Леррден Нэш Волки полковника Нэша

Юго-восточное побережье Гилнеаса, 30 сентября 27 года

Было чертовски темно. Полная, бледная до могильной зелени луна, едва прикрытая облаками, светила тускло. Звезд видно не было. Тишину глухого часа едва ли после полуночи нарушал лишь плеск волн, разбивающихся о крутой берег.

Завывал холодный ветер. Он пел в скалах и танцевал в верхушках высоких лиственниц. Ему было вечно мало места, и он все время рвался то ввысь, то вширь. Он проскакал в дикой мазурке по прибрежным утесам, метнулся через расселину, пробежал на цыпочках по десятку кочек и рассыпался на тысячу мелких осколков где-то над спинами растянувшейся цепочкой группы.

Идущий впереди поднял кулак. Восемь фигур в черно-болотного цвета плащах замерли, опустились на колено беззвучно, сливаясь с мерцающими ночными силуэтами трясины. Все затихло.
Через охотничью гать перед ними медленно перешел волк. Он шагал на задних лапах. С клыков капала слюна, а глаза горели красным.

Ведущий резко взмахнул рукой.

Волк успел только взвизгнуть, как раненый пес. Потом он грузно повалился на старые доски гати, судорожно хватаясь за древка двух коротких арбалетных болтов, выросших у него из груди. Упав наземь, он забился в конвульсиях, выгнулся дугой - и стал медленно менять очертания. Через несколько отвратительных мгновений он потерял последние остатки шерсти. На гати лежал обнаженный человек, скорчившийся в позе эмбриона.

Ведущий махнул вперед двумя пальцами. Двое из цепочки подкрались к телу на гати. Один из них ткнул убитого оборотня носком сапога. Тело пошевелилось, дернулось. Оба бойца отскочили, наводя арбалеты. Убитый раскинул руки, прохрипел что-то и затих.

- Свет, уже третий, - выдохнул кто-то тихо в цепочке. На болоте чирикнула птица.

В отдалении раздался долгий, протяжный вой. Из-за черных низких туч проглянула полная луна.

- Пошли, - резко бросил ведущий. Группа снялась с места и, обогнув тело, двинулась дальше цепочкой. Трухлявые доски скрипели и прогибались под сапогами. Ветер шелестел низкими болотными ивами и танцевал кадриль между кочками.

Прошло два часа медленного сосредоточенного передвижения, прежде чем они заметили силуэты. Дорога на выходе из болота вышла на подъем, и на небольшом холмике в кустах кто-то укрылся. Ведущий заблаговременно скомандовал "рассыпься", и группа рассредоточилась по обе стороны от гати.

- Лейтенант, - шепнул ведущий ближайшему к нему бойцу. - Возьми двоих и проверь.

Лейтенант, неотличимый от остальных под черным плащом, перемазанным глиной и грязью, кивнул и скрылся в сумерках. Едва слышный шорох в кустах был единственным, что возвестило о его возвращении десять долгих минут спустя.

- Трупаки, - бросил он, присев рядом с плечом командира. - Дюжина. Стрелки. Не обойдем, трясина кругом.

- Бьем, - мгновенно решил командир и несколькими короткими жестами распределил свою группу. Бойцы выдвинулись к подножию холма, невидимые и неслышимые между кустарником и высокой болотной осокой.

Командир ползком преодолел небольшую полянку с травой. Под локтями в нескольких сантиметрах от лица чавкала мутная болотная жижа. Перед зарослями камыша он остановился, приподнялся и огляделся. Люди уже должны были быть на местах.

Он заложил два пальца в рот и коротко свистнул. От посвиста болотного кеглика этот звук отличил бы только тот, кто специально прислушивался. Секунду спустя в ответ раздался подобный свист. Все на месте.

Первый секрет был прямо над ним, в небольшой ложбинке на склоне холма, прикрытый травой и кустарником. Судя по тому, как шуршали порой кусты, там было двое. Командир снял с пояса небольшой цилиндр, повернул круглую рукоятку на одном из торцов, дернул за кольцо и с размаху зашвырнул прямо в кусты. Сам он упал на землю и закрыл голову руками.

