Джэркена Контрабандистка или Под знаменем Кровавого Паруса

- Кажется, это был так недавно... – Задумчиво проговорил седой мужчина, изрезанный глубокими морщинами и отпил немного дорогого вина. – Я помню всё: и те чувства, и тот запах, ветер… Дни текли незаметно, один за другим, а мы все бороздили Южные Моря на Дьявольской Акуле.
В на редкость пустующую таверну ввалился уже изрядно накушавшийся дурно пахнущий моряк. Старик обернулся посмотреть на него. Он ждал появления дочери, которая в скором времени должна была причалить с большой партией контрабанды на борту. Лысый мужчина, сидевший напротив него, воспользовался моментом промочить горло и жадно отхлебнул пару глотков крепкого эля. Потеряв интерес к моряку, седой снова повернулся к молодому человеку лет тридцати пяти.
- Вот ты… - Продолжил старик, обращаясь к собеседнику. – Ты не из рядовых. У тебя есть всё, но что для тебя главное?
- Хм… - Лысый ненадолго задумался. – Главное для меня – мое положение и средства, с помощью которых можно это положение удержать.
Старик понимающе закивал.
- Вот и я в твои годы точно так и отвечал! – отправив несколько виноградин в рот, пробормотал он. – И время проводил точно так как этот! – Он махнул рукой на валяющегося неподалеку от входа вдрызг пьяного моряка. – И знаешь… Мне это нравилось! – Старик хрипло рассмеялся, лысый поддержал его кривой улыбкой. – Ну а потом я встретил его – долговязого черноволосого человека с большими усами и короткой бородой… Его звали Дьюк Фалривер. Я был его матросом. Я был с ним, когда началась Третья Война. – Старик ненадолго замолчал, хмуря брови и вспоминая события тех времен.
- Ты сражался за него? – смотря исподлобья, спросил лысый.
Пожилой моряк ухмыльнулся.
- Всё было не совсем так, как ты себе представляешь. Я вылизывал палубу, когда над Дьявольской Акулой завис наездник на грифоне, дворф. Весь перемазанный гарью и еще имп знает чем, он молил Фалривера прийти на помощь в Дрисбарг, на Северное побережье Кул Тираса, где высадилась Плеть. Дьюк поглумился над дворфом, ибо ненавидел этих коротышек, равно как и ушастых эльфов... Да, впрочем, он ненавидел всех нелюдей! Но, несмотря на свою неприязнь, Фалривер согласился помочь. Мы развернули корабль и на всех парусах помчались в Дрисбарг. – Старик снова отпил немного вина, сделав паузу. – Знаешь, он расчетливый человек. Его холодный ум не раз спасал нас от беды. – Снова молчание, снова волна воспоминаний нахлынула на повидавшего многое моряка. – Вот и в тот раз он не стал рисковать нами…
- Но вы же согласились биться! – перебил лысый.
- Верно. – Старик усмехнулся. – Согласились. Но когда мы прибыли на место, защитников Дрисбарга явно не хватало, чтобы противостоять натиску Плети. Фалривер рассчитал, что если мы нападем, то потеряем много своих людей, а большинство жителей осаждаемого города – беглые дворфы и эльфы… Выбор для Дьюка был ясен, как горизонт на рассвете. Мы развернули судно и распрощались с обреченным населением.
- И что, все были заодно? – Удивился собеседник. – Никто и возражать не стал против отступления? А, Патэм?
- Отчего же… Были смельчаки. Тела их давно рыбы сожрали. – Он замолчал, но отправив еще виноградин в рот, продолжил: - Дьюк ненавидел нелюдей. Он говорил «Северный Лордерон пал, потому что мы дружили с этими проклятыми эльфами и дворфами!» Тогда он собрал всех на палубе и сказал, что любой может сойти на берег и сражаться за Лордерон. Да, некоторые покинули нас, но я этого сделать не решился, да и зачем мне? Для оставшихся он заявил, что собирается перенести всё свое состояние на тропический остров в Южных Морях. И, развернув корабль, мы поплыли туда, где нас не достанет Плеть… Вот так стойкий приверженец Лордерона, Дьюк Фалривер, стал пиратским лордом и поднял над нами знамя Кровавого Паруса!

