Тайлиф Азария Силуэт

Highborne Sorcerer Azaria
Evening Star RP, 2008

Уравновешенная и буйная, равнодушная и чуткая, гордая и покорная, упрямая и гибкая, как тростник, Азария, если подумать, мало изменилась с тех пор как покинула Сурамар. Пожалуй, лишь больше очерствела. Глядя на ее древнее, но цветущее лицо, довольно странно думать, что и у этой живой реликвии была своя юность.

Знаки Луны

- Она подкидыш. Одна высокопоставленная леди привезла ее на рассвете и, говоря проще, просто бросила дитя на ступенях храма. Сейчас эта женщина уже на обратном пути в Зин-Азшари.
Говорившей была невзрачной наружности жрица, внимательно смотревшая то на спящего младенца, то на свою духовную сестру - другую жрицу луны, также не сводившую глаз с ребенка.
- Недостойная мать, да простит Богиня мою резкость, - живо отозвалась вторая кальдорейка. Свет праведного гнева отразился на ее лице, но тут же погас: сестрам не подобало злиться.
- Мы, стало быть, оставим ее здесь, - продолжала женщина, уняв мгновенный гнев, - воспитаем.
- Она дочь Высокорожденных.
- Пусть так. Ты, вняв молве, оставишь ребенка лишь потому, что Высокорожденные не внушают доверия?
Первая не ответила. Она, бережно взяв спящее дитя, вышла за порог храма и обронила, уходя, слова:
- Приложим все усилия, чтобы юная Тайлиф Ашджалад Азария стала достойной сестрой.
Азария ничего не слышала. Она крепко спала.

***

Никогда не умевшая петь и играть на музыкальных инструментах, она тем не менее заставляла тетиву своего лука звучать с неподражаемой мягкостью. Стрелы, игривым свистом рассекая нежную мелодию, всякий раз попадали в цель: жрица Азария стреляла великолепно.
Шел двадцатый год ее безмятежной жизни, полной спокойного веселья, бесед о нравственности, молитв и дружелюбных голосов сестер. Ее мысли часто были далеки от мирской жизни и, поглощенная думами о луне и лесе, она не вспоминала о калдореях, ее породивших.

***

Маленький отряд отправлялся в путь. Яркий животрепещущий закат набирал силу красок, а солнце спешило выплеснуть весь свет, прежде чем, покраснев, уйти за горизонт. Рощи, принадлежащие храму, полнились вечерними шорохами, и редко звучали голоса сестер, идущих с донесением из Сурамара в столицу. Среди одетых в темное воительниц одна выделялась. Благородное лицо и спокойный взгляд, свидетельствующий о внутреннем равновесии, простые белые одежды, складки которых ниспадали легко и изящно, - это была повзрослевшая и близкая к совершеннолетию Азария - единственная жрица в отряде.
- Зин-Азшари не такой, как все города, что ты видела. Он многих меняет, Тайлиф.
- Все не так грозно, как повествует Немай, - замечает другая сестра. - Просто столица, Азария, впечатлит любого.
Опустим подробности пути маленького отряда, идущего из Сурамара в Зин-Азшари. Величайший град мира был близок, и близость этого колосса ощущали все. Азария была спокойна. Она усмирила волнение медитациями и приготовилась к встрече. Погасший закат не слепил. Луна заняла место солнца, яркий жар сменив серебряной прохладой.

