Mychar закрывается 1 мая 2021 года
Пожалуйста, сохраните необходимые вам публикации и изображения до истечения срока.

Лианна Флипкинс (Гордон) |на двоих одно сердце - девять королевских судеб


Конец.

И небо было пока ещё светлым. Оно не предвещало ни беды, ни крови, ни смертей. Темнеющее, глубокое небо, окрашенное нежными алыми полосами. Огромный, тусклый глаз полной пористой луны глядел невидящим зрачком на землю. Скоро, совсем скоро.
а знаешь, завтра может не наступить для кого-то из нас
Она глядит себе под ноги, глубоко задумавшись о чём-то своём. Голос врывается в её мысли словно клинок в податливую плоть. Она вздрагивает, вскидывая голову.
- Сержант…! – запыхавшийся солдат вытягивается, отдавая честь, и скороговоркой выпаливает, - Убийство в таверне, срочно!
Она судорожно вдыхает ставший в один момент вязким воздух и машет ему рукой, мол, свободен. Не задавая вопросов направляется к Ставке. И так ясно, где её ждут. Пока ещё светлое небо с блёклым блином луны наблюдает, словно бессловесный свидетель, как её тень скользит по знакомому маршруту. Она не могла ошибаться – её действительно уже ждали. Перекинувшись парой коротких фраз с одним из солдат, она встаёт в строй.
не преувеличивай, этого не может быть!
Путь был близок – пара кривых улиц, мост и закованная в камень набережная. Несколько зевак столпились у входа, переговариваясь и пытаясь заглянуть внутрь. Их оттеснили быстро, неоднозначно намекнув на то, что есть несколько пустующих камер, которые с удовольствием примут недальновидных людей. По одному стражи входят внутрь, оставляя снаружи одного.
Внутри тесно, и если не сказать, убого – скрипящие половицы, грязная длинная стойка с парой запылённых бутылей, грубо отёсанные столы и колченогие стулья по углам. И никаких трупов, луж крови, и остального обещанного. Немой вопрос, и вертлявый мужичок мелко кивая головой тянет стоящего впереди старшину к дверям.
- Туда, сэр, туда. За той дверью небольшой закуток, задний двор, так сказать, хе-хе, - его липкий, противный, словно густой сироп, голос прерывается хриплыми, словно кашель, смешками, - Там труп.
Он открывает дверь, пропуская небольшой отряд. После полутёмного и прокуренного зала таверны мертвенный свет просыпающейся луны кажется ярким. Стены в этом месте, кажется, давят со всех сторон – неширокий проход, с одной стороны заставленный бочками и коробами, а с другой заканчивается обшарпанной деревянной дверью. Нога последнего, замыкающего, ступает на грубый камень и тут дверь, ведущая к выходу захлопывается. Тяжело звякает замок, поворачивается ключ. Слышен звук передвижения чего-то тяжёлого, он приближается к запертой двери.
мы можем только надеяться на это, Лис.
Рывком открывается другая дверь, та самая, в конце узкого коридора. Оттуда высыпают люди. Численность их превосходит маленький отряд стражей. В руках пылают чадящие факела, сверкают ржавчиной кривые мечи и клинки, взрезают воздух тяжёлые дубины. Стражники рассыпаются полукругом, выбора нет: принять бой, или сдаться. Третьего не дано. Она тоже стоит там, в первых рядах. Волна ополченцев приближается. Гул их голосов нарастает. Первая группа оттесняет стражей с одного края. Трое идут на неё. В ухмылках оскалены пасти, в руках потрескивает факел, и в его неровном свете сверкают тяжёлые вилы, да ржавый меч. Их больше, но она сильнее. Она должна быть сильнее. Помочь некому – они сдерживают натиск с других сторон. Она делает шаг назад, неверный, глупый шаг назад. Она не успевает – они толкают её в грудь. Она отлетает назад, споткнувшись о каменный выступ. Резня идёт впереди – её место уже заняли, закрыв прореху в живой стене. Она пытается подняться на ноги. Тяжело наступать на ногу – лодыжку пронзает острая боль тысячью раскалённых иголок. Она закрывает на мгновение глаза, собирая все силы для рывка вверх, и…