А тем временем…

Разрывая неспокойные волны, большое грузовое судно неслось вперед. Матросы суетились на палубе, укрепляя тросы. Старый одноглазый боцман, несмотря на качку, важно расхаживал по палубе, раздавая направо и налево ценные указания. Приказав спуститься в трюм и проверить груз, сам боцман направился в капитанскую рубку. Отворив дверь, морской волк вошел в задымленное помещение. Скрестив ноги на столе, заваленном мятыми свитками, перьями и табаком, сидела она. На миг подняв из-за края большой карты на боцмана черные, как бездна, глаза, женщина лет двадцати восьми на вид спросила, снова уткнувшись в карту:
- Эргрэ?
- Шторм приближается. – Отозвался боцман и, достав трубку, закурил.
Женщина отложила свиток и, отхлебнув крепчайшего вонючего напитка, крякнув, тоже потянулась к трубке, лежавшей на столе. Вмиг повеселев, она откинула назад длинные черные волосы и подошла к круглому грязному окошку, выпустив большой клуб густого серого дыма.
- Ну? – Женщина высоко задрала голову, глядя на боцмана.
Глаза ее были томно прикрыты, а на лице играла задорная улыбка.
- Груз слишком ценен… Пережить бы ночь, а там гляди и до крепости доберемся… - Пробормотал Эргрэ. Лишь бы не Налетчики…
- Ха! – Женщина отхлебнула еще пьянящего напитка. – Да я этих зеленых импов на своем веку перерезала столько, что даже цифры такой не знаю! Да и ты, Эргрэ, отдал им свой глаз!
Боцман промолчал, но сделав еще пару затяжек, спросил:
- В крепости тебя ждет отец?
- Да. – Кивнула она. – Он должен быть там. Мы договорились, что встретимся в таверне. Думаю, Фалривер уже отдал следующие приказания.
Наступило молчание. Было слышно, как за маленьким круглым окошком бушует стихия. Ветер только усиливался и туго натянутые паруса с трудом сдерживали его натиск. Яростные волны, будто живые, пытались пробить брешь в корабле…
- Я горжусь, что я его дочь! – Громко возвестила женщина и выпила еще.
- Ты похожа на него… - Ответил Эргрэ. – Талантливейший капитан, но…
- Что? – Она нахмурилась.
- Тебе никогда не хотелось жить как другие? С семьей, на берегу?..
Лицо женщины исказила гримаса отвращения. Швырнув пустую бутылку в угол, она яростно прокричала:
- Тысяча импов! На кой мне другая жизнь, когда у меня есть эта?! Да ни один солдат не зарабатывает столько золота, сколько я получаю с одной контрабанды! Будь проклята сухопутная жизнь! Да здравствует Морской Дьявол в черной пучине! – Она разразилась оглушительным безумным смехом и, кинувшись к двери, настежь распахнула ее.
Ветер и волны, захлестывающие на палубу, чуть не сбили ее с ног. Матросы в ужасе метались туда-сюда, стараясь как можно скорее опустить потрёпанные паруса. Но женщине всё было нипочём. Ее дорогая щёлоковая рубашка, некогда бывшая белоснежной, вмиг промокла и прилипла к голому телу. Спотыкаясь и еле держась на ногах, она забралась на капитанский мостик и мертвой хваткой схватилась за штурвал.
- Джэркена! – Позвал ее боцман, выбежав следом.
- Тащи сюда свой зад! Отсюда виднее! Может, проклятые наги воду мутят, а? Как думаешь? – Она расхохоталась, посмотрев на испуганное лицо боцмана.
Иногда ему казалось, что она совершенно безумна. Твердая, как титановый сплав, Джэркена вела за собой людей… к богатству и роскоши. Как и ее отец Патэм, она почитает Дьюка Фалривера, который так милосердно дал им возможность жить такой жизнью. Кто сделал из нее пирата? Сложно сказать. Быть может, она сама. Подчинившись этому образу жизни, она может легко обставить большинство крепких мужчин в выпивке до потери сознания. Капризная и склонная к крайностям, она считает, что если ты не ее друг, значит, ты ее враг. А с врагами разговор у нее короткий.
- Нууу!!! – Она крутанула, что есть силы, штурвал вправо.
Волны становились всё выше, тучи клубились, будто живые… Эргрэ ясно понимал, что эту ночь им не пережить. Но Джэркена не желала сдаваться, как, впрочем, и всегда. Вдруг ударила молния и рассекла мачту пополам. Сухое дерево обрушилось, придавив нескольких матросов и пробив борт судна. Начался пожар.
- Проклятье! – взревела женщина.
Началась паника. Некоторые прыгали за борт, некоторые в ужасе кричали. Джэркена увидела, как гигантская волна двигалась в их сторону. Эргрэ сглотнул.
- Прости, Патэм. – Тихо прошептал он, но из-за ветра его никто не слышал. – Я не смог уберечь ее…
Женщина, ужаснувшись великой мощи стихии, еще крепче схватилась за штурвал и закрыла глаза. В голове шумело, глаза разъедала морская соль… и так хотелось спать… Огромная волна накрыла корабль контрабандистки.

Веки были так тяжелы… Ресницы слиплись от соли… Кости будто все переломаны… Всё тело болит… В рот набился песок… Голод… Головокружение… Джэркена подняла голову, отплевываясь. Тишина. Лишь редкие чайки пищат в небе. Женщина тяжело поднялась на ноги и огляделась. Никого и ничего, лишь пустынный берег и спокойное море. Она закрыла лицо руками, вспоминая, что случилось. Не узнавая место, куда она попала, Джэркена твердо решила для себя:
- Надо найти отца…
И, заплетающимися ватными ногами, она побрела куда глаза глядят.

ID: 1058 | Автор: katris
Изменено: 6 августа 2010 — 17:17