Внимание: материал из кузни
Автор разместил рассказ в кузню — раздел для начинающих.
Помогите ему исправить ошибки и недочёты.

Радевит Ферликсий Хекс Радевит

Когда идешь ты темными путями - лишь воспоминания есть свет. Но когда у тебя украли этот свет – горе всему существованию, и бедолаге его потерявшему.

Большие горы, маленький городок и огромная река - вот что есть счастье.
Солнце медленно плывет вниз по небосводу, предавая водной глади мягко-оранжевый цвет. Маленькая речушка пронизывает стрелою деревню, а ветер доносит до ближайшего путника пьянящий аромат яблок. Городок пел, его жители радовались. День яблок – большой праздник в честь ухода лета, который позволял вдоволь насладиться жителям плодами собственных трудов. Яблок было всегда много, потому было много и вкусностей на фестивале. Пирожки с яблоками, компот, сладости… Но самыми главным на празднике было яблоко. Яблочный сок, яблочный сироп, яблочное пиво и конечно же мои любимые яблочные пироги! Это был самый яблочный праздник который только можно было себе представить. Вы когда-нибудь видели яблочный хлеб? А яблочные пельмени? Нет? Ну вот и я о том же…
- А я сижу вот на холме, и смотрю на все это. Отец, почему же ты такой злобный? « Никаких тебе яблок, на фестивале яблок!». А ведь я всего лишь разбил мамину вазу! Как бы то ни было сейчас я вот сижу и смотрю на всех сверху вниз, и кушаю яблоко! – Мальчик не скрывал радости, ведь он смог утереть нос всем! Ну по крайне мере он так думал.
Город внизу радовался. Мужчины ходили по улицам с бочонками яблочного пива, и громко пели. Не о войне, нет, даже ветераны не хотели себя позорить в столь радостный день! «Войне нет места на празднике!» - вот такой вот приказ издал местный староста. Женщины же раскрыли створки окон, и выставили на показ самые настоящие пироги! Ясное дело, тоже яблочные. Любой прохожий мог насытиться вдоволь так и не дойдя к самой ярмарке. Хозяйка же, которой повезет накормить своим пирогом мужчину, будет вне себя от гордости. Если же это будет чужак – её станут уважать. Все пекли сладкие угощения и хотели доказать свое мастерство друг другу.
- Ну как меня, дурака, угораздило разбить эту треклятую вазу! Почему именно сегодня!? И вот теперь должен был сидеть дома, взаперти, да только и ловить аромат…
Дуновение ветра донесло запах свежего пирога, растрепав русые волосы парнишки. Его взгляд был направлен вниз, а глаза цвета ранней вишни были влажными. Прозвучал громкий хруст. Парень впился зубами во фрукт, и несколько слезинок потекло вниз смешиваясь с соком. Он не был ребенком, но и взрослым тоже. Встал он на холме держась за яблоню, и вздохнул. Мысли путались, а думать то надо было… Нельзя ж пропускать такое действо! И вот набравшись мужества да собрав всю волю в кулак, даже в два, он побежал вниз по пологому склону. Ветер бил в лицо, и он бежал вперед, смеясь.
Яблонька все отдалялась, речушка скрывалась между холмов, ну а деревянные врата все приближались. И вот чем ближе он был к людям тем сильнее ощущал сладкий запах. Большие деревья росли вокруг деревни, и даже внутри её. Иногда случалось и так что они вырастали прямо у входа в дом, на пороге. Жители некогда не срубили бы яблоню. Вместо этого они замуровывали вход в дом, и пробивали его с другой стороны. Ну а там где росло деревце делали окно, дабы наслаждаться видом. Тот у кого дерево под окном – будет счастлив. Ну по крайней мере так думали сами жители.