Неподъёмная тяжесть прижимает её к земле, выбивая из лёгких весь воздух, и словно перемалывая всё тело в гигантской мясорубке. Она кричит из последних сил – крик застывает на губах и обрывается надсадным хрипом, воздух в лёгких становится крутым кипятком, выжигая её изнутри. Боль заполняет её целиком, захлёстывает с головой тёмной волной. Она уже не слышит криков, и проваливается в спасительное забвение, в темноту.
ты сильная, ты должна сражаться до конца.
Какой, к чёрту, конец? Это разве конец – сдохнуть от горстки озлобленных людей с вилами, вот так, бесславно?
Видимо, решено было иначе. Темнота исчезла, а вместе с ней и неподъёмная тяжесть. Она вскинула голову, жадно ловя воздух, как утопающий ловит последний вздох губами. Кипяток сменился расплавленным свинцом, обжигая её лёгкие, а после начал отступать. Вздохи стали глубже и спокойнее.
- Живи, не время сейчас, - раздался чей-то голос, и чьи-то крепкие руки оттащили её, привалив к стене, - Поняла меня?
Она через силу кивнула. Облизнула губы, моментально почувствовав тяжёлый металлический привкус крови. Крики затихали, кольцо стражи рассыпалось, добивая последних мятежников. Перевес был явно на их стороне, но… Один отделился от толпы, и, прихрамывая рванул к распластанной девушке.
А небо было пока ещё светлым. Оно не предвещало ни беды, ни крови, ни смертей. Темнеющее, глубокое небо, окрашенное нежными алыми полосами. Огромный, тусклый глаз полной пористой луны глядел невидящим зрачком на землю. Вот он, момент.
Она не смогла бы защититься, да и не было сил. Тёмная тень нависла над ней. Короткий замах матово блеснувшей стали, и острый клинок вонзился в податливую плоть уже наяву. Её крик смешался с общей какофонией звуков.
Умирать было не страшно. Разве что… Обидно? Она была слишком молода, что б без боя сдаваться старухе в чёрном саване, и слишком хотела жить. Слишком много было впереди. Муж, дети, сестра. Верный пёс, что, наверное, сейчас скулил и не подпускал никого к себе. Рвался к ней. Он единственный всегда чувствовал, когда ей было плохо, больно, или когда её ждала опасность. Не уберёг. В этот раз ангел – хранитель решил уступить пост.
Крик оборвался. Сталь пронзила её насквозь. Там, где сходятся рёбра, чуть выше пупка. Там, где по старым поверьям у человека находится душа. Там медленно растекалось алое пятно, что на сине-золотой гербовой накидке смотрелось почти не страшно. Почти… Она потянулась к стали, но не успела. Пальцы лишь обхватили холодную сталь. С губ сорвался последний стон, и пустые глаза цвета неба в полный штиль устремили остекленевший взгляд к огромному пористому глазу луны.
Они остались живы. Они слишком поздно заметили. Убийца осел на землю с кривой ухмылкой, пронзённый одним из стражей. Он отомстил. Кровь за кровь. Око за око. Кто-то бросился к её телу, пытаясь нащупать пульс – тонкую голубую жилку, бьющуюся под кожей. Бесполезно. Это было уже бесполезно.
ну вот, ты же обещала, что будешь жить…
прости.

