

Эти доводы немного успокоили меня, позволили снова взять нужный темп и нужную высоту. Но всё-таки, где-то в глубине души ворочался червячок сомнения. Что если там, за пеленой мглы ничего нет? Что если сбился с курса и лечу всё дальше в океан? Что если…

Мотнув головой, прогоняю эти мысли. Вот только паники мне и не хватало. Да, это мой первый перелет. Но нечего так волноваться. Конечно, бывали случаи, что гонец улетал и больше не возвращался. Но даже если такое снова случиться – то случиться не со мной! Ведь не может же всё закончиться так… глупо?

Полет больше не приносил радость. Раз за разом упорно отгоняемое беспокойство возвращалось. Я желал лишь одного: поскорее увидеть горы Калимдора. По сути, весь мой путь являлся одним большим прыжком порталом. К сожалению, прямой путь в гнездо Зимних Ключей был закрыт даже для своих. Хранительница Халех, опасаясь, что телепортацию можно отследить, запретила применять такую магию вблизи её гнездовья. Именно поэтому, я перенесся в океан и затем стал добираться до северо-восточного побережья Калимдора. Ну а уж там-то будет легче, там хоть ориентиры есть, не то, что тут. Поскорей бы материк…

С каждым взмахом крыльев становилось всё тревожней. Страх, что лечу в неверном направлении, сковал сердце. Чтобы хоть как-то отвлечься, стал повторять послание. Не помогло. Попытался просто бездумно лететь вперёд, но и это не вышло. Сомнения и тревоги каким-то неизвестным способом просачивались в разум. Приходилось раз за разом выкидывать все мысли из головы. Не помогало, они находили путь обратно.

Сколько я лечу? Не слишком ли далеко от берега открылся портал? Где эта чертова земля и почему её до сих пор не видно?

Не выдержав, я решился на применения заклятья. Быстро набросал его контуры и стал торопливо вливать энергию. Насытив, замкнул на себя и едва не сбился с темпа. До сих пор не привык к такому переходу зрения. Вокруг всё исчезло, абсолютно всё. Лишь наработанная привычка позволила даже без нормального зрения лететь дальше. Впрочем, нельзя сказать, что я не видел ничего. Передо мной расстилалась Великая сеть, состоящая из потоков чистой энергии, арканы, что текла по линиям Леи. Эти линии словно кровеносные сосуды опутали этот мир. Сейчас, они переливались синим где-то далеко внизу. Какие-то толще, какие-то тоньше, какие-то длиннее, какие-то короче. Но каждая важна, каждая необходима. Все вместе образуют идеальный, совершенный, неповторимый рисунок мира. Глядя на эти линии, мне стало спокойнее. Вот эта, самая крупная, которую очень трудно не заметить, явно шла от Нексуса. Именно вдоль неё и забросило меня порталом. Теперь главное не отвлекаться и следовать за ней, ведь если вспомнить магическую карту Азерота. То каждый материк соединяется именно такой: крупной, пульсирующей, живущей своей неведомой жизнью. Почему так? Без понятия! Возможно лишь отец рода, Малигос, знает. Но, так или иначе, а мне всё же следует двигаться над этой линией. Подкорректировав направление полета, развеял заклятье, вернувшись тем самым к обычному зрению.

Мне понадобилось ещё два таких же заклинания, для того, что бы сориентироваться и достичь земли. Наконец, вдалеке, озаряемые рассветом, показались горы. Этот момент я не забуду никогда. Словно тяжкий груз свалился с плеч. Восторгу не было предела. Я долетел! Хохоча, рванул вперед, разрезая крыльями неподатливый утренний воздух. Не удержался и сделал кувырок, а затем переворот по горизонтальной оси. Как ни странно это лишь раззадорило меня. Усталость словно крылом сняло. Снизившись, глянул на своё отражение в воде. Сложил лапы и зачерпнул немного. Прямо в полете попробовал умыться, смыть все ночные страхи и беспокойства. Однако, ветер уносил воду назад быстрее, чем я успевал донести её до морды. Получилось это у меня только спустя минут десять. За это время материк заметно приблизился. С легким сердцем я рванул вперед к окончанию моего первого задания на благо рода.

Воспоминание 5 (Как ни странно, но тоже кажется, моё)

Так не хочется просыпаться. Но сегодня Повелитель собирает всех. Ещё несколько дней назад вся стая получила эту странную весть. Ума не приложу, зачем ему понадобились все? Впрочем, не мне об этом рассуждать. Как решит – так оно и будет.