- Стой, кто идет!- взревел бородатый стражник, подняв забрало. Над ним возвышалась дубовая арка, и распахнутые настежь ворота. Конечно, повсюду строили из камня, но жители яблочного городка не желали сносить старенькую стену. Ворота были испещрены изображениями яблок, которые искусно вплетались в узоры высокого винограда. С высоты дубовой рамы смотрела вниз фигура искусно вырезанного из дерева мужчины, который подносил к вьющейся бороде рог с напитком.
- Мое имя Люк, я же проходил мимо тебя буквально час назад. Пьянящий аромат яблочного пива затмил твой взгляд, стражник? – Парень засмеялся, и закованный в латы стражник подхватил его настроение.
- Да, конечно же. Проходи, Люк! Только ты не говори некому что я тебя… Проспал. Ладно?
- Не беспокойся, я некому не скажу. Ну бывай! Видал сколько там пирогов? Я хочу попробовать их все! – и вот он умчался по дороге вперед сквозь ряды гуляк, и толпы приезжих зевак. Все они были одеты хорошо, в больших шляпах с перьями, и даже в кольчугах. Все одевали самое ценное. Культуры Лордерона здесь не было, поселок жил своей жизнью, лишь иногда отдавая свои запасы на провиант для армии. Купцов было пруд пруди, однако мало кто удостаивался чести поставить свою палатку в центре городка, где сейчас во всю бушевал ярмарок.
Люк бежал вперед изредка оглядываясь. Пироги повсюду, в каждом окне и даже на пороге. Однако целью его был лишь один – мамин. Обойдя две улочки между домами он прошел вперед к большому зеленому холму, на верху которого стоял небольшой дом, каменный. Над ним возвышалась яблонька, которая каждое лето радовала своими плодами семью.
Парень обошел с краю, ибо не хотел быть замеченным отцом. Вот присел, и стал красться вдоль стены. Вокруг словно все замерло, даже крики гуляк стихли. Впрочем, его это его не заботило. Он аккуратно отогнул ветку деревца, и замер. С каменного подоконника на него смотрел высокий яблочный пирог, над которым стояла мать. Люк замер в ожидании ругани. Однако его не заметили, и вскоре мать ушла. Плутовская улыбка прошлась бороздой над острым подбородком. Он медленно встал, заглянул за пирог и некого там не заметив вынул нож из-за пояса. Столовый прибор плавно вошел в пирог, и желтый сок потек на поднос. Запах был настолько сладким что парень даже замер, пытаясь запомнить чудное мгновение. Нож вернулся за пояс, будучи каким не каким, но оружием. Причем рыцарским. Ладони нежно обхватили треугольный кусочек, и поднесли его к губам. Люк не мог сделать этого. Не мог лишь одним движением испортить всю красоту маминого творения… Он дрожащими руками поднес кусочек ближе, а затем откусил уголок. Остолбенение охватило рыцаря. Как же долго он этого ждал! Заключенный между слоями нектар растекся по языку. Хотелось взвыть от наслаждения! Он укусил еще чуть смелее и ощутил как из-под запеченной корочки вытекает сок. Он не мог жевать, попросту мял его языком во рту. Осталось всего два подхода и … Конец. «Нет, все не могло закончиться вот так быстро! Мать печет такой торт всего лишь раз в году…» - Подумал Люк, и хотел было достать нож из-за пояса, но случилось непоправимое. Глиняная тарелка упала с подоконника и разбилась.

