Йанéтель Светлолист Над Багровой чащей

Мерно наплывающая тень тяжелых дождевых облаков перед грядущим багровым закатом аккуратно покрывала равнины сурамарских земель расположившихся около утесов на границе с Крутогорьем. Еще недавно нейтральный эльфийский город, сейчас наверняка в большей массе своих обитателей рассуждал, какого будет жить среди разношерстных народов Орды, сражаться под одними знаменами и терпеть общие проблемы, а ведь последних прибывало с каждым днем. Йанто читал донесения с материков ежедневно, пытаясь понять расстановку сил и приоритетов, но мир вновь менялся слишком быстро, чтобы уследить за этим всецело. Те немногие сведения переданные Астарой из Оргримара, указывали лишь на то, что вождь стягивает силы на запад. Медленно, осторожно количество боеспособных единиц росло, но с таким темпом, предполагал следопыт, чтобы шпионы Альянса не реагировали слишком резко. Это вызывало внутри следопыта смешанные чувства, граничащие с недоумением и легкой тоской – у него не оставалось сомнений, что новый виток конфликта между основными силами мира произойдет в ближайшее время, как правило, в самый неподходящий момент. С этими мыслями, Йанетель сложил руки на подоконнике друг на друга, с облегчением опустив на них сверху пульсирующую тупой болью голову, все еще непрерывно продолжая взирать на очертание столицы шал'дорай расположившейся далеко внизу. Как давно он выбирался туда? Неделю назад? Может быть месяц? Ровным счетом, это не было важно – Тайзджин справлялся со своими обязанностями и выполнял условия поставленные следопытом перед ним. Тролль приносил еду, питье, письменные принадлежности, кое-какие особые заказы, в свою очередь Йанто позволял клыкастому оставаться в его жилище в качестве гостя, предоставляя спальное место и постой его питомцам. Эльф не мог сказать, что Тай досаждал ему своим присутствием или создавал какие-то неудобства – он был добрым, отзывчивым, достаточно смышлёным, может только излишне разговорчивым, но к этому возможно было привыкнуть. Глубоко вздохнув, Йанто выпрямился, хрустнул суставами пальцев и не спеша покинул помещение, желая вдохнуть прохладный и уже слегка влажный воздух, за одно по проведав своего питомца.
Латиен предстал перед другом отдыхающим на груде веток, тряпья и сухой травы, что формировали примитивное гнездо, построенное гиппогрифом на месте одной из полуразрушенных временем беседок расположенных недалеко от дома, который так же находился не в лучшем состоянии. Не удивительным являлся и тот факт, что для своего места птица выбрала руины строения над которым еще сохранилась купольная крыша поддерживаемая колоннами, что в очередной раз убеждало Йанто в отменном интеллекте животного. Порой следопыту казалось, что напарник понимает гораздо больше, чем возможно подумать. Обойдя гиппогрифа с боку, дабы оказаться у него перед лицом, Йанетелю негромко обратился к птице.
– Латиен, может полетаем?
Скакуны лениво открыл один глаз, все еще утыкаясь клювом в оперение на передней лапе, черным сонным оком осматривая того, кто нарушил его покой. Эльф приблизился и легонько погладил животное по загривку, ощущая как жесткие сине-зеленые перья приятно перебираются под ловкими пальцами, но после сделал шаг назад, давая Латиену подняться недовольно пыхтя и расправить огромные крылья, в размах которых поместился бы целый валарьяр. Животное издало низкий утробный звук, слегка склонив голову перед Йанто, позволяя надеть на него седло и узду, что покоились недалеко от гнезда на широком, расколотом на двое каменном столе. Окончив приготовление и седлав скакуна, следопыт направил его к краю утеса задерживая дыхание в тот момент когда конечности животного оторвались от земли и птица взмыла ввысь, оставив за собой лишь пыльное облако. Могучие крылья гиппогрифа двигались плавно, позволяя планировать то вниз, то вверх - балансируя на воздушных потоках, а ветер слегка оглушал наездника трепля его не слишком длинные волосы в разные стороны, но эльф чувствовал себя прекрасно. Мысли довлеющие над ним оставались далеко позади, позволяя искренне наслаждаться процессом. Здесь, на высоте, многое казалось таким не значительным и таким не серьезным.