Знаки Арканы

То, что увидела жрица Азария, лишило ее дара речи. Город поражал. Каждая статуя, прячущаяся в тени пергол, каждая капитель, с расчетливой небрежностью украшенная листьями аканта, — в Зин-Азшари едва ли не каждый переулок жил роскошью, дышал красотой и кричал о благополучии своих жителей.
Поначалу молодой жрице пришлось закрыть глаза от слепящего изобилия форм и красок, нестерпимо ярких после тишины храмовых рощ и скромного изящества Обители Луны. Азария, верная привычке, вглядывалась в лица прохожих, но их было так много, что она терялась. Немай взяла жрицу под руку, уверенным шагом устремившись вперед, решительно не замечая чудес и соблазнов славнейшего из городов.
Запахло свежестью, будто повеял ветер с реки или озера, но, к недоумению Азарии, ни одна из сестер этого аромата не чувствовала. Путь по мощеным дорогам Зин-Азшари продолжался, и чем дальше, тем сильнее благоухала незримая вода. Потеряв счет времени, жрица шла следом за сестрами, как тень. Дворцы, ротонды, колоннады, живые изгороди, взметнувшиеся выше крыш, и звонкие фонтаны... Золотоокие статуи, прутья золотых пергол, позолоченные орнаменты стройных аркад.
Это был чарующий сон, вязкий как мед и такой же приторный. Он достиг апогея, когда впереди в блеклой дымке возник причудливый силуэт дворца. Невиданное сооружение, зиждящееся на поднятой из недр земли магме, могло быть возведено лишь во славу одного существа на целом свете — Королевы Азшары.
Сила аромата свежести стала почти осязаемой, и Азария увидела то, что почувствовала еще несколько часов назад: темное озеро, чьи берега терялись в дымке, подступало к королевскому дворцу.
— Отдохнем, — Немай подняла усталый взор к вечереющему небу, встретив луну.
А Азария удалилась, желая прогуляться у озера и вблизи прохладной воды привести мысли в порядок.
Озеро и правда было темным. Ранняя луна отражалась в плещущих волнах блекло и зыбко. Сумерки стерли очертания отдаленных берегов, сделав озеро бесконечным. Ветра не было, но рябь беспрестанно морщила тугую гладь. Волна таинственно шелестела о камень набережной. В глубине зажегся свет, вернее, его отражение. Сам источник был далеко от Азарии, на широком балконе дворца ее величества, где в окружении золотых светильников высилась неподражаемого изящества женщина в белом платье. Как и Азария, она смотрела в озеро. Жрица зябко повела плечами, убоявшись знака: луна, выйдя из-за облака, блеснула холодно и остро. Шепоты озера стихли. Азария отвела взгляд и, убрав ладони с балюстрады, направилась вдоль берега.
Зашелестело чье-то платье. Азария обернулась: ей навстречу шла богато одетая леди. Обе женщины остановились, меряя друг друга взглядом, а спустя несколько мгновений незнакомка продолжила идти, направляясь в сторону дворца. Азария прекрасно запомнила ее лицо и, удивляясь своему равнодушию, провожала уходящую безучастным взглядом.
Белая фигура на балконе все еще смотрела на темное озеро.
С того памятного вечера жизнь жрицы Азарии полетела под откос. Вернувшись в храм, она более не могла смотреть на воду, не вспомнив зовущее темное озеро, пытливый взгляд белой женщины на балконе и неподвижное лицо удаляющейся матери. Но самым тревожным знаком для Азарии стала сосущая пустота, угнездившаяся под сердцем. И когда настала ночь ритуала Высокой Луны, молодая жрица не могла думать о Богине, сколько ни пыталась: ее мысли заливала шепчущая вода темного озера, в глубине которого тонули, безнадежно сверкая, луна и звезды.

Знаки Беды

Азария посчитала, что пала жертвой собственной слабости и лени, и потому погрузилась в служение Элуне с удвоенным рвением. Ее молитвы стали жарче, копье звенело звонче, а стрели так часто вонзались в мишени, что те падали, исколотые. Так продолжалось, пока Азария из своего окна не увидела огромную ворону, летевшую на закат. Крик черной птицы внушил благоговейный страх. Тихие фонтаны храма прекратили журчать, а луну все чаще затягивали тучи. Живя каждый день на грани яви и грез, Азария еженощно видела темное озеро, в пучине которого закручивались могучие водовороты. И тогда измученной жрице чудился яростный смех, доносившийся с балкона королевского дворца: смеялась белая женщина.
Пришло письмо, врученное посыльным лично в руки Азарии. Письмо, подписанное Ашджалад Азарией. В нем сухо и деловито объяснялась дорога в нелюдимый южный город Элдре’Талас, шло краткое описание географии и особенностей города и перечислялись имена всех персон, с которыми мать Азарии настоятельно рекомендовала встретиться.
Жрица исчезла из обители. Под маской непроницаемости и иллюзией покоя она унесла с собой все треволнения, абсурдные сны и неумолчный шепот темного озера. Она не терзалась ими, ведь спустя столько лет пелена спала с глаз Азарии, открыв цели, к которым надлежало стремиться.
Дорога на юг пролетела незаметно. Открывшиеся ее взору толстые стены Элдре’Таласа, затерянные в дремучей глуши, поставили жирную точку на тревогах Азарии. И жившая иллюзиями жрица наконец увидела, что в мире происходят необратимые перемены.
Перед ней открылись великие двери Элдре’Таласа — в последний раз. Стены сомкнулись прочным кольцом вокруг Азарии, вошедшей в бастион Арканы. Жрица хранила молчание. А за воротами Пылающий Легион начинал бесчинства.

Белая женщина, со своего балкона возвышающаяся над Колодцем Вечности, больше не смеялась.

ID: 425 | Автор: Toorkin Tyr
Изменено: 5 ноября 2014 — 13:18

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
6 августа 2010 — 22:03 Toorkin Tyr

Обновил (:

7 августа 2010 — 0:33 Магистр Laэн

Замечательно :) Читала с удовольствием.

7 августа 2010 — 0:48 Легенда Ниала

Малаца, харашо зделал.

20 января 2014 — 23:45 Toorkin Tyr

*пробежал, мимоходом сдул многолетнюю пыль*