___________________________________________________________________________________________________________
Таково мое последнее воспоминание о беззаботном детстве. Шли годы, отец был вынужден уйти, ведь гремела вторая война. По поселку быстро расходились слухи о армии плети. В эти лихие времена было казнено множество невинных, и я попал в их число. Впрочем, это было справедливо, ведь я действительно пытался вернуть к жизни умерших крыс. Может быть это был всего лишь эксперимент, может и нет, эти страницы моей жизни на веки были утеряны памятью.

_______________________________________________________________________________________________________________

Когда идешь ты по карнизу, а вокруг темно, что чувствуешь? Страх? Печаль? Нет. Ты чувствуешь обиду на себя, на жизнь, на все живое. Кто-то прервал путь, и теперь вынужден слюнятся ты по дорожках собственного разума. Есть ли это потусторонний мир? Нет. Это то, куда попадают все вначале.
Шепот Стылой Крови позади, и лишь четкий есть приказ – убей его. Невообразимо холоден был голос, который не забуду по сей день. Первые моменты созидания канули во тьму страха, которое все еще переживало сознание. Открыв глаза увидел я лишь горе, мое тело болело, рассудок помутнен. Не имел я власти над движениями, руки сами взялись за рукоять ржавого топора. Крик раздался в темной чаще, и увидел кровь на лезвии орудия, которым только что погубил кого-то. Голова без приказаний, словно не моя повернулась в бок, и увидел я весь страх творящийся вокруг. Бой. Стылой Крови голос прозвучал вновь, и мои конечности не подвластные воле вновь поднесли топор над маленьким существом. Боль. Лишь отзвук лезвия, которое в воздухе скользнуло услышал я, и вновь земля сменила свой окрас. Страдание. К ногам упало тело бездыханного, и слезы потекли по острию. Остановится я хотел, бросить орудие убийства и бежать. Бежать домой, где ждала мать, где было мое успокоение . Пальцы крепко рукоять держали, и нечего поделать я не мог. Смерть – вновь голос Стылой Крови прозвучал, словно демон вырвавшись наружу. Лезвие стальное упало где-то перед телом, и жалкий хрип поведал мне о свершенном.
Солнечные лучи пронзили тьму ночную, словно стрелы, и демону во мне пришлось худо. Копье пробило насквозь гнилое тело, колени прогнулись, и упал я замертво у стен очередного дома. Дома, в котором кто-то раньше жил, где детский смех был слышен по утрам, и женщина еду готовила, ожидая мужа с поля, а может и не с поля ... Я уже был рад, что пришел конец , но фигура старика с кривой палкой затмила небо, и туман окутал тело. Прозвучал вновь голос Стылой Крови : «Дальше». Я встал, на удивление быстро, копья в груди не обнаружив осмотрелся демон. В руке вновь оказался ржавый топор, и тело побрело вслед за остальными – такими же как я, обреченные созидать плоды своих деяний, проклятыми друг друга величая. Но не знал я этого тогда, вокруг толпились вурдалаки, и толпы смрадных нелюдей – таких как я, с таким же взглядом, с такой же яростью в руках.
Где я, что за место, и кто вновь упал передо мною – не важно это, ибо цель была столь очевидна, что невозможно было ошибиться. Копье, стрела, топор, все было зверю не почем, голос стылой крови гнал вперед. Дом за домом вырезая, и постепенно рассудок свой теряя, понял я – что жизни нет. Это иллюзия. Все в мире иллюзия, ничто не материально, человек живет лишь ради иллюзий, которые сам себе и создает, теряя их лишь перед объятиями смерти.
Внезапно сдавленный крик раздался позади, это был он, Стылая Кровь. Не было границ моему злорадству, когда зверь последовал желанью навязанном чужою волей – убивать. Некромант стоял за грудь рукой держась, да на посох оперяясь. Ярость – решил назвать я зверя, который обезглавил мучителя. Десятки криков разразились, убитые палачом восстали против мучителей. И вот я сделал то, о чем жалею по сей день – взял в руки посох некроманта. Невообразимая мощь чуть не разорвало тело, но я устоял, а зверь – нет. Вторая половина моего сознания будто умерла, вместе с колдуном который все время стоял позади. Но теперь все иначе, теперь я палач, я хозяин а все остальные марионетки! Власть опьянила меня, и тело вернулось под контроль. Одного взмаха посоха хватило, дабы обуздать толпу. Нет. Я не хотел продолжать кровавый марш, лишь смрад по себе оставляя, но увы, вновь раздался голос стылой крови. Нет , это был не он. «Теперь ты мой, и все твои познания мои. Ты служишь мне, как верный раб.» -услышал новоиспеченный некромант голос лича. Понял я, как руководит всем этим гадкий трус, сидя в крепости своей, или не в крепости? Неважно, его здесь не было, а значит власть его делили слуги. Когда взял я посох некроманта, стал слышать те же указания, что и другие пастухи. И вот маг своими же казненный получил возможность отомстить. Нет, я не хотел мести, я хотел спасения. Но воле следовать своей тогда еще не мог, и вел орды нежити бездушной в бой – к очередному дому, поселению, дабы сеять хаос всюду.
И шел позади, словно пастух подгоняя овец. Оказалось что я не один, другие некроманты, подобные Стылой Крови гнали свои стада вперед. Большие стада…