И всё же надо вставать. Нехотя приоткрываю один глаз, смотрю на мир через внутренне полупрозрачное веко. Видна лишь тонкая светящаяся линия, поверх смутных очертаний заснеженных гор.

Глаз закрывается сам собой, а мне приходит мысль: «Может всё это лишь очередной мой сон? И не надо никуда отправляться. Не надо никуда спешить…» Однако, зов Плетущего Заклятья мне точно не приснился. Всё-таки надо собираться…

Нехотя, решаю подняться. Покрывало снега, что так верно служившее мне во время сна, осыпается. Тут же на меня набрасывается самый опасный зверь на севере – пронзающий ветер. Зря старается, я уже давно привык к холоду. Не спеша, мысленно высказываю ему всё, что о нём думаю. Мелькает позорная мысль отложить все дела и снова окунуться в сон. Такой тихий, спокойны, где можно неспешно поразмыслить.

Но, так или иначе, мороз делает своё дело – придаёт бодрость телу и духу. Отбросив сомнения, открываю глаза. Горы Грозовой Гряды приобретают предельную чёткость и ясность, карниз, который на время стал моим пристанищем, обеспечивает великолепный обзор, за счёт своего высокого расположения. Несмотря на все потуги ветра закрыть метелью обзор и скрыть свои тайны, я вижу каждый камешек внизу, каждую трещинку. Вижу, как он чертит на снегу меж камней свои загадочные письмена. Боится, что кто-то украдёт его тайны. Ничего, я с тобой ещё разберусь. Ох, ещё неплохо было бы до конца разобраться с теми строениями титанов, что немного севернее этого места. Там целый комплекс зданий. Столько тайн, столько загадок! Хотя… можно просто спросить у Старших. Но это не так интересно, как исследовать там всё самому.

Всё же придётся лететь… Широко зевнув, расправляю тёмно-синие крылья. Критически оглядываю себя… ничего, пока лечу ветер и снег отполирую чешую и костяные пластины. Взгляд сам собою скользит на юго-запад, где-то там меня ждут… ждут всех нас…

Воспоминание 0 (Ритуал)

Вечер клонился к ночи. Я с чувством выполненного долга приземлился на одном из уступов недалеко от Хладарры, сокрытой долины моего рода. С наслаждением опустил уставшие крылья. Хоть меня выбрали гонцом, как самого быстрого и выносливого из своих братьев синих драконов, но даже мне этот перелет дался тяжело. Как приятно вновь оказаться дома… ну почти дома... осталось всего ничего. Нексус уже виден отсюда. Нексус… наш дом, наше прибежище, в которое вероломно ворвались красные и их прихвостни-смертные. Мы не смогли защитить Отца. После его гибели всё стало ещё хуже. Но, не смотря, ни на что, мы ещё поборемся! Надо лететь. Как прибуду – доложусь и на ближайший уступ… спать.

***

Наконец-то! Сегодня я обрету вечность. Было трудно пойти на этот шаг… но всё же. Уж лучше так, найти себе новое, молодое, вечное тело, чем раз за разом вырывать у времени лишние года для нынешнего. Я слишком устал от всего этого. Каждый ритуал продления жизни стал даваться всё труднее и труднее. Да и отступать теперь уже поздно, приготовление сделаны, реагенты добыты. Невольно, я опять принялся бродить взад-вперед по отдаленной висячей платформе Нексуса. Хозяева сюда не заглядывают, слишком уж мало осталось их после войны. Ожидание казалось вечным, рядом со мной топтались несколько последователей и Авмахонт. В который раз замечал, как Мастер бросал на меня скептические взгляды. Он единственный, кто знает о предстоящем ритуале. Мы долго обсуждали с ним эту идею. На всякий мой аргумент у него находилась либо пара едких замечаний, либо довод против. Но… так или иначе я настоял на своём и вот теперь отряд ордена Саэдрис Ренклир здесь. Лишь Мастер знает, что под видом очередной операции, сокрыт мой ритуал. Тот, что так долго хранил, не решаясь на него… ритуал обмена телами. Ещё чуть-чуть и начнётся новая жизнь, лишенная страха перед неминуемой старостью. А пока, нужно дождаться посланных Рыцарей бездны, самых умелых бойцов в иерархии ордена, которые приведут жертву.

