Дневник персонажа
Карл Рольф
Карл Рольф

Капитанский справочник событий, имён и памятных дат

Вероятнее всего, раз уж вы осведомлены о существовании этих строк, вы уже примерно представляете, как выглядит эта несносная книженция. Если же с памятью у кое-кого паршиво, то напомню, что сей весьма увесистый в мире гномов фолиант, предстал перед вами несколько мгновений назад совершенно чистым и непорочным, всё в том же дорогом мне жёстком переплёте и с замечательной чёрной обложкой. Уставившись на текст немногим правее этого, вы, возможно, даже умудритесь прочитать полное название. Уже всё? Перечитайте, вы могли что-нибудь упустить. Точно всё? Поехали дальше.

Чуть ниже слов сих я помяну недобрым все причуды этого издания моего бессмертного Справочника:
I. Справочник имеет обыкновение сопеть и чихать, если вокруг много пыли, будьте осторожны;
II. Справочник проклят всеми мыслимыми божествами и духами, поэтому приготовьтесь к тому, что следующая неделя будет в вашей жизни последней;
III. Справочник в огне не горит, с годами не стареет, а над водой и вовсе парит, сам даже не знаю, почему;

Более того, тут записаны все интересные и памятные лично для меня события и имена, так что не обессудьте, если сожжение дома ваших родителей и убийство вашего наставника здесь не описаны. Приятного, как говорится, аппетита.

2 декабря 2013 года

Основные даты, которые лучше записать в чёртово начало - Зима

В этом кратком разделе этого, с позволения моего собственного, Справочника, я намерен помянуть все важные ежегодные даты (сами дела, разумеется, вершились в разные годы). Для кого же они важные, спросит тот же, кто их позднее запишет? Отличный вопрос, просто замечательный. Происшествия, описанные ниже памятны исключительно для меня, и оттого представляют интерес исключительно мне (хотя, почём знать, может и кому ещё?). В любом случае, дорогой я, наслаждайся.


Декабрь


Четвёртое декабря - Трагедия близ Мыса Тернистой Долины или День Трезвости. Не самый приятный эпизод моей карьеры, однако он прочно врезался в память и заслуживает своего очерка здесь. Суть сей трагедии, чрезвычайно ужасной и воистину трагичной, заключалась в том, что мы, напившись всем судном, случайно сначала сварили, а потом каким-то образом в пьяном бреду запекли нашего корабельного кока, доктора Якоба Ногореза. И всё бы ничего, но сваренный и запечённый дважды мертвец был позднее подан на пиру в доме своей ещё живой сестры под видом подарка с флота. Сестра, к несчастью, всё ещё жива и хвалит наш торт, мы же зареклись не выпивать более так много, по крайней мере в день четвёртого декабря.

Десятое декабря - День рождения Джаспера I Великого. Первый мой кролик, он навсегда останется в окаменелом брюхе той доисторической акулы, в которую его случайно переместил один нерадивый Бронзовый Дракон. Мученическая смерть Джаспера вдохновила не одно поколение корабельных поэтов на создание добровольно-принудительных гимнов в его честь.

Шестнадцатое декабря - День воинской славы: затопление "Гоблинбурга". Кто бы мог подумать, что дирижабль можно сбить из детского ружья?

Двадцать пятое декабря - День Заткнутых Ртов. Известно, что я предписал в уставе "Железной Короны" на двадцать пятое декабря всем членам команды, кроме моих кроликов, затыкать свои рты и молчать в тряпочку. Зачем? Затем, что трёп без дела, осуждение громким и вызывающим тоном торговых и иных договоров стран, в чьих портах останавливается нашем судно, обыкновенно влечёт за собой пресловутую пальбу из пушек, обмен ругательствами с мостика на берег и обратно, а также награду за мою голову в 200 золотых монет в районе Гавани Менетилов.


Январь


Первое января - Мой день рождения. В этот день, по официальным данным из моего личного архива, родился я, чем некто по имени Карл Рольф очень горд. Просто замечательно, ведь можно только порадоваться за такого великодушного парня, всерьёз радующегося моему дню рождения.

Четвёртое января - День рождения Джаспера IV Пушистого. И хотя бедняги уже давно нет в живых, память о нём согревает моё ледяное сердце до сих пор.

Пятнадцатое января - День воинской славы: бунт на "Серебряной Розе". Именно в эту замечательную дату я впервые в своей жизни (а, может, и не впервые) поднял бунт на настоящем корабле. Насколько помню, капитана "Розы" звали Янос Бульб, за что я и сделал из него бульб.

Двадцать третье января - День воинской славы: затопление "Старого Глашатая". Жалкая торговая посудина, зато первый в моей флотской карьере потопленный корабль. Толстяк-управитель так жалобно пытался спастись на смотровой площадке грот-мачты, что мы потешались над ним всей командой, пока какой-то дурак не умудрился облегчить ему страдания, выстрелив в штормградца из пушки.

Двадцать девятое января - День рождения Джаспера VIII Златоглазого. Единственный из моих кроликов, у кого были жёлтые глаза. За то и любим бесконечно, даже, можно сказать, посмертно.


Февраль


Седьмое февраля - назначение меня начальником гарнизона Башни Королевского Света. Довольно почётное звание, при том, что никакого отношения к Святому Свету я не имею вообще. Спасибо старине Агаресу, будь он проклят вовеки веков, - это назначение спасло мой кошелёк от разорения, а моих солдат от скуки. Целых три месяца обдирания караванщиков до нитки определённо стоили той жертвы, что нам пришлось принести - напялить эти убогие накидки, сшитые по лекалам безвкусным на вид и на вкус.

Двенадцатое февраля - Заварушка в Склепе Поникших Голов. Поиски красивых мантий и роб до добра не доводят, так мне и сказал Уильям, квартермейстер "Серебряной Розы", за что и познакомился с обитателями морских глубин, будучи завёрнутым в первоклассный ковёр из Танариса. Я же не жалею о том, что предшествовало этому: вместе с лучшими матросами "Розы" мы на шлюпках высадились на западном побережье Гилнеаса, отыскали нужный склеп на кладбище малюсенького городка, потревожили духов предков и забрали роскошные робы из их унылых гробов. Вернее, робы забирал уже я один, поскольку ребят пришлось принести в жертву, зато какая чудесная ткань оказалась у меня на руках!

Восемнадцатое февраля - день рождения Джаспера XII Розового Животика. И хотя прах его хранится у меня в сундуке, забитый в серый сосуд, я до сих пор вспоминаю об этом игривом мальчике, что стал однажды мне добрым другом, каким и был до того неприятного инцидента с джутом.