2
Так продолжалось больше года, а может меньше, может всего день? Там где были мы – чумные тучи поглощали солнечный свет. Тьма и боль – вот предназначение, которое исполняли все мы. Спустя некоторое время я получил полный контроль над своим телом, и над телами многих. Я не мог пытаться вернуть рассудок тем, кто были рядом. Я ждал, пока не стало слишком поздно. Безмозглые болванки окружили меня. Не было в душе ни боли, не печали. Ярость поглотила их тела, вытеснив все остальное. Гром. Тучи столкнулись, и пошел дождь. Невероятно, на сколько может быть могущественна природа. Молния угодила в одну из катапульт, испепелив все неживое в радиусе пяти метров. Но я не мог проявлять жалость, ибо кто-то постоянно дышал мне в затылок, или не дышал… По велению крылатого монстра, повелителя ужаса, орды нечестии разбили некое подобие лагеря между трех холмов. Я не знаю где это было, когда, и как, но одно я уяснил – все происходит не просто так.
Когда взору открылось крылатое существо – дракон, только мертвый, я не смог скрыть удивления. Практиковавший некромантию еще до не-жизни, за что и поплатился, я мог сейчас изучить монстра более досконально. В груди его, где ранее билось сердце, синий огонь занял собою пустоту, предавая костяному монстру по истине устрашающий вид. Несколько таких существ постоянно парило вокруг лагеря, предотвращая внезапные атаки.
Группа живых мертвецов обступила меня, ожидая указаний, а я в небо смотрел, и думал о былых временах. Неожиданно тьму улыбка пронзила – воспоминание… Улыбка матери, лишь иллюзия, которую было очень трудно потерять. Она предавала сил и мужества в лихие времена. А ведь во всем виновата плеть… Один за другим стали мелькать образы, в одном из которых бежал в объятия матери, будучи еще вовсе мальчонкой. «Люк» - послышалось , и истошный крик поганища вернул в суровую реальность. Стрелы градом окатили лагерь, и множество моих подопечных рухнуло замертво.
Некромант по крепче сжал посох в руке, и вонзил его в землю. Зеленая дымка окутала тела погибших вновь, и вернула их в строй. Странно, однако сравнительно мало времени понадобилось на то, чтобы научится искусству колдунов. Отара гнилостных воинов помчалась вперед, подминая под своими ногами друг друга. Смерть, крики, ярость, но не какой боли. Они сражались с себе подобными! У подножья холма мелькало множество теней, среди которых отчетливо были видны красные глаза . Но кто это был? Не важно. Команда ясна – убить всех врагов плети!
Черные стрелы пронзали воздух, возвращая земле десятки вурдалаков. Потери были внушающие. – Sa'she oghesh rtash…- плел свое заклинание некромант, прерываясь на полу слове. Одна из стрел угодила ему в глотку. Боли не было, но зеленая жижа залила легкие, все тело наполнилось какой-то тяжестью, и рухнуло на землю.
Вдруг из-за спины вылетело поганище, помахивая крюком рвануло сквозь толпы своих же сородичей, втаптывая мое бренное в землю. Смерть…