***

Собираясь взлететь, поёрзал на уступе. И тут, почувствовав внезапную резкую боль у основания правого крыла. Успев вцепиться когтями в скалу, оглядываюсь. Стрела? Откуда? Зашипев, разворачиваюсь. Там, наверху стоят двое. Ну, они у меня получат! Дотянувшись лапой, вырываю стрелу, чертовски больно, но сейчас главное добраться до этих стрелков. Взлетел. Каждый взмах отзывается очень неприятными ощущениями. Кое-как приземлился рядом с напавшими, пытаюсь схватить одного и располосовать когтями. Не выходит. От моих ударов либо уклоняются, либо подставляют мечи. Почему они движутся так быстро? Или… или это я слишком медлителен? С каждым выпадом понимаю, что становится трудно сохранять концентрацию и внимание. Какая-то необъяснимая тяжесть сковала лапы. Яд? Неужели та стрела была отравлена? Уже через некоторое время, мои догадки подтвердились, я уже не мог ничего сделать, просто завалился на бок. Дальше всё было как в тумане: голоса, движения тех двоих, вливающих мне в пасть какую-то жидкость, приказы, которым я почему-то беспрекословно подчинялся.

***

Ожидание становилось невыносимым. Казалось, ещё чуть-чуть и сойду с ума от нетерпения, но тут я увидел посланных ранее Рыцарей бездны. Судя по одурманенному и послушно летящему за ними синему дракону, им удалось выполнить задание. Отлично! Осталось ждать совсем немного. Как только они приземлились на крылатого были тут же наброшены нити ослабляющих и лишающих воли заклятий. Едва тот безвольно застыл в центре вычерченной фигуры, был тут же подвергнут тщательному осмотру. Прекрасный экземпляр! Дрейк… довольно молодой, сильный. Всё остальное не важно.

Я ещё раз обошел чешуйчатого. Тот смотрел лишь вперед, стеклянными голубыми глазами с вертикальным зрачком. На внешние раздражители почти не реагирует. Замечательно! Всё должно пойти по плану. Правда, смущают возможный конфликт со стаями драконов… если те, конечно, узнают. Впрочем, к бесу, меня это не волнует. Терять уже нечего. Уж лучше рискнуть и получить все, о чем мечтал, чем доживать оставшиеся несколько месяцев в дряхлости.

Коротко отдаю распоряжения последователям. Те занимают места в заранее начерченной фигуре, становясь частью её. Начинаю инициацию ритуала.

***

Я отчаянно пытался сделать хоть что-то. С того момента, как пришел в себя посередине странной фигуры на поверхности одной из летающих платформ Нексуса, прошло несколько минут. Но, ни лапы, ни крылья, ни хвост не слушались меня. Оставалось лишь смотреть на смертных передо мной, творящих какое-то заклятье. Ну ничего, магия на меня действует слабо, так что им придется долго возиться, за это время успею вырваться. Раздеру их когтями на мелкие кусочки. О да, они заслужили. Я буду смотреть, какэти черви будут молить меня о пощаде. Они будут ползать, пресмыкаться передо мною. Они…

С удивлением ловлю себя на том, что мне нравиться эта мысль. Хотя никогда не был жесток. Позволив себе несколько секунд посмаковать то, что сделаю с наглецами, отбрасываю мысли. Раз за разом пытаюсь вырваться, хотя бы пошевелиться. Но сети проклятья слабости держат крепко. Странно, но я откуда-то точно знаю, что это именно проклятье слабости. Знание словно само всплыло в голове, а за ним и структура плетения. Ладно, потом разберусь, откуда мне это известно, сейчас главное вырваться и прервать ритуал. Лучше всего это получиться если пришибить инициатора, Эста. То есть… себя?

Меня пробирает дрожь. Что за чертовщина? Что за бред твориться? Я никак не могу быть инициатором, я же лежу в центре, скованный проклятьем по лапам и крыльям. И в то же время, почему-то отчетливо знаю, что вон тот застывший гном – именно я! Нет, это наваждение! Точно, да… откуда-то точно помню, что на меня наложены заклятья подавления воли, при желании могу вспомнить даже их структуру. Может это всё их действие? Так или иначе, но мне нужно вырваться отсюда, из фокуса действия ритуала.