Над головой грохнуло так, что заложило уши. Камыш впереди и кустарник в ложбинке посекло осколками. Прямо перед носом командира шлепнулась кисть, из которой торчали выбеленные кости. Она была обтянута серой, болезненно-мертвецкого цвета кожей.

Едва просвистела картечь, которую разбросало взрывом, командир уже был на ногах и мчался вверх по склону. В четыре прыжка добравшись до ложбинки, он припал к земле, пошарил вокруг. Пятна черной крови, кости, сломанный пополам тяжелый воротный арбалет... Голова в кожаном шлеме. Чисто.

Слева и справа по склону поднимались его люди, укрываясь за неровностями и низкими деревцами.
Сверху свистнули стрелы, лязгнуло железо, раздались гортанные выкрики на полузнакомом языке. В темноте цели ни одна не нашла. В ответ щелкнули арбалеты, один за другим грохнули два винтовочных выстрела. Силуэт, нарисовавшийся прямо на верхушке на фоне луны, сложился пополам и опрокинулся на другую сторону. Снова закричали, зашуршали кусты, на склоне появилось какое-то движение.

Командир резко свистнул, взмахнул рукой. Снова щелкнули спусковые замки механических арбалетов. Глухо ухнуло, и среди низких ив расцвели еще несколько взрывов.

- На ножи! - гаркнул командир, и первый бросился еще выше по склону, обнажая свой собственный короткий тяжелый меч.

Он продрался через кусты. За ними сидел, мотая головой, оглушенный взрывом вражеский стрелок. Командир срубил его походя, не задерживаясь на второй удар. Из раны вытекло несколько капель крови. В ночной темноте она казалось еще чернее, чем обычно. Командир стряхнул еще пару капель с клинка и отправился дальше.

Несколько выкриков, минута лязга стали - и все было кончено. Командир выбрался на вершину.

- Один холодный, - коротко доложил лейтенант, словно выросший из земли у его плеча. - Двое раненых.

- Кто? - голос командира группы прозвучал хрипло и приглушенно.

- Орфей, - вздохнул лейтенант, откидывая капюшон. - Болт, прямо в шею. Хоронить?

Командир помолчал несколько мгновений, затем отрицательно покачал головой.

- Сжечь всех. Подальше отнесите. Возьми у Костоправа зажигалки. Хватятся их к завтрашнему дню. Кто ранен?

- Блейк и Чайник. Поцарапали в свалке. Костоправ их уже обработал, - лейтенант замялся, словно хотел сказать что-то еще.

- Что там, Эрц? - досадливо тряхнул головой командир.

- Полковник... что мы тут делаем вообще? Это проклятое место. Отрекшиеся, эти воргены... Чего мы ищем?

Полковник вздохнул, стянул с лица прикрывавшую его кожаную маску и откинул капюшон. У него было вытянутое лицо с заостренными чертами и крючковатым носом. Подбородок покрывала трехдневная щетина, а в густых иссиня-черных волосах пробивалась проседь.

- Эрц, я знаю примерно столько же, сколько и ты. Приказ есть приказ. Он не обсуждается, он исполняется. Когда встретимся с группой Арвилля в Хартфилде, получим дальнейшие инструкции. Пока что наша задача - дойти туда, сохраняя боеспособность.

- Эти чертовы трупаки в темноте видят не хуже кошек, - проворчал Костоправ, выныривая из темноты позади полковника и лейтенанта. Это был низкий коренастый дворф, одетый, как и они, в черно-болотный плащ с капюшоном, из-под которого выбивалась его короткая рыжая борода. - Залатал обоих, можно идти.

Лейтенант хлопнул его по плечу и увлек за собой обратно, на ходу объясняя, что от него требовалась. Судя по приглушенному ворчанию, идея расстаться с парой бесценных фальшфейеров Ранду Сталевару по прозвищу Костоправ совершенно не понравилась. Дворф был легендарно скуп на расходный материал. Полковник покачал головой и опустился в траву близ утоптанной дорожки.

