Шагая Портреты и зеркала

Глухие тяжёлые удары женских острых каблуков об каменный пол эхом отдавались в длинном коридоре. Высокие и узкие окна, покрытые причудливыми виражами с моментами знаковых битв и красивейших мест, ровным строем тянулись по правой стене. Тук. Тук. Тук. Шурх. Длинная красно-тёмная ткань волочилась за идущей вдоль стен фигурой. Тонкая рука, облачённая в алые перчатки с изящной вышивкой в виде узорчатых золотых нитей, касалась каждого портрета, висевшего напротив витражей. На картинах были изображены знаковые особы этого места – из разных миров, в разных одеяниях и позах. Единственное, что было общего между ними – огромный, спрятанный где-нибудь в потайном месте полотна камень, исписанный на всегда разных языках.

Попадающие в это место знали о предназначении этих глыб. Потому что каждую минуту они тащили их у себя за спиной. Огромное надгробие с вырезанными невидимой и беспристрастной рукой каменщика грехи.

И у неё, облачённой в длинное алое платье с золотой вышивкой, был такой. Тонкая и длинная плита, которую она перечитывала каждый день. И никогда не могла забыть о том, что выгранено на могильном камне.

- Моё почтение, Госпожа, - низкий и шепелявый голос прервал её раздумья. Она подняла взгляд грустных пустых серых глаз. Склонившейся перед ней Землерой. Низшее существо – маленькое, озлобленное, с длинными ушами и уродливой мордой. Впрочем, ему полагалось выглядеть пристойно – всё-таки этот червь прислуживал местным господам. Поэтому чёрная рубашка и фрак сглаживали впечатление. Идущая не удостоила его ни кивком, ни словом – просто продолжала идти вперёд.

Один пролёт. Второй. Лестница. Вторая. Следующий этаж. Вновь коридор. Нужная дверь.

Это были её покои, увешанные множеством зеркал. Открыв массивную узорчатую дверь, вырезанную из неизвестного местного дерева, девушка встретилась со своим отражением.

С десятка зеркал на неё смотрело самое настоящее чудовище. Прогнившее насквозь тело, сшитое из множества кусков. Выпадающая челюсть без зубов, сгнивший нос, пустые сморщившиеся глазницы. Щеки были подраны, сквозь дыры виделись давно покрывшиеся слизью и кишащие паразитами куски плоти. Сожжённая до черноты голова с редкими остатками волос. Сломанные десятки раз кости, на которых свисала сгнившая серая кожа.

Девушке понадобилось всего три уверенных шага, чтобы добраться до большого зеркала напротив двери. Через мгновение осколки посыпались на алый ковёр. А затем ещё один удар. И ещё. Каждый день уже чёткими и отточенными движениями она ломала стеклянные порталы в своих покоях. И каждый день они вновь появлялись здесь. С её руки стекала кровь. Тёмные капли падали вниз, впитываясь в толстую мягкую ткань.

Выше зеркал висели портреты. Дворфы, люди. Каждый день они смотрели на неё с высоты своих стен, наблюдая за каждым её действием. Молодой юноша с длинными светлыми волосами. Чёрный рыцарь с огромным клинком. Старик в тёмном одеянии. Молодая девушка с клинком на плече. Десятки глаз следили за каждым её движением. Молча и надменно наблюдали свысока.

Девушка подняла осколок. Она делала это каждый раз. По её руке уже не текла кровь – раны сами собой зажили. В куске зеркала на неё смотрела красивая молодая девушка. Седые растрёпанные волосы. Милое изящное лицо и немножко вздёрнутый носик. Грустные серые широкие глаза. Тонкая улыбка. Послышался хруст – осколок превратилось в мелкую крошку в сжатом кулаке.

В углу стоял красивый широкий стол, который поддерживали резные горгульи с высунутыми длинными языками и острыми ушами. Они, подняв руки вверх, держали столешницу. Иногда девушка хотела поменяться с этими узниками мебели местами – неизвестно, чья доля была тяжелее. Она открыла небольшой серый невзрачный сундучок – контрастировавшая со всей комнатой вещь. Простые железные прутья, самая обычная медная застёжка. Ни алых оттенков, ни резных узоров.

Девушка с лёгкой и такой редкой тёплой улыбкой взглянула свои сокровища. Простой пергамент, на котором углём был нарисован портрет юноши. Он был похож на худого надменного мальчишку с призраком за плечом, который был изображён на одной из картин. Но здесь он улыбался. Простой милой улыбкой. Широкие глаза смотрели на неё с пергамента. Тонкие пальцы коснулись угольных линий.
- Мой некромант, - беззвучно прошептали губы.

Простой железный амулет. Несколько медных монет. Длинный кусок чёрной ткани. Пустая и сломанная пудреница. Кусок чёрного металла. Часть обложки какой-то книги. Девушка протянула руку в алой перчатке к сундучку и убедилась в наличии своих сокровищ. Единственных, помимо портрета на пергаменте, что связывала её с прошлой жизнью.

Она аккуратно извлекла из сундучка кусочек металла. Часть саронитовых доспехов. Небольшая пластина, но сжимаемая маленькой рукой с теплотой, заботой и нежностью. Она переводила взгляд с одной реликвии на другую: с угольного портрета на кусок саронита.
- Мой защитник, - вновь беззвучное обращение.

А затем её пальцы начали исчезать, становиться прозрачными. Всполошившись, она сложила свои ценности в сундук, стараясь не порвать столь ценный кусочек бумаги. И закрыла его, разглядывая свою ладонь. Едва заметные потоки анимы стекались к ней, окутывая и призывая исполнить долг.

Вдруг запахло жареным мясом, выпечкой, специями и вином. Яркий весёлый смех счастливых людей ворвался в её покои. Высокие стены её покоев, увешанные картинами и сломанными зеркалами, начали растворяться, заменяясь на деревянное убранство таверны.

Девушка почувствовала тяжесть в своей руке. Коса с саронитовым лезвием легла в ладонь, сотворённая из призрачных потоков анимы.
- Кияри, зайка, принесли мне ещё вина! – услышала она беззаботную речь какого-то мужчины.

Шагая шла забрать чью-то душу.

ID: 20449 | Автор: Тёмный шаман Кууро
Изменено: 31 июля 2020 — 22:31