- Кто-нибудь, пошлите за Флипкинсом, - раздался голос старшины. Он приклонил колено и аккуратно, словно хотел убрать с лица прилипшие пряди волос, закрыл ей глаза, - У него большое горе.
Голос его был глух. Он поднялся, отдав короткий приказ. Несколько воинов подняли её тело на руки.
И небо уже почти покрыла тёмная пелена, смешивая алые разводы. Слепой глаз луны наблюдал за скорбной процессией.
ничто не вечно, милая.
Он не верил. Не хотел верить. Последний раз склонился над ней, оставляя букет роз, прощальный подарок.
- А ты говорила, что завтра наступит для нас обоих, - с глухой болью проговорил он, - Зачем ты врала мне?

Новое начало.

Кажется, они врали про то, что после смерти должен быть тоннель со светом в конце. Врали. Никакого тоннеля – сплошная пустота, серый густой туман. Она пыталась двигаться вперёд, но, кажется, это было бесполезно. Отяжелевшие веки сомкнулись, и девушка нырнула в спасительную темноту и забытие.
- Открой глаза, девочка, - раздался голос. Прозвучал ли он в действительности, или же только в её голове? Голос был тихим и глухим, но твёрдым. Она повиновалась, с трудом разлепив глаза. Фигура, закутанная в белый плащ была словно соткана из мягкого света, отгоняющего плотный туман. Она хотела задать вопрос, но голос её опередил.
- Не время тебе умирать, девочка. Ещё не пришло твоё время, - ей показалось, что в голосе появилась насмешка.
пожалуйста, не умирай!
Темнота вновь сомкнулась над ней, но теперь темнота была какой-то настоящей, душной, давящей. Она поняла, что чувствует своё тело, сухие губы с коркой крови, спёртый воздух в горящих огнём лёгких. Рывок, и тело отзывается сильной болью, встретив твёрдую поверхность. Она жива.
Несомненно, она жива! Она опускает взгляд. Тело окутывает чистое белое одеяние. Руки сами тянутся туда, где ещё недавно была ледяная сталь - сейчас на месте жуткой раны только побелевший шрам.
Жива.
Она срывается с места, но едва ли сил хватает надолго - удаётся пройти всего несколько шагов, и ухватиться за стену. Голова кружится.

***

Один только Свет знает, сколько времени утекло пока она смогла добраться до Ставки Командования - память сама услужливо подсказала дорогу. Оживлённое место встретило её тихим гулом. Миновав арку она почти нос к носу столкнулась с рядовым, что был в том переулке с ней, сражался плечом к плечу. Парнишка поднимает глаза, и отшатывается, обнажая меч. Она находит слова, осторожно успокаивая его. Удивительно - он внимательно слушает, и, кажется верит ей.
За спиной послышался голос, и её плечи вздрогнули. Узнала.
- Мы обсудим это позже. А что тут делают гражданские? - доносится до неё обрывок фразы прежде, чем она успевает повернуться и вскинуть голову. Он не верит своим глазам, делает шаг назад, и тянется к мечу. В глазах застыл... Страх? Боль? Недоверие?
Она делает шаг вперёд. Маленький, словно боясь его спугнуть.
- Чёрт побери, что происходит?! Мёртвые не могут встать из могил! - слышен его оборвавшийся голос и лязг стали, вынимаемой из ножен. Она сглатывает комок.
- Я... Я не могу тебе всего объяснить, - негромко начинает девушка, протянув руки вперёд, - Я безоружна, смотри! Если хочешь... Убей меня. Принять смерть из рук любимого человека - достойно. Даже если, - она не договаривает. Он медленно возвращает меч в ножны, делая несколько нерешительных шагов.
- Ли? Это правда... - она молча кивает, и, не в силах сдерживаться срывается с места.
мы будем счастливы теперь, и навсегда.
Она вихрем пролетела разделяющее их расстояние и крепко обняла его, уткнувшись носом в плечо. Он обнял её в ответ, гладя по волосам успокаивающе, словно ребёнка.
- Я больше не покину тебя, клянусь, - шепчет девушка, не поднимая головы, и чувствует, что он улыбается.

ID: 12554 | Автор: Морра
Изменено: 6 июня 2018 — 21:08