Начинаю отчаянно сопротивляться проклятью слабости, зная, что нужно сбрасывать его постепенно, кусочками, концентрируя внимание попеременно на разных частях тела. Знания всплывшие, казалось, ниоткуда очень помогали мне. Наложенное на меня заклятье слабости начало постепенно распадаться, дестабилизироваться. Ещё немного, ещё чуть-чуть и я освобожусь. Бес с ней с местью, добраться бы до своих. Мне ещё послание нужно доставить к… к… Меня затопила паника. Я не помню! Ни самого послания, ни кому его доставить. Попробовал вспомнить, что было до этого… не вышло. В памяти проплыли картины Янтарной Мельницы и собрания членов ордена Саэдрис Ренклир, на которых я посапывал в кресле у камина. Стоп. Этого не может быть! Ведь ни с каким орденом я не связывался.

Нет, нужно поскорее что-то предпринять. Мой единственный шанс – это разрыв проклятья слабости. Отрешившись от всего, стал торопливо бороться с ним. В памяти всплывали всё новые и новые знания, воспоминания, чувства. Старые уходили, казалось в никуда. Мне стало страшно. Меня словно выворачивали наизнанку, вырывали саму суть и заменяли чем-то другим. На миг показалось, что всё идет так, как и должно, но инстинктивный страх уничтожил эту уверенность.

Наконец, заклятье пало, я вновь ощутил, что могу шевелиться. Удивленные и испуганные лица смертных только прибавили уверенности. Удар хвостом – инициатор, гном, который казался мною, летит вниз с платформы. Через несколько секунд чувствую, что ритуал прерван! Потоки воздуха от взмахов крыльев сбивают неосторожных последователей и уносят меня всё дальше и дальше от проклятого места. Мною овладело странное чувство триумфа и в тоже время горькой обиды. Лишь выбравшись из Хладарры, я позволил себе передохнуть и обдумать всё что случилось. Что со мной теперь? Навсегда ли это? Ответы роились у меня в голове и на каждый чужая память, ставшая моей, подсовывала ответ. И чем больше я узнавал – тем хуже мне становилось. Оказалось, суть ритуала в обмене телами. Эффект становиться постоянным при гибели одного из участников, что собственно и произошло. В итоге я получил все воспоминания, знания, навыки, привычки, характер от самого себя… то есть от Эста… они теперь мои. Но остался главный вопрос. Прошел ли ритуал? И… и кем же я теперь являлся? Чернокнижником, добившимся цели, или синим, успешно прервавшим Действо? Слишком много вопросов… ещё и правое крыло чертовски болит у основания. Нет, прежде чем что-то предпринимать, нужно отдохнуть и привести мысли в порядок. И решить хотя бы для себя кто я теперь.

<Запись в дневнике, датируется 10 июля 28 года от открытия темного портала.>

Воспоминание -6 от ритуала.

Почти всё готово… Осталось совсем немного. Долгие ночи переработки и дополнения моего ритуала прошли. Реагенты для второго почти собраны. Зачарованный песок для символов кое-как, но выкуплен через подставных лиц. Кровь для фигуры заморожена и готова для применения. Место выбрано. Исполнители найдены. Всё… наконец, Хикори станет моей. Да обсуждали идею мы долго... но, она решилась. Хикори, милая Хикори...

Мы находились на вершине Храма Порядка в Грозовой гряде. Именно под этим местом, как и под любым другим храмом титанов, пульсировал свой узел линий Леи. Его мы и собирались вскоре использовать. Я ещё раз оглянул исполнителей, стоящих в выполненных особым песком рунах внутри вычерченной заготовленной кровью фигуры. Пришлось нанимать пятерых, так как я сам не мог участвовать из-за того, что магия на некоторое время перестала подчиняться мне. Использовав обряд усиления, я приобрел несравненную мощь. Но даже она не помогла ордену Саэдрис Ренклир выиграть битву у Янтарной мельницы. И вот теперь я ощущаю всю тяжесть цены за тот обряд.

В который раз я обошел фигуру и магов. Вот эти двое – заклинатели энергии, их дело черпать и передавать энергию, держа поток. Наняты в Тераморе. Ученики мага средней бездарности, но их сил должно хватить. Что ж они получат неплохой урок и деньги. Прохожу дальше, до заклинателей защиты. Их тоже двое, оба они должны поймать поток, каждый от своего заклинателя энергии, затем преобразовав, оградить от внешних возмущений и через фигуру послать инициатору. Этих магов мне пришлось долго искать, но, так или иначе, золото сделало своё дело. Мой взгляд скользнул к следующему участнику ритуала, щуплому парнишке. Его я нашел в «Забитом ягненке», обители чернокнижников. Что же, он сгодиться для помощи инициатору. Для него платой будет знание. О нет, я не опасался, что он может что-то сорвать, ведь как и остальные подписал магический договор своей кровью. А там четко оговорены все условия… так что ни им, ни мне никуда не деться.