Йанто не хотел ввязываться в грядущее, не хотел сражаться – за столько прошедших в борьбе лет, это было последнее чего он мог бы желать. Каждая победа приводила лишь к новым конфликтам, новым жертвам и к возобновляющемуся насилию. Он мог бы остаться здесь, вдали от столкновений фракций, в дали от грядущих угроз, спокойно которая оставшуюся жизнь в одиночестве и спокойствии. Но рано или поздно война сама найдет его. Она будет отнимать любимых, родных и дорогих людей у тех, кто еще не познал ее вкус и цену, которую нужно уплатить за победу. Разве он вправе бездействовать обрекая других на то, через что прошел сам? В конечном итоге, он все равно будет сражаться, так может лучше вступить на этот путь раньше, чем его вынудят это сделать? Спасти немногих от этой участи, но все же спасти. Да, пожалуй только это заставило принять предложения Тайзджина и Астары – желание оградить от боли потери хотя бы пару семей и если это означает ввергать семьи с другой стороны конфликта в аналогичное его собственному существование, пусть будет так. Честь, достоинство и доблесть – слова более понятные оркам, врайкулам и другим расам живущим войной испокон веков, теперь казались эльфу лишь оправданием в желании продолжать сражаться, но не важнее было бы добиться окончательной победы, пусть и не самыми чистыми способами? Его отец, братья и сам Йанто следовал этим же путем и куда он завел их? Где теперь была его семья? Сморгнув, эльф потянул поводья разворачивая гиппогрифа обратно к дому, осознавая что краткий миг свободы прошел и его вновь увлекают земные, тяжелые мысли. Завидев знакомый уступ, Латиен снизился, стараясь скинуть скорость и мягко, сначала на когтистые птичьи лапы, а следом на копыта, приземлиться, деловито зашагав в сторону своего уютного места когда ему это удалось. Животное терпеливо ожидало, пока наездник спешится, периодически мотая головой из стороны в сторону желая избавится от сбруи и седла, с нескрываемым удовольствием возвратившись в гнездо впоследствии. Оставив гиппогрифа наедине с собой, Йанто еще какое-то время стоял на улице, наблюдая за тем, как стена дождя начинала продвигаться со стороны далекого побережья вглубь территорий. Первые капли разбивались бесформенными темными пятнами на старых, мощенных светлым камнем тропинках около дома, лишь изредка попадая на эльфа, сложившего руки на груди в попытке закрыться от поднимающегося холодного ветра. Но это не особо спасало Йанто, так же как его не спасали жестокие мысли от пробивающегося из сознания голоса совести, точившего решительность и бескомпромиссность будущих действий изнутри. Чем же тогда сам Йанетель, будет лучше тех, кого больше всех призирает и ненавидит? Легион избрал этот путь в попытке закончить войну с тварями бездны и теперь, весь Азерот содрогается от боли нанесенной возвышающимся над южным Калимдором мечом. Лиариль погубили не одну жизнь, руководствуясь аналогичными методами. Разве он хочет стать таким же, как она? Абсурд. Злость закипала внутри эльфа при одной мысли об этом, но он не мог позволить себе опустится так же низко. Мягкость и халатная доверчивость, сыграли с ним уже не одну плохую шутку, но с тем же принесли и радость в его сердце, тепло и надежду которой ему так не хватало.
Ярость медленно сходила на нет, впитываясь во влагу, стекающую по лицу и одеждам. Эльф почти промок на сквозь, когда осознал что провел под дождем добрых десять-пятнадцать минут и уже собирался во внутрь дома, когда заметил как от подножья поднимается знакомый, сгорбленный силуэт тролля, в компании высокой фигуры в плаще насыщенного темно-фиолетового цвета. Чувство тревоги на мгновение неприятно сжало грудь, но отступило не менее внезапно, чем появилось. Решив, что негоже принимать гостей в холодном и мрачном помещении, эльф наконец скрылся в доме, собираясь разжечь камин и дождаться, что ему принесет грядущий визит.

ID: 20116 | Автор: Ianto
Изменено: 4 июля 2018 — 15:42