Фарбод Мерцающие Пески

Эротическая сказка для взрослых и подростков (особенно для них!).

e3a23a0a9f408d379c79c71ce982e592_0.png

Мальчишка Фарбод, безродный морской волчонок с потопленной галеры и раб, был хуже душного хамсина, коварнее жала силитида, ибо так считала жена господина. Но господин не желал расставаться с рабом, ведь сама судьба вложила в правую руку ребёнка легкость и грацию каллиграфа. Хорошенькие служанки нещадно третировались своевольным хозяином, который любил рукописи больше, чем жену, и не мог взять в толк, отчего точеные пальцы прислужниц лишь марали чернилами пергамент, оставляя на нем буквы столь безобразные, что пиктограммы иглогривов покажутся дивной эльфийской берестой в сравнении с ними. А Фарбод-щенок, дикий ублюдок Танариса, брал в руки калам, макал в краску, и на восторженных глазах господина пергамент покрывался ровными строчками, аккуратными буквами. В один день, не далекий от четырнадцатилетия, Фарбод показал повелителю свиток с витыми графемами, из которых складывалось его имя - Аббас-Аля.
Вскорости Аббас-Аля занемог и слег в могилу. Сраженный (вполне возможно) безотказным кинжалом лести. Последнюю перепись возмужавший к той поре юноша запомнил очень хорошо.

♣ ♣ ♣

Казим ходил под благословением пустыни, так говорили. Он водил за собой многих Скитальцев, как пастух - овец, но мало заботился о том, что овцы его грабили честных селян Прибамбасска, убивали путников и уводили в плен женщин. Казим мог приказать: огонь - гори! - и средь барханных складок, где не было ни кости, ни сухой ветки, всходили огненные колосья. Пламя прогоняло ночной холод и грело черствые сердца Скитальцев. Слава Казиму, восклицали. Молодец Казим. Не раз чародею приходилось мести следы, спуская, как цепного пса, самум на преследователей, когда гневающиеся селяне брались за охоту на его людей или нанимали путешествующих героев. Велик был Казим. Мог на солнце в зените смотреть, чуть щуря черные глаза, и надолго уходить к жадному бирюзовому морю, которое беззаботно баламутило песок совместно с голубокожими великанами с бородами из водорослей. Казим владел авторитетом столь крепким, что, захоти он снять голову с плеч одного из своих скитальцев, никто не возроптал бы. Что же заставило его уйти на загадочные поиски, бросив свое стадо без управления? Бумаге поведали, и она запомнила.
Стыд в то время подстегнул Казима и унизительный слух, из-за которого чародею стали мерещиться снисходительные полуулыбки мужчин за спиной. Казим-де бессилен, и всех тех пленниц, приводимых в его шатер, он хоть и касался, но не смог. Следом за стыдом потянулась, как низкий дым, зависть: кругом столько молодых и зрелых лиходеев, с блеском в глазах и в отменном здравии, и пусть их всех он выше, но в этом одном никому не соперник. Казим исчез бесследно, оставив банду в недоумении, и только пески знают, что с ней стало.
Где-то, отвоевывая себе место под землей, текла река, стремившаяся к морскому раздолью, и узкой лентой выбиралась на поверхность. В дельте этой безымянной реки зацвел оазис.
Мореходы рассказывали в красках, как из-за ржавых холмов явилась сердоликовая ладья, прямо по небу плывущая. А в той ладье две рослые фигуры и одна невысокая. Ладья опустилась близ устья реки, сразу потонув, и из вспенившейся волны вышла на песок женщина, а подле нее два высоких воина с секирами, блестевшими на солнце.
Ветер, налетев, запутался в тонких складках её будто бы прозрачной одежды да и сорвал невесомую шаль, унеся в небо. Моряк, который пристально всматривался в подзорную трубу, от увиденного затаил дыхание и перестал моргать.
Светлый, как новорожденное солнце, стан заворожил соглядатая, принявшегося поспешно разглядывать голое тело, умытое морем и оттого поблескивающее. Ничего подобного глазастый моряк не видывал за всю жизнь. Только рано стареющих под злым солнцем женщин, которым не помогали ни мази, ни масла. Двое крепких мужчин (завидная доля, думал он) с бронзовыми торсами и начищенным оружием хранили невозмутимость, пока черноволосая прелестница шла, нет, плыла по песку прочь от воды к умиротворенной зелени маленького оазиса.
Вспомнивший о долгом воздержании моряк рассказал на корабле о сладком зрелище. Кто-то выхватил у него подзорную трубу, но ничего, кроме вереницы следов, не увидел.

ID: 10772 | Автор: Toorkin Tyr
Изменено: 8 апреля 2014 — 9:00

Комментарии

Воздержитесь от публикации бессмысленных комментариев и ведения разговоров не по теме. Не забывайте, что вы находитесь на ролевом проекте, где больше всего ценятся литературность и грамотность.
4 сентября 2012 — 20:51 Toorkin Tyr

дописал, снимаю галку скрытого)

4 сентября 2012 — 21:27 Explosions of life! BabzaBloom

Хороша сказка.

4 сентября 2012 — 21:36 Леани

Очень в духе и стиле Востока. Хороший слог.
Отлично. :)

4 сентября 2012 — 21:54 В основном безвредная Хозанко

Речиво, любовно и прельстиво.

Ну кстати, лексикон умиляет.

4 сентября 2012 — 21:58 Flo

Как же здорово ты пишешь!

6 сентября 2012 — 2:39 Dea

Прелестно.

6 сентября 2012 — 8:52 Amarillis

Сказка что надо. Разве что, написана немного сумбурно.

5 октября 2012 — 16:25 Pwca

Спасибо. Простите за прозаизм, лишённый загадочности, но - Кууль!

6 октября 2012 — 19:53 Колдун Павший лорд

Гутта.

8 апреля 2014 — 9:02 Toorkin Tyr

Удивительно, как много можно переосмыслить в своем сочинении спустя время. v 1.2

8 апреля 2014 — 14:09 Pentala

Вот так вот и надо бороться за моральный облик жителей пустыни.