Лишь обойдя полный круг, я вернулся к инициатору и одновременно объекту воздействия – гномке Хикори. Как мог, успокоил её и себя, ритуал рассчитан с тройным запасом прочности. Именно поэтому заклинатели стоят парами. Неудачи просто не может быть! Отойдя подальше, чтобы не мешать, дал команду к началу.

Вначале в дело вступили заклинатели энергии и защиты. Вместе, они насытили вычерченную на полу храма фигуру. Одна за другой мягким зеленоватым светом вспыхивали линии построения. Сияние медленно, но неуклонно ползло по затейливому лабиринту контуров от магов, временно ставших частью узора, к центу и стоявшему там небольшому яйцу синего дракона. Я заворожено наблюдал, стоя в стороне, за этим процессом. Он одновременно и завораживал и пугал свое противоестественностью. Всё моё существо вопило, что это неправильно, что это не верно, нельзя снова отнимать чужую жизнь в угоду себе. Снова накатили сомнения. В праве ли я? Могу ли я отбирать жизнь и будущее у ещё не родившейся маленькой драконочки? Хорошо, что нанятые заклинатели не знают всего. Но даже и без их воображаемых осуждающих взглядов мне было плохо. Что бы изгнать сомнения, я привычно напомнил себе, что Хикори не вечна, что она когда-нибудь умрет у меня на руках от старости, что она не сможет быть со мной. Мрачная решимость вновь зажглась в сердце. Уж лучше сейчас малой ценой дать Хикори вечность и крылья, чем потом жалеть. Потом… я просто не смогу поднять руку на кого-то из своего рода. Уж лучше сейчас, пока ещё есть силы и возможность. Мы никому не скажем о том, что здесь произошло, а эта маленькая душа… надеюсь, она простит нас. Нет, меня, Хикори не виновата, это полностью моя затея.

Под гнетом тяжких размышлений, я вновь стал наблюдать за ритуалом обмена. Заклятье достигло своего пика. Сжатое и скованное линиями вычерченной фигуры, оно ждало лишь толчка инициатора. Однако Хикори медлила. Она обернулась и посмотрела на меня. Сейчас она должна решить сама. Перед ритуалом, я рассказал ей всё как есть, без утайки. И теперь с тревогой ждал её решения, взглядом пытаясь выразить все свои страхи, надежды, опасения и стремления. Она отвернулась, но лишь затем, что бы спустить рвущееся с поводка заклятье.

Тот час затейливая вязь линий фигуры на камне ослепительно вспыхнула зеленым сиянием. Свечение продолжалось не долго, быстро угаснув, оно открыло взгляду фигуру слабо шевелящейся гномки на каменных плитах храма.

Мне осталось последнее дело. Сняв с пояса склянку с зельем, кричу остолбеневшим заклинателям, что бы помогли напоить гномку. Передаю пузырёк, попутно объясняя, что после него она заснёт и будет восстанавливать силы несколько часов. Умалчиваю лишь об одном, что по истечении этого времени она уже не проснётся.

Я никогда не забуду, как преданно смотрела на меня глазами гномки та драконочка. Она видела, кем я был на самом деле и нисколько не опасалась. Я… я не смог смотреть, отвернулся. Стало легче при взгляде на яйцо в центре потухшей фигуры. Уже идя к нему, я стал чувствовать, как связь меж яйцом и телом гномки рвется. Это значит, что яд в зелье начал действовать. Невольно оглянулся, губы сами тихо сказали: «Прости». Теперь пути назад нет. Теперь, как и задумывалось, у Хикори будет вечность и синие крылья. Вместе с ней уйду подальше в Грозовую, а там… будь что будет. Начиналась новая жизнь, в которой больше не будет поступков, о которых мне придется жалеть. Я отброшу прошлое и начну всё заново рядом с ней.

Склонившись над яйцом, протянул руку к его шершавой поверхности. Коснувшись, ощущаю, что именно к этому я и шел все эти годы… к ней… к Хикори.

ID: 808 | Автор: Зей-Уж
Изменено: 7 марта 2013 — 17:53