Сэлэмар Кусочек камня

***

- Мы остаемся, что бы другие смогли жить! Я остался ради тебя, Свет моей жизни… - он прижался губами к моему виску. – А ты решила не уходить?
В голосе моего мужа сквозил страх и горечь.
- Ты понимаешь, что… - он глубоко вздохнул, положив ладонь на мой живот, еще совсем незаметный, но мы знали, что во мне растет наша любовь и надежда.
- Тише, все будет хорошо, я обещаю. Мы будем сражаться. Нам больше не за что сражаться, значит, мы победи. Мы остановим Орду и они не войдут в Город Света. Ты веришь? – я улыбнулась пересохшими губами.
- Конечно, конечно, Свет моей жизни.
Мы провожали уходящих. Мы не смотрели в глаза остающихся. Свет милосердный, пусть они успеют!

Последний взгляд. Как медленно, как невыносимо медленно рушится стена. Как чудовищно медленно ползут в пространстве струи дождя. Или крови. Или слез. Джайат…
Ты смотришь в мои глаза, а я вижу кровь на твоих разбитых губах. Я вижу, как жизнь оставляет тебя, и ничего не могу сделать. Слишком медленно. Медленно падают острые куски камней между нами. Даже мой крик слишком медленно, рвотой изо рта. Все, что я могу – в безнадежной попытке прикрыть живот и смотреть, Свет моей жизни умирает под ногами зеленокожих чудовищ. Они лезут через проломленную стену, даже по своим. Весь Свет, что остался во мне я отдаю чуду жизни под сердцем, это все, что я могу сейчас.

Джайат… Я вижу как твои губы раскрываются. Я знаю, что ты прощаешься. Свет гаснет в твоих глазах. Или в моих. Я не могу дышать. Меня хоронит под камнями и телами. Кровавый дождь плачет о Великом городе и по тем, кто еще жив.
Сколько часов прошло с той медленной минуты, Свет моей жизни? Сколько дней? Сколько столетий? Как больно дышать. Кости целы. Рог сломан. Одно копыто сбито. Тьма кругом. Пал Город Света, пали защитники. Джайат! Раскидываю камни срывая ногти. Увидеть. Увидеть! Так темно. Так больно. Так страшно.
Его рука. Одна рука. А остального… нет. Просто нет.

Нин! Другие дети. Она оставалась с другими детьми! Сестричка, милая, я не знаю, жива ли ты. Я не брошу Нинлиль. Сестричка, я не брошу тебя, моя кровь. Я клянусь. Но ты жива. Прошу, Свет милосердный, Наару, кто-нибудь, пусть Нин жива. В темноте, раскрашенной всполохами костров, криками, болью и вонью, ползу вдоль стен, прячась в камнях. Единственный островок безопасности – внутри меня. Я все еще чувствую, все еще знаю. Огонек горит. Любовь Джайата жива во мне. Храм. Там… Грубые голоса. Рычание зверей. Груды тел. Дети. Все, кто был. Всполохи пляшут в голубой крови, светло-синей, смешивающейся под дождем с зеленовато-черной на грязном мраморе разрушенного храма. Они кормят зверей…кусками тел. Сдавленный звук выходит из горла. Я не знаю что это.
Нин! Милая. Забыв обо всем, подбегаю к куче. Ты жива! Жива! Я видела, как ты протянула руку. Я не оставлю тебя, я поклялась родителям в Караборе. Я клялась сестре вечность назад, тут, в руинах.
Они что-то кричат, пока я несу ее на руках. Бегу. Через камни, сбивая копыта, забыв о боли. Забыв обо всем. Они меня не догнали тогда. Меня догнала правда. Это не моя сестра. Это чужой мертвый ребенок. Рыдаю, упав на землю. Копаю могилу руками. Ни сил. Ни Света. Только огонек внутри. Мы выбрались. Значит кто-то еще…

Несколько дней. Это очень много. Я не думала, что все может настолько болеть. Нет воды. Нет еды. Есть только боль и огонек, который я несу в убежище.
Огонек погас. Со времени бегства из разрушенного Города что-то ужасное окружало меня. Страшнее, чем все, что случилось там. Тьма, темнее ужаса войны. Я просила Свет защитить все, что у меня осталось. Любовь Джайата. Но тьма скручивалась в моем теле, убивая. Вгрызаясь в душу. В один из дней огонек погас. А с ним ушла и тьма. Джайат и его любовь навсегда покинули меня. Они, как обычно, пожертвовали собой, на этот раз только ради меня. Но… Если бы я могла плакать от ненависти! Они не имели права так поступать! Не имели никакого права решать! Зачем мне жить без них? За что?

Очень много дней. Кто-то нашел меня в болотах. Те, кто помнил, что я оставалась…там… боялись. Искали признаки порчи. Не нашли. Плохо искали. Потом успокоились. Говорили, что огонек забрал скверну в себя, чтобы спасти меня, а не от болотной воды и поганок, которых я, обезумев от голода, объелась где-то в болотах. Я потеряла Свет моей души до или после? Я не знаю. Все что осталось от Джайата - воспоминания. Я не хочу говорить. Все что осталось от моей жизни – чувство вины и пустота.

Другие смотрят на меня с какой-то гадкой смесью ужаса и жалости. Они шепчут мне иногда: Свет не оставил тебя. Тьма лишила тебя голоса и, возможно, рассудка, но Свет не оставил… Правильно, я больше не желаю говорить. И я сама оставила Свет.
Мы убьем всех, кто помешает нам забрать Экзодар. Дни тянутся долго, но не так долго как мое прощание с единственным, со Светом моей души. И я ничего не чувствую. Я каждую ночь вижу его глаза и стараюсь услышать его прощание.

ID: 19639 | анонимный автор
Изменено: 4 января 2019 — 19:29