3
Я вновь оказался на скользком карнизе, пытаясь уйти куда-то вверх. Тьма сгущалась с каждым шагом. Шагом? Я не видел своих ног, я не видел нечего, только карниз. Десятки образов стали мелькать вокруг, знакомых образов. Из бездны стали доносится голоса, очень знакомые голоса.
- Люк, иди ко мне, сегодня у нас на обед твой любимый пирог! Иди суда, его лучше есть свежим. Есть свежим, Люк… Свежим… - женский голос вдруг стих, и на смену ему пришел другой, хриплый.
- Как ты посмел лишить меня дара, гадкий самозванец! Меня, меня!!! Как ты посмел…- это был голос того самого некроманта, Стылой Крови.
- Сегодня ты умрешь, за свои злодеяния! Ты подлый отступник, который подверг наши жизни опасности! Гори в огне, прихвостень плети!- Голос деревенского старосты исходил откуда-то свыше, - Нет, ты умрешь не так. Арбалеты к бою, ополчение!!! Не так… Нет, не так…- образ канул во тьму.
Карниз под ногами стал совсем узким, и я поскользнулся, падая в жадные объятия пустоты.

Все нарастающий звук… Стук сердца? Возможно. Или нет? Это был стук посоха о камень. Да, такое не с чем не спутаешь. Сильная, худая рука схватила за грудь, и потянула на себя.
- Агг-г-г-ф-ф!- попытался я выкрикнуть , но смог издать лишь гортанное бульканье.
- Ха! Приветствую тебя, отрекшийся! Меня зовут Лестер, и я твой новый проводник! Терания Артеса пала, и теперь мы свободны. Восстань же вновь, и посвяти свою не-жизнь королеве баньши, Сильване Вертокрылой!!! И пусть тебя не пугает нынешнее положение дел, ты Отрекшийся! Позже ты научишься говорить заново, ибо не нужен язык для того, чтобы изрекать истину!
Разум мой был светл, как никогда прежде, тело подчинялось лишь моей воле, и некто не диктовал мне указания, стоя позади. Не с чем не сравнить это чувство свободы. Лестер действительно переживал за мое душевное положение, и постоянно говорил о постсмертном психозе. Все еще непонятна была одна деталь – как я здесь оказался? Мы шли через странный лес, мертвый. Вокруг витали зеленые тучки , но некого это не смущало. Спустя несколько минут Лестер привел меня к богом забытому поселению, как я думал, ибо бревна из которых были сделаны дома давно прогнили, и все вокруг поросло паутиной.
- Приветству-у-ую тебя, отрекшийся.- кто-то сказал ему в след. Такой же как он! Здесь все такие как он. Отрекшиеся… Другие же просто кивали. Лица их были обезображены червоточинами, и старыми ранами. Только сейчас заметил я отсутствие нижней челюсти.
Быстро выяснилось, что новоиспеченный отрекшийся - колдун, более того он бывший некромант плети. Однако, его не стали убивать, или пытать. Отнеслись с уважением. Королевское Фармацевтическое Общество приняло его с распростертыми руками. Выяснилось, что сами отрекшиеся не слишком хорошо владели некромантией на тот момент, однако в алхимии они весьма преуспели.
Был проведен ритуал отречение, который вовсе убил голос зверя в его теле. Аптекари предоставили много информации, но кое что требовали взамен – должен был делится тем, что узнал будучи псом плети.

ID: 11367 | Автор: Troy
Изменено: 7 марта 2013 — 18:08

Комментарии (3)

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
7 марта 2013 — 16:53 Troy

Резерв

13 ноября 2012 — 11:03 Pwca

орфография
*так и не дойдя к самому ярмарку - не верный род и падеж (до самой ярмарки - прав.)
*навстишь - (настежь?)
*не жилали - ударная гласная в корне (не желали - прав.)
*я некому не скажу - (никому)
*бушевал ярмарок - возможно, это авторский род и падеж? (бушевала ярмарка)
и т.д.
Про пунктуацию совсем молчу - тяжко читать, хотя картинка яркая, интересная.

Вторая часть будто другим человеком написана - поэзия - дрожь) Так не до орфографии. Так держать.

18 ноября 2012 — 21:31 Troy

Я поражен. Спасибо вам большое за коментарий. Не даром квента еще скрыта. )