Через четверть часа в отдалении уже горел костер, сложенный из трупов пикета Отрекшихся и нагого тела Орфея. Полковник только закрыл убитому глаза и положил на грудь его серый медальон в форме волчьей головы. Горькая ирония - Железный Волк погиб в самом глухом волчьем краю света. Его плащ и жетоны полковник спрятал на дно своего походного мешка. Оружие и содержимое сумок было распределено между остальными членами группы.

- Жаль Орфея, - сказал лейтенант, когда они вновь двинулись по дороге на северо-запад. - Мне будет не хватать его баек.

- Всех жаль, - только ответил полковник, и еще шесть часов до Хартфилда они провели в полном молчании, к которому все в группе были привычны.

ID: 18216 | Автор: Полковник Lerrden
Изменено: 23 января 2016 — 7:19

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
24 января 2016 — 12:13 Ferrian

Авесомненько. Но с такой квентой требования к полкану растут все больше и больше - в игре он пока наоборот смотрится командиром-мясником после давнего полевого выхода и пятничной экономии на брифе.

24 января 2016 — 12:45 Полковник Lerrden

Не без того. Пятничная экономия была больше вызвана ООС-причинами, конечно - начало и так задержалось, и не хотелось держать народ дольше, чем безусловно необходимо.

24 января 2016 — 13:58 Хакиро

Написано хорошо

24 января 2016 — 17:17 Nice Ice

Я не буду и здесь повторять, как это атмосферно и душевно написано. Просто, ввиду того, что многие поленятся читать огромный текст, и пролистают до комментариев, скажу:
Читайте, читайте и еще раз читайте. От начала и до конца. Поверьте, потраченное время того стоит! А уж последняя часть точно не оставит вас равнодушными :)

27 января 2016 — 18:22 Pentala

Круто же

Только неточность

сверхъестественные способности к регенерации, дарованные проклятием Аругала

Проклятые Аргуалом сходили с ума. И вряд ли они будут служит в освободительном фронте. Прокляте воргенов названется... проклятье воргенов.
Воргенам регенерацию не завезли - у них меньше времени держатся ДоТы.

три обугленных тела в форме Подгорода,

...которая была из асбеста и не сгорела раньше обугленного тела.

Килевой тракт,

Кильский же, а не Килевой. А то прямо на судне будто.

27 января 2016 — 19:20 Полковник Lerrden
Проклятые Аргуалом сходили с ума. И вряд ли они будут служит в освободительном фронте. Прокляте воргенов названется... проклятье воргенов. Воргенам регенерацию не завезли - у них меньше времени держатся ДоТы.

Тут, конечно, больше имелись в виду самые истоки гилнеасских воргенов, которые пошли от вызванных Аругалом против Плети чудовищ. Вероятно, не самая удачная метафора.

Насчет регенерации... Тут была аллюзия на "заживает как на собаке". )

...которая была из асбеста и не сгорела раньше обугленного тела.

Ну, как минимум, кольчуги-то точно не горят. Опять же, нужно время, чтобы даже ткань или кожа сгорели полностью. Там между взрывом и появлением трупов в поле зрения читателя проходит буквально несколько секунд. Тела-то поджарило сразу, а вот одежда просто горела, дымилась и все такое прочее.

Кильский же, а не Килевой. А то прямо на судне будто.

Звучит как "килька", если честно. По-английски бы это красиво выглядело как Keel Road, а по-русски мне мой вариант представился наиболее фонетически благозвучным.

27 января 2016 — 20:54 Pentala
Ну, как минимум, кольчуги-то точно не горят. Опять же, нужно время, чтобы даже ткань или кожа сгорели полностью. Там между взрывом и появлением трупов в поле зрения читателя проходит буквально несколько секунд. Тела-то поджарило сразу, а вот одежда просто горела, дымилась и все такое прочее.

Ну так и написал бы "в кольчугах подгородской стражи".
Просто забавная картинка - лежат трупы в нетронутой одежде.
Думаю там и кольчугу-то узнать скорее всего вряд ли было бы возможно - просто обычные головёшки.
Зашли в кусты два солдата, выпали две головёшки.